Бабочки

Джек проснулся минут за пятнадцать до будильника от бодрящего запаха кофе и оттого, что замёрз, пошарил ладонями вокруг в поисках хоть кого-то из любовников, открыл глаза. Рядом никого не было, но через открытую дверь было слышно, как что-то тихо под нос мурлычет Баки, гремя посудой. Потянувшись всем телом, Джек сел и тут же застонал. Вчерашние «упражнения» не прошли даром: спина болела, а задницу неприятно тянуло, но от воспоминаний губы сами собой растягивались в улыбке, а член предвкушающе наливался желанием. Хотя вчера Джек грешным делом подумал, что у него не встанет несколько дней, настолько он был вытрахан. Когда получилось кое-как сползти с постели, принц поплёлся в ванную, совершенно не представляя, как сегодня просидит целый день на Совете. Горячие струи воды ласково гладили звенящее от пережитого удовольствия тело. Когда Джек в первый раз привёл в пентхаус своих личных «Чипа и Дейла», он не думал, что всё так хорошо сложится и из тюремщиков они станут не просто товарищами, друзьями, соратниками, а он умудрится втрескаться сразу в обоих и так, что больше не сможет, да и не захочет смотреть по сторонам. Для Джека существовали только Брок с Баки, такие, какими он их знал, без романтического флёра влюблённости. Принц понимал, что они оба — самые опасные люди в Гильбоа, даже когда вполне мирно готовят на кухне завтрак. И реши они захватить власть — ни Сайлас, ни Джек, ни кто бы то ни было не смогли бы их остановить. Скорее всего, подданные королевства и не заметили бы смены власти. Ну, король бы перестал выступать на публике, отделываясь хорошо смонтированными роликами по телевидению. Джек усмехнулся, вытираясь. Отец и правда не осознавал, насколько опасного противника сам пригласил, впустил в свой дом и принялся командовать, не зная, что Броку достаточно было повести бровью — и всё, «да здравствует новый король». — Доброе утро, — приветствовал Джека Баки. Брок просто подошёл, поцеловал и спросил: — Обезболивающее нужно? — Терпимо, — отмахнулся Джек, отпивая приготовленный специально для него кофе. — Сегодня долгий день, обсуждать бюджет на будущий год будем, распределение квот и дотаций. Вам не обязательно присутствовать. Джек, на которого свалился ещё и проект сестры, его разностороннее освещение в СМИ, в последние дни совсем зашивался. Сайлас бушевал и категорически отказывался выделять сыну помощников, но Джек был и сам рад заняться хоть чем-то, кроме просиживания штанов на бесполезных заседаниях. Булавка с подслушивающим устройством заняла положенное место на галстуке. Баки сам её прикрепил и аккуратно поправил. — Брок пойдет с тобой, — сказал он. — Я буду слушать. Отчитаюсь королю. Будь осторожен, Джек. Никогда ещё плохие предчувствия Джека не оправдывались с таким размахом. С Сайласом они столкнулись ещё на ступенях зала Совета, натянуто улыбнулись друг другу, миролюбиво пожали руки. Король даже, неслыханное дело, притянул сына к себе, сжав в объятиях. Джек не обольщался насчёт внезапно проснувшейся отцовской любви. Всё это было тщательно отрепетированной игрой, представлением для жаждущей непонятно чего публики. Брок привычно держался за левым плечом, невозмутимо поглядывая вокруг, вселяя в Джека уверенность, что ему померещилось и все будет нормально. Отсидят они положенные восемь часов, споря и препираясь из-за каждого лавра, и разойдутся по домам, довольные собой. Но Джек знал: предчувствие его редко подводило. Шепард, дробно чеканя шаг, вошёл в главные двери зала Совета как раз в тот момент, когда Сайлас поднял руку чтобы заговорить, начать обсуждение с порядком всех доставшей истории о бабочках и его крайней