Все равно ты будешь не моей.

В беременности обычно видят только плюсы. Прекрасное положения, в котором в тебе буквально зарождается новая жизнь. Многие женщины мечтают об этом, но не Ева. Мун видит и видела в этом только минусы, такие как постоянные походы в больницу например. Ева терпеть это не могла. Все что угодно, но только не это. Ее бесил и выводил из себя каждый взгляд, будь он осуждающий или наоборот нейтральный — ее это бесило, причем до жути. И вот сейчас, лежа на койке больничной кровати, она смотрела на экран специального прибора для УЗИ и впервые увидела своего ребенка. Слышать как бьется его маленькое сердечко стоило всего на свете для нее. Да, она не была рада и не трепетала от счастья, как например Шистад… Но она любила его. Больше всего на свете. Она не пыталась никому объяснить то, что она чувствовала в разные моменты своей жизни. Она сама не знала. Она не понимала как это объяснить другому человеку, если она себе самой это не может разъяснить. Единственный человек, который все это время (не считая времени когда она сбежала) был с ней и поддерживал несмотря ни на что. И это был никто иной, как Кристоффер, мать вашу, Шистад. После ссоры с Нурой, Еве было некуда идти. Да.девушка надеялась что подруга простит ее и примет к себе, как бы глупо это не звучало. Она все еще осталась наивной маленькой девочкой, но проблемы вот теперь у нее далеко не детские. Жизнь буквально рушилась на ее глазах. Спускаясь на ступеньку вниз, человек за человеком уходил из ее жизни. Разница лишь в том, что теперь это были самые близкие люди в ее жизни. Самые. Спихивать все на свою глупость и неосознанность стало рутиной для девушки. Она понимала что скоро станет матерью, то есть главным человеком в чьей-то жизни. Она должна будет говорить о том что можно, и не нельзя. Как, черт возьми, думала девушка она будет это делать и воспитывать ребенка, если сама родила его по собственной глупости? Неужели она будет хорошим примером? А если родится дочь? Или пусть даже сын. Что она им скажет? Все эти вопросы терзали девушку каждый день и не давали покоя. Оставалось только говорить об этом Крису, который всегда помогал ей и поддерживал. Она была рада что ребенок хоть как-то изменил его. Он стал больше читать и узнавать об этом всем, говорят что с нетерпением ждет этого. Под этим он подразумевал рождения ребенка, до которого оставалось еще около 3 месяцев. Но по опыту, Ева знала что пролетят они с невероятной скоростью. Никто даже глазом моргнуть не успеет, как она будет держать свое чадо на руках и напевать колыбельные своим тоненьким голоском. Страх всегда терзал ее, но не сейчас. Она стоит перед порогом квартиры Вильде, которая по словам Нуры серьезно больна. Раздается звонок, которым провоцирует Ева нажатием на кнопку. Минуту царит тишина и только через секунд 30 громкими шагами кто-то подходит к двери, и походу даже не смотря в глазок, открывает дверь. В дверях Ева видит невероятно худую и бледную девушку, у которой даже с майкой выпирают ребра и точно также скуловая кость. Смотрится ужасно. — Вильде? — зрачки собеседницы округлились и она слабым толчком завела Мун внутри, закрыв за ней дверь на замок. — Ты вернулась? Когда? — тихо пробормотала блондинка, опустив глаза удивившись своему приливу уверенности. — Да, недавно. Точнее, вчера. — так же тихо ответила Ева, но смотря на собеседницу, разглядывая ее исхудавшее лицо. — Нура места себе все эти 5 месяцев не находила. Где ты была? — с горечью произнесла девушка. — Мама забрала меня в Берген, как только узнала о беременности. — кратко и с запинками произнесла Ева. После паузы она добавила. — Вильде, что с тобой произошло? Ты так…изменилась. Блондинка нервно сглотнула, а Мун мысленно винила себя в явной бестактности по отношению подруге бывшей подруге. — У меня анорексия, Ева.

