Точка невозврата

      Наруто всегда был непредсказуем. Даже через столько лет он умудрялся удивлять. Вот и сейчас. Подошел слишком близко и задумчиво провел кончиками пальцев по щеке. Внимательно заглянул в глаза.       — Я тебя люблю.       Так просто…       Мир разлетелся на тысячи осколков…       

***

      Сначала было непонятно, почему весь мир замирает и сужается до бездонных зрачков в голубых смешливых глазах, когда они вместе.       Единственный, кто всегда принимал его таким, какой он есть; кто не отвернулся; спас; единственный, кто имеет значение во всем мире — друг, брат; тот, кто не отпускает даже во сне…       Вместе с осознанием пришел страх. Страх потерять самого близкого человека из-за ненормального влечения, из-за собственной больной психики…       От мысли увидеть в дорогих глазах отвращение начинало мутить.       Слабая надежда, что пройдет, что желание быть рядом, оберегать, стараться ради одобрительной улыбки — все это из-за простой благодарности — таяла с каждой мучительно-счастливой встречей. Чувство росло, вытесняя все прочие, не позволяя больше обманываться.       Страх выдать себя доводил до абсурда: Саске сидел целыми днями дома, если была вероятность пересечься; сворачивал на другую улицу, если впереди мерещился громкий высокий голос; выбивал у Хокаге затяжные миссии…       Предложение Сакуре.       В один из вечеров, Наруто умудрился затащить бывшую команду в Ичираку. Саске, в полупьяной дреме, прислушивался к его заигрываниям с Сакурой. С глупой ухмылкой примерял к себе каждую фразу и вдруг разобрал ее кокетливо-шутливое соглашение на свидание. Больше он ничего не слышал сквозь бешеный стук сердца. Осознание, что кто-то другой будет прикасаться к Наруто… К его Наруто…       Не иначе, в него вселился демон. Как еще можно объяснить это глупое предложение? Тогда оно казалось логичным: защитить от чужих посягательств того, кто никогда не будет твоим. Было обидно, что нельзя жениться сразу на всех особях женского пола в окрестностях.       Сакура что-то восторженно лепетала, а Саске видел только удивленные, широко распахнутые глаза. Тогда на дне синей бездны померещилась обида, такая искренняя и детская, что в попытке защитить собственную глупость бросил презрительно — «Неудачник».       Удар в челюсть он пропустил. Первый раз после Долины они подрались по настоящему. Наруто бесился, а Саске смеялся и задирал еще сильнее. Бил отчаянно, без техник, без оружия, руками, открыто прикасаясь к теплой коже.       Запоминал. На всю жизнь.       Через пару дней Наруто нашел его. Смотрел в сторону и долго извинялся. В конце длинной путанной речи протянул руку и пожелал счастья. Давя нервный смех и бормоча благодарности, Саске создал правила: не искать встречи без необходимости, не заговаривать без необходимости, не смотреть без необходимости.       Не думать.       Наруто женился раньше. Будто продолжая давнее соперничество за первенство. Саске вернулся с миссии и это было первое, что он от него услышал. Тот сказал, напрягся, ожидая чего-то, а Саске только и смог ошеломленно выдавить — «Поздравляю».       Внутри что-то сломалось, разбилось вдребезги. В голове засела одна единственная мысль. Она царапала изнутри, тыкая носом в убогость собственных чувств.       Это правильно, видишь? Вот это — правильно. Теперь все правильно.       Долгое время и правда все было хорошо. Можно было смотреть, не скрываясь. Разговаривать, вместе смеяться. Семьи, как цепи, позволяли чувствовать себя в безопасности. Теперь они принадлежали другим. Не могли принадлежать друг другу. Наруто улыбался, глядя на Хинату, а Саске улыбался, глядя на него.       Однажды, неясное тянущее чувство привело его на гору Хокаге. Наруто пил в одиночестве. Мельком глянул на него и поднялся, пошатываясь.       — Прости. Я совершил ошибку, — и ушел.       Ловя ускользающее тепло и вкус чужих губ на горлышке початой бутылки, Саске смирился с тем, что ниже падать уже некуда. Полный сожаления прощальный взгляд выворачивал наизнанку.       Наруто начал его избегать. Казалось, он придумал те же правила, только зачем? Самый желанный ответ был похоронен рядом с запретными чувствами. Робкая надежда на взаимность давилась на корню. Семья, дети, обязанности — их нельзя отбросить как лишнее или ненужное. И Саске первым встанет на защиту спокойствия Седьмой Тени Огня.       