исключительности. — Шепард, — Сайлас спал с лица, побледнел, но быстро взял себя в руки. Если бы Джек не знал отца, то и не заметил бы перемены. — Ваше величество, я выполнил ваше задание, — выпятив грудь и расправив плечи, гаркнул Давид и протянул завёрнутую в чистую тряпицу хартию. — Я выполнил обещание. Выполните и вы своё. Отдайте принцессу Мишель мне в жёны. Брок едва удержался от того, чтобы закрыть лицо рукой. Что за сказочные задвиги? Дурак совершил подвиг и просит в жёны принцессу? Шепард что, реально верит, что в двадцать первом веке это повод породниться с королем? Брок заметил, как напрягся Джек, и приготовился действовать. Джек мог сорваться, Брок не собирался этого допускать. Сайлас пожевал губы и вышел из-за стола Совета, подошёл к Шепарду, обнял совсем по-отечески, стиснул и, отстранившись, заговорил: — Ты достоин зваться моим сыном, Давид. Ты верен своему королю и королевству в самые тёмные времена, когда больше не на кого опереться! — Джек скрипнул зубами, привставая с места. — Только такой, как ты, достоин занять моё место и продолжить вести королевство Гильбоа к величию! На миг задохнувшись, Джек поднялся. Он не особо понимал, что сейчас собирается сделать, как поступить. В голове горячим красным цветком пульсировала жгучая ненависть к человеку, посмевшему позорить его раз от раза. Развернувшись в сторону Брока, принц сжал ладонь на рукояти торчащего из кобуры глока. Да! Правильно! Надо было раньше, ещё до Гефа, решить эту проблему, не затягивать, не доводить до такого. Один выстрел — и будь что будет, главное — Шепард больше не будет мозолить ему глаза! Брок перехватил Джека за запястья, ненадолго прижал к себе, больно укусил за мочку уха и поволок прочь из зала, пока все смотрели на Шепарда и короля. Джек все-таки сорвался. Брок вытащил его наружу, в коридор, огляделся, нашел тихий угол и прижал там. — Что ты творишь, Джек? — низким рычащим голосом спросил он. — Что ты, на хуй, творишь? — Давно надо было, — глядя куда-то мимо Брока бешеными глазами, зашептал Джек, сжав ладонями перевязь кобуры. — Надо было закончить… ненавижу. Брок крепко обнял Джека, прижал к себе, чувствуя, как того потряхивает. Из зала Совета доносился гул голосов, но здесь, в укромном закутке, не было ни души, и Брок просто держал Джека, пока не почувствовал, что того отпускает. — Шепард не получит корону, — сказал наконец Брок. — Сайлас вообще никому её не отдаст, пока жив. Но ты — законный наследник, а на Шепарда сейчас устроит охоту сам король. Ты что, до сих пор не понял? Сайлас считает, что если он вслух назвал наследника, значит, корону надо немедленно отдать. Он не сделает этого. Джек, крупно вздрогнув, обмяк в его объятиях. — Мишель беременна. Как только об этом станет известно хоть кому-то, Шепарду даже Сайлас ничего сделать не сможет, — мёртво прошептал Джек. — И моя смерть будет лишь вопросом времени. Сгорбившись, Джек вжался в Брока. Он не мог сейчас поднять на него взгляда, не мог посмотреть в глаза, чтобы не выдать, насколько ему страшно. — Мы с Баки никому не позволим причинить тебе вред, — от всего сердца пообещал Брок. — Положим сколько угодно народу, распнём Сайласа — но ты будешь жить. Слышишь меня? Про беременность Мишель Джек и узнал-то от него — у Брока во дворце была неплохая сеть осведомителей. Знал Брок и о том, что королева услала дочь от двора подальше от греха. Возможно, на весь срок беременности. Отчего королева боялась, что король узнает о будущем внуке, Брок не понимал до конца, но был уверен, что Роза и дворцовый врач ничего не скажут Сайласу. Джек постоял, прижавшись к Броку, ещё пару минут, унимая заполошно бьющееся сердце. Отстранился, когда