No control

      - Я же говорил, что когда-нибудь выпорю тебя.       Вот это. Она. Попала. Наташа, разумеется, знала, что иногда у пар бывает такая… практика. Наташа видела, как это происходит. Но Наташа никогда, блять, в таком не участвовала! И сейчас ей было не то чтобы страшно, скорее… пиздец как некомфортно. Приличных слов не осталось ещё когда Роджерс стягивал с неё бельё, теперь же были одни эмоции. И, в большинстве своём, они оказывались отнюдь не положительными.       Ещё до начала их отношений она представляла себя и Стива в постели, в душе, на кухне и много где ещё. В разных позах, с громкими стонами и сносящими голову касаниями. Но ни в одно из этих представлений, ни в одну такую фантазию не вписывался вариант того, что он перегнёт её через свои колени, заставляя упираться ладонями в жёсткий ворс ковра, и стянет тонкое кружево белья, оставив полностью обнажённой. Как это вообще произошло?       Нат немного поёрзала на его ногах, сдув залезшие в ноздри рыжие пряди, и слабой надежды ради подалась чуть вперёд, рассчитывая, что сможет так слезть с мужчины. Ага. Его пальцы сжались сзади на её шее, крепко фиксируя, а другая рука легла на поясницу, поглаживая с обманчивой мягкостью. Стив сам тяжело дышал, задевая животом её бок. Когда он встретил её в одних только джинсах и сурово оглядел помятую после очередного патруля женскую фигуру, Вдове следовало догадаться, что что-то не так. Но вместо этого она позволила увести себя в спальню, начать медленно раздевать, совершенно не обратив внимания, что сам мужчина сел как можно удобнее на кровати, расставляя ноги по обе стороны от её тела. А потом…       - Стив? – неуверенно позвала она, не до конца веря в то, что он собрался с ней делать. – Может… всё-таки не стоит? Может как-то иначе решим этот вопрос?       Браво! Просто верх мастерства переговоров. И как это в 2014 тебе удалось поставить раком чуть ли не всё правительство США и прессу? Хотя может это потому что в тот момент её никто раком не ставил… В любом случае, раньше надо было договариваться, Романофф, а не когда Кэп уже заносит руку для первого удара. Шпионка заранее зажмурилась, предполагая, что рука у Капитана тяжёлая и, судя по его виду, вряд ли он собирается её жалеть и бить вполсилы.       - Ты так думаешь? – нарочито заботливым тоном спросил он, в следующую секунду резко опуская ладонь на её ягодицы.       - Ай, блять! – вырвалось у Наташи от неожиданной боли, отчего она тут же закусила губу, предчувствуя второй удар.       И действительно: Роджерс укоризненно цокнул языком и шлёпнул снова. Не так сильно, как в первый раз, но тоже довольно ощутимо. Шпионка вздрогнула, выгибая спину и зашипела, когда пальцы на шее сжались плотнее, грубо удерживая её голову. Прекрасно, теперь ей даже выкрикнуть никакое ругательство нельзя, потому что «не выражайся»! Чёрт бы побрал этого Капитана Америка и его хреновы эксперименты… Почему от его извращённых желаний должен страдать её зад? Наташа как-то планировала на нём ещё сидеть, между прочим.       Тем временем, Стив дважды ударил, опуская ладонь поочерёдно на каждую ягодицу. Вдова замычала, сдерживая порыв мощного «сукинтысынблятькакяхочутебеврезатьпиздецпросто», и прикусила язык. Коленки неприятно тёрлись о жёсткий ковёр, дыхание от такого неудобного положения сбивало, а кровь к голове приливала так, что думать получалось с трудом. По комнате вновь прокатился звук шлепка и она услышала довольное хмыканье со стороны мужчины. И вдруг, совершенно внепланово и как-то… неожиданно, она поняла, что внизу живота в тугой узел скручивается такое знакомое возбуждение. Вот только этого не хватало! Так бы Роджерс выпорол её минут за десять и успокоился, а теперь он понял, что ей это начинает нравиться, и ведь не остановится, паршивец…       