Стоило только смириться, решить, что будет довольствоваться тем, что ему дают, как жизнь превратилась в ад. Примерно с год назад. Наруто стал попадаться на глаза чуть ли не каждый день. Разговоры ни о чем, широкие улыбки, лишние прикосновения, предложения сходить куда-нибудь вместе — все это походило на издевательство. Сердце предательски билось в груди и годился любой предлог, чтобы сбежать от пристального взгляда.       От мысли, что он себя все-таки выдал, хотелось выть и бежать на край света.       И вот сейчас он…       

***

      — Я тебя люблю.       Саске устало потер висок. Последнее время общаться с Узумаки становилось все сложнее. Разум взбесился, как и тело, следя вместо разговора за плавными, хищными движениями загорелого тела. За каким чертом этот Хокаге-недоумок в приказном порядке потребовал принести отчет в свою старую квартиру? Да еще и на ночь глядя?       — Что ты сказал?       Наруто тяжело вздохнул.       — Теме, это не может так больше продолжаться.       Саске замешкался. Что он опять пропустил, засмотревшись на обтянутые белой футболкой широкие плечи?       — Не может продолжаться — что?       — Это все. Ты, я… Мы! — Наруто отчаянно жестикулировал, пытаясь подобрать слова. Выдохся и замолк, по привычке теребя светлый ежик волос на затылке. — Теме, почему ты раньше не сказал?!       О чем не сказал? Нить разговора ускользнула и не желала возвращаться. Последнюю минуту он думал только о том, что Хокаге может позволить себе что-то получше, чем сваливающиеся с бедер затасканные бриджи. Да и футболка явно коротковата, куда жена смотрит?       О чем бы не шла речь, все детали отчета они уже обсудили. Ограничившись неопределенным хмыканьем, Саске направился к входной двери.       — Мне пора.       — Нет, — решительно шагнув вперед, Наруто перегородил коридор, не давая пройти. — Нет. Теме, хватит бегать от меня, — предчувствие надвигающейся катастрофы царапнуло изнутри.       Медленно подняв руку, Наруто провел пальцами по щеке. От осторожного прикосновения бросило в жар. В этот раз фантазия не желала отпускать так просто.       Изучающий сосредоточенный взгляд скользил по нему, словно Наруто видел его впервые. Саске чувствовал его кожей так же, как и теплые грубоватые пальцы, изучающие его лицо. Весь мир замер, сосредоточившись на ласковых прикосновениях.       — Можно… тебя поцеловать? — пальцы, едва касаясь, очертили губы и замерли.       — Нет, — надо все-таки найти медика, который умеет держать язык за зубами. Или которого никто не будет искать.       — Упрямый, — чуть улыбнувшись, Наруто медленно наклонился и едва прикоснулся сухими губами.       Мимолетное желание податься навстречу смыло холодной волной осознания. Обжигающие прикосновения, тепло чужого тела — реальность.       Саске резко отвернулся, прерывая поцелуй, а Наруто уткнулся лбом в шею. От тяжелого вздоха по спине пробежала толпа мурашек.        — Ты же знаешь, я тормоз, Саске. Прости, я такой тормоз, — Наруто осторожно сжал плечи и, не встречая сопротивления, притянул ближе. Потерся носом о плечо. — Я все исправлю, обещаю. Я тебя люблю.       Произнесенные хриплым шепотом слова хлестнули как пощечина. С такой легкостью произнесенное "люблю" звучало насмешкой над собственными чувствами. Пусть они неестественны, неправильны, он всегда это осознавал! Но какое право имеет Наруто говорить об этом так просто?       — Пусти, — обида и страх тисками сдавили голову, туманя сознание.       — Не пущу. Я тебя люблю, слышишь? — заветные слова разрывали на части. Если это какая-то злая шутка, неважно, сознания или Наруто, нужно прекратить это как можно скорее… Но сильные руки все крепче прижимали к горячему желанному телу и бездумно ерошили волосы. Если бы можно было стоять так вечно… Дышать смесью пота и одеколона, который сам же подарил…       — Я не знаю, что взбрело в твою тупую башку, Хокаге-сама, но ты не по адресу. Если жена тебя не удовлетворяет, то иди в бордель. Или ты решил, что я, как друг, тебе и с этой проблемой помогу? — ядовитые слова срывались с языка, а близость сводила тело с ума. Не было никаких сил прекратить это. Злость на собственное безволие жгла глаза.       