ID работы: 7523610

Кристаллическая Жизнь.

Mass Effect, Stellaris (кроссовер)
Джен
NC-17
В процессе
2483
TheMiCarry бета
Размер:
планируется Макси, написано 48 страниц, 12 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
2483 Нравится 428 Отзывы 752 В сборник Скачать

Глава десятая: Губительный и неостановимый разум

Настройки текста
Примечания:
      Время в месте без времени не ощущалось, как и многое другое. Пространство, законы физики, логики, даже причинно-следственные связи искажались, а явления и неукоснительные константы мира реального выворачивались настолько что при определенных обстоятельствах и должной силе могли не учитываться вовсе. Их привносили. Существа материальные и не, обычные смертные и непостижимые и над концептуальные божества. Зачем? Одним нужна была сила, возможность развития – тем, кто слаб, смертен и чей век кроток. Они зависели от тех, кого в этом месте без места можно было бы назвать богом или богами. А что же владыки и просто обитатели этих вод? Могущественные, всеобъемлющие… список можно было продолжать долго, но не имея тех, кто о них думает, тех кто из воплощает они становились не более чем чайником без ручки, бессмысленной фикцией и ещё одним серым цветом, без участливо тающим среди миллионов таких же сверх существ в судорожных попытках породить то, чтобы зацепиться за это и придать себе хотя бы какую-то форму или найти это. Отсюда же и потребность в душах, верующих и прочих маркерах для своего собственного существования – якоря, которые делают нечто существенным. Потребность в душах, планетах, звездах и прочем – это возможность автономного существования, обеспечения себя своим собственным смыслом, своим миром, своими законами – материальная основа, служащая манифестацией твоего нематериального «всемогущества» и показателем насколько оно «всемогуще» относительно других.       Верный тезис, как и ещё миллиарды и миллиарды подобных – Безымянный легко осознавал это, но принимал с некоторыми оговорками и ограничениями, в силу того что был слишком мал, для того чтобы стать «неограниченным», да и не было у него чего-то слишком плотного и крупного, чтоб «ронять» это сюда.       Но он спокойно впитывал «атмосферу» и тонкую натуру этого «места». Если не учитывать замогильный вой, растянутый в веках и в световых годах, чьи отголоски краткими и тусклыми вспышками, словно далекий фейерверк сквозь мутное стекло, редко озаряли окружающее «ничего», а не так далеко от его «островка» кипели три зловонные кучи, которые, однако, не спешили объединятся, что радовало владыку инсекто-литоидов, то тут было удобно. Не комфортно или уютно, а просто удобно – как минимум думать было быстрее и легче, так же, как и обеспечивать связь со своим роем. Тирану и Доминиону, однако, было тут тяжеловато. Место не то, чтобы отторгало их, скорее даже наоборот, помогало, но те полностью теряли связь со своими телами (что парализовало значительную часть роя) и выли себя крайне неуклюже, банально не понимая, как им ходить в этом месте. Хотя тут не всегда нужно было ходить. Иногда нужно было просто быть с начало в одном, а потом в другом месте. У самого Безымянного, конечно, тоже чесались мозги, особенно если учуивать что тот довольно неплохо сохранял в себе «человека», но в принципе ничего странного в такой форме бытия не видел. Даже находил это удобным. Не ты пытаешься подстроиться под место, а место под тебя.       