***

Love — Lana Del Ray

Шагая по улицам Осло, Крис думал обо всем подряд. О будущем, работе, университете и проваленных из-за погони за Евой экзаменов и зачетов. Он знал что этого того стоило, но одновременно сомневался стоило ли это ему делать. В последнее время он любил прогуливаться вечерком по знакомым окрестностях под звук проезжающих машин и свет старых мигающих фонарей. Вся его голова была забита Евой и ребенком.Он думал исключительно о них и ни о чем больше. Наяривая круги вокруг дома, в этот раз он уже в сотый раз спрашивал сам себя: -Правильный ли я совершил поступок? И каждый раз ответы был разным, от да, конечно до лучше бы ты оставил ее в покое. Ответ могла дать только сама Ева, но она уже как 3 часа не берет трубку. Дома ее тоже нет. И ходил он кстати возле ее дома, то и дело стуча и барабаня по дверь и заглядывая с улицы в окна квартиры, пытаясь что-то разглядеть. Наконец-то услышав звук раскрывающихся дверей лифта, Крис повернулся и лицезрел перед собой на его же удивление счастливую Мун. Она подняла свои голубые глаза и с доброй улыбкой посмотрела на Шистада. Он смотрел на нее, пытаясь сделать хоть что-нибудь, но тело его уже не слушалось. От ее улыбки по нему разлилось приятное тепло, совмещенное с интенсивными мурашками. Девушка подошла чтобы открыть дверь, но парень и так засмотрелся на нее, что дошло до него это только через секунд 10. Ответив на это легкой, но безумно сексуальной усмешкой, Ева вставила ключ в дверь и открыла ее. Зайдя домой и сняв с себя верхнюю одежду, Ева прошла в зал, а в это время Крис неторопливо снимал с себя обувь. Оглядываясь назад, он обдумывал в голове что именно он должен ей сказать. В прошлый раз, все эти разговоры закончились тем, что девушка пропала и уехала от него. В прямом смысле. Совершив ошибку сейчас, он будет обречен на полную потерю любого контакта с ней. Сердце билось больше 3 раз в секунду и будто выпрыгивало из груди. Пульс учащался, не давай парню спокойно вздохнуть, а глаза то и дело щипали от яркого света лампы. Услышав знакомый звук и почуяв свой любимый чай, он понял что Ева тоже что-то планирует этим вечером. Пройдя к кухне и сев за стол, на котором он полгода назад трахал ее девушка сразу подвинула к нему чашку с его любимым чаем. Бергамот всегда поднимал настроения парня, и по совместительству это был еще и любимый сорт чая Евы. Сделав пару глотков, он посмотрел на девушку. Она выглядела уставшей, но искры счастья все еще сверкали в ее глазах. Жаль, что он не смог сделать ее счастливой сам. Разговорившись о всякой ерунде, как они делали раньше, у них не получилось. Это выглядело бы глупо и они оба это понимали. Но разговор же надо было как то начать, поэтому Шистад, обводя разные узоры пальцем на кружке, он откашлялся и заговорил по-странному тихо для него: — Что делала весь день? — после того, как он это произнёс, он понял насколько это глупо звучало. Будто он ее парень, или еще страннее парень, и отчитывает ее за семейным ужином. По его мнению, было бы лучше если бы он просто молчал и изучал ее безумное красивые изгибы тела (даже во время беременности) дальше. Мун никак на это не отреагировала, а лишь тихо ответила: — Была с Вильде. — Как провели время? — заинтересованно ответил парень. — Хорошо. — девушка подняла брови при ответе, а парень уже догадался что она лжет. — Слушай, я хотел поговорить с тобой, но не знаю с чего начать. — он не стал расспрашивать ее о том, почему она врет. Он лишь хотел поговорить с ней, а спросить что она делала на момент начала его речи казалась ему отличной идеей. На момент, когда он это говорил, Ева глубоко вздохнула и подняла глаза. Она посмотрела на парня из-под ресниц и дыхание Криса просто сбилось к чертям. Ему всегда это казалось неимоверно сексуальным и он обожал когда Мун так делала. — Говори все как есть. — прямолинейно произнесла она, намекая на то, чтобы он начал излагать что хотел. Шистад сглотнул образовавшийся комок в горле и начал: — Извини что давил на тебя и за то, что тебе пришлось уехать и бросить все. Опять же из-за меня. Ева, когда зрачки ее глаз увеличились в размерах, неожиданно для парня, нежно взяла его руку. — Я не держу на тебя зла и никогда не держала. — врет. — Я все понимаю. — и еще врет. — И проблем ты вовсе мне не доставил. — и опять же врет. Парень улыбнулся синхронно с девушкой. Время будто замедлилось специально для них. Стуки сердец обоих можно было отчетливо услышать: настолько быстро они бились, одновременно с учащенным пульсом. Прошла вечность, пока Крис тонул в ее глазах. Они были голубыми, как далекое и чистое небо, и глубокими, как бескрайний и бесконечный океан. Он тонул в них каждый раз с первого дня их знакомства. Все это время он боялась в них смотреть, боялся утонуть и не всплыть. Они поглощали его каждый гребаный раз и сначала его это бесило аж до жути. Он не привык к таким новым ощущениям и не хотел им подаваться. Молодой и глупый Шистад попросту не мог понять что влюбился. Он не хотел в это верить, пока ему не пришлось. Девушка, засмотревшись на лицо парня, подсознательно обводила его полные и невероятно притягательные губы взглядом. Она никогда не могла устоять перед ними н и к о г д а. Она скучала по их сладкому вкусу, который стал ее личным наркотиком. И не надеясь ни на что и зарыв свои чувства, она просто наслаждалась времяпровождением с ним. Точнее так она себя убеждала, но в итоге убедила в этом парня, любив его до беспамятства. она не могла разрешить себе упасть так низко, но скорее всего просто не хотела быть потом очередной брошенной Крисом рыдающей каждую ночь по нему пассией. Она боялась его. Мечтая поцеловать его, она наклонилась к нему и якобы рассматривала его глаза. Сняв упавшую ресницу, она приоткрыла губы повторив за парнем. Они были как магниты, их всегда тянуло друг к другу несмотря ни на что. Парень обнял ее за шею и сам немного подтянулся к ней, ложась на стол. Они были опасно близко друг к другу. Слыша ее дыхание, у Шистада сорвало крышу и он уже был готов впиться в ее губы. Розовые, пухлые и сладкие на привкус, как текила, губы. Но что-то его останавливало и не давала выполнить задумку. То ли это было чувство вины перед ним, или это был страх того, что она его отвергнет?.. Его раздумиям не суждено было закончиться, ведь девушка сама впилась в его губы, тянув его за волосы и постанывая от только что пришедшего удовольствия. Она слишком долго этого не делала, чтобы сдерживаться.