Qui tacet consentire videtur

      Гарольд увидел девушку лежащей на кровати в разорванном платье. Синяки на теле, особенно на руках, сразу бросились в глаза ментору: — Лексия, — мужчина стал медленно походить к девушке, — милая, с тобой все в порядке?       Гарольд выругался про себя: конечно же ей было ужасно плохо, но другого вопроса он не нашелся задать, а молчать было бы не правильно.       Ментор присел возле кровати и заглянул в глаза Форд, которая совершенно не обращала на него внимание. Он обещал, что будет защищать ее, что сможет научить как выжить в холодном мире Капитолия.       Он врал. Все менторы врут своим игрокам и он не исключение. — Лекси, ответь хоть что-то.       Мужчина хотел дотронуться до плеча девушки, чтобы как-то подбодрить ее, но так и не смог этого сделать: красно-синий засос был на самом видном месте, вроде украшал Победительницу. — Прости. — Говорит ментор качая головой. — Я действительно ничего не смог бы сделать.       Девушка даже не обращала внимание на Гарольда, она не винила его, нет, просто сейчас ей не хотелось говорить не с ним, не с братом, не с семьёй.       Семья — важный показательно во втором дистрикте, который может или продвинуть тебя вперёд, или закопать поглубже. Второй вариант — как раз про Лексию Форд и ее отношения с родителями.       Девушка не может похвастаться тёплыми отношениями со своими родственниками, ведь в семье к ней всегда относились как к человеку, который ничего не может добиться в жизни. Лексия помнит как ее приняли в академию и в тот же вечер она получила нагоняй от отца, который строго настрого запретил «нести чушь» в элитном обществе. Чушь — любое слово сказанное Лекси. — Гарольд, на сколько он меня купил? — подаёт голос девушка все также лёжа на кровати, ее ноги подогнуты, а руки обхватывают живот — ей неприятно вспоминать насилие. — Сколько ещё?       Ментор уже был возле дверей, он остановился услышав голос своей победительницы, но вопрос застал его врасплох. — Сколько он захочет. — Отвечает правду мужчина. — Всё в его руках.       Гарольд больно сглатывает, ему жаль Лексию по-настоящему, по семейному. Он прекрасно знает всю ее жизнь и то, что жизнью она не избалована даже не смотря на то, что ее родители не последние люди в дистрикте. — Никто ничего не может сделать. Он тебя купил.       Ментор ещё несколько раз извиняется, пытается объяснить что у чему, но Форд его не слушает. После долгих минут он всё-таки уходит, тихо закрывает за собой двери, оставляет девушку наедине с собой.       Победительница переворачивается на другой бок, теперь на нее светит яркое солнце, что уже давно встало и освещает прогнивший мир Панема. С окна девушка видит сад, красивый, вечнозелёный с ослепительными белыми розами. Ей становится тошно от пребывания здесь, она хотела бы сжечь эту резиденцию вместе с жителями, но у нее не хватит силы.       Она больше проиграла, чем победила.       Лексия понимает, что у нее нет выбора и что ей все равно придется выполнять такой противный приказ. Ей не нужны новые синяки или насилие, она должна быть умнее. «Когда вы будете на арене то знайте, ум — ваш самый главный враг и друг, просто выбирайте прав… Посмотрите на Лексию Форд, снова рисуешь? "       Девушка стала часто вспоминать учебу в академии, ужасных профессоров и людей, что готовы были убить тебя прямо там. Они все подшучивали над Лексией не веря тому, что в какой-то момент она может быть выбрана на Жатве, в потом и победить. Наверное, девушка улыбается, они сейчас локти кусают от зависти, ведь ее родители явно закатили праздник на весь второй лишь бы рассказать, что именно из дочь одержала победу. А может все не так, Форд стирает скатившуюся слезы со щеки и привстает: родители могут закрыться от всех, ведь она не убила так много, как надо было.       Победительница больно сглотнула: ее напарник, пара, совершенно ни в чем не повинный человек…как она будет смотреть в глаза его семье? Как сейчас смотрит ее мать, что вечно считает себя лучше остальных?       Громкий стук в двери встряхнул девушку и вернул на место. Она посмотрела в сторону выхода, но так ничего и не сказала. Постучали ещё раз, видеть гостей Форд сейчас не хотела, она просто решила подождать пока названные уйдут. Но в этом мире, мире тирана Сноу, решать самой нельзя.             Последний стук, потом секунда тишины, а после, оглушительный удар в двери. Лексия увидела как они пошатнулись, еле держась на шпингалетах. Девушка сразу же соскочила с места и встала в самый дальний угол. Ещё один сильный удар и дверь падает на пол, поднимая клубок дыма. Из него, как и боялась победительница, выходи Крейн. Он отряхивается от пыли и улыбается: — Я стучал, — говорит он проходя вовнутрь, — ты видимо не слышала.       