Наруто отшатнулся, выпуская из объятий.       — Нет у меня никаких проблем, — с обидой пробормотал он, упрямо глядя исподлобья. — Я тебя просто люблю. Я знаю, ты тоже…       — Что ты знаешь? — резко оборвал его Саске.       Что он знает? Знает, каково душить себя столько лет? Жить в постоянном страхе себя выдать? Потерять уважение единственного дорогого человека из-за ненормального влечения? Знает, каким огромным камнем вины и стыда давит осознание ущербности самого сокровенного чувства?       — Ты меня любишь, — Наруто насупился, словно это Саске не понимает простых вещей.       — И что? — так обыденно прозвучавшая из чужих уст правда показалась жалкой и ничтожной.       Наруто замялся, краснея.       — Ну, знаешь… если двое друг друга любят… то… они там, — прикусил губу, всматриваясь в бледное лицо. — Ты ведь хочешь…       «Ты ведь хочешь…» — слова эхом отдавались в голове. Вот она, причина. Наруто же не может пройти мимо тех, кому нужна помощь. Очередная миссия по спасению. Блажь. Прихоть.       — Даже если так, тебе какое дело? — Саске заставил себя ухмыльнуться. — Я прекрасно жил без твоего внимания до этого и дальше проживу. Не считай себя незаменимым.       Наруто отвел взгляд, опустив плечи. Губы сжались в тонкую линию, как всегда, когда он раздумывал над сложной ситуацией. Последнее время Саске часто замечал это, гадая, что же того гложет. Теперь все встало на свои места.       — Дай мне пройти, — он ошибался. Истина открылась, а он не чувствовал ни стыда, ни укоров совести. Только усталость и безразличие.       Наруто повернулся к нему.       — Когда ты смотришь на меня, а я не вижу… Или когда думаешь, — протянул руку и заправил за ухо прядь волос. — Я чувствую, как тебе плохо. Как будто дыра вместо сердца.       Чертов сенсор, чертова связь, чертов Наруто.       Как он мог забыть об этом? Саске устало прикрыл глаза. Выходит, все было зря? С самого начала? Но почему сейчас? Столько лет не было дела, а теперь что? Опять спасать заблудшего друга? Сердце щемило от безысходности.       — Это неправильно. Зачем?       — Ты мне снишься, — Наруто, не касаясь, провел пальцами над виском, щекой, по шее вниз. Большим пальцем погладил ямочку между ключиц. Чужое тепло щекотало кожу.— Каждую ночь… Нежный… Ласковый… Мой…       Сердце гулко билось в ребра, а желанные губы были так близко, что можно было дышать одним воздухом.       В конце концов, куда уж хуже? Пусть чужая прихоть, но… Хотя бы один раз… Единственный раз… Почувствовать…       — Знал бы ты, как я устал от тебя по ночам, — тихо пробормотал Саске, прикрывая глаза, скрываясь от подернутой желанием дымки в глазах напротив.       — Так… Можно тебя поцеловать? — не дожидаясь ответа, по губам скользнул влажный язык.       Один раз. Всего один раз, чтобы запомнить навсегда. Получить то, что отчаянно хотел все мучительные годы. О чем запрещал себе даже думать и все равно думал. Один раз, из-за прихоти Наруто. Почувствовать. Сделать своим.       Прикосновения, вначале осторожные, становились все настойчивей, а Саске плавился под ними, полностью отдаваясь своему безумию.       Языки сталкивались, стремясь как можно дальше проникнуть в чужой рот. Из всех намерений осталось только это, а дергающие за волосы руки и шумное, сбитое дыхание только распаляли еще сильнее.       Резко разрывая поцелуй, Наруто скользнул вниз по руке, ловя ладонь.       — Пойдем, — хрипло шепнул он на ухо и потянул за собой в тускло освещенную спальню. Саске шатало.       Перед кроватью они остановились. Прижавшись к спине, Наруто торопливо расстегивал рубашку, а Саске зацепился взглядом за их отражение в окне и не смог больше оторваться.       Там, за стеклом, была другая жизнь. Та, которой никогда не может случиться. Без условностей и предрассудков. Без вины и стыда за собственные чувства. Руки Наруто с силой сжимали его в объятьях, хозяйничая на теле. Гладили поджимающийся живот и бедра, и Саске в отражении без стеснения подавался навстречу этим ласкам, выгибаясь от удовольствия. Это было так красиво… Естественно… От этой картины в паху скручивался тянущий болезненный ком.       