уже полностью мог себя контролировать, встряхнулся весь, глянул на Брока злым острым взглядом. — Если Сайлас хочет войны, он её получит. Первое, что надо сделать — это изъять из его кабинета все документы, что у него есть на вас. Перетрясти осведомителей насчёт тайных счетов и отходных путей. У него не может не быть тайн. Не может не быть скелетов в шкафу. Надо сделать так, чтобы у него ничего не осталось. Отвези меня к Кроссам. Мне есть о чём поговорить с дядей! — У него давно ничего нет на нас, — успокоил Джека Брок. — Уже месяца два как нет. Баки позаботился, он умеет. Ты уверен, что тебе надо к Кроссу? Он скользкая тварь. — Дядюшка гад ещё тот. — Джек одёрнул пиджак, пригладил волосы. Глядя на него, сейчас мало кто мог бы заподозрить принца в срыве. — Но у него больше ресурсов, которые вполне можно использовать, да и он что-то задумал — претит Уильяму политика моего отца, и надо бы знать, откуда ждать подлянки. Насколько мне известно, он добился у Розы разрешения вернуть сына из ссылки. А на что способны эти двое, даже думать не хочу. Джек постучал пальцами по подбородку, прикидывая в голове дальнейшие шаги. У Сайласа ехала крыша, это чувствовали даже советники, старавшиеся в последние дни особо не отсвечивать, после того как министра энергетики бросили в тюрьму за логичное замечание о монополии Кроссов в этой сфере. — Поехали домой, мне нечего здесь сегодня делать. Вряд ли Совет продолжится. Сайлас выведет Шепарда к прессе, впрочем, это неплохо. Гильбоа в последнее время не хватает хороших новостей. — Назначь встречу с Кроссом так, чтобы у тебя было алиби на это время, — посоветовал Брок, стряхнув с пиджака Джека невидимую пушинку. — Сегодняшнее происшествие — хороший повод для загула. Завейся в клуб, закройся в VIP-комнате с бабой и свали к дяде, мы с Баки прикроем. Он усадил Джека в лимузин, устроился на заднем сиденье и скомандовал водителю: — Домой. Джек смотрел в окно, бездумно поглаживая Брока по запястью. Рядом с ним принцу безумно стыдно было показывать слабости: казалось, если Брок углядит, что Джек не такой же несгибаемый, как Баки, поймёт, сколько страхов и демонов живёт в его душе, то будет смотреть с таким же брезгливым осуждением, как и отец. С Баки Джеку было проще, он ощущался своим настолько, что принца это даже немного пугало, словно он был его отражением, обратной стороной монеты, а за Броком хотелось тянуться, быть лучше и правильнее, сильнее, чёрт возьми. Дома их ждал Баки. Он ощупал и встряхнул обоих — сначала Брока, потом Джека. — Загул сегодня нужен, — сказал он. — Будет странно, Джек, если ты не пойдешь вразнос. Советую «Даури», там из VIP-зоны отдельный выход на улицу. И персонал прикормленный. Джек расхаживал по своему кабинету в пентхаусе, стараясь даже не смотреть в сторону бара. Со старшим Кроссом они договорились встретиться за городом, на одной из объездных дорог, после десяти вечера. Складывалось ощущение, что Уильям тоже почувствовал, как запахло жареным, и принялся стягивать всех возможных сторонников под одну крышу, устраняя всех, кто стоял на пути. За три часа до назначенной встречи, шало улыбаясь, Джек вошёл в «Даури». В крови бродило злое веселье, подстёгиваемое зашкаливающим адреналином. Всю выпивку Джек брал только из рук Баки или Брока, но в остальном совершенно себя не ограничивал. Завсегдатаи соскучились по весёлой разгульной натуре принца, приветствовали его радостным гомоном, лезли обниматься, висли на плечах, как бы намекая на возможность интересного продолжения вечера, но Джека на этот раз привлекла только одна девушка, едва стоящая на ногах. Втолкнув её в одну из комнат VIP-зоны, Джек