Нат вновь заёрзала, теперь уже удобнее устраиваясь на его коленях, и крепче вцепилась пальцами в ковровый ворс, готовясь к самому страшному. Признаваться самой себе, что с такого Кэпа она готова возбуждаться двадцать четыре на семь, очень не хотелось. Можно было бы простить, если бы он узнал о её слабости, допустим, к белому шоколаду или финикам, но никак не к тому, что она будет течь от мыслей, как он оттягивает её за волосы, зажатые в кулаке, как раз за разом одаривает её по ягодицам звонкими шлепками и… чёрт. Щёки вспыхнули стыдливым румянцем и Романофф успела порадоваться, что волосы так удачно закрывают её лицо от пристальных голубых глаз. Они встречаются не первый месяц, пора бы уже привыкнуть, что Роджерс далёк от невинной овечки и с него станется выкинуть и не такую безумную идею. Смирись, Романофф.       Она всхлипнула, когда мужские пальцы, больно ущипнув уже покрасневшую кожу, коснулись горячих складок, проводя вверх-вниз. Из груди Стива вырвался удивлённый хриплый выдох. Раздвигая и выпуская поток горячей влаги, он нарочно – Вдова была уверена! – громко ахнул, ударяя уже мокрой ладонью. Ай. Девушка почувствовала, что смазки было очень много, попыталась стиснуть бёдра и дёрнулась вперёд, порываясь всё-таки слезть с колен Капитана.       - Наташа… – недовольно протянул он, покачав головой. – Прояви терпение, мы ещё не закончили.       Хотелось зашипеть в ответ «пошёл нахер», но Вдова вовремя сдержалась, понимая, что находится далеко не в том положении (и позе), чтобы огрызаться. Вздрогнула, когда Роджерс снова коснулся её там, на этот раз ощутимо надавливая и проникая внутрь одним пальцем. Совсем неглубоко, всего лишь на одну фалангу, но этого хватило, и Нат заёрзала в попытке насадиться сильнее. Твою же мать, она престанет когда-нибудь хотеть его до потери пульса? Недовольно захныкала, когда Кэп убрал руку и снова ударил, на этот раз настолько сильно, что ягодицы фантомно вспыхнули и на коже наверняка остался отпечаток его ладони. Шпионка дёрнулась, но очередной вскрик подавила.       Она уже не знала, не могла даже предположить, сколько это продолжалось. Колени были однозначно содраны, руки начали затекать и в целом становилось некомфортно. Наташа давно перестала считать удары Стивена (не то чтобы она изначально этим занималась, но…) и просто вздрагивала каждый раз, втягивая воздух сквозь зубы. Роджерс то поглаживал горящую кожу, в следующую секунду звонко шлёпая, то щипал, то сминал, явно получая от всего этого дикий кайф. В конце концов, девушка уже ощущала упирающийся в рёбра бугор на его джинсах. Когда на правую ягодицу снова пришёлся слишком сильный и болезненный удар, она не выдержала, воскликнув:       - Ай, ну всё, хватит! Стив, прекрати, моя задница уже просто горит…       Вторая часть её слов потонула в прерывистом «а-ах», когда Капитан бесцеремонно сжал на секунду кожу на внутренней стороне бедра, а после легко протолкнул сразу два пальца внутрь, отчего по его руке потекла её влага. Нат откинула голову, чувствуя, как ладонь на шее теперь путается в волосах и сильнее оттягивает назад. Хрипло застонала, стоило мужчине дотронуться до клитора, и вдруг замерла, понимая, что что-то не так и это «что-то» связано с тем, что она течёт как последняя с…       - Ох, – разочарованно произнёс Кэп, вытаскивая пальцы с хлюпающим звуком. – Ты испачкала ковёр, Таша…       Шпионка с силой закусила губу, промычав что-то, и хотела опустить голову, чтобы он не видел её красных щёк, но её потянули обратно за волосы, заставляя поднять лицо к потолку. На свой страх и риск распахнула глаза и тут же встретилась с мутно-голубым и до чёртиков тёмным взглядом Стива. Блядство. Наверное, она смотрела на него слишком стеклянно, слишком неосознанно. Раскрыла рот в тихом «о», когда почувствовала, что внутри теперь двигаются три пальца, безболезненно проскользнув, благо возбуждена она была… пиздец как сильно, выражаясь по-русски. Свела брови домиком, тяжело дыша через нос, и тихо простонала от всего обилия ощущений и чувства стекающей холодной дорожкой смазки по левой ноге. С силой царапнула ногтями по ковру, когда Роджерс, собрав влагу на свободный палец, провёл им между покрасневших ягодиц, совсем легко и аккуратно потирая.       - Стив, – Нат предупреждающе сжалась, напрягаясь от его действий.       - Нет, Таша, – еле заметно кивнул он, успокаивая и улыбаясь уголком губ от её серьёзного тона. – Я не буду ничего… не волнуйся. Хорошо?       Вдова кивнула, попытавшись расслабиться от странно-бережных в такой ситуации касаний. Не волнуйся. Не волнуйся, блять. Ты серьёзно сейчас, Роджерс?! Ты вообще знаешь, сколько людей готовы отдать хренову тучу денег и не только, чтобы не то что на твоём месте оказаться, но хотя бы посмотреть на это?! Она коротко усмехнулась, понимая, что позволяет этому мужчине всё и даже больше, чуть ли не отдаёт ему в руки свою жизнь и намеренно не ставит никаких ограничений. Как ему вообще удалось убедить её так безоговорочно довериться, не задумываясь ни о каких прогнозах и не строя никаких сценариев?       Терпение было на исходе, шпионка постоянно вертелась, елозила на мужских коленях, пытаясь как-то вывернуться и прекратить это, потому что всё «развлечение» уже начало перерастать в пытку. Хрипло простонала, когда Капитан отпустил её волосы и вновь ударил по ягодицам, не прекращая двигать второй рукой, погружая пальцы по самое основание. Едва нашла в себе силы и прошептала, путаясь в словах и сбиваясь:       - Пожалуйста, Стив… Я, я больше не могу. Пожалуйс-ста.       - Что? – невозмутимо отозвался он, даже не пытаясь спрятать издевательскую улыбку и блеск в глазах. – Что ты хочешь, Наташа?       Она страдальчески замычала, почувствовав, что пальцы в ней замерли. Откуда у тебя такая нихреновая выдержка, засранец?! Она бы с удовольствием проверила, как долго сможет продержаться знаменитый Капитан Америка, если бы сейчас её единственным желанием не было подняться на ноги и оседлать этого самого Капитана. Нат понимала, что так она точно не кончит, ей нужен Стив и желательно… в ней. Подавшись назад, пытаясь глубже насадиться на его ладонь, она проскулила, поморщившись от судороги внизу живота:       - Тебя. Внутри.       Роджерс улыбнулся и немного пошевелил пальцами, оглаживая тугие стенки и без слов показывая, что он ведь внутри. Вот же ж сукин сын, а. Романофф замотала головой и попыталась привстать, но её твёрдым небрежным толчком между лопаток вернули обратно. Он так и будет продолжать издеваться над ней? Она на его коленях, с горящей от его шлепков задницей, умоляет трахнуть её, какие ещё унижения тебе нужны, блять?! Собрав остатки дыхания, девушка скрипуче простонала, надеясь на хоть какое-то капитанское благородство:       - Нет, не так. Тебя. Твой…       - Мой? – в тон ей произнёс он, вскидывая в ожидании брови.       - Тварь, – беззлобно выдохнула Вдова, зажмурившись, когда мужчина ощутимее провёл пальцем между её ягодиц, видимо, устав от непрерывных шлепков. – Твой… Ты знаешь. Пожалуйста.       - Скажи это.       От его спокойного голоса вдоль позвоночника пронеслись мурашки. Он что… он действительно хочет, чтобы она сказала это? Наташа опять заёрзала, с трудом набираясь сил. Кэп не выдержал и слабо толкнулся бёдрами в её бок, тоже теряя последние крохи самообладания. Крепко сцепил зубы, смотря куда-то в верхний угол комнаты, и часто прерывисто задышал, раздувая ноздри. Неосознанно поглаживал тёплую кожу между лопатками, будто поторапливая просто сказать то, что он просит. Шпионка выгнула спину под его рукой, точно кошка, и на выдохе произнесла, что хочет «его» в «её», заливаясь краской до кончиков ушей и в нетерпении закусывая губу.       