Теперь мы одна семья

Придя к себе в комнату, Мария сразу же переоделась и легла отдохнуть. Прокручивая в голове события, которые произошли за день, Маша не заметила, как заснула. Когда проснулась, на часах было уже семь вечера. Женщина подумала, что было бы неплохо поужинать. Поэтому пришлось вставать и одеваться. *** -А я ей главное говорю, Машка, будешь лезть куда ни надо со своими друзьями, выпорю хорошенько. – Засмеялся Петров. -А она тебе что? – Спросил Шароль, взяв в руку хлеб. -А что она мне может сказать? Как всегда: папа, не начинай! -Дети. – Усмехнулся Старик. – Любят чудить. -Это точно. – Кивнул головой в знак согласия Максим и принялся за суп. В этот момент в столовую вошла Мария Захаровна. -Всем добрый вечер! – Сонным голосом сказала Шимко. -И вам. - Улыбнулся Старик. – Ужинать будете? -Буду. Не зря же я в столовую пришла.– Улыбнулась в ответ Маша. -А я думал, Вы по нам соскучились. – В шутку скорчил обиженную гримасу Коля и рассмеялся. -Где же, успеешь по Вам соскучиться, если Вы даже в выходной не можете без работы. – Усмехнулась Мария. – Кстати, как Ваша дочь себя чувствует? -Отлично, раз уже снова из милиции пришлось забирать. -И что на этот раз? -А что на этот раз? Со своими друзьями чуть забор кому-то не подпалили. Я ей говорю: тебе что, вчерашнего пожара мало было? Еще захотела? -Да, любит Ваша дочь приключения. -И не говорите. Еще как. Не успеваешь расхлебывать. *** Вечер за разговором пролетел незаметно. Вскоре наступила ночь. Маша никак не могла уснуть. -Зря я, наверное, днем ложилась спать. Теперь не усну. – Женщина накинула куртку и вышла на улицу. Прохладный ночной ветерок раскачивал деревья. Присев на крыльцо, Маша посмотрела вдаль. Там промелькнула чья-то тень. Шимко не растерялась и крикнула: -Кто там? – В ответ послышалось шуршанье, и тень начала двигаться в её сторону. -Это я, Мария Захаровна. – Сказал Старик. -Боже мой, Владимир Александрович, чего Вам не спится-то? -Сам не знаю. А Вам? – спросил Старик. -Да вот, днем поспала, а теперь уснуть не могу. -Понятненько. Можно, я с Вами тут посижу? -Да, конечно, присаживайтесь. – Маша подвинулась, давая Старику сесть рядом. -Красивая сегодня ночь, звездная. – Посмотрел в небо Владимир Александрович. -Да. Всё небо усыпано. -Можно Вам задать вопрос? – Поинтересовался Старик. -Да, конечно, задавайте. – Ответила Маша. -Мне конечно Петров вкратце рассказал, но всё же. Как вчера Серега умудрился так дыма надышаться? -Сережа...- Мария на секунду задумалась и начала рассказ. -Нам по рации доложили, что все в порядке, можем отдыхать. И тут с больницы позвонили, сказали, что какая-то бабушка про пятилетнюю внучку спрашивала. Узнаем - говорят, что вроде никто не вытаскивал. Ну, мы бегом проверять. Оказалось, девочка спряталась в шкафу. Сережа её на руки взял и когда из комнаты выходил, ему дверной косяк по спине ударил. Он потерял равновесие и упал. Я хотела помочь ему подняться, но Сережа сказал, чтобы я забирала девочку. Я по быстрому надела ей маску и побежала вниз, а он так и остался лежать. А там, представляете, Владимир Александрович, два этажа. Это четыре пролета пробежать. -Представляю. - Сказал Старик. -В общем, пока на улицу выбежала, звоню по рации, не отвечает. Пришлось звать на помощь Петрова. Забегаю в квартиру, а у Сережи баллон на нуле. Я тогда так перепугалась. Вовремя Шароль к нам с Петровым подбежал, так мы его втроем и вытянули. А потом скорая, реанимация, всё в голове смешалось. Врач ему веки приподнял, посмотрел на меня и говорит: Походу всё. Я не понимаю, в каком смысле всё. Меня трясет. А врачи, что им, поднялись и пошли. Ноги подкосились и я от собственного бессилия рухнула на колени. Попробовала прощупать пульс, дотронулась рукой до сердца. А там тихо - У Марии из глаз потекли слезы - Я не могла в это поверить. Перед глазами промелькнули картинки с войны в Африке, как больных, чуть ли не с того света спасали. Я подумала, что хуже уже точно не будет, и начала бить его кулаком в грудь. А тут еще врач под руку: В этом случае прикардиальный удар не поможет. Только я знала, что поможет. Я чувствовала это. И Слава Богу меня мои ощущения не подвели. Сережа очнулся. – Машу, при воспоминании о прошедших событиях начало трясти. Старик заметил это и сказал: -Зря я Вас спрашивал. -Да, нет, ничего, всё в порядке. – Ответила Мария, вытирая слезы. - Кстати, давно уже собираюсь Вас спросить. Почему Вы собаку Пузырем назвали? -Ааа...