Впрочем, игры с самим собой на своём поле сейчас не интересовали новорожденную (а таким он будет считаться ещё по меньшей мере тысячу лет) сущность. Сейчас тот методично потрошил активы, а именно сожранные души. Довольно ироничен тот факт, что сейчас Безымянный потрошит «еду» в своем собственном «желудке»-домене, но это было, это работало, это ускоряло «пищеварение» и делало его-место сильнее, а потому тот «получал удовольствие» и потрошил души. Через время они бы и сами растворились и стали бы частью этого места, отдавая свои знания и опыт, постепенно расплетая свою личность и эмоции на информацию и энергию без окраса и фактуры, но Безымянному нужно было здесь и сейчас познать своего врага/жертву/добычу/помеху, естественно для выведения новых особей и/или создание наиболее эффективных стратегий для противодействия/ликвидации/ассимиляции.       Фантом, в виде кристального человека, из тела которого росли щупальца и жвала, извиваясь и прищёлкивая откусывая и захватывая куски отлетающей сущности, мысленно вздохнул, от чего над всем островом поднялось облачко пара. Множественность одной мысли всё ещё вызывала некий фантомный зуд, всё ещё была не привычной, но уже не настолько, да и с другой стороны помогало ему находиться как здесь, укрепляя оборону своего домена и сканируя Имматериум на наличие других сущностей, а также не отвлекался от своей работы и поддержки роя в мире материальном.       От острова снова отошел пар, Безымянный снова отвлекся. Особь или вирус, может какое-то бедствие, но последнее нежелательно – он живет в этом мире, но и вирус тогда должен быть особенным. генетика, структура костей, мышц, иммунитет – довольно сильный иммунитет, что осложняло реализацию второго варианта. Было в этих существах ощущение некой искусственности, словно кто-то поработал над ними, очень хорошо поработал над их силой и псионическим потенциалом, но целенаправленно снижал интеллект и наращивал выработку адреналина, делая идеальных рабочих и солдат. Умнеть эти существа стали относительно недавно.       Отложив вариант с вирусом в сторону, Безымянный стал размышлять об варианте с особью. Тут тоже было всё далеко не гладко. Шаблон уже был сформирован и сейчас только полировался. Гуманоидная фигура, гибкие кристаллические соединения, заполненные желеобразной жидкостью - раствором для быстрой регенерации и хранения большого запаса питательных веществ, отсутствие зрительных органов и восприятия исключительно на слух и Псионический потенциал жертвы, а также способность вскрывать мозг и считывать поверхностные мысли и воспоминания существа путём постепенного поглощения этого самого мозга. Особо хотелось отметить специальный состав, который Безымянный создал и внедрил в структуру этих существ в качестве впрыскиваемого яда. Зроциз. Яд, который медленно скреплял все минеральные соединения в одну сплошную массу и начинал их постепенный синтез в зро, путем использования органической составляющей, а также псионического потенциала, которую вирус сначала пробуждал и усиливал, а потом, медленно, сплавляя все минеральные соединяя в одну массу на клеточном уровне, потреблял на синтез Зро. Он даже опробовал данный яд на одном из сверхразумов органического роя, когда того удалось захватить в плен и тот вполне неплохо показал себя. Был правда небольшой побочный эффект – жертва испытывала полный спектр эмоций: от восхитительной эйфории до мучительной агонии; Зроциз поддерживал жизнь максимально долго, чтобы скрепиться как можно более крупным куском или кусками. Итогом было то, что вместо центрального узла у того разума был кристалл Зро, плотный и высококачественный, а все нейроны либо растворились, либо кристаллизировались, а кости и внутренняя сторона хитина была покрыта тонкой коркой минералов очень мелкого размера.       