Отношения на спор

      Данила, наконец, принявший решение, встал и, ссутулившись, побрёл в сторону квартиры, где жила Алиса. Эрика отправилась за ним. Она знала, что, возможно, проблем не миновать, более того, она сама тоже подвергнется этой слежке… однако желание помочь другу было выше, чем страх перед какой-то сумасшедшей девкой. Эрика не спорила, что жизнь обошлась с ней не самым лучшим образом, но это не повод терпеть её нападки, и она пыталась вдолбить это Поперечному.       Парень же, полностью загнанный в свои собственные страхи и мысли, слышал девушку плохо, из-за этого никакого просветления в его рыжей голове не было. Лишь страх перед последствиями. Но решить это «недоразумение» всё же очень хотелось. Ведь из-за этого Данила буквально дыхнуть не мог. Мало того, что постоянно казалось, что за ним следят, так ещё и пришлось так грубо обойтись с друзьями. На ближайших выходных он хотел поехать к маме, но даже не знал, может ли он вообще это сделать! Он не мог пойти в бар и расслабиться, не мог прогуляться по парку с кем-нибудь из подруг или друзей.       Разве что сейчас, находясь рядом с Эрикой, он чувствовал какое-то обволакивающее спокойствие вперемешку с сильным волнением от предстоящей встречи. Данила особо не треплется, потому что… Кому оно нахуй надо: помогать другим людям решать их проблемы? Но он был удивлён, когда Эрика приняла такие яростные попытки, чтобы помочь. Интересно, она так ко всем, или я ей дорог? — Ты уверена, что хочешь пойти? Она и за тобой может начать следить, — Данила бы не обиделся, если бы она сейчас отказалась. — Знаю, — коротко отвечает девушка и сразу же замолкает. Решительности ей не занимать.       Парень хмыкает и устремляет свой взгляд в многоэтажный дом серого цвета. На нём были довольно красивые вырезки, а сам дом выглядел новым. Данила открывает сообщение, чтобы найти номер квартиры. Третий подъезд, сорок третья квартира… Парень выдохнул и сделал шаг, ступая на крыльцо. Прежде чем он нажал кнопку на домофоне, дверь подъезда открылась, и оттуда вышел незнакомый мужчина. Ребята зашли в подъезд и поднялись на четвёртый этаж — последний.       Прежде чем позвонить, Данила несколько раз перевел дыхание и даже дёрнул один раз за ручку, после чего обнаружил, что дверь не закрыта. Парень нахмурился и глянул на Эрику, которая смотрела на него также недоуменно. Осторожно приоткрыв дверь, Поперечный заглянул в щелку, но ничего подозрительного не заметил: виднелась обычная комната, похожая на прихожую и кусочек коридора. Данила тихо прокрался в квартиру, оглядываясь на свою подругу, чтобы та тоже прошла. Подобно ворам, они обеспокоенно оглядывались вокруг, боясь, что их застанут за чем-то незаконным. — Может, что-то случилось? — шепотом спросила Эрика. — Не знаю… — задумчиво проговорил Поперечный и пошёл дальше не разуваясь.       В квартире было очень тихо: так тихо, что становилось не по себе. Казалось, воздух был суше — дышать было сложно. На улице был день, хоть пасмурный, но небо было ярким и ослепляющим; даже свинцовые облака не спасали от яркого света. Однако в квартире поселилась вечная тьма — только привыкнув к темноте можно было разглядеть обстановку. Здесь было очень мало мебели: в прихожей стоял лишь небольшой шкаф для обуви и вешалка, хотя комната была довольно большой для такого количества мебели. Здесь бы не помешало пару полочек, да цветов.       Она остановилась посреди, забыв о том, что ей нужно бы идти за Данилой, но вся эта обстановка как-то пугала, заставляя тело замереть на месте. Поэтому девушка решила просто проследить за другом, если что готовясь в любую секунду окликнуть его и бежать отсюда как можно дальше. Глаза полностью привыкли к полутьме, и Эрика смогла разглядеть незамысловатые узоры на тёмных обоях. Если она сама выбирала интерьер, то ей нужно было прочесть парочку статей от дизайнеров. Хотя, ей точно это не надо…       Эрика понимала, что Алиса психически больна — а от таких людей вряд ли стоит ожидать чего-то привычного для неё. У них абсолютно другое мышление, и если девушка видит здесь обычные цветы на обоях, то Алиса, возможно, может растолковать всё это совершенно по-другому.       