Великий и могучий русский матерный

На белый свет экипаж вылезал Каждый из них «Тра-та-та-та» сказал Лишь командир в этот миг промолчал Воздуху в легкие он набирал А теперь наберем воздуху в легкие и послушаем, что сказал командир «Тра-та-та-та та-та-та та-та-та Ты не механик, ты тра-та-та-та Тра-та-та-та та-та-та, вашу мать-мать-мать Больше не буду я с вами летать» Группа риска «Тра-та-та-та»

Бродя по ФикБуку, наткнулась на интересную заявку, автор которой вопрошал: почему мы материмся? Причем вопрошал явно с желанием услышать, что это плохо и некрасиво. Что, собственно, и получил в первом фике по данной заявке. Но, поскольку на статью упомянутый фик явно не тянул и, судя по отзывам, не слишком-то устроил некоторых читателей, то я решила сию ситуацию исправить и написать по возможности развернутую статью на заявленную тему. Честно говоря, мне даже самой интересно стало. Ведь в детстве родители, первый раз услышав из уст ребенка матерное слово, обычно строго-строго говорят что-то вроде: «Чтоб больше мы от тебя таких слов не слышали». На вечный детский вопрос «почему?» в ответ обычно слышится: «Это некрасиво, плохо, неправильно, приличные люди так не говорят» и так далее в том же духе. Дети вырастают, кто-то внимает наставлениям родителей, кто-то наоборот – залихватски матюгается, словно говоря: «А мне все ваши запреты побоку, я крут». Мы узнаем значения этих слов и в какой-то мере понимаем, почему они неприличны. Но знание это – несколько абстрактное, идущее из того же детства: мама сказала, что говорить так – плохо. А кому-то так в детстве не говорили, и для него это такие же обычные ругательства, как, скажем, «черт» или «блин». Вот, кстати, тоже отдельный вопрос: чем же так блинчики провинились? Но мы сейчас не о них. Итак, почему же определенные слова считаются матом, и почему же мы материмся? Начнем, как и положено, со знакомства с объектом нашего рассмотрения, то есть с этим самым матом. Согласно Википедии (ну а куда без нее, родимой?), «мат (матерный язык, матерная ругань, матерщина, лая матерная) – наиболее грубая, обсценная разновидность ненормативной лексики в русском и близких к нему языках». И еще одна цитата из той же Википедии: «Обсценная лексика (непечатная брань, нецензурные выражения, ненормативная лексика, сквернословие, срамословие) – сегмент бранной лексики различных языков, включающий грубейшие (похабные, непристойные, богомерзкие, вульгарные) бранные выражения, часто выражающие спонтанную речевую реакцию на неожиданную (обычно неприятную) ситуацию». То есть, мат – только часть ненормативной лексики. Считающаяся самой грубой, но таки только часть. Основных лексических единиц в русском мате насчитывается четыре штуки: хуй, пизда, ебать и блядь. Заметьте – основные. Наверное, вам приходилось встречаться с утверждением, что русский мат – самый богатый в мире, или что-то в таком духе. Причем, богат он не сколько этими самыми четырьмя корнями, сколько разнообразием производных и эвфемизмов. При желании можно обойтись вообще одним корнем. К примеру, как утверждает Лурк, зафиксирована целая фраза, с которой бригадир обратился к студентам-филологам (ну а кто еще такую красоту додумается зафиксировать?), собиравшим в колхозе урожай: «Хули ни хуя не нахуярили? Охуели? Отхуяривайте на хуй!» Экспрессия и талант словообразования заядлых матершинников поистине творит чудеса, при этом можно выразить какое угодное чувство, начиная от искреннего восхищения или ярости и заканчивая полным э-э-э… равнодушием. А эвфемизмы… набор их растет из года в год, одни выражения сменяют другие, короткие удлиняются, длинные сокращаются – и конца-края этому не видно. Кстати, те же «блины» - тоже таки эвфемизм. Некоторые матерными считают еще несколько слов: хер, сука, пидарас, мудак… ну и так далее. Строго говоря, они относятся к ругательствам, но матом как таковым не являются. Цензура в их отношении – вопрос довольно спорный. Например, в одном из любимых моих фильмов «О чем говорят мужчины» цензура нисколько не тронула фразы «Иди на хер» и «Ах ты ж сука». Хотя вот реплику «Это не кризис, это – пиздец» в конце