Привязанный

      Пара проснулась в обнимку. Паренек обхватил крепкое тело обеими руками и прижался со всей силы, уткнувшись головой в подбородок альфы. Течный Кенсу был невероятно ласков, жаждал чувствовать пару всецело. Чонин не мог нарадоваться открывшейся взору картине. Он даже не мечтал, что все его самые потаенные желания сбудутся так скоро.       Кое-как высвободившись, альфа отошел завтракать, не предполагая, что любимый проснется в его небольшое отсутствие. Однако организм Кенсу оказался очень чувствительным. Не обнаружив никого под боком, он проснулся и с недовольным видом стал осматриваться. Попытки встать обратились грохотом и шумом. Чонин любил грубый секс и не собирался жалеть своего партнера. Услышав странные звуки на втором этаже, хозяин дома решил вернуться и проверить, чем громыхнул Кенсу. Увидев еле встающую фигуру, он сразу же подбежал помочь. — Что стряслось? — подав руку, спросил Чонин, но в ответ получил лишь отрешенный взгляд.       Кенсу не чувствовал боли. Обычно во время течки организм омеги какое-то время после удовлетворения функционирует в нормальном режиме. Кенсу же был настоящим алмазом. Взрыв гормонов посылал ему только одну команду.       Посадив упавшего на кровать, президент Ким захотел отойти, но его страстный возлюбленный вцепился в тело руками и ногами, сбитым голосом умоляя сделать с ним что-нибудь. Чонин мягко повалил изящное тело и сразу же принялся целовать бархатную кожу. Он при дневном свете видел абсолютно обнаженного омежку, который еще даже не успел принять душ после бурной ночи. Чонин изучал каждую родинку, восхищался любым изгибом изящного тела, жадно вдыхая невообразимо сильный возбуждающий запах. Подушечки его пальцев всегда были ледяными, и ими он дразнил любимого, заставляя грациозно выгибаться навстречу новым прикосновениям. Кенсу пробивала мелкая дрожь от предвкушаемого удовольствия.       Закончив с игрой, альфа властно перевернул податливое тело на живот, разводя ягодицы руками. Кенсу по-кошачьи прогнул спину и от нетерпения сдавленно простонал. Чонин медленно вошел до упора, опуская стан. Он завел свои руки под грудь омеги, получая над ним абсолютный контроль. Всю тонкую шею покрыли укусы и яркие засосы.       Прекрасного голоса почти не было слышно. Кенсу уткнулся в подушку, и каждый звук заглушался скрипом кровати. Чонин хотел всецело наслаждаться действом, а потому схитрил. Он отстранился и отодвинулся подальше. Прелестный брюнет поднял голову в немом вопросе, потянувшись к загорелой коже, но его рука была перехвачена. — Я устал, — с ноткой насмешки солгал Чонин, — попробуй сам.       Кенсу мгновенно отреагировал. Он привстал, развернулся и легким толчком двух ладоней уложил поддающееся тело на лопатки. Кенсу подполз ближе и, перекинув одну ножку, седлая довольного босса, стал насаживаться на член, одаривая Чонина томным выражением лица. Все в самом желанном омеге было истинно сексуальным. Прерывистые вздохи и долгожданные стоны вынуждали альфу активнее двигать бедрами в такт, пока разбухший узел не остановил их обоих. Кенсу обессиленно упал в объятия, испытывая непередаваемое удовольствие от сцепки со своим мужчиной.       Чуть приведя любимого в чувство, Чонин одел его потеплее и повел ужинать. Стол был уже накрыт старательным персоналом дома. Кенсу упорно отказывался разъединяться и садиться напротив, крепко вцепившись в мускулистую руку, поэтому Чонин вынужден был поделить широкое кресло с капризным парнем. Сам он не ел — организм не чувствовал голода. Ложка за ложкой заботливый начальник кормил уникального парня, нисколько не раздражаясь. Его даже радовала эта детская беспомощность. Поужинав, Кенсу закинул ножки на кресло и прижался к Чонину, засыпая. Именно та идиллия, о которой серьезный президент Ким мечтал со школьной скамьи.       Рай длился еще лишь сутки, но именно это и показалось Чонину странным. Целых три дня его омега провел в затуманенном разуме с единственной мыслью в голове. Никогда прежде многочисленные спутники не задерживались в роскошном доме больше одной ночи, течка быстро сходила на нет после пары сцепок. А он не мог даже посчитать, какое множество раз достиг пика удовольствия с Кенсу.       