Краем глаза Эрика увидела, как Данила открыл дверь в какую-то комнату и замер. Неужели, она там? — Даня! Ты решил прийти! — Эрика услышала приглушённый из-за стен женский голос. — Э… Ну… — Поперечный, видимо, был в ступоре, ведь даже не смог сказать, зачем именно он сюда заявился.       Парень сделал один шаг назад и хотел закрыть дверь, женская рука лёгким движением толкнула её, заставив медленно и со скрипом отвориться. Данила бросил умоляющий взгляд на Эрику, после чего попятился к ней. Девушка не понимала, из-за чего парень ведёт себя так, пока не услышала звук воды, а затем увидела саму Алису. Голой. Чё, блять, происходит? Я не знаю…       Чёрные мокрые локоны падали на небольшую грудь девушки, только отчасти её закрывая. Кожа девушки была ещё белее, чем у Поперечного, что заставляет задуматься: не больна ли она? Кроме этого, у неё довольно хрупкое телосложение, казалось, она морит себя диетами и ест один раз в день. На белой, как фарфор, коже ярко виднелись шрамы. Много шрамов. Каждый наверняка символизировал какое-то событие, в котором девушка при помощи лезвия пыталась заглушить свою душевную боль. Её предплечья больше всего были усыпаны разной длины царапинами; некоторые из них были совсем свежими, а один, чуть выше сгиба руки с внутренней стороны, до сих пор кровоточил. Она что, только что пыталась порезать вены?       Несмотря на это её лицо чуть ли не светилось счастьем, когда она смотрела на Данилу. Её красивые ярко-розовые губы растянулись в лёгкой улыбке, а светло-коричневые, почти янтарные глаза были сейчас полны бликов и жизни. Алиса сделала пару шагов навстречу Поперечному, видимо, пытаясь его обнять, но он сделал ещё шаг назад, чуть не наступив на носки Эрике. Она приложила свою ладонь к спине парня.       В следующую секунду он выпрямился и стал более уверенней. Однако вся его уверенность улетучилась в тот момент, когда Алиса перевела взгляд на Эрику, которую не было видно из-за спины Данилы. Её лицо вмиг стало враждебным, никакого намёка на радость больше не было. — А ты кто такая? — Её дерзкий тон сразу же заставил кровь Эрики закипеть в её жилах, однако она понимала, что ей лучше молчать сейчас. — Алиса, — наконец выдавил из себя слово Поперечный. — Я пришёл поговорить. Для начала… Оденься, а потом я всё расскажу. Хмыкнув, Алиса кивнула и ушла в другую комнату. — Ты справишься? Мне не влезать? — Эрика взглянула на Данилу, осторожно взяв его за руку. Холодная. Снова.       Она сильнее сжала его руку в своих, надеясь хотя бы прибавить чуть решительности в него. Она знала, как трудно возвращаться в прошлое, тем более, когда он может одним словом испортить целую жизнь, и без того не самую лучшую. — Да, просто не раздражай её, — несмотря на его волнение, Данила смог оставить свой голос твёрдым и уверенным. Не думал, что будет настолько сложно нормально, блять, говорить. — Ну, и? О чём ты хотел поговорить? — Алиса была одета в спортивные штаны и черный свитшот с какой-то надписью. — Я хотел тебе представить, — на этих словах он отошёл чуть в сторону, чтобы Эрику было видно полностью. — Это моя девушка, Эрика. — Д-девушка? — Голос Алисы подорвался.       В комнате повисла неловкая тишина. Каждый слышал лишь собственное прерывистое дыхание и учащённое сердцебиение, однако ни слова так и не произнеслось. Данила кивнул Алисе, чтобы они отошли поговорить наедине, и девушка повела их на кухню. Эрике же парень кивнул, чтобы она прошла в другую комнату. По-моему, комфортнее Алисе уже не станет.       Девушка прошла вперёд по коридору, туда же, куда уходила Алиса, чтобы переодеться, и попала в её комнату. Окна также были закрыты плотными тёмно-синими шторами. Оглядев быстрым взглядом комнату, Эрика нашла для себя интересным рабочий стол. Подойдя к нему, она увидела много листков с непонятными для неё записями. В основном там были даты и названия разных мест по городу. Третье сентября… В этот день Поперечный подкатил ко мне. И название бара, в котором мы тогда были!       По телу пробежалась холодная дрожь. Но вместе со страхом рос и интерес: как она следит за ним? Ходит по пятам или как-то с расстояния…? Заметок была целая куча, поэтому девушка решила не рассматривать каждую. Она посмотрела на кровать — гора вещей, как и на стуле рядом. А на полу много сора и грязи. Ну, это, наверное, нормально? Наверняка для неё это не интересно.       