То, что происходило дальше, она уловила смутно: пальцы с пошлейшим мокрым звуком исчезли, её резко дёрнули вверх, потом под боком оказался прохладный и непривычно мягкий матрас кровати, а позади зазвенел пряжкой ремень и с характерным звуком расстегнулась ширинка. Постель рядом с ней продавилась, по обе стороны от неё оказались исчерченные венами мужские руки, а к плечу прижалась горячая грудь. Она хотела перевернуться на спину, но её грубо прижали, надавив одновременно на поясницу и между лопаток, и заставили зарыться щекой в пахнущую стиральным порошком простынь.       Стив подтянул её за бёдра ближе, растолкал, не церемонясь, её содранные о ковёр коленки шире и прижался подрагивающим от болезненного возбуждения членом к давно истекающему влагой входу. Помедлил лишь пару секунд, откровенно наслаждаясь видом распластавшейся под ним шпионки и покрасневшими упругими ягодицами, и длинно толкнулся вперёд, постепенно заполняя собой всю её… Услышал абсолютно нескромный и до ужаса громкий протяжный стон куда-то в мягкую постель и нашёл в себе силы лишь коротко улыбнуться, после срываясь.       За толчками он не следил, трахая Романофф размашисто и глубоко. Склонялся ниже, до фантомного хруста сжимая её бёдра, тяжело дышал ей на ухо, хрипя какие-то бессвязные глупости, но, очевидно, очень горячие. В какой-то момент не выдержал и вцепился ей в загривок, с силой сжимая кожу зубами. Услышал её скулящий скрипучий стон и прикрыл глаза, пытаясь продержаться хотя бы на пару мгновений дольше. Нат сжимала его внутренними мышцами с такой силой, подавалась навстречу с такой отдачей и выкрикивала его имя с такой надрывностью, что мужчина понял: он не видел её ещё такой настоящей ни разу. Почти никогда, честно, сейчас сброшены и перемолоты были все маски, оставались неподдельные чувства и только. Странная, конечно, техника раскрытия души через секс, но его всё вполне устраивало.       Освободив одну руку, Капитан завёл её под тело девушки и грубо сжал кожу под животом на очередном толчке. Затем отпустил и сжал снова, слыша приглушённые постелью крики. Скользнул ниже, приглаживая небольшой треугольник жёстких рыжих волос и, не удержавшись, ущипнул, толкнувшись, когда Вдова под ним замерла на секунду от внезапной боли. Надавил на клитор, потирая по кругу, и буквально почувствовал вибрацию от стона, с наслаждением вырвавшегося из её горла. Отпустил с причмокиванием загривок, удовлетворённо замечая расползающееся лилово-красное пятно и прошептал Наташе на ухо, пройдясь языком по ушной раковине и продолжая бешено вколачиваться в её тело:       - Давай вместе, Нат. Давай со мной.       Она согласно хрипло простонала, не найдя возможности даже кивнуть, и сама подалась назад, притираясь вплотную. Роджерс был до охренения глубоко, практически до лёгкой боли, и ему достаточно было лишь найти ощупью её соски, сжимая и выкручивая их, чтобы шпионка надрывно выкрикнула его имя, мешая его с отборным русским матом, и кончила, сжав его член так сильно, что он сорвался следом, утыкаясь носом в рыжую макушку и полушёпотом повторяя её имя.       Перед глазами рассыпались искры, уши закладывало от грохочущего пульса, а сердце давно уже колотилось где-то в горле. Ты бы поаккуратнее со своими экспериментами, а то тебе уже под сотню, дядя. Стив лежал на девушке, наверно, слишком сильно вдавливая её в постель, прятал лицо в копне огненных волос и пытался хотя бы поверхностно выровнять дыхание. Их тела были мокрые и неприятно липли друг к другу, а внутри всё потряхивало от сильного оргазма. Романофф неосознанно теребила в пальцах смятую ткань простыни, покорно уткнувшись в неё лицом, и даже не пыталась подать какие-либо признаки жизни.       