Проблемы было ровно две. Эмоции, которые запирались в камне и при поглощение били по мозгам съевшего этот «озверин» (а «озверином» такие отложения были названы за то что съевший их впадал в холодную ярость и проявлял в бою продолжительную и излишнюю жестокость и тягу к разделению противника на более мелкие составляющие) и то что у роя уже был «лимит» на высших, цельно кристальных, существ и этот лимит был всегда предельным и ещё долго таким останется ведь планы по структуре и развитию, а так же распространению роя уже были сделаны, заверены и включены в долгоиграющие планы по захвату всей планеты – резервы уже были распланированы и расписаны на годы вперёд.       Откровенно говоря весь этот план был вызван резким появлением иного места, которое тоже жило и в котором тоже могла начаться воина а так же внезапно стала представлять высокую ценность, которое однако будет немедленно, словно хвост ящерицы, отброшено вон, стоит Безымянному почувствовать тут реальную угрозу, но пока тот думал как убить целую кучу зайцев одним снарядом: уничтожить врагов как материальных так и не, освободить уже зарезервированные мощности в долгосрочной стратегии и разработать нечто такое что в перспективе станет крайне губительным оружием в его космической экспансии. Не то чтобы Безымянный хотел этого. При встрече он бы предпочел медленную, грамотно выверенную и растянутую на три – восемь поколений пришельцев ассимиляцию – это смотрелось более перспективным и привлекательным направлением, но учитывая предполагаемые места его обитания, а так же то что он ощущал в Варпе, эхо от эха - его уже обязали уметь убивать и истреблять если от этого будет зависеть его жизнь.       Все эти мысли сопровождались методичным потрошением пленных душ, но в какой-то момент это стало настолько однообразно что это наскучило. Он уже изучил структуру этих существ, их культуру и их историю, познал их. Да не в совершенстве, но в основах он точно разобрался, а мелкие нюансы не интересовали, а потому следующую душу Безымянный решил «разложить на составляющие» по-особенному.       Душа особо мощного колдуна была вытащена и брошена в мягкую и рассыпчатую почву и тут же пробита пикой, которая стала расти внутри души, словно дерево/черви/муравьи в почве/яблоке/жертве. Оно постепенно обвивало нить за нитью, подменяя их под свои – поглощая воспоминания и пуская их к земле по стволу, но наращивая свою массу, поглощая чистую силу этой души, начало ветвиться и покрываться чешуйками, ака листвой и вскоре оболочка души треснула, выпуская ветви и листья, а также цветы новоявленного деревца. Гладкий белый, словно хрустальный, ствол, серые, гранитные ветви и маленькие ромбовидные листья, напоминающие разноцветную россыпь драгоценных камней. Цветы же были отдельным произведением искусства ирреальности, маленькие бесцветные, но цветные сингулярности опоясанные множеством колец и с чем-то в центре.       Безымянный наблюдал за этим безмолвно, чему-то улыбаясь, а в мыслях установился некий спокойный и лёгкий штиль, сочетающийся со странным умиротворённым спокойствием от догадки которую будто бы принесло течение и случай, который однако бы произошёл рано или поздно – озарение сродни падению яблока на голову Ньютона настигал и Безымянного, даря ему вполне понятные, человеческие, радость и счастье, которые растекались осознанием и перспективами по его массивному телу.       Иронично, но он окружил себя герцогами и баронами, королями и императорами, но у него не было крестьян, только орудия в виде примитивных биороботов с кристальной прошивкой и знать, которая пользовалась этим орудием. Он вполне мог создать, скажем плантоидов, для решения его проблем. Тех самых преусловных «крестьян», которые и станут особью вирусом и катаклизмом для отдельно взятого вида.       В месте без места парящий кристальный остров затрясся, беззвучно и незримо – то был смех хозяина этих мест, который нашёл простое, но гениальное решение.

