Обычная работа

      Рано или поздно это должно было случиться. Когда днями и ночами напролёт колесишь по подворотням Готэма с пиццей наперевес, то поневоле привыкаешь к некоторому дерьму в своей жизни. Особенно если конечная точка маршрута может быть абсолютно любой: от крыши небоскрёба до канализации. Старина Дрю очень принципиален в этом вопросе, а клиент всегда прав.       Так что доставка заказа в скучный спальный район с домами под копирку меня даже порадовала. Ненадолго. До момента, когда в ответ на пронзительную трель звонка дверь открыл мордоворот в клоунской маске с пушкой наперевес.       Минутный ступор случился у нас обоих. Пистолетное дуло смотрело прямо мне в лоб. Что делать? Наверное, надо поднять ладони вверх…       Дурацкие коробки в руках мешались, но бросить их не позволяла рабочая этика. Не хочу даже думать, что со мной сделает шеф, если заказ испортится, да ещё и по моей вине. От одной мысли о возможной каре поджилки трясутся, а грабители-дилетанты кажутся милыми и добрыми людьми.       В итоге, я приподняла коробки, почти пихая их в раскрашенную маску бандита. Тот машинально принюхался и сглотнул слюну.       — Ваш заказ, — широкая рабочая улыбка самостоятельно приклеилась на лицо. Пусть косовата, да и глаз дёргается, но имидж заведения надо блюсти. — Две пиццы-пепперони с моцареллой и грибами, а также кетчуп и сырный соус.       Дуло пистолета слегка отодвинулось, мужик в клоунской маске уставился на меня сверху вниз. Омг, да он выше на фут! Если повезёт, моя мелкая тушка не вызовет у него агрессии.       В следующую секунду рука громилы сгребла меня за ворот рубашки и приподняла над полом. Не повезло. Коробки опасно накренились, я зажмурилась и придушенно оттарабанила заученный текст:       — При оплате двух пицц размера кинг-сайз постоянная пятипроцентная скидка в подарок!       Бандит явно задумался. Пистолет опустился, указывая куда-то в район пупка.       — Какого х*я, Джо? — Донёсся вопль из глубины дома. — Пристрели свидетеля и топай обратно!       Блеск. Эти идиоты ещё и имена не скрывают. Точно прибьют. Я тихо вздохнула и выдавила:       — Пицца… Испортится… Вы будете… Принимать заказ?..       Из-под маски донёсся неопределённый хмык и меня за шкирку втащили внутрь дома, заклопнув дверь ногой. Внутри царил бардак: шкафы распахнуты настежь, матрасы изрезаны, а содержимое полок разбросано на полу. Хозяйка дома и неопознанный мужик в спущенных штанах связанными тушками валялись на диване в гостиной. Ещё один костюмированный бандит сосредоточенно обшаривал каминную полку.       Типичное ограбление. Можно начинать составлять некролог.       Моё появление чета пленников встретила интенсивным мычанием и подёргиваниями. Второй грабитель обернулся и звонко приложил ладонь к пластиковому лбу.       — Ну ты сказочный долбо*б. Сказал же — пристрелить.       Над ухом низко прогудели:       — Шумно. Соседи сбегутся.       Конспирация на уровне, ничего не скажешь. Скептичный приятель верзилы, видимо, тоже так посчитал. Махнул рукой и отвернулся обратно к камину, бурча:       — А нож на что?       — Жрать охота. Она скидку обещала.       Меня относительно мирно поставили на пол и махнули пистолетом в сторону стола. Я оперативно сгрузила на него коробки, прошлась по клейкой ленте зубочисткой (курьеры с ножами для пиццы почему-то нервируют клиентов), и распахнула крышки. По комнате поплыл аромат острых колбасок и плавленого сыра. Ёмкости с соусами и пластиковая посуда шли в комплекте.       — Ты чё, реально собираешься за это платить? — Хмыкнул второй грабитель. Я отложила зубочистку и замерла над коробками, подняв руки и натянуто улыбаясь. Вопрос на миллион, ага. Честно, плевать, если они просто заберут пиццу — не в первой, хотя и обидно. Но, судя по маскам, это выкормыши Джокера, а от этих психов можно ожидать чего угодно… Как и почти от всех жителей Готэма. Пора бы уже привыкнуть.       — Если пицца вкусная, — предвкушающе пробасили ему в ответ.       Ну, тогда волноваться не о чем. На готовку милашки Сью ещё никто из клиентов не жаловался. Даже самые привередливые затыкали фонтан дерьма изо рта и заказывали добавку.       Громила оттеснил меня от стола, снял с пояса нехилый такой тесак и отрезал приличный кусок вкуснятинки. Я робко замерла у стеночки, не делая резких движений. Подельник гурмана повёл носом и сдался, подходя поближе:       — Хрен с тобой, одним заложником больше…       Меня быстро обыскали, отняв телефон и рюкзак, после чего взмахом пушки указали на пол, где я и уселась, обняв колени и старательно зажмурив глаза. Если эти идиоты на время перекуса ещё и маски свои снимут, за свою жизнь не дам и цента. И почему из всех присутствующих тайна личности налётчиков заботит только меня?!       