Лексия перепуганно смотрит то на дверь, то на мужчину, неужели он их выбил чтобы просто зайти? — А, это, — машет рукой Сенека присаживаясь на диван, — не обращай внимания, это всего лишь дверь. Просто запомни, я не люблю когда мне не открывают. Ну, как ты?       Лексия пятится, придерживается за стенку и больно сглатывает. В ее голове не может уложиться тот расклад, который сейчас происходит, ведь отходит некуда, а мужчина вопросительно смотрит прямо в ее глаза. — И? — его голос становится грубее. — Чего ты молчишь? — Ничего. — Вылавливает из себя Форд. — Я…мне… — Ты, тебе, — перекривляет Крейн, — что такое? Вчера ты была более, — Сенека осматривает девушку с головы до ног, — разговорчивая что-ли.       Лексия понимает, что молчать — самая плохая идея, но она не может связать хоть пару слов, чтобы как-то объясняется распорядителю. — И опять молчишь. — Цокает Сенека. — Помню у Цезаря ты разговаривала, когда я покупал то мне сказали, что у тебя нет дефектов. Что такое?       Крейн скрещивает руки на груди, укоризненно пронзает девушку взглядом, ждёт ответа. Он, как распорядитель, привык когда ему отвечают.       «Раз, два, три…соберись Лексия» — Да, сэр, я умею разговаривать. — Еле пролепетала она. — Я просто ещё не отошла от вчера. — А что было вчера?       Сенека подзывает одного из миротворца и что-то шепчет ему, Форд не может услышать что именно, но уже через несколько секунд Крейну приносят поднос с фруктами и вином. — Так что было вчера? — переспрашивает он наливая себе и Лексии вино. — А, ты про секс?       Форд заливается краской, миротворцы ещё не ушли, а он имеет право говорить такое при них, даже не стыдясь. Лексия никогда не любила такие разговоры, особенно при других, но Сенека был таким мужчиной, который мог себе такое позволить. — Это то, что ты должна исполнять. Мне странно слышать что ты еще " не отошла».       Сенека скривился отпивая вино, потом он взглянул на девушку и глазами указала на бокал: — Пей. — Приказал мужчина. — Мне все тебе озвучивать? — Нет, сэр.       Форд залпом опустошила бокал и поставила его на стол кривясь от терпкости напитка. Сенека усмехнулся наблюдая за картиной и своей новой игрушки. Он взял бутылку и еще раз налил вино для Лексии. — Скажи, как тебе бить победительницей? Потрясающе, неправда ли? — Крейн улыбнулся показывая ровные зубы. — Сегодня у нас вечер спонсоров. Твоих. — Прошептал мужчина хищно щурясь. — Ты рада? — Да. — Тихо сказала девушка, наблюдая за действиями распорядителя. — Очень. — Это радует, Лексия. Ты должна быть рада, ведь эти люди давали тебе деньги. Возможно, кто-то перекупит тебя после меня.       Форд тяжело вздохнула осознавая то, что эта череда покупателей будет только расти. Ей не прельщала участь проститутки Капитолия, но у нее нет выбора. Сенека заметил реакцию девушку, он словил момент и, пока Форд была поглощена мыслями, подсел рядом. Победительница дернулась, но Сенека крепко прижал ее к себе, не давая возможности даже пошевелиться. — Ну, что ты дергаешься? — Спросил Крейн наклоняясь к уху. — Разве ты за вчера не свыклась? — К такому — нет.       Сенека припал губами к шее девушки, оставляя следы на нежной коже. Лексия дернулась еще раз. Крейн оторвался от победительницы и зло шикнул, он залепил Форд звонкую пощечину и один раз ударил по рукам: — Не дергайся!       Лексия молча сглотнула обиду и лишь захлопала глазами. Плохое отношение к ней придется терпеть так же, как и близость с этим мужчиной. Перед глазами пронеслась Игра и те действия, которые ей пришлось терпеть и делать. Она отчетливо вспомнила как один из Первого пытался изнасиловать ее перед камерой лишь бы как-то разбавить сценарий. Форд еще долго трясло от этого всего, он не успел, нет. Первый как знал, что она будет принадлежать кому-то другому. — О чем задумалась? — спросил Сенека дергая Форд за руку. — Мне не нравится, когда девушка так себя ведет. — Извините. Мне нужна в ванную.       Форд встает резко, Сенека отпускает ее провожая взглядом. Он пожирает ее глазами и девушка замечает это. Её тошнит, она чувствует как рвота подкатывает к горлу, как вино, что было выпито залпом теперь дает свои плоды. Голова идет ходуном, девушка опирается на раковину и смотрит в зеркало: дважды проигравшая. Лексия ухмыляется. Она смотрит на лезвие Гарольда, он забыл здесь бритву. Смотрит на свои руки. Решение приходит в голову молниеносно. Форд даже не хочет менять его, она наоборот хочет его поскорее исполнить.       Одно легкое движение и кровь струйкой начинает стекать вниз. Лексия делает свой выбор.