The Real You

— Сасори, до завтра ты должен найти замену Мей так, чтобы особа могла извергать из себя звуки, хоть отдаленно напоминающие пение. И меня абсолютно не ебет, как ты будешь это делать. На этом все, — Мадара поправил любимые кожаные перчатки, выходя из здания своего же ресторана. Чертова певичка в самый последний момент решила съебаться к Сенджу. Ничего, она еще пожалеет. Оставив ошалевшего менеджера ахуевать дальше, мужчина сел в машину, приказав шоферу трогаться. Тем временем Акасуна молниеносно оделся, вылетев на улицу и набрав номер, от которого зависела его работа, а возможно и жизнь. — Да, это я, мне срочно нужна вокалистка на замену. Да, приказ Учихи. Скоро буду, — сбросив, красноволосый уже хотел было сесть в такси, но сигнал застрявших машин в час пик, протянувшихся уже на километр, ясно дал понять, что лучше пойти пешком. Сильнее закутавшись в шарф, он быстрым шагом направился к скверу, через который вполне мог сократить большую часть пути. Зайдя в парк, Сасори бросил взгляд на наручные часы, ускорив шаг и нервно выдохнув. В это время людей практически не было, лишь неспешно прогуливались пожилые и не очень парочки, да мамочки с колясками. Обогнув мраморный фонтан, юноша посмотрел на группу людей, столпившихся в отдалении. Когда он подошел ближе, то увидел розоволосую девушку, которая улыбалась прохожим, когда те подбрасывали ей монетки в шляпу. Поблагодарив собравшихся, зеленоглазка взяла новые аккорды на старенькой гитаре, вновь приблизилась к микрофону и тихо запела. По мере того, как голос ее становился все громче, в голове Акасуны все ярче загоралась лампочка.       В пятницу к вечеру собралась такая толпа, что Учиха подумал, будто он вновь открывает первый свой ресторан. Вокруг сновали официанты с закусками и бокалами, богато и, по мнению Мадары, как всегда вульгарно одетые собирались в кружок сплетен жены и любовницы его партнеров по бизнесу, перемывая кости всем, за кого мог зацепиться их хищный взгляд. Мужская часть гостей предпочитала проводить досуг либо на террасе в компании импортной сигары, либо не терять времени и заводить новые, полезные знакомства. Решив, что пора бы начинать, мужчина отставил бокал на столик, поправил галстук и неспешно поднялся на сцену, с которой каждый мог обозревать его фигуру, облаченную в фирменный костюмчик за пару сотен зеленых. Взяв в правую руку микрофон, брюнет засунул левую в карман, расслабленно выдохнув. Быстрее бы все это закончилось. — Дамы и господа, рад приветствовать Вас на этом мероприятии в честь объединения двух, когда-то враждовавших компаний - Учиха и Хьюга. Прошу, наслаждайтесь и чувствуйте себя, как дома, — уже отложив микрофон, он поймал взгляд Сасори, который стоял ближе всех к сцене, — И вот еще, сегодня вместо привычной всем нам Теруми Мей будет выступать новая вокалистка, так что прошу всех поклонников четвертого размера выказывать свое разочарование в более сдержанной форме. Всем спасибо, — усмехнувшись, он спустился к менеджеру, кивнув. Акасуна в своей привычной манере хрустнул большим пальцем, протянув директору бокал любимого коньяка. — Как всегда по делу, шеф, — бледные губы тронула слабая усмешка. — Ты ведь нашел ее? — пристальный взгляд впился в юношу, едва не прожигая дырку. — Все будет на высшем уровне, не беспокойтесь. Правда, она согласилась петь лишь с одним условием.       Фыркнув и пригубив обжигающую жидкость, Мадара едва сдержался, чтобы не закатить глаза: — И что же это?       В этот момент свет слегка приглушили и под тихий стук каблуков на сцену вышла молодая девушка, чьи темно-зеленые глаза уверенно смотрели вперед. На какой-то момент Учиха поймал себя на мысли, что не дышит уже несколько секунд. В свете хрустальных люстр розовые волосы девушки, уложенные в аккуратную прическу, из которой выбивались несколько прядей, мягко светились и привлекали к себе внимание необычным цветом. Прищурившиеся глаза мужчины скользнули по точенной фигурке, облаченной в черное платье, следом по весьма откровенному разрезу, шедшему от середины бедра и так соблазнительно оголявшему нежную ножку. Едва заметно облизнувшись, Мадара почувствовал, как в штанах становится тесно, ибо в мыслях эта девчонка уже стонет его имя, выгибаясь под ним. С шумом выдохнув, он на время отогнал эти мысли, следя за тем, как она устанавливает микрофон, о чем-то тихо переговариваясь с музыкантами. — Так что за условие? — брюнет перевел взгляд на Сасори, уже будучи заинтересованным в том, что же девчонка могла предложить. — Она будет исполнять только свои песни, — следя за девушкой, красноволосый вспоминал ее забавное лицо, когда ей дали тексты песен, что обычно исполнялись в этом ресторане, и то, как она без тени сомнения впихнула их обратно менеджеру, сказав, что ни за что не будет исполнять этот «бред».       