Вылечи меня

Рукав чистого белого халата был испачкан в крови, привлекая лишнее внимание к владельцу психиатрической лечебницы. Последний пациент очень разочаровал Тони, ведь это была его самая любимая «игрушка». Но эта строптивая букашка посмела напасть на него и поплатилась своей милой мордашкой, которая сейчас больше напоминает кровавое месиво. — Мистер Старк, — к злому до чертиков главному врачу неуверенно подошла медсестра. — Да, Катрин? — выдыхая и раздумывая над тем, как он будет избавляться от крови на халате, ответил Старк. — Миссис Романофф отказывается идти на шокотерапию и угрожает осколком стекла. — Откуда у нее в палате взялся осколок от стекла? — вздохнул Тони и потер переносицу. Голова начинала неприятно гудеть, стоило бы отдохнуть пару часов, но никто не отменял обход, да и надо разобраться с некоторыми строптивыми пациентами. Уэйд вообще вчера смог пырнуть санитара пластиковым ножиком. Хоган, конечно, из живучих, но оплачивать больничный в планы владельца клиники не входило. — Мы не знаем, мистер Старк. Но… Медсестру прервали крики доносящиеся со стороны стойки регистрации. Поворачивая за поворот, перед Тони открылась вполне обычная картина: подросток кричал на своих родных, пытаясь что-то доказать. — Нет! Вы не посмеете это сделать! — его голосом эхом звенел в просторном холле. — Питер, это для твоего же блага! — держа за плечи рыдающую женщину, отвечал мужчина. — Вы говорили, что лишь сводите меня на обследование, а не будете запирать в этом аду! — Мне, конечно, приятно, что вы считаете мою больницу адом, молодой человек, но разве вас не учили, что так с родными не разговаривают? — встрял в разговор подошедший Старк. Паренек вздрогнул и повернулся в сторону мужчины. Карие глаза со страхом смотрели на того, нижняя губа дрожала, предвещая подступающую истерику. «Милый», проскользнуло в мыслях у Тони и он облизнул губы. «Кажется, нашлась замена», усмехнулся мужчина и заметил, как от, наверняка, мелькнувших в его глазах мыслей паренек попятился назад. — Так что у вас тут? — обратился к родным Питера Старк.

***

Чутье Питера еще с утра вопило о приближающейся опасности, но он даже не знал с какой стороны ее ожидать. Тетя с отцом обещали сегодня отвезти его на консультацию к психиатру, ведь у них пока только были подозрения насчет его болезни. Гомосексуализм. Для Паркера это было просто катастрофой, ведь в их мире эта болезнь просто разрушала судьбы и жизни. И плевать, что ее могли вылечить. Ты никогда не сможешь найти место в этом мире, если в твоей медицинской карточке написано «гомосексуализм». И плевать, что тебя уже вылечили. — Питер? Солнце, пора ехать, — раздался за дверью голос тети. — Сейчас, Мей! — кидая наушники в рюкзак, ответил Питер. Отец уже ждал их в машине и постоянно косился на часы, что были у него на руке. Когда все сели на свои места и пристегнулись, мотор тихо зарычал и под шинами зашуршал гравий. Спустя полчаса они были уже в больнице. Всю дорогу Мей пыталась завести разговор, но Питер пытался абстрагироваться от внешнего мира, погружаясь в свои чувства и пытаясь понять, почему ему так не спокойно. Больница представляла собой четырехэтажное здание больше похожее на особняк. От него веяло какой-то безысходностью и болью, а в носу почудился запах металла. По коже пробежались мурашки, а Питер вспомнил все статьи, которые он прочитал про эту клинику, а особенно ее руководителя. — Приехали, сынок, — улыбнулся Ричард, но Паркер-младший заметил как у него дрогнули уголки губ. Парень молча вылез и сильнее закутался в толстовку от накатившего на него отчаяния. Тетя пошла вперед, постоянно сжимая свою небольшую сумочку и бросая нервные взгляды на племянника. В холле сразу бросился столик с журналами, который был единственным ярким пятном в этом сером помещении. Пока Мей с Ричардом общались с медсестрой за стойкой регистрации, Питер решил полистать бросившиеся ему в глаза журналы. Вполне обычные статьи ничем уже не удивляли Паркера, ведь он подобное читал и слышал почти каждый день. Но оставить свое занятие заставил пробежавший холодок по спине и слова отца: «Мы понимаем, что это очень дорого, но мы согласны на любую сумму, лишь только вылечите нашего мальчика». «Они собираются меня здесь запереть», озарило парня. Бросив ненужную бумажку и оказавшись в считанные минуты рядом с отцом, Паркер с ненавистью смотрел на того. — Значит, вы решили от меня избавиться?! Запереть в этом месте, чтоб я не позорил вас? — не сдерживая себя начал кричать он. — Питер, мы хотим тебе помочь… — пыталась достучаться до племянника тетя. — Да не нужна мне такая помощь! И вы ведь сами говорили, что я не болен! — продолжал кричать тот. — Питер, это для твоего же блага, — нахмурился отец парня. — Нет! Вы не посмеете это сделать! Питер чувствовал подступающую истерику, что комом застряла в его горле. Он даже не понимал, что продолжает кричать, пока сзади не раздался знакомый голос. Его он не мог спутать ни с чем, ведь только вчера пересматривал интервью с доктором Энтони Старком. Повернувшись к мужчине, парень почувствовал животный страх, что окатил его с головы до ног. А когда в голубых глазах промелькнуло животное желание и губы исказились в устрашающей усмешке, Питер чисто по инерции отступил назад. Он не слышал, о чем разговаривали его родные и главный врач этой клиники, в голове билась лишь одна мысль: сбежать и как можно дальше. «Ты никуда не сбежишь от меня», уловил во взгляде Старка Паркер.