явственно заглушает характерный пик. А если взять другой фильм того же творческого коллектива – «День выборов», там звук пароходного гудка удачно прикрывает последнее слово в строчке песни «Выборы, выборы, кандидаты – пидоры». Хотя, возможно, в последнем случае действует правило об оскорблении сексуальных меньшинств или что-то в этом роде. Довольно забавно и весьма интересно оказалось читать о происхождении матерных слов. Нет, не про то, что обсценная лексика заимствована русскими во время татаро-монгольского ига. На самом деле у четырех корней русского мата вполне себе славянское или даже индоевропейское происхождение. То есть, если я хоть что-то поняла из прочитанных мною статей по языкам, татары и монголы (или кто там еще был в Золотой Орде, господа историки?) тут вообще ни при чем – группа языков совершенно другая. Но интересно не только это. У матерных слов в нашем языке есть на самом деле вполне себе безобидные «родственники». Например, «хуй», «хвост» и «хвоя» происходят от одного славянского «хй» - «отросток, побег». Но больше всего меня позабавила цепочка слов, связанная с корнем, от которого пошло слово «блядь», которая в результате приводит к английскому «blond», то бишь «блондин». Невольно задумалась, насколько права моя подруга (которая ни разу не лингвист и не филолог), порою употребляя слово «бляндинка». В общем, получается, что матерные корни существуют давно – они древнее самого русского языка как такового. И цензуре подвергаются тоже довольно длительное время. Вопрос в другом: почему эти слова считаются неприличными? Никому же в голову не приходит вырезать такие слова и выражения, как «половой член», «влагалище», «заниматься сексом», «проститутка» - а ведь они обозначают то же самое, что и основополагающие четыре корня. Хотя стоит признать, что и их громкое выкрикивание повсеместно направо и налево не особо приветствуется. Одна из теорий гласит, что те слова, которые у нас нынче являются нецензурными, у наших далеких предков считались особыми, имеющими сакральный смысл, ибо были напрямую связаны с продолжением рода. Произносить же их всуе настрого запрещалось. Ну, а раз есть запрет – есть те, кого этот запрет тянет нарушить, что, естественно, совершенно не нравится посвященным, а через них – и прочим. Кроме того, если эти слова считались частью языческих обрядов, то их употребление после крещения Руси, по-видимому, не одобрялось православной церковью. И мы опять-таки приходим к той же связке «запрет – нарушитель». Боролись с матом и все правительства, какие только были в нашей стране – и указами, и плетьми, и штрафами, и проведением различных собраний… в общем, сколько мат есть, столько с ним и борются. А он все равно жив-живехонек. Ладно, с объектом, думаю, мы познакомились уже достаточно, и про цензуру не забыли. Если кого-то что-то сильно заинтересовало – поисковик вам в помощь. Перейдем к вопросу «почему мы материмся?», перефразируем его в «зачем?» и, таким образом, обозначим функции обсценной лексики вообще и мата в частности. В вики-статье по обсценной лексике приведено ажно 27 таковых функций, выделенных неким В.И. Жельвисом. Поразмыслив над ними, что-то выкинув как непонятное, что-то объединив как сходное по смыслу, что-то добавив от себя в толковании, выделяем следующие. Самая первая и логичная – разговорная. Помните расхожую фразу: «Мы, русские, матом не ругаемся – мы на нем разговариваем»? Некоторые действительно именно так и разговаривают. Для таких людей это вполне обычная ругань, слова-паразиты, ничем не отличающиеся от обычных. Они привыкли так говорить. И попробуйте докажите им, что они неправы. Кстати, такую разговорную речь не стоит путать с патологическим сквернословием, или копролалией – непреодолимой тягой к ругательствам безо всякого видимого повода. Словесный понос, проще говоря. Одно время патологическое сквернословие считалось симптомом синдрома Туретта, но на самом деле присутствует да-а-алеко не у всех пациентов. Очень близка к разговорной функция коммуникативная, хотя и не совсем сливающаяся с ней. Иногда человек матерится, чтобы наладить контакт с окружающими, чтобы