Испытание для ревнивца

Через день после бала Гарри с семейством Уизли-Грейнжер уехал в Нью-Йорк. Прощание оказалось более тягостным, чем когда-либо прежде. Вместо слов «до свидания» Драко очень хотелось сказать «не уезжай». Но он сдержался и даже сумел улыбнуться, когда Гарри наклонился, чтобы поцеловать его перед тем, как сесть в такси рядом с Роном. К счастью, у Драко оставалось не так уж много времени для того, чтобы закончить завтрак, быстро переодеться и отправиться на работу. Хотя Лаванда выздоровела, и он наконец мог вздохнуть с облегчением. *** Когда он подошёл к магазину, там уже стояла Астория, видимо давно ожидающая его. — Здравствуй, милый, — издевательски промурлыкала она, совсем как Мия. — Как ты узнала адрес? — вместо приветствия рявкнул Драко. — Нет ничего проще, — насмешливо заметила она. — Твой бутик имеет название, которое внесено в список торговых точек. «Без Мии здесь не обошлось», — решил Драко. — Что тебе нужно? — Ах, Драко, к чему такая резкость! — У меня нет времени на пустую болтовню. — Ладно, перейду к делу. Давай встретимся за чашкой кофе. — Не думаю, что это хорошая мысль. — Но ведь у тебя существует обеденный перерыв? — И что с того? Я не собираюсь проводить его с тобой. — Боишься, дорогой? — Тебя? Ни капли. — он открыл замок, не обращая на девушку никакого внимания, потом вошёл в магазин и закрыл за собой дверь. Через стекло он видел, как Астория, скривив губы, уходит. *** Прошла неделя, как уехал Поттер. Драко безумно скучал, особенно ночами. Он очень нервничал и изводил себя ревностью, тем более, что Гарри не писал ему, не звонил, как будто совсем забыл о нем. Мия тоже не появлялась, что было странно. Зато Астория каждый день приходила в магазин, или ждала его в кафе, словом просто не давала проходу. Сегодня была пятница, и Драко решил уйти домой сразу после обеда, оставив в магазине Лаванду. Такое с ним было чуть ли не впервые. Дома он сразу ушёл в спальню, не слушая причитания Кикимера о еде, задернул шторы и лёг поспать. Засыпая, он думал, как было бы здорово проснуться от того, что его целует Гарри. Но проснулся он от стука в дверь. Кикимер звал его поужинать. «Ого, сколько я проспал, — подумал он вяло, — а Поттер так обо мне и не вспомнил». Спустившись в кухню, он сел за стол и попросил у Кикимера кофе, сказав, что не будет есть. Неодобрительно ворча что-то под нос, эльф поставил перед ним кружку с кофе и протянул какой-то толстый конверт. — Что это? — Не знаю, пришло сегодня днем, пока Вы спали, хозяин Драко, — домовик с шарканьем вышел из кухни. Драко дрожащими руками открыл конверт. «Наверное наконец-то от Гарри», — думал он с радостью. Но в конверте не было никакого письма. На стол выпали фотографии. Драко уставился на них, чувствуя, как сердце забилось быстро-быстро, а горло перехватил спазм. На маггловских неподвижных снимках были Гарри и Мия. Они сидели за столом. Вместе. Но что самое ужасное, оба смотрели друг другу в глаза так, как могут смотреть только влюбленные. Драко внезапно почувствовал сильную слабость. У него опять перехватило дыхание, и он закашлялся. Что же это? Поттер встречается с француженкой? С явной неохотой он продолжал смотреть на фото. Ещё на двух карточках Мия и Гарри без одежды раскинулись на белых простынях, видимо в номере отеля. Драко отшвырнул снимки так, что они разлетелись по всей кухне. Его снова скрутил кашель, и едва он успел склониться над раковиной, как его вырвало. Кое-как глотнув воды, он кинул кружку на пол и пошёл в спальню, где упав на кровать зарыдал, как ненормальный. Когда он открыл глаза, темнота в комнате была непроглядная. Драко чувствовал, что у него температура, его знобило. Но ему было все равно. «Что мне теперь делать, — вяло и отстранённо думал он, — уйти от Поттера я не могу, по условиям договора ещё два года, но и жить так теперь тоже не могу». В горле опять запершило, а к глазам поступили слезы. Драко снова скрутил приступ кашля. Он закутался в одеяло поплотнее и закрыл глаза, всеми силами подавляя вновь подступающую истерику. *** В этот раз он