Проснувшись, Чонин не застал никого рядом. Вдруг скрипнула дверь, и Кенсу неловкой походкой прошмыгнул из ванной, осторожно прилег на самый край и замотался в одеяло, отвернувшись. — Что случилось? — поинтересовался миллионер, приподнявшись. — Я не понимаю, что происходит с моим организмом, — Кенсу был очень недоволен и захотел высказать партнеру все. — Течка длилась 3 дня, ты воспользовался моей физиологией и оставил невероятную боль, еще и привез меня непонятно куда! Теперь с меткой точно ничего не сделать, мы наверняка лишь закрепили ее сексом! — не вылезая из кокона, протараторил он. — А ты все еще питаешь надежды разрушить нашу связь? Я вновь стал омерзительным незнакомцем, и ты не хочешь строить со мной отношений? — Чонин был уверен, что возмущениям по поводу метки настал конец, и рассердился, вновь услышав их. — Разве у меня есть выбор?! — Почему ты всегда не можешь быть течным? Такой робкий, покорный, зовешь своего альфу поскорее тебе вставить, — с издевкой бросил Чонин. — Это все, что тебя волнует? Тебе наплевать, что мне больно, что я переживаю?! — Во время течки ты все равно будешь жалобно скулить, чтобы тебя трахнули.       Чонин ценил Кенсу, но из-за злости и обиды отвечал чрезвычайно грубо. Через его постель прошли многие красивейшие омеги страны, но все они не вызывали у него в душе никакого трепета любви, который он искал. Однако, не осознавая последствий, он сильно задел Кенсу. — Отвези меня домой, — дерзко отрезал брюнет, не собираясь больше терпеть словесных унижений.       Он встал с кровати и даже и не повернулся к паре, не желая показывать печальное расстроенное лицо. — Я вызову такси.       Чонин специально был холоден. Ему казалось, что от этого сердитый возлюбленный бросится извиняться, но между ними просто была построена стена.       Оказавшись в машине, Кенсу не выдержал и расплакался. Его вновь схватило чувство горечи. Только все стало налаживаться. Он начал верить в любовь Чонина, немного примирился с меткой и новой жизнью, как его затащили в постель и опрокинули на землю жестокой правдой, которая и правдой-то не была.       На следующий же день, несмотря на тяжесть в районе бедер, Кенсу явился на работу. Сэхун уже знал о сложившейся ситуации, но абсолютно не подавал виду. Он лишь отметил, что работничку желательно пройти обследование, раз он пропустил 3 дня из-за неизвестной болезни. Подчиненный принял совет к сведению, а затем устало повалился на свое рабочее кресло. Чонин не давал о себе забыть, ягодицы ныли так сильно, что боль отдавала в спину при каждом движении.       Рядовой служащий спокойно сидел за своим уголком, работая на износ, чтобы отвлечься, пока И Фань не заявился с заманчивым предложением выпить чаю. Кенсу был свободен во всех смыслах, поэтому согласился, несмотря на сомнительную компанию. Топ-менеджер привел его в еще незнакомую кофейню и заказал свои любимые десерты, предложив ознакомиться с лучшим чизкейком в округе. Он рассказывал много интересных вещей, чтобы поднять настроение собеседнику, но Кенсу лишь всматривался в отражение в чашке, не проявляя никакого интереса к спутнику. — У Вас что-то случилось? Вы так задумчивы сегодня. Устали? — Да нет, все в порядке. — Тогда, может, чего покрепче, чтобы поднять настроение? — И Фань, Вы невероятно добры, но мне нужно закончить работу, — смущенно отказался Кенсу. — Хорошо, — улыбчиво согласился Фань, — зовите в любое время, пропустим по бокалу.       В уютной обстановке И Фань показался более милым и учтивым человеком. После первых случайных столкновений Кенсу его не переваривал, но коллега сумел немного восстановиться, показав себя с хорошей стороны.       Чонин тем временем совершенно не испытывал стыда. Да какое чувство стыда может быть у того, кто пометил незнакомца в первую минуту встречи и даже не задумался о том, что рушит чужую жизнь? Он сидел в своем кабинете и подумывал пойти на обед, хотя его и ждала куча бумаг, на которых он никак не мог сосредоточиться.       Собравшись, он вышел в бесконечные коридоры и столкнулся в лифте с омегой, который как раз шел на рабочее место после приятной паузы. Неловкое молчание никто не нарушал. Ворох мыслей в головах, и ни одного слова. Когда Чонин решился что-то сказать, лифт остановился, и Кенсу поспешил удалиться из поля зрения начальника. Он не хотел его видеть, слушать и уж тем более разговаривать. Чонин лишь цыкнул про себя.       Перестав растрачивать все свободное время лишь на одного человека, Кенсу стал сближаться с коллективом. Каждый день добрые коллеги звали его с собой на обеды, а в конце недели предлагали разделить с ними веселый вечер перед выходными. И новичок соглашался, зная, что иначе он просто утонет в серости будней.       И Фань стал постоянно маячить на горизонте, не позволяя заскучать. Кенсу погрузился в его атмосферу. А Сэхун с интересом наблюдал за прогрессом их отношений, не зная, в какой именно день обрадовать занятого друга досадными новостями.       