Когда наглые руки нетерпеливо дергая ремень штанов пробрались внутрь, сжимая стоящий член, Саске не смог сдержать гортанного стона. Колени предательски подкосились, отдавая тело на милость поддерживающего сзади Наруто.       — Нравится? — ухо опалило дыханием, а Наруто из другой, отраженной жизни замер, глядя прямо в глаза.       — Да, — откинув голову на подставленное плечо, Саске наблюдал, как медленно поглаживая плечи, Наруто стянул рубашку вниз. В отражении, он неторопливо провел языком по шее, а реальность отдалась россыпью мурашек от щекотного прикосновения.       Мир раскололся. Все, что происходило с Саске в окне, в реальности становилось головокружительным водоворотом чувств и прикосновений. В отражении, Саске повернул голову и потянулся за поцелуем, а настоящий с восторгом ощутил чужие обветренные губы и влажный, жадный рот.       Наруто еще сильнее прижал его к себе.       — Я тебя люблю.       Любит.       Хрупкая красивая картинка в отражении разбилась, возвращая в действительность. Любит. По крайней мере, сегодня ночью он будет его любить. Уверенные прикосновения не оставляли сомнений о распределении ролей. Да, Саске, наверное, и не смог бы. Не посмел. Цепляясь за ласковые, сильные руки он в полной мере ощутил степень своей зависимости. Своего безумия.       Нечеткое отражение больше не вызывало эйфории, только раздражение и злое желание. Картинка потеряла свою яркость, потускнела, заставляя опять беситься на собственную слабость.       — Хватит тянуть, — завтра он пожалеет. Завтра он проклянет себя и его. Снова сбежит, задыхаясь от боли и отчаяния. Завтра, а сейчас…       Сейчас — один шаг до узкой односпальной кровати; оглушительный скрип матраса под широко расставленными коленями; прохладное покрывало под разгоряченным лбом.       Саске замер. Через вечность кровать продавилась от веса севшего рядом.       — Прекрати, теме, — Наруто заставил вытянуться и лег рядом, прижимая к груди. Зарылся носом в макушку и гладил по голове. — Обними меня, а? — тихо попросил он.       Чертов сенсор.       Он согласен, что еще надо? Зачем Наруто пытается растоптать его?       — Прости, — пальцы легко массировали затылок, перебирая волосы. — Мне не надо было… Просто, когда я смотрю на тебя, мне хочется прикоснуться. Хочется… Хочется быть рядом. Радовать тебя. Видеть твою улыбку. Я просто хочу быть рядом, понимаешь, теме? Мне не нужно большего. Сейчас так хорошо просто обнимать тебя. Не отгораживайся, теме, пожалуйста.       Чертова связь.       Слушая из чужих уст слово в слово свои собственные мысли, Саске испытывал странное облегчение. Наруто просто запутался. Принял чужие чувства за свои и накрутил себя. Поверил, что любит. Это Саске должен его спасать. Объяснить, что это неправильно. Но как?       Ответ вспышкой озарил сознание. Наруто воспринимает чувства Саске как свои, а тот всегда понимал, что его любовь совсем не платоническая. И теперь, когда правда открылась — всего лишь вопрос времени, когда эта сумасшедшая зависимость доведет их до логического конца. Можно жить, обманываясь надуманными чувствами, делать вид, что так и должно быть, но… Это нечестно по отношению к обоим. Чем быстрее они получат желаемое, тем менее болезненным будет разочарование для обоих.       Чертов Наруто.       Саске поднял голову, встречаясь с настороженным взглядом. К чертям условности. К чертям собственные правила. К чертям гордость и последствия. Сегодня ночью он получит все, что хотел.       — Я хочу тебя, — притянул за затылок и жестко прижался к губам. Елозил языком по сомкнутым зубам. Наруто не сопротивлялся, но и не пускал. Саске оторвался от губ, отдаленно слыша собственный злой хриплый голос. — Уже не хочешь?       Все закончится сегодня. Не важно как. Их отношения уже не будут прежними. Точка невозврата.       Что там смог прочитать в его глазах Наруто за краткий миг, пока всматривался в горящие глаза, Саске было все равно. Потому что через этот миг, показавшийся вечностью, его придавило к матрасу, вышибая удивленный вздох.       — Ты уверен? — Наруто навис сверху, заглядывая в глаза.       — Струсил?       