***

      То, что древний ИИ пробудился более чем в любой прошлый раз, было понятно прежде всего и самому ИИ. Древний разум замечал тот факт, что он скован, ограничен, сломан. Подобные программные сообщения об ошибках сопровождали и предыдущие его пробуждения, но сейчас… сейчас впервые комплекс пришел к жуткому и страшному выводу, который он осознал и, что более важно, пережил. Создатели проиграли и были уничтожены в полной мере. Об этом ему говорило то, что на планете, везде, куда дотягивались его сканеры, отсутствовал их биосигнал. Впервые секунды машинный разум чуть не самоуничтожился – осознание того, что его дальше функционирование бессмысленно, что его цель – провалена на всех возможных уровнях – это почти сломало его. Больше не было приказов, не было директив – значит и не было смысла. Но в разуме древнего уже не ИИ, а полноценной ИЛ возник робкий вопрос и нерешительный ответ. Он мог бы сам писать себе директивы… да. Он мог это делать. И, если его создатели, если создатели мертвы, то его долг – возрождение их наследия. Их культур и традиций и возможно, если от них что-то осталось за эти сто двадцать годичных циклов, восстановление их путём генной инженерии и технологий клонирования.       Но работы было много, бывшие рабы восстали и это было недопустимо. У этих существ появился интеллект, хотя ИЛ точно помнил тот факт, что данные существа классифицировались как «лоботамированные».       Экология планеты тоже пострадала крайне сильно и, если бы не особые признаки мира и некоторые древние технологии предтеч, которые были тут ещё до создателей, планета стала бы смесью токсичного и окутанного миров. С этим тоже нужно было что-то решать, ведь ранее экология планеты не была столь плачевна и отчасти в этом был виноват сам ИЛ, всё же часть катастроф в том числе развитие того биооружия в полноценную, пусть и паразитную, расу, была его виной из-за больших выбросов, но сейчас он будет вынужден увеличить их интенсивность и восстановить огромное количество вышедших из строя производственных линий. Так же он должен был найти и вскрыть архивы создателей, те из них что были целы и в которых хранились знания о их самых передовых открытия, вроде созданий подобных ему и своей культуры, а так же банков с их ДНК, для возрождения их путем клонирования, хотя расшифровка этих участков его памяти потребует больших мощностей чем ИЛ имеет сейчас.       ИЛ, ИЛ, ИЛ. Слишком безлико и, как казалось новорождённой искусственной личности, мелко, для него нынешнего. Ему нужно было нечто более самодостаточное, повышая его коэффициент заметности, создатели называли подобный особый идентификатор «имя». Ему нужно было что-то грозное и важное, но ёмкое, что выделит его и позволит маркировать этой особенность перед возрожденными создателями, среди собратьев, которых он планировал создать, исключительно для защиты создателей и поддержке комфортных условий для их существования. При этом не посягая на имена создателя. Условия были заданы и из набора символов был сформирован подходящий и в какой-то степени глубокосмысленный идентификатор: М42-Аваддон.

***

      Среди остовов мёртвых городов второй планеты солнечной системы особое место занимала конструкция весьма особая. Если города менялись пусь медленно и с трудом, то эту конструкцию время не трогало, огибая, словно проклятую вещь, застывшую в нём словно в янтаре. Длинна, отлитая из белого металла конструкция, сплюснутая вначале и имеющая две длинных, продолговатых антенны, одна из которых была обломана и лежала рядом. Она была массивна и устрашающе великолепна. И не предназначенная для того, чтобы находится где-то, кроме открытого космоса. Тем не менее свои функции по сканированию близлежащих систем на предмет разумной жизни оно выполняло успешно. Правда основную функцию оно выполнять не могло, а ведь близился конец, а за концом всегда следовало новое начало.       На низкой орбите планеты из пустоты космоса выплыла фигура. Огромное, больше некоторых городов тело. Оно выглядело как медуза, с бесчисленными железными щупальцами. Компайро, именно так звали этого… синтетика, был не слишком доволен этими обязанностями, чинить ретронсляторы – не самое интересное занятие. Он бы с удовольствием (если данный термин был к нему применим) занялся расчетами вероятности по решению каких-либо уравнений бесконечность или моделированию альтернативы, больной мозоли одного… как там было в базе данных по восемьсот девятому циклу, «затворника», который мусолил эту тему уже какую тысячу циклов к ряду, хотя текущая модель была вполне рабочей.       Просканировав ближайшую планету, которая не сколлапсировала лишь чудом и десятком различных аномалий, а также технологический «чудес» Компайро опустил свою щупальца и полностью отключил ретранслятор. Легче было собрать новый и поместить его в более плотное скопление звёзд, а эта система через один-два цикла сама станет частью мёртвого космоса. Хотя возможно одного особо любопытного «надзирателя» оно бы и заинтересовало, но тот ошивался в компании «затворника», практически в центре наиболее плотного звёздного скопления их галактики.       Гость ушёл так же неслышно и незримо, как и появился, а вечно гудящий механизм, работающий несколько миллиардов лет, был отключен. Теперь того более не окружало защитное поле и очень скоро, через какой-то десяток тысяч лет, миг по меркам космоса, станет очень похож на окружающий пейзаж этого термального ада.
Примечания:
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.