Наступил перерыв, но вместо обеда эйчаровец по просьбе Чонина заскочил в роскошный кабинет. — Чего-то хотел? — Да так, узнать, как там обстановка в... — У До Кенсу все в порядке, не беспокойся, — перебив, оповестил Сэхун. — Он хорошо питается? Не выглядит уставшим? У него...       Не выдержав потока глупых вопросов, друг резко с наездом ответил: — Может уже пора извиниться? Я не знаю, чего ты там думаешь и киснешь, но вот у Кенсу все просто замечательно. И Фань его скоро уведет, а ты так и будешь тут сидеть с грустной миной. — Не неси чепухи, он помеченный, — спокойно ответил Чонин. — Что-то твоя метка никого не отпугивает, ага, — издевательски заметил Сэхун.       Президент громко ударил по столу. — Что ты вообще можешь понимать! — зло отреагировал он.       Сэхун неодобрительно вздохнул, назвал друга непроходимым идиотом и оставил его в одиночестве.       К окончанию рабочего дня И Фань оказался у стола младшего коллеги. — Будете перерабатывать? — смешливо спросил топ-менеджер. — А, нет, сейчас закончу, — не отвлекаясь, промолвил Кенсу, громко стукнул по клавиатуре, торжественно поставив точку, и повернулся к собеседнику. — Мы с коллегой собирались пойти выпить. Не хотите с нами? — Наверное, можно. Только я ненадолго, — предупредил Кенсу. — Тогда жду Вас через десять минут у авто.       Подойдя на парковку, Кенсу быстро нашел глазами известный ему джип. Увидев знакомый силуэт, И Фань помигал и, убедившись, что его обнаружили, открыл переднюю дверцу. Они ехали до роскошного бара, слушая расслабляющую музыку, не докучая друг другу бессмысленными разговорами. Мотивы были очень похожи на те, что предпочитал Чонин, и это заставило Кенсу самую малость взгрустнуть. — Фань! — подозвал Чанель, уже сидящий за столиком.       Кенсу узнал его и несколько обрадовался, ведь ожидал оказаться среди незнакомцев. За столом он увидел еще одного парня, с которым и присел рядом. — Бэкхен, супруг Чанеля, — дружелюбно представился блондинистый парень небольшого роста.       Двое омег сходу нашли общий язык, а опустошив несколько бокалов, и вовсе сблизились как лучшие друзья, которых у Кенсу в огромном мегаполисе не было. Они что-то тихонько обсуждали, не давая спутникам ни малейшего шанса рассекретить важную беседу. Бэкхен, будучи душой вечеринок, заказывал все больше алкоголя для раскрепощения собеседника, а в итоге сдался первым. Напившись, Бэкхен поругался со своим мужем, как это обычно бывало, и гордо покинул столик. Через несколько минут Чанель бросился вслед, кинув что-то невнятное на прощание.       На Кенсу после выпитого напала всепоглощающая грусть, и, выходя за рамки приличия, он один пересел поближе к бармену, чтобы заглушить неприятные мысли чем-нибудь очень крепким. Он шустро опрокидывал стопки, пока к нему, наконец, не присел И Фань, составляя компанию. Он уточнял, не пора ли им отправиться домой, на что Кенсу громко отвечал согласием, но затем заказывал еще несколько позиций.       Альфа снял двухместный номер в гостинице неподалеку, не имея желания отправлять Кенсу, который рьяно настаивал на том, что поедет домой, а затем уснул за барной стойкой, на такси с неизвестным мужиком. Он не без помощи персонала усадил его к себе на спину, чтобы затем остановиться только у двери их спальни на будущую ночь. И Фань помог избавиться от верхней одежды и бережно уложил легкое тело на белоснежную постель. Младший коллега крепко спал, с ним ничего нельзя было поделать, и топ-менеджер просто обнял небольшого и теплого парня, не желая перемещаться на соседнюю кровать.       Утром, проснувшись раньше, Кенсу удивился. Он лежал полностью одетый в тисках умиротворенно спящего И Фаня. Он деликатными движениями разбудил собутыльника, и тот сфокусировал внимание лишь через несколько минут. — Я пойду на работу. Вы тоже вставайте скорее, — полушепотом рекомендовал Кенсу, быстро удаляясь.       Начало дня не задалось. Головная боль и непослушные конечности очень мешали еще по дороге в офис. В коридоре у входа он столкнулся с Чонином, который моментально почуял на не смененной одежде чужой запах. Он схватил Кенсу за руку и развернул на себя. — У кого ты вчера ночевал? Кем от тебя несет? — беспардонно выпалил президент Ким.       Окинув тело начальника презрительным взглядом, невысокий брюнет одернул руку и попросил не забывать, что они друг другу никто. Чонин опешил от такого ответа, но, быстро собравшись, приказал: — Мне плевать, говори.       Внезапно чья-то ладонь пала грузом на макушку Кенсу. — Он ночевал со мной, — констатировал появившийся из ниоткуда И Фань с довольной улыбкой.