Шум из её комнаты

***

      Сейчас он стоит в одной лишь домашней футболке, а ты сидишь перед ним на коленях, со всей страстью посасывая розовую головку его набухшего, налитого кровью члена, заставляя Чимина слабо прикрывать глаза, заламывать бровки и стонать во всю глотку. Его ноги подкашиваются и он еле удерживается, чтобы не упасть, а ты берешь всё глубже, старательно работаешь язычком и как следует смачиваешь орган слюной.       Еще пять минут назад, по необъяснимой причине, ты буквально умирала от перевозбуждения, маялась и пыталась успокоиться, пока не вспомнила, что в соседней комнате находится младший брат. Очаровательный, миловидный, а самое главное, невинный младший братик, которого ты тут же, без раздумий, позвала в свою комнату, с порога встречая его, ошарашенного, в одном нижнем белье и без лишних слов утягивая в глубокий, мокрый, пошлый поцелуй.       Чимин не сопротивлялся, хотя и был в крайней стадии шока. Вы переместились на кровать, где ты практически сорвала с брата футболку, продолжила целовать, гладила, оттягивала волосы на затылке, на ушко шептала пошлости, а младший дрожащими руками расстегивал твой лиф, нетерпимо мял пышную грудь, царапал, пока ты не упала на спину, призывно раздвигая ножки и смотря на брата с мольбой в глазах и туманом возбуждения, застелившим взор. Краснея, он стянул с тебя трусики, оставляя полностью обнаженной. -Т/И, ты уверена? - голос дрожит, Чимин не уверен в правильности ваших действий, он желает тебя, так, что член уже болит от возбуждения, а на лбу поблёскивает испарина, но его останавливает мысль, что так нельзя, так неправильно. -Просто войди уже, если не хочешь моей смерти! И он входит. Одним плавным толчком входит полностью и заставляет сжаться, прогнуться, а ногами обвить талию парня, прижимая его максимально близко. Но ты тут же расцепляешь ножки, ведь Чимин начинает двигаться, делает это быстро, нетерпеливо, входит полностью и почти не выходит, уже толкается по новой, кажется, проникая еще глубже. Его член не большой, но этого достаточно, чтобы задевать все чувствительные точки, заставлять громко и обрывисто стонать, широко раскрыв рот и прикрыв глаза, ногтями впиваться в руки парня, что крепко, до красных следов, держат тебя за бедра. По комнате раздаются частые шлепки, громкие стоны, в помещении как никогда жарко, а вы раствориться друг в друге готовы, цепляетесь, льнёте ближе, целуетесь как умалишенные и ничто сейчас не способно помешать. Пак почти ложится сверху, скулит тебе на ухо по-сучьи, лижет шею и кусается, этим заглушая свои стоны и делая громче твои. Ты двигаешь бедрами навстречу, улавливая ритм Чимина, цепляешься за его подкачанный зад и несколько раз больно шлёпаешь младшего, а тот вскрикивает от неожиданности, а потом вжимается в тебя, делает последние, самые сильные и глубокие толчки, ты рот открываешь в немом стоне, заходишься судорогой, ножки поджимаешь и цепляешься за плечи брата, а Чимин высоко стонет куда-то тебе в ключицу. Вы кончаете одновременно, тяжелым грузом уваливаясь на смятой постели, тяжело и сбито дышите. В комнате душно, пахнет сексом, обоим безумно хочется пить, но вы все еще лежите, наслаждаясь теплом распаренных тел, обнимаетесь, не желая отпускать друг друга.       Уснете вы вместе, близко прижавшись, а на утро настанет неловкость, но не между вами. Придет осознание, что прошлой ночью в доме вы были не одни, вели себя непозволительно шумно и понятия не имеете, как объяснить родителям причину возникновения столь громких звуков, доносившихся из твоей комнаты.