Уделять такое внимание Алисе было, возможно, грубо, но всё же странно видеть таких людей. Эрика задумалась о том, что разговор Поперечного идёт уже долго, и было бы неплохо проверить, всё ли нормально. Эрика тихо вышла из комнаты и пошла к кухне. Выйдя из-за угла, она увидела Алису, руки которой лежали на плечах Данилы, а сама она целовала его. Поперечный же стоял не двигаясь, видимо, пребывая в шоке от таких напористых действий.       Эрика вмиг почувствовала, как её сердце забилось быстрее, а внутри всё разгоралось, словно пламя, и больно жгло лёгкие и ребра, расходясь дальше. Она задержала дыхание, сама того не понимая; то ли она хочет задохнуться, то ли быть незаметнее. Девушка понимала, что ей неприятно, но не понимала, отчего. Ревность? Но из-за чего? Эрика чётко осознавала, что ей не нравится Поперечный, однако щемящая грудь говорила о другом.       Как бы ей не хотелось закрыть глаза и уйти от этого зрелища подальше, девушка не могла даже шелохнуться. Секунда длилась целую вечность, пока Алиса не открыла глаза и посмотрела на Эрику словно хищник, только что поймавший свою добычу. Всё тело девушки пробило током, и она, наконец, смогла заставить его двигаться. Эрика сделала шаг в сторону выхода, а после вышла на лестничную площадку, громко хлопнув дверью. Надеюсь, хоть это поможет ему очнуться. Господи…       Быстрым шагом спустившись вниз, девушка с силой жмёт кнопку и выходит на улицу. На смену спёртому в нос ударяет свежий холодный воздух, который сразу же отрезвляет мозг. Эрика щурится, чтобы привыкнуть к яркому свету. Она садится на лавочку и кладёт голову на спинку, устремляя взгляд вверх. Что это, нахрен, было? Эта странная вспышка ревности или ярости заставила девушку задуматься. Она была не из ревнивых и была уверена в этом до этого момента. И что со мной не так?       Где-то справа послышался глухой стук металлической двери, из-за которой вышел Поперечный. Он виновато почесал затылок и натянуто улыбнулся, как бы спрашивая, всё ли в порядке. Девушка неспеша встала и направилась в противоположную сторону от двери. Данила хмыкнул, не обратив внимания на подавленность своей подруги и пошёл следом.       Кажется, всё пришло в норму, по крайней мере, так чувствовалось и Даниле, и Эрике. Они вышли из двора и медленным шагом пошли к дому девушки. К этому времени солнце, весь день спрятанное за облаками, начало свой путь к горизонту. На улице становилось гораздо холоднее, добавлял и ветер, который обдувал людей со всех сторон, как только они выйдут из-за высоток. Данила чувствовал себя прекрасно; и это не только потому, что он, наконец, отвязался от бывшей и может спокойно общаться с друзьями, но также и потому, что понял: он обзавёлся прекрасным другом, который поможет в любую секунду. Он смотрел на девушку, как та разглядывала спящие деревья по сторонам парка, в котором они были сейчас. Блеск в её глазах заставлял улыбнуться, а почти всегда светлое, без толики грусти или недовольства лицо вызывало у собеседника девушки такую же лёгкость и непонятную радость. Не хотел бы я видеть её грустной или плачущей.       Внезапно в ушах раздался тот громкий и тяжёлый хлопок двери, когда ушла Эрика. Когда же он вышел, девушка сидела и с явным недовольством глядела вверх. Поперечный ещё не задумывался, видела ли она их поцелуй, но резкий уход говорил сам за себя. — А ты видела? — Данила замялся, не зная, как правильно сформулировать вопрос. — Да, — без раздумий отвечает Эрика.       Её лицо вмиг стало отстранённым, показывая, что она совсем не хочет говорить об этом. Но, парень был слишком увлечён вопросом, что возник у него в голове: — Ты что, ревнуешь? — решив перевести все в шутку, с улыбкой спросил Поперечный.       