Уже открыв рот, дабы нелестно выразить все свои мысли, Учиха замер, когда тихий, но нежный голос заполнил зал, заставляя всех гостей прекратить перешептываться и обратить внимание на сцену. Не сказать, что она пела абсолютно необычно или была в чем-то лучше своей предшественницы, но было в этом что-то завораживающе, что не позволяло оторваться, заставляя задерживать дыхание по мере того, как девушка постепенно расходилась и брала более высокие ноты.       Осмотрев зал, Марада довольно хмыкнул, отмечая, что пока все идет отлично. Акасуна не подвел, вот только брюнет совсем не мог припомнить, чтобы в агентстве, где они нашли Мей, были подобные девчонки. Надо бы разузнать о ней побольше. В тот момент, когда мелодия скрипки практически заглушила голос розоволосой, он поймал взгляд зеленых, и весьма красивых, как смог отметить Учиха, глаз, так и не донеся бокал с алкоголем до губ. — I see the real you, even if you don`t, I do.        Вечер медленно подходил к концу, гости постепенно расходились, одаривая хозяина ресторана благодарностями и желая процветания, после чего садились в дорогие авто, одно краше другого, и скрывались за деревьями, бурно обсуждая все, что узнали за этот вечер. — Лютые лицемеры, — усмехнувшись, Мадара нашел взглядом Сакуру, поставив на стол бокал и стянув с себя душивший весь вечер галстук. Подойдя поближе, он стал наблюдать за тем, как девушка с озорным блеском в глазах накалывала клубнику на маленькую вилочку, обмакивая в шоколад. Поглощая одну ягодку за другой, она жмурилась от удовольствия, слизывая остатки сладости с губ, чем снова заставила Учиху мысленно вытрахать ее прямо на этом столе. — Вам нравится фондю? — плечи девушки вздрогнули от неожиданности, в то время, как обладатель глубокого, бархатного голоса сразу возник в ее памяти. Обернувшись, она подняла взгляд на мужчину, невольно почувствовав тонкий аромат его парфюма. — Да, очень вкусно, — слабо улыбнувшись, Сакура полностью повернулась к Учихе, слегка смущаясь той близости, в которой они находились. — Я хотел бы обсудить с Вами наше дальнейшее сотрудничество, — накалывая клубнику на шпажку, брюнет протянул ее Харуно, внимательно смотря, — Всем очень понравилось выступление. — А Вам? — вздрогнув, Харуно прикусила язык, мысленно стукнув себя. Черт бы побрал ее несдержанность. Усмехнувшись, Мадара кивнул в сторону коридора, мимо которого носились официанты, но так или иначе, старались обходить стороной и вообще не дышать в ту сторону: — Обсудим все в моем кабинете, — слегка отойдя в сторону, он жестом пропустил ее вперед, -Прошу.       Обговорив условия контракта и подписав все необходимые бумаги, Мадара предложил девушке чай, указывая на кресло напротив его рабочего стола. — Расскажи о себе, Сасори не успел предоставить мне информацию, — откинувшись на спинку своего «трона», как любовно называл его Учиха, — Да и интереснее слушать из первых уст. — Говорить, собственно, не о чем, недавно окончила медицинский университет, в городе из знакомых только парочка друзей. Скучная и непримечательная жизнь, — пожала плечами Сакура, вовремя прикусив губу, едва не взболтнув об огромных финансовых проблемах и о том, как она благодарила высшие силы, когда какой-то красноволосый мажор подошел и назвал сумму, от которой у обычного человека может закружиться голова. — Вот как, — задумчивый взгляд черных глаз блуждал по лицу Харуно, заставляя мурашек бегать от спины до кончиков пальцев на ногах и обратно.       Слишком горяч для посредственного владельца ресторана. Не сказать, что зеленоглазка встречала подобных уж часто, но жизнь сводила ее с парочкой мерзких типов. — А живешь далеко отсюда? — от этого вопроса губы девушки незаметно дрогнули, после чего растянулись в искусственной улыбке. — Не волнуйтесь, не в моих правилах опаздывать, — зеленые глаза на секунду потемнели, будто эта тема была ей неприятна. — Хм, — прищурившись, мужчина кивнул в сторону фарфоровой чашки, в которой уже практически остыл чай, — Пей, потом продолжим. — Благодарю, — аккуратно взяв предполагаемый антиквариат хрупкими пальчиками, Сакура пригубила напиток, прикрыв глаза от удовольствия. Это было действительно вкусно. — Почему ты не сказала, что живешь в хостеле? — внимательно следя за реакцией девушки, Мадара бросил короткий взгляд на ее пальцы, в очередной раз представив, как они будут ласкать его член, а уже после оставлять на плечах царапины или сжимать простыни в маленьких кулачках. — Чт… — поперхнувшись так, что несколько капель потекло по подбородку, а остальной чай оказался на платье, Сакура округлила глаза, уставившись на Учиху, — Вы же сказали, что у Вас нет информации! — Я тебя проверял, — усмехнулся тот, достав свой платок и приподнявшись, вытер дорожку капель с шеи, поднимаясь выше, — Плохая девочка.       