Саске обхватил ногами его поясницу, прижимаясь всем телом. Ощущая через ткань штанов пульсацию чужой эрекции, он видел, как темно-синяя бездна, понятная до последнего завитка на светлой радужке, затягивается дымкой желания, оттесняя разум все дальше. Еще немного. Он качнул бедрами, еще и еще, с каждым разом все ближе чувствуя чужое дыхание на своих губах. Всего одно усилие, чтобы столкнуть в пропасть и упасть следом самому.       — Я люблю тебя, уссуратонкачи. Безумно люблю.       Яростный водоворот подхватил, смял в своих объятиях, утаскивая все дальше от реальности. Потащил на самое дно, не оставляя ни единого шанса выбраться. Да, Саске и не хотел. Он полностью отдался в его власть, намеренно дразня и распаляя все больше. Безумец, играющий со стихией. Забота, ласка, нежность — эти чувства не для этой сумасшедшей любви. Да, и не любви вовсе. Уничтожающей, всепожирающей страсти.       Осторожные движения превратились в оставляющие синяки захваты. Поцелуи — в укусы и засосы, от которых горела и саднила кожа. От когда-то бережных объятий трещали кости. И этого было мало. Чертовски мало.       Намеренно впиваясь в загорелую спину короткими ногтями и немедленно получая в ответ мощный толчок, ускоряющийся, без того рваный ритм, Саске сгорал от жара снаружи и внутри. Дыхание вырывалось короткими сдавленными хрипами из-за придавившего сверху тяжелого тела. Все, что осталось от реальности — распирающее ощущение внизу, но и оно скоро перегорело, переплавилось в нестерпимую выжигающую разум жажду и осознание, от которого весь мир сгорел дотла вместе с прошлой жизнью. Все сильнее вжимая в себя Наруто руками и коленями, он отчетливо понял: он не хотел, чтобы Наруто принадлежал ему. Он хотел принадлежать Наруто. И сейчас он ему принадлежит.       Саске растворялся в этом ощущении и, когда Наруто начал наращивать темп, он попытался его остановить. Слишком мало для одного единственного раза.       — Стой… Погоди, Наруто…       Тот оторвал голову от плеча, скользнул затуманенным взглядом и, покрывая поцелуями лицо, повторял, как заведенный.       — Все хорошо… Все хорошо.       От севшего хриплого голоса по телу прошла сладкая судорога.       — Да, хорошо, хорошо. Погоди минутку. Пусти.       Наруто все-таки сел у него в ногах, следя за каждым движением, как хищник за жертвой, готовый наброситься в любую секунду. Крепкие мышцы перекатывались под мокрой от пота кожей. В свете тусклой лампочки он весь казался воплощением стихии. Неукротимый. Красивый. Возбуждающий. Только его сегодня ночью.       — Я хочу по-другому, — прохрипел Саске, прогоняя наваждение. Он перевернулся и встал на колени.       Ожидание тянулось вечность, пока на бедра не легли сильные руки. Язык прочертил влажную дорожку по копчику и спустился вниз, вызывая удивленный вздох и новые волны удовольствия. Это лучше, чем он мог представить. Наруто вылизывал его, проникал внутрь и не вытерпев, Саске начал подаваться назад, стремясь усилить ощущения.       — Ммм, — будто ожидая этого сигнала, Наруто вошел в него. Он двигался тяжело, до самого основания и каждое движение пронизывало тело резким удовольствием, не позволяя молчать. Не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями, разум полностью уступил и, когда Саске дернули назад и усадили на колени, он не сразу понял, что с ним делают. Только почувствовал, как насаживается до конца под собственным весом. Наруто одной рукой гладил его член, а второй ласкал бедра и поджавшуюся мошонку.       — Не надо, — не пытаясь сопротивляться прошептал Саске. Собственная физическая разрядка теряла свою значимость, стоило только представить, какое удовольствие получит Наруто, кончая. Все желания и намерения сосредоточились на чужих ощущениях, но Наруто одним слитным движением развернулся вместе с ним к окну.       — Смотри, — отрывистый хриплый голос погнал толпу мурашек по позвоночнику. Этому приказу невозможно было не подчиниться. А в окне разгоряченный, раскрасневшийся Саске с широко разведенными коленями сидел на Наруто, который ускоряя темп двигал рукой по его члену.       Возбуждение жаркими волнами поднималось по телу, затапливая сознание. Наруто двигал бедрами навстречу и Саске достиг своего пика даже не осознавая, что с ним происходит. Он чувствовал только как Наруто впился в шею, прижимая к себе еще сильнее, до хруста, и откинул голову на мокрое от пота плечо.       — Люблю тебя, так сильно люблю.