Тело девушки вмиг обдало холодными мурашками, а сердце быстро заколотилось. Она понятия не имела, что ей отвечать, потому что сама ещё не полностью разобралась, что произошло. Имеет ли она права ревновать, если официально не является его девушкой? Конечно, нет. — Нет, с чего ты взял? — Эрика решила, что не стоит вообще показывать какие-либо чувства. Если это чувства. — Ну, ты так быстро ушла… — Не всем же приятно смотреть на целующихся людей, — Эрика пожала плечами и легко улыбнулась, пытаясь показать, что её это совершенно не волнует.       Вскоре девушка начала дрожать: то ли от холода, то ли от недавнего волнения. Но желание поскорее забиться в тёплое уютное гнёздышко, обмотаться одеялом и сидеть с кружкой горячего чая у окна возрастало с каждой секундой, так что она решила ускорить шаг, и на все вопросы Поперечного отвечала вскользь. А пришла в себя только когда стояла у своего подъезда и понимала, что от уюта и тепла её разделяет лишь пара дверей и лестница. — Не хочешь зайти? — Эрика спрашивает немного робко, чувствуя себя неловко. — Я бы с радостью, но… Тут Эльдар написал, что еды нет, надо в магаз зайти, извини, — Данила смотрит на немного опечаленное лицо девушки и чувствует укол вины. — Но я могу написать, чтобы он сам сходил. — Всё в порядке, иди. Он, наверное, волнуется, так что иди и скажи, что всё хорошо, — Эрика снова улыбается, но всё сильнее чувствует усталость вперемешку с грустью, внезапно накатившую на неё.       Данила обнимает девушку на прощание и быстрым шагом направляется к магазину. Его переполняют странные чувства, граничащие с радостью и беспокойством, которое затаилось где-то в лёгких и порой мешает спокойно вдохнуть полной грудью. Он не знал, чем вызвано такое противоречивое чувство, ведь всё более менее наладилось в его жизни. Разве что, беспокоила его подруга; несмотря на то, что она хороший человек и друг, приходилось строить из себя влюблённых. И Данила опасался, чтобы это не стало явью, ведь… А что тогда вообще будет?       Он даже не знал ответа на этот вопрос. Вернее, не мог подобрать наиболее удобный для него. Самый простой — у него появится девушка. Чего ещё можно ожидать? Возможно, он боялся, что будет как в прошлый раз, но, шанс на миллион, как говорится. Абсолютно не замечая ничего, кроме своих мыслей, Поперечный на автомате зашёл в магазин и набрал стандартный набор продуктов: пачку пельменей, несколько пачек лапши быстрого приготовления, майонез, хлеб и самую дешёвую колбасу. Вредно, зато экономно. То, что нужно студентам.       Рассчитавшись, он продолжил свой путь к дому. На улице уже стемнело, но город освещали фонари и многочисленные вывески магазинов, которые так и зазывали своими яркими красками. Половина уже закрылась, но темнее не становилось: повсюду зажигались небольшие квадратики света в домах, а по дорогам проносились машины, оставляя за собой полосы света. Данила любил ночные прогулки по городу и чаще всего выбирался на них один, чтобы подумать. И почти всегда это помогало ему прийти в себя, расставить всё по полочкам в своей голове, чтобы продолжать жить дальше.       Холодный, уже почти зимний, воздух отрезвлял мозг и заставлял тело идти быстрее. Быстрее к теплой комнате, в которой сидит его друг и волнуется. Он написал целую кучу сообщений с расспросами, где он, что делает и все ли хорошо. Поэтому Данила решил уделить время другу. Он представлял, как придёт домой, сам приготовит ужин, и они вместе будут есть и разговаривать. Парень обязательно расскажет всё Эльдару, а тот поймёт и, конечно, простит. И Эрика не обидится на эту небольшую ложь в пользу Эльдара, да?       Эти бытовые мысли сейчас согревали душу Поперечному, и он удивлялся: когда успел стать таким старым, чтобы предпочитать уютные посиделки с другом выпивке в баре. Может, оно и неплохо. Не вляпаюсь в очередное дерьмо.       Наконец, парень увидел здание общежития и ускорил шаг. Ноги сами несли его к парадному входу, а затем по лестнице наверх. И вот он стоит с пакетом продуктов в руке, запыханный, но радостный, что сейчас всё наладится, и он сможет жить дальше также хорошо, как было до этого. Даже странное беспокойство отошло на второй план, уступая место радости и легкости. Он пару раз стучит в дверь, потому что снова забыл ключ. Через некоторое время он видит своего друга, одетого в штаны и футболку — все как всегда. — Привет, — брюнет слабо улыбается и отходит, чтобы дать другу пройти. Ну, наконец-то.