upset

Ваня в очередной раз находился в душном кабинете и совершенно не понимал, что происходит. Только, в этот раз место изменилось, и перед ним сидел не старик-психолог, а молодой парень на вид лет двадцати, и задавал довольно-таки стандартные вопросы, в ответах на которые Дремин не был особо заинтересован. Он просто разглядывал нового психолога. Иван, 21 год, пациент Глеба Голубина. Диагноз: раздвоение личности, биполярное расстройство. Для Глеба этот случай не удивителен. Но в этом парне было что-то особенное, чем-то он притягивал. — Итак, Ваня. Я твой новый лечащий врач — Глеб Геннадиевич. Время занятий не меняется, только кабинет. Ваня не хотел с ним говорить, ему было как-то не по себе. Он просто хотел побыстрее уйти домой. — Иван, в чем заключается твоя проблема? — Вам ещё не дали мою мед. карту? Ваня не хотел об этом говорить и решил, что лучше постараться избегать вопросы про болезнь. Да и вообще, как будто бы он сам не знает. — Дали. Но это показания старого психолога и они меня не особо интересуют. Хочу составить свои. -А если я не хочу говорить? Ваня до сих пор надеется как-то перевести тему, но пока что-то не очень хорошо получается. Впрочем, в этом нет смысла: ну пропишут ему опять какие-то таблетки, которые он конечно же не будет пить. Да и вообще, если бы не его бывшая, Марьяна, он бы сюда не попал. Это она настояла, что бы родители его заставили сюда ходить, а сам Ваня считает, что полностью здоров. — У тебя нет выбора. Быстрее начнем, быстрее закончим. -Нет, я просто не буду отвечать. Я здоровый! Не псих и не ёбнутый! Ване уже хотелось плакать. Почему его никто не понимает? Он просто закрыл лицо руками и начал рыдать. — Тише, тише. Все нормально, — Глеб достаёт из шкафчика рядом бутылку с водой и протягивает Ване. Когда Ваня немного успокоился он забирает бутылку у Глеба, тихо проговорив что-то похожее на «спасибо». Осушив бутылку до половины, Ваня более менее пришёл в себя. Так стыдно и смешно ему ещё никогда не было. Он молча сидит с отведёнными в сторону глазами и боится что-то сказать. Голубин делает несколько пометок в своём блокноте и вновь переводит взгляд на пациента. — Я хочу помочь тебе. Ты это понимаешь, Ваня? -Зачем мне помогать? Я нормальный! Ваня уже не знает, что делать. «Может, и правда ответить на его вопросы и тогда он поймёт что, я здоров». — Хорошо. Пьёшь прописанные таблетки? -Нет, мне от них плохо. Ваня решил не врать и говорить правду. — Почему ты не сказал это Дмитрию Анатольевичу? Хм, подберем что-то другое. -Я говорил. Он меня не слушал. Думал, что я просто не хочу их принимать. Ване стало более комфортно с Глебом. «Стоп. Неужели я влюбился? Нет! Не может быть!». -Что происходит сейчас в твоей жизни? -Ничего. Всё нормально. Как у большинства. И вот опять тема, которая Ване неприятна. Поэтому он просто отводит глаза и рассматривает книги, лежащие на полке. Опять. Началось. Воспоминания о Марьяне это так неприятно. — Ты не умеешь врать. Давай же. -Все бы было хорошо если бы не моя бывшая. Она сказала родителям, что я неоднозначно себя веду, сказала она это потому, что я её бросил. Вначале меня отправили на месяц в психбольницу, а потом 2 раза в неделю посещал психотерапевта. Я бы послал все на хуй, если бы мама не пережила инсульт, она волнуется за меня, а ей нельзя волноваться. Ну, а до этого было всё нормально. Я занимался музыкой до того момента, пока Марьяна не испортила всё.