До ушей донеслось смачное чавканье и тяжёлый вздох.       — Послал же чёрт напарника…       Как я тебя понимаю, мужик. Ты ещё моих сменщиков не видел.       Текли минуты. Бандиты сноровисто сметали со стола еду. Я тайком поглядывала на наручные часы. Скоро конец смены. Хорошо бы выпутаться из этой переделки пораньше и успеть поспать, второй день мечтаю. Ненавижу работать сверхурочно. Мычание связанной парочки неподалёку совсем не помогало успокоиться.       — Ладно, Джеки. Мы уже поняли, на что ты спустил деньги. — Подобревшим голосом сказал бандит-поменьше. — Жратва и бабы. Ты не подумай, я не осуждаю.       От тяжёлых шагов масочника слегка вздрагивал пол. Я вжалась в стенку, пропуская его мимо, и свернулась в комочек, прикрыв голову руками. Ох, только не стреляйте в помещении, не хочу ловить шальные пули…       — Пицца выше всяких похвал, да и баба горячая, — вкрадчиво произнёс бандит, пнув диван. Паническое мычание пленника сменило тональность. — Хочешь что-то сказать? Я знаю, что тебе очень жаль, Джеки. За еду спасибо, может и бабой поделишься?       Не думала, что через кляп можно настолько громко и противно визжать. Я страдальчески поморщилась, уговаривая себя потерпеть эту пытку.       — Тише, мадам. — В голосе клоуна звучало неподдельное веселье. — До*бываться мы будем до вашего кавалера. Если будете вести себя тихо, конечно же… Эй, кукла. Чё там за скидка?       Это он мне? Похоже на то. Не то чтобы те гусенички на диване могли ему что-то связно ответить.       — Пять процентов при заказе двух пицц размера кинг-сайз и выше. — Нерешительно ответила я, спешно припоминая прайс-лист со перечнем скидок, который при приёме на работу зубрила наизусть. — П-плюс в вашем случае действует разовый бонус «Приведи друга» в размере пяти процентов за человека…       Меня прервал смачный хруст и панические вопли. Неподалёку пробасили:       — Продолжай.       Пожала плечами и добавила, обращаясь к амбалу за столом:       — Так как вас двое, скидка на заказ возрастает до пятнадцати процентов. Плюс стоимость соуса и кетчупа. Без надбавки за срочность и трудность маршрута сумма заказа составляет… — Я примолкла, считая в уме и старательно не обращая внимания на звуки потасовки. — Тридцать девять долларов, семнадцать центов. Итого к оплате… Тридцать три доллара, двадцать девять центов.       В комнате повисла неловкая тишина, разбавляемая хлюпаньем разбитого носа и тихими рыданиями. Паузу прервал восхищённый свист.       — А неплохое у вас заведение. Как называется, говоришь?       Я приоткрыла зажмуренные глаза, улыбнулась чуть свободнее и продекламировала рекламный слоган:       — «Крылышки Дрю — домчим ваш заказ в любое время, в любую точку города». Постоянным клиентам скидка.       — Чё, прям любую? — Недоверчиво хмыкнул бандит, разминая окровавленные кулаки. В сторону его груши для битья я старалась не смотреть.       — Да хоть в Аркхэм, главное — адрес улицы точно назвать. Даже в канализации коробки оставлять просили. — Поделилась я наболевшим.       Недавно курьер Стиви куда-то свалил посреди рабочего дня, а принятый им заказ пришлось заново собирать и тащить мне. Да ещё и машину брать, потому что на мотоцикл заявленное количество коробок не влезло. До сих пор от воспоминаний о том вечере передёргивает! Сырость, темнота, вонь, бррр… Не говоря уже о куче окровавленных бумажников, оставленных у люка в качестве оплаты. Заляпанный и мокрый бланк заказа лежал рядом, с кривоватым крестом вместо подписи. А Стиви так и не объявился, исчез без следа. Нас потом копы трясли неделю, еле отмазались.       — Меня больше прёт от названия. — Гулко хохотнул верзила, копаясь в типичной спортивной сумке для добычи с трогательным розовым кроликом на логотипе. Кгхм, беру назад слова насчет типичности.       — А, это результат бурной юности шефа. — Я усмехнулась, припоминая эпичные фото с открытия забегаловки на доске почёта. — Он с друзьями обмывал бизнес и проиграл в покер желание. Неделю работал в фартучке с сердечками и бутафорскими крылышками за спиной.       Зрелище было то ещё, надо признать.       — Ну и лузер, хее. Держи свою плату, мелкая. — Мне сунули под нос стодолларовую купюру.       — Эээ… Там в рюкзаке кошелёк, а на столе бланк заказа. Возьмите сдачу и распишитесь, пожалуйста. — Я медленно подняла руку, принимая деньги, и осторожно положила купюру в карман, ожидая подвоха.       — Джо, ты совсем спятил?! — Вскинулся бандит-истеричка, снова направляя на меня пистолет. — Реально решил её отпустить? Хочешь копов на хвост повесить?       — Но скидка…       — Да прирежь ты её уже, идиот!       — Эээ, мистер бандит, сэр. — Я вновь подняла руки вверх и постаралась улыбнуться. — Не буду я звонить в полицию. Это противоречит нашей политике! — Сглотнула и зачастила, понизив голос. — Шеф сам в тюрьме срок отсидел, да и половина наших заказчиков имеют проблемы с законом, скрываются. Если я наведу на вас копов, то пиццерия потеряет клиентов и репутацию, а меня в лучшем случае уволят.       Что будет в худшем случае, думаю, и так понятно, да?..       — Да ты гонишь. — Проворчал преступник, уже не так яростно. Его напарник хмыкнул и запустил руку в мой рюкзак. Заложники с дивана пялились на меня круглыми глазами.       — Можете сами позвонить боссу. Номер выбит на крышке коробки. Дрю Пимпер, его газетчики Молотильщиком прозвали.       — А, слыхал про этого парня. — Громила аж прекратил шуршать моей невеликой наличностью. — Неплохо погулял по банкам лет десять назад. Мне его папаша в пример ставил.       Его напарник уставился на меня сквозь прорези маски. Я уставилась на него в ответ и солидно покивала, стараясь не сильно выдавать испуганную дрожь. По спине градом катился пот. Тише. Это как с бродячими псинами, нельзя показывать, что ты от них не в восторге. В конце концов, он опустил пистолет и отвернулся. Йес!       — Так, сдачу взял. Чо на бумажке писать? — Громыхнул грабитель.       — Да что угодно. Любое слово или фразу, которые вы запомните и сможете потом назвать при следующем заказе. Повторяться нельзя. — Привычно дала пояснения, сохраняя дружелюбный и придурковатый вид. — Все матерные слова уже заняты, простите.       — Угу, — отозвался налётчик, что-то сосредоточенно выписывая на листочке. Напарник заглянул ему за плечо и прыснул, хлопая бугая по плечу. Видать, креативные клиенты попались.       Предупредительно запихнув планшетку с кошельком в рюкзак, громила кивнул подельнику, привычно уже взял меня за шкирку и выволок из комнаты вместе с вещами. Вслед донеслось: «Ну что, Джеки, соскучился?..» Под звуки ударов и обречённое мычание пленницы меня донесли до прихожей и впихнули в руки имущество. У двери бандит оглянулся, трогательно помялся пару секунд и сунул мне ещё купюру «за беспокойство», прежде чем выставить прочь.       На Готэм опускались сумерки, близость ночи заставляла жителей поскорее скрыться от собственных пороков в условной безопасности домов. Я деревянной походкой доковыляла до ограды и, скрывшись из виду за поворотом, опустилась на асфальт, всхлипывая от пережитого страха. Редкие прохожие косились на меня с подозрением. Нельзя раскисать. Икая, я кое-как поднялась на ноги и добралась к мотоцикла, изрисованного граффити и гвоздями до потери основного цвета.       Отъехав от злополучного дома на пару улиц, зарулила в неприметный дворик и проверила наличность. Всё на месте, лишнего не взяли, надо же. Ещё и неплохие чаевые подкинули. При виде бланка тихо фыркнула и тронулась с места, спеша довезти до кассы последнюю на сегодня выручку.       Родная пиццерия подмигнула мне неоновыми крылышками над входом. Опять, что-ли, проводка шалит?.. Кассирша Энни смерила взглядом мою ввалившуюся без стука в закрытое уже заведение тушку, но ничего не сказала, принимая деньги. При виде бланка она мученически вздохнула, закатывая глаза:       — Опять?! Да где ты их находишь?       — Места знать надо, — оскалилась я, принимая законную оплату своих трудов и премию. — Кстати, намекни шефу, что к нему опять могут обратиться копы. На случай, если авторов этих художеств загребут в участок. До послезавтра, прелесть моя!       Я помахала ручкой Энни и радостно вымелась наружу, вдыхая вечерний воздух и строя планы на долгожданную наличку. Спааать…       Женщина безмолвно покачала головой, глядя вслед самому взбалмошному курьеру пиццерии. Вздохнув, она брезгливо подняла бланк двумя пальчиками и положила его в отдельную стопку, приклеив специальный стикер с клоуном.       В графе «Подпись» был старательно изображён мужской член, к которому вместо головки довольно талантливо пририсовали голову самого Джокера с его вечной улыбкой. Картину довершала трогательная надпись «Хуебосс». И стрелочка. В стопке встречались и другие стикеры: с цветочком, крокодильей мордой, маской арлекина, вопросительным знаком…       Энни представила, как будет принимать звонки от авторов «художеств» из этой стопки. Поморщилась.       — Потребую прибавки к зарплате.       На Готэм опускалась ночь…