показать себя «своим в доску». Помните старую рекламу: «Альфа-банк – с каждым клиентом мы находим общий язык»? Вот что-то из этой оперы. Кстати, ролик с «вроде как матом» у них тоже есть – ну, точнее вместо него слышен характерный пик, а вот был ли мат на самом деле… Магическая функция. Я уже упоминала, что словам, которые нынче считаются матерными, придавалось сакральное значение. Кроме всего прочего, считалось, что хорошая матерная ругань защищает от нечистой силы. В то же время – так могли и проклясть. Помните, с чего часто раньше начиналась ругань? «Чтоб тебя…» - и пошло-поехало. И в какой-то мере такая точка зрения сохраняется до сих пор. Но не будем, пожалуй, углубляться в дебри эзотерики. Следующая функция – назовем ее психотерапевтическая. Сюда можно отнести случаи, когда мы ругаемся, попав в неприятную ситуацию – таким образом как бы сбрасываем напряжение. Или кто-то кому-то вправляет мозги – тоже бывает полезно. Тот же Жельвис указывает, что обсценная лексика применяется в психоанализе для лечения нервных расстройств. Где-то я как-то натыкалась на мнение, что если уж вас сильно в жизни прижало, хорошо и от души выматериться даже надо, ибо не стоит копить в себе всю эту отрицательную энергетику – может привести к проблемам со здоровьем. Но и увлекаться такой психотерапией тоже не стоит – карму попортит. В общем, как и любое лекарство, мат в психотерапевтических целях следует применять аккуратно. Далее. Не знаю, как назвать эту функцию по умному и покороче, поэтому назову длинно – функция принижения собеседника и возвышения себя. Хотя, проще таки можно сказать – оскорбление. Думаю, тут всем понятно и объяснять не надо. Впрочем, если взять только вторую часть данной функции, смысл несколько поменяется. Спросите: как это, матерно выражаясь, можно повысить свой социальный статус? Вспомните тех же детей. Ведь ребенок, употребляя мат, отчасти старается продемонстрировать, что он уже взрослый. Или некто желает продемонстрировать свое презрительное отношение к нормам поведения, к мнению окружающих и так далее – поставить себя над всем этим. Этакая свобода, выраженная через свободу слова. И наконец, функция инструментальная. То бишь мат как инструмент писателя. Мат, конечно, не литературный язык. Но в литературе таки встречается. Примеров можно привести массу, начиная ажно с Пушкина и потихоньку через ряд имен подходя к современности. Опять-таки: зачем в художественной литературе эта матерщина? А вы как думаете, читатели и фикрайтеры? Порою – для остроты, лихости, веселья, чаще – для достоверности. Литераторы пишут жизнь, порою приукрашивая, а порою – как она есть. А в нашей с вами жизни мат присутствует. Вопрос в том, у кого насколько органично он смотрится. Ведь бывает и такое, что в чьем-то слоге грубая ругань не смотрится совершенно, хоть об стенку расшибись. А есть те, кто вплетает ее умело и, не побоюсь этого слова, красиво. Главное, как всегда и во всем – чувство меры. Наверное, уважаемые, читая эту статью, вы задавались вопросом: неужели автор утверждает, что материться – абсолютно нормально, и в повсеместном постоянном употреблении матерных слов, столь распространенным в нашем обществе в последние годы, нет ничего плохого? Как это ни странно – нет, не утверждаю. Ага, значит, сейчас должна быть часть, которая будет убеждать всех и вся, что ругаться матом – однозначно плохо, и культурные воспитанные люди себе такого никогда не позволят? Тоже нет. Автор статьи не ставил себе цели кого-либо перевоспитать или переубедить. Автор (сам, кстати говоря, человек матерящийся крайне редко) задался целью изучить вопрос и, прочитав найденные материалы, убедился в том, что мат – это часть нашего родного русского языка, такая же, как и все прочие слова, хотим мы того или нет. Как и всему на свете, ему должно быть свое время и место. И, если уж на то пошло, для писателя это тоже инструмент, как и другие слова, и им тоже надо уметь пользоваться – грамотно, умело, с чувством меры. Так что думайте, что говорите и пишите, дорогие коллеги фикрайтеры и просто читатели. Ибо слово – не воробей, влетит – не поймаешь.