Black wings.

— Очень приятно, конечно, что ты сразу подумала, что я что-то затеваю, но боюсь тебя огорчить — это не так. Наверняка, ты сама догадываешься, почему я согласилась. — Догадываюсь, но не была уверена, увидела ли ты. Аура, так? — В точку, — задумавшись, ответила Дженни. — Ты же не думаешь, что… — Я не знаю, правда. Однако, мы не можем исключать возможность того, что эта девочка ангел. — Но единственный ангел, что вообще появляется на Земле — это Самуил. — Это так, но тогда почему её аура такая яркая? Может ли человек быть настолько невинным, чтобы смочь с ними сравниться? — Думаю, ты и сама знаешь к кому тебе стоит обратиться. — В прошлый раз он сказал, что на небесах не совсем рады нашей дружбе, не хочу, чтобы он пострадал, — грустно произнесла Ким. — Дженни, он любит тебя, возможно даже больше, чем остальных, да и он достаточно силен, чтобы защититься, тебе не стоит переживать. — Не знаю, Джису. Я подумаю над этим, хорошо? А пока я, пожалуй, пойду, у меня пары закончились. — Встретимся, дорогая. Будь осторожней, — ответила девушка и удалилась в противоположную от Ким сторону. Дженни действительно давно не видела Самуила. Лет 50 может быть. Эти года для нее были особенно трудны, она безумно любила брата и очень скучала, но не могла себе позволить поставить его под опасность. Ким любила его, очень, больше, чем демону стоило бы, и это было полностью взаимно. Не подумайте, между ними не было каких-то романтических чувств, нет. Они выросли вместе. Детство их было беззаботным. Какие вообще могут быть заботы у существ, которые находятся под покровительством самого Бога? Их и не было, разве что каждодневные тренировки. Что, кстати, довольно абсурдно, ведь кто мог им навредить? Но они были, и никто не смел жаловаться. Дженни учила Самуила всему, что знала, а он отвечал тем же. Возможно, это и стало причиной их великой силы. Их любили все: они были маленькими, жизнерадостными ангелами, которые всегда придут на помощь. И отец любил. Но все дети когда-нибудь вырастают. В один день, Дженни, рывшись в библиотеке отца, нашла книгу о ею неизвестных существах. Этими существами были люди. В книге говорилось немного, лишь то, что они были изгнаны за непослушание, а куда именно сказано не было. Тогда Самуил поведал ей сказание об Адаме и Еве, и о том, как человечество живет сейчас. И Дженни заинтересовалась, опять же, слишком сильно, чем стоило бы. Она их полюбила. Это и стало основной причиной того, что девушка встала на сторону Люцифера. Самуил же оставался на нейтральной стороне. *Флешбек* — А ты… неужели люди дороже тебе, чем мы?! Неужели ради них ты готова проливать кровь своих братьев и сестер?! Как же Самуил?! Астарта (1), пожалуйста… — умолял Михаил. — Люди не заслужили этого! В чем они настолько ужасны?! Не мы встали сейчас тут Легионом, вы начали это! Я хотела лишь уйти! — Не боишься, что Самуил будет отдуваться за твои действия? — ухмыльнулся Михаил, начиная подходить к девушке. Астарта мигом достала из-под спины стрелу, и натянув тетиву, направила её на архангела. Девушка была одной из лучших лучниц Легиона. — Стой где стоишь, ублюдок. Ты ведь и сам понимаешь, что отец не позволит его трогать, он ничего не сделал. А если и позволит, Самуил силен, и ты это понимаешь, так что прекрати пытаться манипулировать мной и дай нам пройти. Раздался хлопок. По телу ангела током расплылась невыносимая боль. Девушка теряет сознание. *Конец флешбека* Астарта до сих пор любила людей, до сих пор настолько сильно, насколько могла. Замкнулась она не из-за ненависти, а из-за страха. Множество раз её и Барбело (2) пытались поймать, с надеждой пустить на опыты. Но каждый раз им удавалось бежать, при этом стерев память врагам. Но несмотря на это, Джису не боялась, она была по-прежнему открытой миру, Дженни восхищалась ей, за это и любила. Ей было одиноко. Присутствие Барбело не успокаивало, ибо несмотря на то, какая прекрасная бы она не была, Джису не понимала девушку. Никто не понимал. Дженни хотела любить, по-человечески. Так, чтобы взаимно. Но сколько бы она не пыталась, сколько бы она не влюблялась, она принимала лишь ножи в спину. Она устала. Полностью утопая в своих мыслях, девушка не заметила как дошла до своего дома. Открыв дверь, она сняла обувь и с усталым выдохом упала на мягкий диван. «Может быть, все-таки стоит его призвать? Я правда скучаю». «Или же все-таки не стоит, это опасно». «Нет, все-таки я сделаю это». Решившись, девушка отодвинула диван и начертила на полу печать. Сев в центр, она сделала на ладони надрез, и коснувшись пола рукой, начала произносить заклинание. — Vos vocatis me frater meus, et veniet auxilium mihi, venit Samuhel magna Amen… Глаза девушки обрели демонически-красный оттенок и за спиной появились черные, как смоль, крылья. Послышался раскат грома, печать вокруг Астарты озарилась ярким светом. — Здравствуй, сестра…