Когда мужчина приподнялся на локтях и подался бёдрами назад, выходя, слабо захныкала то ли от боли, то ли от разочарования, то ли от удовольствия. Подползла чуть дальше, укладываясь удобнее, и снова замерла, дыша через раз. Кэп сел рядом, смотря на неё сквозь полуопущенные ресницы и чувствуя первые позывы слабости во всём теле. Делать что-то или разговаривать решительно не хотелось, язык во рту ворочался с трудом. Сильно же она его истощила… Поэтому он не нашёл ничего лучше, кроме как наклониться к Нат, принимаясь поочерёдно целовать и поглаживать её ягодицы, и пробормотать, смутно надеясь, что она его услышит:       - Чёрт, это было… глубоко.       - Угу, – незамедлительно отозвалась она, поворачивая голову, но не открывая глаз. – Благо, тебе размер позволяет.       Стив усмехнулся такому вымученному комплименту и легонько шлёпнул по правой ягодице, явно в качестве завершающего штриха. Подтянул себя по постели выше, оказываясь на одном уровне с Наташей, и улёгся рядом на бок, мягко убирая спавшую ей на лоб прядь. Провёл по щеке, заставляя открыть мутные зелёные глаза с недозволительно расширенными зрачками, и завораживающе улыбнулся, наблюдая за её расслабленным и по-настоящему красивым лицом. Помолчал немного и почти робко спросил, виновато опуская взгляд:       - Ты… не сердишься?       Вдова сначала непонимающе промычала что-то вопросительное, нахмурив брови. Пару секунд осознавала, крутила в мыслях, пытаясь понять, что от неё хотят. Потом её губы растянулись в улыбке и она придвинулась ближе, обнимая Капитана за шею и коротко целуя. Отрицательно замотала головой, закидывая ногу ему на бедро и тесно притираясь. Позволила обнять себя за талию и устроилась у мужчины под боком, старательно не обращая внимания на всякие неудобства. Тоже с минуту не говорила ни слова, но всё же из любопытства уточнила, растягивая слоги и заглядывая в казавшиеся сейчас тёмно-синими глаза:       - А за что ты меня вот так… Где я прокололась?       Стив тут же отвёл взгляд, не желая смотреть на шпионку, и принялся со старательным увлечением изучать люстру на потолке. Поджал губы, делая как можно более непринуждённый вид, и осторожно покосился в сторону пытливо изучающей его Романофф. Внезапно прыснул, зажмуриваясь на секунду, и признался, почти виновато проводя раскрытой ладонью вдоль её тела:       - Честно? Я уже и не помню.       Громче рассмеялся, когда услышал возмущённый «ах» в свою шею, на всякий случай перехватил тонкие запястья и исподлобья посмотрел на разозлившуюся Нат, которая, казалось, готова была убить его на месте в эту секунду. Она прорычала какую-то угрозу, вырвала свою ладонь из его хватки и с силой треснула по крепкому плечу, обиженно поджимая губы. То есть её задница ещё и страдала за просто так, да? Ну охренеть теперь! Освобождаясь полностью, демонстративно скрестила руки на груди, сердито выплёвывая:       - Сколько же в тебе ещё этого дерьма, Роджерс?       - Увидишь, – выразительно поиграл бровями он, наклоняясь ниже и прикусывая её выпяченную от обиды пухлую нижнюю губу. – Наслаждайся, тебе же нравится. Я знаю.       Не давая возможности ответить, поцеловал глубже, перехватывая наигранно-обречённый выдох и пробежал пальцами по женской спине, пересчитывая позвонки. Сжал в ладони ягодицы, победно улыбнувшись от болезненного всхлипа, и ненавязчиво толкнулся бёдрами вперёд, ударяясь между ног Вдовы. Новый поток возбуждения постепенно закручивался внизу спиралью и думать уже не получалось. Последней мыслью Роджерса перед тем, как он перетянул Нат на своё тело, позволяя быть сверху, было обещание себе обязательно удивить её снова. Он ещё и не такое мог придумать для этой несносной рыжей особы.