посерьёзнел, накинул на плечи пиджак. — Кто из вас останется здесь, а кто поедет на встречу с Кроссом как мой водитель? — Я останусь, — сказал Баки, прикрепляя за ворот куртки Джека жучок-липучку и протягивая Броку наушник. — Я поеду, — кивнул Брок. — Буду сидеть в машине. Джек, будь уклончив. Не давай опрометчивых обещаний. Вообще ничего не обещай. Кивай, соглашайся, но по большей части молчи. Если у Кросса не выгорит, он подставит тебя как нефиг делать. Притянув к себе Баки, Джек легко коснулся его губ, поцеловал, ласково проведя языком по кромке зубов. — На удачу, — как-то отчаянно улыбнулся и вышел. Кросс выбрал действительно глухое место, на этом отрезке трассы никогда не стояло камер, никто не проезжал иногда целыми неделями. Чёрная машина с тонированными стёклами и выключенными фарами стояла у обочины. Как только Брок затормозил, Джек вышел, но не стал подходить, а достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. Уильям Кросс тоже не стал выходить из машины. Он открыл заднюю дверцу и сел, поставив ноги в дизайнерских ботинках на дорожное полотно. — Не знал, что ты куришь, Джек, — сказал он. Джек приблизился, глянул в темноту салона и улыбнулся одними губами, цепко следя за дядей. — Очередная дурная привычка, одна из многих, — стряхнул пепел. — Но мы же не о моих загулах говорить собрались? Ты слышал отца и должен понимать, что Шепард нарвался по полной. Что дальше? — Твой отец может делать что хочет, — поморщился Кросс. — Его время почти вышло. Приходит твой черёд, мой мальчик, если у тебя хватит ума, смелости и хватки. Что бы Сайлас ни вытворял, это уже не имеет значения. Хмыкнув, Джек бросил окурок под ноги и раздавил его носком ботинка. — Грядёт передача Порта Процветания Гефу, дядя. С таким союзником Сайлас может вновь порушить твои планы. — Не порушит, — уверенно сказал Кросс. — Не беспокойся об этом. Ты готов надеть корону? — Меня к этому готовили с детства, — усмехнулся Джек, подняв ворот куртки. — Тогда тебя готовили и правильно подбирать советников, — улыбнулся Кросс. — Не просто тех, кто будет смотреть тебе в рот, но тех, кто действительно поможет управлять государством. Особенно таким непростым, как Гильбоа. — Поверь, дядя, я отлично знаю, что мне следует делать, — уклонился от прямого ответа Джек. Он слишком хорошо знал Уильяма Кросса, чтобы подозревать в нём обычное родственное сочувствие и желание помочь. Может, он и любил сестру, но на этом семейные обязательства Кросса-старшего себя и исчерпывали. Он никогда не делал ничего просто так, без выгоды для себя, и надо быть последним глупцом, чтобы этого не видеть, полагаясь полностью на этого старого лиса. Джек не собирался искать поддержки у дядюшки, понимая, чего эта поддержка может стоить, он только хотел узнать о планах Кросса заранее и иметь возможность вовремя увернуться от отдачи, пожать плечами и сделать вид, что вообще не при делах. — Я не сомневался в тебе, — заверил дядя. — Думаю, нам пора возвращаться в Шайло. Мы ведь поняли друг друга, Джек? — Да, дядя. Доброго вечера. — И, развернувшись на пятках, Джек двинулся к машине. В голове, давя друг друга, теснились не сильно радостные мысли. Дядя в скором времени затеет какую-нибудь провокацию, попробует пошатнуть трон под Сайласом, как делал уже не раз, но странная уверенность в голосе старшего Кросса напрягала. — Передай Баки, что мы возвращаемся, — попросил Джек, садясь на переднее сиденье рядом с Броком. — Он тебя слышит, — сказал Брок, развернул машину на трассе и двинулся к городу. Взяв Джека за руку, он легонько стиснул её. — Джек. Ты справишься. Мы справимся. И уберем Кроссов, если они будут тебе мешать.