проснулся от того, что солнце било ему в глаза. С трудом открыв глаза, он сел на кровати и вздрогнул. Спиной к нему, у окна стоял Поттер. На тумбочке лежали ненавистные снимки. — Поттер… — голос был хриплый и тихий. Гарри порывисто обернулся, глаза его вспыхнули, он заулыбался: — Драко… доброе утро, солнце. Он сел на кровать и, притянув Малфоя к себе, крепко обнял, целуя тёплые щеки и волосы. Драко прижался было к нему, но тут взгляд его упал на фотографии, и он отпрянул, как будто его ударили жалящим заклятием. Злость, ревность, ощущение собственного бессилия, грозили затопить его с головой. Гарри проследил его взгляд и вздохнул: — Ааа… это… Драко, послушай меня, это… Он не договорил. Драко кинулся на него и начал колотить его по плечам, рукам, спине — словом, куда попало — и хныкал от бессилия и злости, потому что его удары не производили на Поттера никакого впечатления. Выждав момент, Гарри схватил его руки, повалил его на спину и сел на него сверху. — Драко, успокойся, Драко, подожди…. Но тот продолжал бесноваться, даже вжатый в матрас, пока его лицо не обожгла легкая, но чувствительная пощёчина. — Малфой! Драко замер, но вдруг опять закашлялся. Гарри с беспокойством смотрел на него. Наконец приступ кашля закончился. — Ты заболел? — Не твоё дело, Поттер! — голос был совсем неслышным, а хотелось орать. Поттер взял фотографии с тумбочки и бросил на одеяло. — Взгляни на них повнимательнее, солнышко, — мягко сказал он. Он видел, как побледнел Драко при этих словах, и его наполнил сильнейший гнев, который, впрочем, до поры следовало сдерживать. — Эти снимки на самом деле не совсем то, чем кажутся на первый взгляд. — По мне, они самые что ни на есть настоящие. Во всяком случае, так я их воспринимаю. — Чего и добивались создатели данных шедевров. — Гарри взял фотографии из рук Малфоя. — Если присмотреться как следует, становится заметным некоторое несовпадение в направлении теней. Вот здесь, видишь? — указал он карандашом. — И здесь! Местами отбрасываемые предметами тени действительно падали в разные стороны. — Над снимками кто-то изрядно потрудился, — продолжал Гарри. — Это всего лишь фотомонтаж, Драко. Магглы частенько пользуются этим. Не проронив ни слова, Драко вновь тщательно исследовал фото. Затем тяжело вздохнул. — Взгляни на дату. Голос Поттера пробился сквозь темную пелену, все больше окутывающую сознание. Драко слегка тряхнул головой, прогоняя наваждение. — Да посмотри же! — настойчиво повторил Гарри. Драко наконец сделал, что он просил. — Сегодняшнее число? Но… — С трех часов ночи я был уже здесь, — сказал Гарри. — С тобой. Спроси у Кикимера, если хочешь. Драко разгневанно посмотрел на него. — Знаешь, каково мне сейчас? — Думаю, наши ощущения взаимны. — Гарри стиснул его плечи и посмотрел в глаза. — Прекрати истерику. — Знаешь, мне кажется, что я готов опять возненавидеть тебя. — За то, что меня подставили? — Все, я хочу ещё поспать. Один, — Драко вновь закашлялся. Гарри тронул его лоб. — У тебя, кажется, температура. Может, вызвать врача? — Нет, уйди, — прошипел Драко, отворачиваясь к стене. «Глупо, — прозвучал в голове тоненький голосок. — не на того ты направляешь гнев». Но Драко сейчас не способен был прислушаться к голосу разума. Гарри вздохнул, вышел из спальни и закрыл за собой дверь. Драко взмахом палочки задернул шторы, и уставился в темноте в потолок. В голове его текли невеселые мысли. Мало-помалу глаза Драко опять наполнились слезами, которые постепенно собирались в уголках и скатывались на подушку. Сердито смахнув влагу, он зажмурился и попытался уснуть. Но не мог. Его немного знобило, и першило горло. Спустя время Поттер вернулся в спальню. Драко слышал, как он раздевается и подходит к кровати. Потом матрас прогнулся под весом его тела. «Обними меня», — безмолвно взмолился Драко. Вслух он ни за что не произнес бы эти слова. Ему оставалось лишь лежать и прислушиваться к размеренному дыханию Поттера. Как просто прикоснуться к нему! Для этого нужно лишь протянуть руку. Только Драко не мог себе позволить ничего подобного. «Скажи