***
На следующий день, в среду, Кит узнает, что Лэнс работает только во вторник и в пятницу. Эти дни у него отмечены синей галочкой в календаре. Каждый вторник и пятницу Кит приходит в кафе после полудня и садиться за барную стойку. На протяжении года. — Привет, Кит — улыбается Лэнс и ставит чашку кофе перед парнем. — Ты сегодня рано, сбежал с последней пары? Полгода. Они встречаются всего полгода, но Киту кажется, что вечность. — Нет, ее просто отменили. — Кит тоже улыбается. Он тянется через стойку, чтобы чмокнуть своего парня в щеку. Его товарищ, Широ, как-то раз сказал, что он просто светиться. Кит не придал этому значение, но что-то внутри подсказывало, что все-таки не зря Лэнс второй человек, которому Кит улыбается. — Ты должен мне свидание, помнишь? — Кит вздрагивает, когда Лэнс неожиданно затрагивают тему чувств и эмоций. Делая глоток капучино, Кит закатывает глаза, скрывая улыбку в ободке чашки. — Куда ты хочешь пойти? — спокойно говорит Кит. Ну почти спокойно, ведь Лэнс в тот день повел его на вечеринку к своему другу. И с того дня всё пошло не так.***
— Твой телефон дребезжит уже сорок минут! Ты либо ответь ему, либо выключи нахрен! — зло рычит Пидж, пролистывая конспект по физике. Когане не реагирует ни на девушку, ни на мобильник. Впрочем, вообще ни на что не реагирует в последнее время. «Последнее время» это последние два месяца. — Кит, ты меня слушаешь? Нет, не слушает. Перед глазами воспоминания. Тот день, вторник, то кафе, «Aimé», тот ливень и тот бариста, …Лэнс. Кит вспоминает их первое свидание. Кит тогда собирался на море. Но Широ не смог из-за работы. А Лэнс смог. Долгая поездка на море. Только они вдвоем. Тогда Лэнс долго подкалывал Кита на счет машины. Кабриолет. Лэнс ожидал седан. Лэнс прибавляет громкость радио и тянет руки в солнцу. Он нелепо танцует и подпевает не в такт, но Киту нравиться. Безумно нравится. Он хочет так, чтоб «на долго и счастливо» Море, кстати, тогда было теплое. Они залезли в тот же день в воду, как только приехали. А вылезли только тогда, когда вода стала ледяная, а автобусы уже не ходили. Они долго шли пешком до отеля, находящегося на второй линии от моря. Долго шли вдвоем, держась за руки и громко смеясь Кажется, Кит снова плачет. На экране мигает двадцать четвертое оповещение о пропущенном вызове и о восемнадцати непрочитанным сообщениях. Больно. Очень больно. На глазах снова появляется пленка и та самая вечеринка. Кит тогда хорошенько напился, но все помнит. Всё. Помнит, как танцевал с Лэнсом в центре комнаты, на ковре, на который позже кто-то пролил виски. Помнит, как во время медляка Лэнс поцеловал его, как они стояли, обнявшись, целовались. Слеза падает с щеки на колено и Пидж обреченно вздыхает, бурча себе под нос что-то типа «снова вспоминает» Вспышка и вот Лэнс, прижимаемый к стене каким-то парнем, который расстёгивает ему ремень. Лэнс не замечает Кита. Он лишь получает кайф от минета парня, имя которого даже не знает. Телефон снова кричит и просит уже нажать на кнопку сброса или все таки ответить и во всё разобраться. Но. Оно всегда есть. И это «но» заключается в том, что Кит трус. А вот Пидж нет. Раздраженная девушка смахивает кнопку «принять вызов» и включает громкую связь. — Говори. Он тебя слышит. — четко выговаривает она в динамик. Слышится копошение и чувствуется явное замешательство со стороны Лэнса. — Кит, если ты и правда меня сейчас слышишь…- пауза, Лэнс пытается подобрать нужные слова. -…Ты должен знать правду. В тот вечер… Кит моргает, смахивая наваждение. Осознание того, что он слышит голос Лэнса прямо сейчас приходит медленно. Как и понятие причины тогдашнего поведения Лэнса. Афродизиак. -…В тот вечер мне подсыпали афродизиак. Это правда! Я ходил утром в больницу и сдал кровь, и в ней нашли это вещество. У меня, черт возьми, даже справка есть, доказывающая это! Кит почему-то верит. Верит и без долбанной справки. — Кит, прошу… — - Лэнс пытается отдышаться, он задыхается. -…давай встретимся? Сказано с такой отчаянной надежной... Кит молчит. Трус. — Я приду во вторник. — всё что может выдавить из себя Когане, а после выхватывает мобильный из рук Пидж и сбрасывает вызов.***
Лэнс, кажется, в бога верить начинает. Два месяца. Он звонил и писал Киту два месяца. Всем богам молился, чтобы тот был жив и с ним всё было в порядке. И с ним все в порядке. Вот только голос хриплый. Возможно, это потому что тот начал курить, хотя в этом Лэнс не уверен, Кит ненавидит сигареты; может потому что очень много плакал и мало говорил, вот голос и пропал. Но Лэнс все равно счастлив.***
Во вторник небо заволокло тучами. Холодный ветер шатался по городу неприкаянным мальчишкой. Кажется, вот-вот пойдет дождь и Лэнс, почему-то уверен, что это плохой знак. Звоночек над дверью тихо шатнулся, издавая слабый звон. «Здесь никогда не было этого звонка» — Добрый день, меня зовут Лэнс. Сегодня я буду вашим бариста. Какой кофе желаете? И Кит, кажется, не только вздрагивает из-за любимого голоса, но и краснеет от смущения. — Капучино, пожалуйста. В кафе пусто. Ни единой души, как в тот день. На улице начался ливень, как в тот день. Лэнс сказал те же слова, как в тот день. И Кит сделал заказ, как в тотдень. — Должно быть, вы не знали, но капучино любят романтики, мечтатели и все, у кого чувства преобладают над разумом. — Кит снова хочет плакать. Не от боли. От радости. — Чаще всего эти люди имеют доброе сердце, открытую душу и ценят в окружающих честность. Многие любители этого идеально сбалансированного напитка предпочитают жить у моря, ездить на седанах, слушать качественный поп. — Перед Китом стоит чашка кофе. — Я скучал, Кит. Прости меня. — МакКлэйн обходит стойку, замирая прямо перед парнем. Перед ним сейчас стоит Лэнс. Его Лэнс. — Ты не виноват. Кит протягивает замерзшие ладони к лицу Лэнса. Он обхватывает его щеки пальцами и тянется за поцелуем. — Я тоже. Я тоже скучал, Лэнс. И Лэнс плачет. Утыкается в плечо Кита и воет голодным волком, шепча слова любви, прощения и благодарности. И Кит плачет. Прячет свои слезы в макушке волос Лэнса и шепчет: «Я люблю тебя, Лэнс»