***

      Настойчивые солнечные зайчики упрямо скользили по лицу, вырывая из сладкой полудремы. С кухни доносилось шкворчание масла, а по комнате плыл аромат свежесваренного кофе. Саске попытался спрятаться под одеялом, но сон больше не шел. Зато запах секса, пропитавший постельное белье будоражил сознание и тело. Кажется, вчера они не добрались до душа, так и отключились в объятиях друг друга.       Вчера…       Вчера они переспали. К собственному удивлению, никаких угрызений совести или вины, Саске не чувствовал. Он чувствовал себя прекрасно. Еще одно доказательство собственной ненормальности.       Он встал и, взяв аккуратно сложенные на стуле вещи, нагишом пошел в душ.       Внимательно рассматривая багровые засосы и синяки, следы от укусов, Саске улыбнулся своему отчаянно-счастливому отражению в зеркале.       — Оно того стоило, да?       Отражение послушно улыбнулось в ответ.       Стоя под теплыми струями воды, Саске чувствовал как вода смывает последствия самой лучшей ночи в его жизни. Теперь на память останутся только метки Наруто, жалко, что не на долго. Стоило прикрыть веки, как в памяти всплывал подернутый страстью взгляд, глубоко синий, как небо перед грозой, и утробный стон, с которым Наруто кончал в него. Какими глазами ты будешь смотреть сейчас, Хокаге-сама?       Саске открыл вентиль холодной воды до упора. Еще ничего не закончилось. Самое гадкое только начинается. И если он теперь точно увяз в своем безумии и ни за что не откажется от него, то, все равно, еще может спасти… Лучшего друга?       Нервный всхлип вырвался сам по себе. Не друг. Больше не друг. Но об этой ночи Саске никогда не будет жалеть. Он знал о последствиях своего решения. Холодная вода помогла привести в порядок сумбурные мысли. Нет смысла тянуть.       Наруто колдовал у плиты над чем-то, похожим на яичницу.       — Доброе утро, — задержавшись на пороге на мгновение, Саске прошел на кухню и сел за стол.       — Доброе, — Наруто оторвался от сковороды и поставил перед ним кофе, бросив мельком настороженный взгляд.       Озябшие после ледяного душа руки вцепились в горячую кружку. Все к лучшему.       — Ну, и какие наши планы? — кофе обжег горло.       — Ты о чем? — Наруто даже не повернулся. Будто эта несчастная яичница ему дороже. Ну, может и дороже…       — Ты понял, — впрочем, рассматривать кружку тоже интереснее, чем напряженную спину. — Когда ты собираешься собрать семейный совет? Мы должны все обсудить и составить график, — в общем-то, смотреть и не нужно. И так чувствуется, как чужая чакра рядом яриться от злости. Не друг. Больше не друг. И не любовник. Одна ночь — это так мало, но уже и не любовник. Только всегда останется любимым, как бы не ненавидел. — Ты же не хочешь скрывать от жены наши отношения? Я не согласен на роль любовницы. Я предлагаю собраться с Хинатой, можем и Сакуру позвать, и составить график, кого и когда ты будешь тра…       Только благодаря рефлексам кружка с горячей жидкостью полетела в другую сторону. Саске оказался прижат к полу, яростно уворачиваясь от злых поцелуев. Наруто навалился всем весом, судорожно сжимая за запястья.       — Теме, заткнись, я тебя прошу, заткнись. Ты даже не представляешь, что для меня значит эта ночь, — Наруто целовал лицо, кусал губы, шею. — Ты даже не представляешь, ты… Мой… Мой!.. Ты своей тупой башкой понимаешь вообще?!. Ты?!.       Уткнувшись макушкой под подбородок, он замер, тяжело дыша. Когда он заговорил, в его голосе была такая обида, что Саске передернуло — но это ведь все для его же блага.       — Зачем? Зачем ты все выворачиваешь? Я же тебя люблю, скотина упрямая. Какая любовница? — Саске слушал бьющееся в грудь чужое суматошное сердце. Конечно, он знал, что легко это не будет, но что будет так больно… Да и кто здесь упрямая скотина? Почему нельзя просто отпустить? Вычеркнуть из жизни, как неисправимую ошибку…       Саске рассматривал трещины на потолке. Когда он заговорил, его голос звучал спокойно и безэмоционально.       — А как ты предлагаешь это называть? Наруто, скажи, как называется, когда женатый мужик спит с кем-то на стороне? Опять скажешь, что это дружба?       Наруто поднял голову и удивленно всматривался в спокойное лицо. Несколько раз моргнул, будто не веря увиденному, а потом сел рядом, выпуская из захвата, и тихо рассмеялся.       — Черт, Саске, я такого от тебя не ожидал, честно. Ты же шиноби, мать твою… — смех становился все сильнее, и Саске сам уже недоуменно рассматривал Наруто.       — Что смешного я сказал? — он попробовал было тоже сесть, но его жестко толкнули назад на пол. Наруто навис над ним, расставив руки вокруг головы. Наклонился совсем близко к лицу.       — Я разошелся с Хинатой почти год назад, — тихо и четко выдохнул он в упрямо поджатые губы. — И, если бы ты слушал, что я тебе говорю, а не раздевал меня глазами, то, наверное, не пропустил бы это мимо ушей, засранец, сэкономив мне сегодня кучу нервов.       Саске неверяще всматривался в прищуренные глаза напротив. Для шутки это слишком жестоко, но неужели он и правда пропустил такое? Ведь, тогда получается…       — Это все равно неправильно, — почти год, почти целый год у него был шанс. Если бы он только не был так слеп, если бы не был так занят собственными страхами…       Наруто опустился на локти и зарылся руками в черные волосы. Прижался лоб в лоб и терся носом о переносицу. Саске замер под ним, млея от прикосновений. Теперь все ощущалось совсем иначе. Может, шанс и правда есть?       — Неправильно — что? Быть с тем, кого любишь? — горячие губы прихватили кожу на скуле и спустились вниз по щеке. — Быть счастливым? — задержались на уголке рта.       — Мы оба мужчины, если ты не заметил, — Саске откинул голову назад, открывая шею для ласк.       — О, этой ночью я отлично все рассмотрел, — возмущенное фырканье Наруто проигнорировал, оставляя новый засос поверх вчерашних. — И мне безумно понравилось, — он шептал в приоткрытые губы, временами касаясь их легкими поцелуями. — Ты сильный. Жесткий. Ненасытный, — вкрадчивый хриплый голос гонял по телу мурашки, и Саске вдруг обнаружил, что обнимает Наруто, прижимаясь все плотнее. — Страстный. Честный. Открытый, — собраться с мыслями становилось все сложнее под ласковыми губами, но кое-что еще требовало разъяснения.       — Ты — Хокаге, на тебя равняется деревня, все шиноби, — он заглядывал во внезапно ставшие серьезными глаза, а внутри все похолодело. Неужели Наруто об этом не подумал? — Ты должен быть примером для остальных, — закончил он севшим голосом. Ведь к этой мечте Наруто стремился всю свою жизнь. Она для него важнее всего на свете.       Сердце предательски громко билось в груди в ожидании ответа, а Наруто словно назло не спешил. Молча перебирал волосы и избегал прямого взгляда. Когда он, наконец, заговорил, Саске замер, слушая свой приговор.       — Я и буду примером, — пристально посмотрел в глаза и внезапно широко улыбнулся. — Я буду самым лучшим примером для остальных!       Саске смотрел в сияющие глаза и пытался понять, что такого веселого в этой ситуации. Чувствуя, что снова не понимает, что происходит в этой светлой голове, он разозлился. Примером чего этот придурок решил стать? Однополой любви?       — Ты идиот? — вопрос сорвался с языка сам собой.       — Теме, это ты тут идиот! — Наруто обиженно поджал губы и сел на пол. — Я буду счастливым! Ты о чем подумал, озабоченный? — он подозрительно уставился на Саске. Тот сел следом и ждал объяснений. Наруто глубоко вздохнул, досадуя, что надо объяснять такую простую истину. — Как я могу сделать кого-то счастливым, если сам буду несчастным? Теперь понимаешь? — для верности он постучал Саске пальцем по лбу.       — Ты серьезно? — в голове не укладывалось, что такой по-детски наивный ответ — это и есть ответ.       — Когда я шутил, ттебаё? Я буду самым счастливым Хокаге на свете! — Он встал и протянул руку, помогая подняться с пола. — И я никогда не отказываюсь от своего слова!       Саске ничего не успел сделать, как его уже прижимали к стене, навалившись всем телом. Наруто вклинился бедрами между ног и яростно целовал, удерживая лицо в ладонях. Потом также резко оторвался от губ и Саске замер, не имея сил оторваться от пылающего уверенностью взгляда.       — Если ты будешь со мной, я буду самым счастливым человеком на свете. И мне плевать кто и что думает по этому поводу. А моя койка не является достоянием общественности, — он чуть помолчал, а потом спросил со скучающим видом. — Ну, давай свою следующую супер важную причину, почему я должен тебя отпустить.       — Ты не отстанешь, да? — Саске накрыл его ладони своими и отнял от лица.       — Теме, когда у тебя получалось от меня сбежать? — Наруто улыбался, а в глазах было то же ожидание приговора.       — Никогда, — уткнувшись головой в плечо, Саске обнял его и наслаждался теплом. — Тебе лишь бы доказать, что ты прав.       — На то я и Хокаге. Я всегда прав, ттебайё!       — Кстати, Хокаге-сама, ты на работу не опоздаешь? — еще вчера он и представить не мог, что жизнь преподнесет ему такой подарок. Прикасаться к любимому человеку, чувствовать ответные нежные прикосновения. Быть рядом и не скрывать своих чувств.       — Я хотел отправить клона, — Наруто не спешил выпускать его из объятий.       Заманчивая мысль, но все-таки есть еще одно незаконченное дело. Саске нехотя отстранился.       — Мне нужно кое-что закончить дома, — сказал он, заглядывая в глаза. — Иначе будет не честно. — Наруто нахмурился.       — Ты… Я понимаю, но… Теме, будь по-мягче, а? Или вали все на меня…       — Нет, я сам в состоянии ответить за свои ошибки, — Саске осторожно провел рукой по полосатой щеке. Щекотно. Глубоко вздохнул. — Она поймет. Я знаю ее лучше тебя, поверь, — Наруто только молча кивнул головой, это абсолютное доверие будоражило кровь. Без всяких но и может быть. — Я вечером приду, хорошо?       Снова это молчаливое согласие на все. Саске не выдержал, прижался к послушным, доверчивым губам.       — До вечера.       — До вечера…

***

      Заполночь красила деревню в темно-синий. Луна едва пошла в рост, но уже освещала улицы лучше всякого фонаря. Прохладный воздух пробирался под полы плаща при каждом прыжке.       Знакомая лестница казалась невозможно длинной, хотя он мог сказать сколько на ней ступеней и за какое минимальное время можно подняться на верхний ярус.       В окне знакомой квартиры горел свет, но нажимая на кнопку звонка, в душе крутилась настойчивая мысль, что его не ждут.       Когда дверь распахнулась, выпуская наружу тепло и запахи жилого помещения, все происходящее показалось нереальным.       — Привет, — Саске замер перед распахнутой дверью.       — Привет. Я соскучился, — давя глупую неловкую улыбку, Наруто отступил на шаг, пропуская внутрь. — С возвращением…