честно, что боишься, — горько усмехнулся он в темноте, — ведь Гарри может и не откликнуться или — еще хуже! — оттолкнуть руку. И что со мной станет тогда? Я этого не переживу». *** Драко проснулся от звуков льющейся в душе воды и перевернулся на бок, чтобы взглянуть на будильник. Почти семь. Он соскочил с постели, захватил смену свежего белья и скрылся во второй ванной, где принял душ и оделся. Присоединиться к Гарри не составило бы большого труда — нужно было только отодвинуть стеклянную дверь и шагнуть внутрь, как он делал каждое утро. Но только не сегодня, не после прошедшей ночи. Тяжко вздохнув, он вернулся в спальню, где застал Гарри за одеванием. Тот окинул его долгим внимательным взглядом, который Драко с честью выдержал. Затем он скрылся в гардеробной, чтобы выбрать одежду на сегодняшний день. — Ты еще долго будешь дуться? — донесся до него окрашенный легким раздражением голос Поттера. Драко проигнорировал вопрос. Когда он вновь появился в спальне, Гарри преградил ему дорогу. Драко хмуро взглянул на него. — Драко! — предостерегающе произнес тот. — Я вовсе не дуюсь! У меня нет такой привычки. — Каких слов ты ждешь от меня? — спросил Гарри с потемневшим лицом — Извинений? Ладно, прости. — Извинение принято, — Драко обжег его взглядом. — Прости, но я не присоединюсь к тебе за завтраком, — сдавленно бросил он Поттеру. — Заскочу по дороге в кафе. Он неважно себя чувствовал: першило горло и как-то не хватало воздуха. Кажется, сохранялась температура, и совсем не хотелось есть. Гарри с тревогой смотрел на него, но молчал. Пройдя мимо него в ванную, Драко принялся расчесываться, причем делал это с таким остервенением, что очень скоро у него заболела кожа на голове. Поморщившись, он отложил расческу и посмотрел в зеркало. При виде отразившегося в зеркале Гарри его глаза удивленно расширились. А когда тот вошел и встал сзади, Драко невольно стиснул тюбик зубной пасты сильнее, чем требовалось. Он был словно натянутая струна, готовая в любую секунду лопнуть. И одновременно ощущал полный упадок сил. Это двоякое ощущение достигло пика, когда Поттер повернул его лицом к себе и стал наклоняться к губам. — Вот это важно. Только это, и ничего больше, — прошептал он у самого рта Драко. Затем прильнул к нему в поцелуе, от которого у Малфоя голова пошла кругом. Спустя минуту Гарри отстранился и покинул ванную, а затем и спальню. Ухватившись за край мраморной раковины умывальника, Драко попытался перевести дух. Дыхания снова как будто не хватало. «Что со мной происходит?» — вертелось в его мозгу. Он понятия не имел, сколько простоял так, однако казалось, что прошли часы, прежде чем ему удалось собраться с силами, надеть туфли и трансгрессировать. Ровно в девять он открыл бутик. Почти сразу пошли покупательницы, и Драко изрядно натрудил мышцы, удерживая на лице любезную улыбку. Сколько можно притворяться счастливым, когда на душе книзлы скребут? — Ты не заболел? — озабоченно поинтересовалась в полдень Лаванда. — Нет. — По-моему, ты не вполне в этом уверен, — с сомнением сказала она. Драко понуро покачал головой. — Ступай на обед. — Он вытащил из кармана деньги и вручил ей. — Заодно, если не трудно, принеси мне сандвич с ветчиной и салатом, а также бутылку воды, ладно? Сегодня Драко предпочёл поесть в маленькой подсобке, вместо того чтобы сделать это в ближайшем кафе. Но есть вновь не хотелось. Как только он откусил сандвич, к горлу подступила тошнота и он опять зашелся в кашле. «Может, Поттер прав, надо вызвать врача», — мелькнула мысль. Лаванда закончила работу в четыре и ушла. Драко стало ещё хуже, когда он остался один. При воспоминании о прошлой ночи у него сжималось сердце. То, что Поттер держал себя в руках подействовало на него хуже, чем если бы он, скажем, вспылил в ответ, наорал, разбил что-нибудь. Однако вместо этого он свел гневный взрыв Драко к детским капризам, чем вверг его в полное бешенство. Но, не смотря на это, Драко сразу поверил Гарри, когда тот сказал про фотомонтаж. И больше всего сейчас хотел забыть о гордости и помириться с мужем.