Я верю в тебя

      Апрель теплый и согревающий душу, даже замерзшую от ледяных взглядов. В воздухе — раззадоренная весна, в сердце — девчонка. И везде сыпет сакура нежным соцветием.       Наруто Узумаки, десяти лет отроду, спешил домой, счастливый. Его не волновали разговоры прохожих о нем, как и зыбкие оскорбления. Внутри грело солнце и щебетали птицы, украшая цветущую дикую вишню в его душе.       Сегодня он увидел ее, в волосах которой россыпь розовых лепестков, и точно из них же губы — едва пухлые и нежного цвета. И имя ей идет. Сакура Харуно. Наруто глупо таращился на нее, неловко отворачивался, когда она хотела взглянуть на него и узнать, кто он такой. Глаза, впитавшие цвет юной зелени, глядели с легким любопытством.       Они сидели по разные стороны аудитории. Сакура держалась красавицы Яманаки Ино, Узумаки примостился рядом с товарищами по проделкам. Нара, проследив за взглядом Наруто, усмехнулся. А позже ничего не сказал, когда Узумаки не пошел с ними натягивать леску по всему полу кабинета Умино. Ребята ушли без Наруто, а он, немного потоптался да подошел к болтающим девчонкам.       — Тебе что-то нужно? — в лоб спросила Яманака, но, увидев, что мальчик смотрит не на нее, ретировалась к подружкам. Харуно выглядела неуверенной и вовсе растерянной, будто одним видом спрашивала: «Чего ты от меня хочешь?». Наруто удалось набраться смелости.       — Твое ведь имя значит почти тоже самое, что и цветение сакуры? — Харуно, едва живая от волнения, кивнула. Чего он добивался? Родители говорили не подходить к нему, но слова голубоглазого мальчика удивили ее: — Тогда я бы хотел приготовить тебе подарок к Ханами, ведь это твой праздник?       — Я не буду против, — достаточно быстро ответила Сакура, чувствуя, как больше не переживает. Мальчик был на редкость хорошим. — Идем со мной на фестиваль, Наруто? Ты же не будешь дарить подарок просто так.       Узумаки не помнил себя от счастья и сидел, едва улавливая слова сенсея. Мальчишки молчали и не комментировали глупой улыбки. Шутили над тем, как вспылил Ирука, и тихонько посмеивались над мечтательным видом друга. Казалось, еще немного — и блондин, точно ангелочек, воспарит над партой.       Наконец, занятия закончились. За пределами Академии проблем добавилось, и Наруто заметил бы их, не будь ослеплен счастьем. Но он, ворвавшись домой, схватил в руки алый маркер и навис над календарем.       — «Сегодня я впервые влюбился, мама», — верещал в мыслях мальчик. Он часто представлял ее теплые руки и уверенные, добродушные глаза, но на сей раз уловил из воображения улыбку.       — «Эта девочка мне очень нравится, и имя у нее красивое», — имени матери он не знал, оттого обращался к ней «коо-сан». Но он представлял, что ее несомненно звали очень красиво. Улыбка победителя не сползала с его лица. Узумаки вытирал рукавом куртки теплую слезу. Он не мог вообразить, что к нему тепло отнесутся! Тем более не мог и мечтать, что та девочка, в улыбку которой он влюбился.       Он еще много чего представлял. Например, как ходил бы с собственной семьей на Ханами. От этого было немного грустно. Но легкая мысль отвлекла его. Наруто подумал, что в такой день расцветет и сама Сакура, будет особенно красивой.       Подарок дожидался своего дня, а мальчик вдыхал весну, и сакура зацветала в его душе. А когда наступил долгожданный праздник, и солнечный мальчик передал девочке дрожащими руками заколку, цвета персиков, соцветие лепестков понес ветер. Одетая в кимоно Сакура и дикая вишня расцвели.       На душе стало совсем тепло.       «Мама, я влюбился», — мальчик счастливо улыбался, истинно надеясь, что та его слышит. От этих мыслей весна пылала яркими цветками сакуры, изумрудами горел игривый взгляд глаз, смотрящих на Наруто.