Это давняя история. Гулял я возле реки, и смотрю, собака тонет. Стою и думаю: собаки же плавают хорошо. Я сразу в воду кинулся, спасать. - Старик усмехнулся. - Подбегаю, вода была мне по пояс, а он, как пузырь на воде плавает. Лапа была повреждена. Я его быстрее на руки подхватил и на базу понес. Вот так Пузырем-то и назвали. -Понятно. - Невесело вздохнула Мария. - А Вы, Владимир Александрович, как в отряд попали, если не секрет? Быков вздохнул. -Я ведь когда-то тоже МЧС-ником был. - С грустью посмотрел в даль Старик. -Вы? - Маша с удивлением глянула на Владимира Александровича. -А что думаете, не мог? - Усмехнулся Быков. -Нет, ну что Вы. - Маша виновато посмотрела на Старика. -Мы были на задании. - Продолжил Владимир Александрович. - Нужно было спасать тонущих людей. Мы, приехав на место, сразу в воду кинулись. Думали, всех вытянули, а один остался, оказывается. Я его вдалеке разглядел. Тот плыл по течению. Я сразу в воду и бросился. Надо же человека спасать. А Гиреев кричит: Стой! Я его тогда не послушался. И человека не спас, и сам чуть не погиб. А через несколько дней после этого случая, Танин бывший нарисовался. Начал обвинять Саида, что тот плохо отрядом командует. С трудом отвертелись тогда. Я был от работы в МЧС отстранен, благодаря этому... Гиреева долго пресовали. Но, как говорится, МЧС своих в беде не бросает. Серега меня оставил в отряде, но в качестве помощника по хозяйству. Вот так как-то. -Простите, я не знала. - Марии хотелось плакать. -Это Вы о чем? - Спросил Старик. -Я же, когда только сюда прихала, хотела Вас уволить. Считала, что Вы уже на пенсии. И, мол, какой от Вас толк. Я даже не знала, что у Вас такое тяжёлое прошлое было. Простите меня, если сможете. - У Маши опять навернулись на глаза слезы. -Что Вы, Мария Захаровна, не стоит. Правда. Что было - то прошло. И не уволили же. Тем более я и Вас понимаю. Сложно быть в отряде одной женщиной среди мужчин. Всё хорошо. Маша улыбнулась Владимиру Александровичу. -Кстати, Мария Захаровна, может пора уже на "ты" перейти. Все-таки уже не одну неделю вместе работаем. Да и мы к Вам уже очень привыкли, как к родной. -Да, я тоже это хотела уже давно предложить. Просто как-то... Я не знаю... Сначала сама всем говорила про субординацию, а потом на ты. Как-то, знаете, немного не ловко стало. И Вы мне все тоже стали такими родными, что даже не хочется уезжать. -Так и не уезжай, - сказал Старик. -Легко сказать: не уезжай. Я человек подневольный, скажут - и придется ехать. -Серега им не даст тебя забрать - усмехнулся Быков. -Ага, конечно. Сережа меня первый и вытолкает. Я же слышала его разговор с генералом Поляковым. Он так радовался, что его скоро в должности восстановят. -Это было тогда. А сейчас... -А что сейчас? - С усмешкой спросила Маша. -А сейчас все по-другому. -Так, так, так. А с этого момента, если можно, поподробнее. -Прости, но не могу. Я обещал ему не говорить. Если он захочет, то сам тебе все расскажет. -Вот, а говоришь, как родная, - покачала головой Мария. -Правда, не могу. Я умею хранить чужие тайны. -Верю. -Ладно, пойду попробую заснуть. Спокойной ночи, Маша- Сказал Владимир Александрович. -Спокойной ночи. - Улыбнулась Шимко, и когда Старик ушел, сказала сама себе: - Как родная. Так приятно. За один день все так изменилось.