Покраснев кончиками ушей, она чувствовала, как уже теплая рука стирает остатки чая с ее лица, а большой палец мужчины водит по губам, заставляя приоткрыть их. Жаркое дыхание у лица выбило последние трезвые мысли, а глаза непроизвольно закрылись. Горячие губы накрыли ее собственные, сминая и слегка прикусывая. Ладони Учихи провели по тонкой шее зеленоглазой, слегка сжав и притянув ближе к себе.       Послышался шорох бумаг, а затем звон разбивающейся посуды — сервиз полетел на пол вместе со всеми документами, оставляя стол в распоряжение хозяина ресторана.       Брюнет подтянул девушку к себе, усадив на стол. Не отрываясь от нежных губ, он одним движением сорвал с волос гребень, держащий прическу, из-за чего розовые пряди водопадом упали на спину девушки. Зарываясь в них пальцами, Мадара слегка сжал у корней, заставив откинуть голову и вновь открыв его взору тонкую шейку, по которой он незамедлительно прошелся цепочкой поцелуев. Проведя пальцами по талии Харуно, он нащупал маленький замочек, потянув вниз и стянув с розовласки платье, отбрасывая его в сторону. К тому времени шаловливые пальчики девчонки расстегнули его рубашку и уже принимались за ремень, как вдруг ее опрокинули на спину, придавив сверху своим телом. Звякнула пряжка и через пару секунд бедра Сакуры коснулась горячая головка пульсирующего члена, заставляя задержать дыхание и слегка развести ноги, чем непременно воспользовался Учиха, устроившись между. Довольно смотря на средних размеров грудь, на удивление брюнета девушка была без верхней части белья, он сжал в ладонях полушария, пальцами зажав и слегка оттянув горошины сосков, чем вызвал тихий стон Харуно. Наигравшись, мужчина продолжил исследовать хрупкое тело под ним, что распалялось все сильнее от его прикосновений и накатывающего волнами возбуждения. Подцепив пальцем край кружевных трусиков, Мадара одним рывком сорвал их с девушки, взяв за бедра и притянув поближе, плотно упираясь сочащейся от смазки головкой в самую чувствительную точку женского тела. Услышав в ответ только судорожный вздох, он послал ко всем хуям чертово самообладание, впихнувшись в девчонку практически во всю длину, о чем сразу пожалел. Та была тесной до скрипа в зубах, что аж сводило все тело. Громкий крик заполнил кабинет, после чего сразу же был заглушен страстным и глубоким поцелуем. Подождав пару минут, давая Сакуре привыкнуть к новым ощущениям, брюнет начал медленно толкаться, поглаживая по бедрам и целуя в шейку, будто стараясь отвлечь от неприятных ощущений, которые в скором времени сменились новыми, с каждым толчком превращаясь в искрометные, будто заряды тока бегают по телу.       Зеленоглазой казалось, что она горит, от кончиков пальцев, каждой клеточкой, и этот мужчина не дает ей погаснуть, распаляя все сильнее так, что вскоре заполыхает вся комната, а стол начнет плавиться. Инстинктивно обняв ногами его торс, девушка впилась ногтями в его плечи, уже не в силах сдерживать громкие стоны, что рвали горло и вырывались подобно птицам.       Движения стали резче, толчки глубже, сильная рука слегка сжимала ее горло, невольно заставляя жмуриться и вместе с этим ловить какое-то мазохистское удовольствие, бедра сами двигались ему навстречу все быстрее, подводя обоих к той грани, когда можно будет раствориться друг в друге. Жадно вгоняя в нее до пошлых шлепков, до красных отпечатков его пальцев на ее бедрах, брюнет почувствовал знакомую дрожь, резко выйдя и снова впихнувшись до конца, заставив тело девчонки содрогнуться и выгнуться дугой, после чего зеленые глаза закатились и губы приоткрылись в немом крике. Схватив розовые волосы и намотав их на кулак, он снова впился в искусанные губы жестким поцелуем, выйдя из все еще дрожащего тела и излившись на бедро, на котором уже медленно алела россыпь небольших синяков. Подхватив обмякшее тело на руки, Мадара вздохнул и покачал головой, про себя отмечая, что такая выносливость никуда не годится. Будем исправлять. Уложив розовласкую на диван, Учиха лег рядом, укрыв их пледом, что так вовремя оказался на столике рядом. Притянув к себе уже мирно посапывающую малышку, он прижал ее к себе, погладив по растрепанным волосам и тихо под нос себе шепнул: — Надеюсь, Акасуна уже перевез твои вещи, — задумчиво посмотрев на рассветающий день за окном, Мадара прикрыл глаза, как вдруг в голове всплыли слова из ее песни. Возможно она сможет рассмотреть истинного Его. Это покажет только время. «А его у нас много…» — довольно подумал брюнет, проваливаясь в сон.