Неповиновение

Пока Шерил Блоссом успокаивала душу и тело настойкой, Тони Топаз пришлось пить отвратительное зелье для роста костей. Она проклинала себя за то, что засмотрелась на прекрасную рыжеволосую слизеринку, и потеряв контроль над ситуацией, выбыла из игры. Ещё больше её волновало то, что до Турнира трёх волшебников осталось совсем мало времени, и ей как можно скорее нужно было восстановиться. В лазарете не было никого в эту ночь, кроме неё. Так что собрав все силы в кулак, Топаз героически приняла отвратительные зелья, и решила восстановить силы, поспав. Тони видит светлую уютную комнату, обставленную детской мебелью. Она стоит посреди этой комнаты, чувствуя тепло домашнего очага. Она видит свои детские игрушки, небрежно разбросанные в углу комнаты. Ступни медленно ступают по мягкому ковру в детской, даря умиротворение девушке с розовыми волосами. Она подошла к полке, и провела пальцем по шершавым корешкам детских книжек. Здесь все было точь-в-точь также, как она помнила. Внезапно по спине пробежал едва заметный холодок, от чего девушка не нарочно напряглась. Что-то неестественное повисло в таком родном месте. Она обернулась, услышав скрип приоткрытой двери: никого не было. Подойдя к двери, девушка аккуратно приоткрыла её, с любопытством посмотрев в коридор. На потолке качалась лампочка, время от времени то погасая, то снова включаясь. По коже пробежали мурашки, а внутри было какое-то неприятное, липкое чувство, которое девушка с трудом могла себе объяснить. Вспышка. Звук падения осколков на пол. Темнота. Достав палочку, девушка произнесла «Люмос». Теперь все было иначе: Грязные обои рваными кусками слезали со старых стен, а в воздух перманентно въелся влажный запах гнили. Под ногами лежали влажные, уже немного сгнившие куски некогда красивого паркета. По другую сторону коридора послышался женский крик, затем глухой стук об пол. Во рту пересохло, а сердце колотилось, словно бешеное. Она была не в силах заставить себя сдвинуться хоть на шаг. Страх беспощадно парализовал все тело, не давая даже нормально вздохнуть. По дому раздался зловещий смех, порождающий ужас в каждой клеточке тела девушки. Она чувствовала себя загнанным зверем, не имеющим ни малейшего шанса на спасение. Она пыталась закричать, но вместо этого из неё вырывались лишь нечленораздельные звуки, походившие на слабое мычание. Внезапно в ей голове прозвучал нежный голос, выталкивающий её из этого ада. -Ти-ти! Ти-ти, очнись! Открыв глаза, Тони увидела взволнованное лицо Шерил, нежно водившей ладонью по её щеке. Приподнявшись на кровати, Тони встряхнула головой, пытаясь выбросить воспоминания.  — Ты в порядке? — озабоченно спросила Шерил.  — Да… Эти зелья, видимо, на меня плохо действуют. Ничего такого, плохой сон. Подозрительно посмотрев на девушку, Шерил наклонилась к ней:  — Доброе утро, Ти-ти. — нежно прошептала она ей. — Как твоё здоровье сегодня? Полусонная Топаз ещё мало что понимала, но присутствие Блоссом озарило её лицо улыбкой. Тони пошевелила сломанной рукой, и поняла, что за ночь кости успели срастись.  — Ничто не сделает меня счастливее и здоровее, чем утренний поцелуй. — сказала Тони, хитро улыбнувшись. Шерил, мило усмехнувшись и закусив нижнюю губу, наклонилась, положила ладонь на щеку Топаз, и нежно поцеловала. Она почувствовала через поцелуй счастливую улыбку Тони, и, на секунду отстранившись, чтобы посмотреть ей в глаза, подарила ей ещё поцелуй — в уголок губ. А потом ещё один в подбородок.  — О, прекрасная дева! — театрально произнесла гриффиндорка. — Ты исцелила меня!  — Тише, тише… — Шерил испуганно оглянулась назад. — Мадам Помфри ушла куда-то по делам, так что не шуми.  — Так ты тайно пробралась на свидание? — на лице Тони была хитрая улыбка. — Тогда иди ко мне! Тони за руку потянула Шерил на себя, и та, не удержавшись, но успев сделать шокировано-возмущенное лицо, завалилась на кровать.  — Боже, что ты делаешь? — Шерил поправила задравшуюся рубашку. — Нас же могут увидеть!  — Не будь такой занудой, Вишенка. — сказала Тони, притянув Шерил к себе, и накрыв её губы своими. Естественно, Блоссом не оказала сопротивления, страстно отвечая на поцелуй, в то время как руки Топаз уже блуждали под задравшейся рубашкой рыжеволосой. Они обе понимали, что на грани, однако остановиться не могли. Послышался скрип открывающейся двери, услышав который, взъерошенные девушки оторвались друг от друга, и посмотрели в сторону шума. На пороге Лазарета стояла окаменевшая Лодж, которая будто только что встретилась лицом к лицу с Василиском.  — Эм… — неловко заговорила она. — Пожалуй, я позже зайду. И быстро ретировалась, закрывая за собой дверь.  — Боже мой. — жалобно сказала Блоссом. — Теперь все узнают. Тони внимательно посмотрела в глаза Шерил и нежно провела большим пальцем по её щеке.  — Не волнуйся, дорогая. — успокаивающим и уверенным голосом говорила она. — Вероника умеет держать язык за зубами, так что никто не узнает. Шерил, вздохнув, уткнулась носом в шею Топаз.  — Но если ты окажешься не права. — Шерил водила указательным пальцем по ключицам гриффиндорки. — Клянусь, я накажу тебя. Тони усмехнулась:  — Да, да! Прошу, накажи меня! Шерил засмеялась, и легонько укусила ту за шею. Выписали Топаз уже к вечеру, так что после выписки девушки уже сидели в одной из отдалённых башен, наслаждаясь теплом друг друга. Голова девушки с рыжими волосами покоилась на плече Топаз, обнимающей её за талию. Они просто сидели, глядя на отблески Луны, отражающиеся от поверхности Черного озера. Бывают такие моменты, когда в словах просто нет необходимости. Человеку нужен человек. И это поняла Шерил, вдыхая аромат гриффиндорки, мирно прикрыв глаза. Все хорошее, что было в её жизни, так или иначе было связано с братом. Но его нет. И сейчас, в эти мгновения умиротворения, Шерил осознала, как одинока она была всю свою жизнь. Она осознала, что в одну секунду у неё появился человек. Её человек. И ей так не хватало этих объятий, что она готова была вжаться в Тони с такой силой, чтоб они друг в друга врезались костями. Вот степень той жажды близости, которую Шерил всю свою жизнь прятала в себе. И эта жажда была так велика, что сейчас рыжеволосой казалось, что она не может вдоволь напиться. Просидев так до ночи, они отправились по своим спальням, дав друг другу обещание как можно чаще бывать вместе. На следующий день Топаз, с трудом скрывая дурацкую улыбку, шла в сторону главного зала, когда чья-то рука схватила её за плечо и утащила в один из тайных коридоров.  — Что за? — хотела было возмутиться, но заметила знакомое лицо. — Вероника, что ты делаешь?  — Знаешь, на самом деле я хотела бы задать тебе тот-же вопрос.  — Так, ладно. — спокойно заговорила Тони. — Я знала, что об этом нужно было поговорить.  — Так расскажи мне. — Вероника не унималась. — Почему ты молчала? У вас все серьезно? Как вообще так получилось?  — Мне хочется верить что все серьезно. — начала Топаз. — Просто… Все случилось так неожиданно, что я и сама не до конца верю в это. Ви, я знаю как это выглядит, но Шерил на самом деле совсем другой человек, и мне с ней так хорошо, как никогда и ни с кем не было. Я лишь надеюсь на твоё понимание, и прошу тебя не рассказывать никому об этом. Вероника смотрела на Тони серьезными глазами, внимательно слушая и не перебивая.  — Хорошо. — наконец произнесла она. — Я думаю, ты знаешь, что делаешь, так что обещаю — никто не узнает. Твоя тайна принадлежит тебе.  — Спасибо тебе, Вероника. — Тони обняла брюнетку. Уходя, Вероника обернулась, и с улыбкой на лице произнесла:  — И Тони… Так держать! Они обе рассмеялись, и вышли в коридор. По всей школе была суматоха, и девушки удивленно посмотрели на друга в надежде понять, в чем причина. Тони и Вероника последовали за толпой учеников, которые выбежали во внутренний дворик замка, и замерли от неожиданности: к замку летела невероятной красоты карета, запряженная пегасами. Она приземлилась во дворике под радостные возгласы учеников, столпившихся вокруг. В это мгновение во дворик вошла профессор Макгонагл, попросившая учеников удалиться в замок. Недовольные ученики поплелись в школу на свои уроки, однако счастью Топаз не было предела: появление столь странного кортежа означало лишь одно — скорый старт Турнира трёх волшебников. В течении всего дня ученики бурно обсуждали грядущие события, и готовились к тому, чтобы собраться вечером в зале для торжественной речи Дамблдора. Тони не могла найти Шерил, которая, видимо, занималась подготовкой к турниру. Сидя в кругу друзей, Тони узнала, что помимо неё своё имя собирается кинуть в кубок ещё Арчи. Остальных это не особо интересовало, а Джагхед даже отпустил пару язвительных фраз про «вечную славу». Кевина Келлера интересовали лишь гордые сыновья Дурмстранга, на которых у него были свои планы, Фэнгс и Свит Пи бурно обсуждали учениц Шармбатона, коих краем глаза им удалось увидеть. Тони лишь оставалось мучительно ждать вечера, чтобы увидеть Шерил и узнать больше о грядущих событиях. Время текло мучительно медленно, сводя с ума гриффиндорку. Она сидела в башне своего факультета, читая разные книги об истории турнира Трёх волшебников в надежде того, что они ей хоть в чем-то смогут помочь, и, незаметно для себя заснула. Пробудил её от легкого дрёма голос Фэнгса, кричащего что-то.  — Топаз, проснись уже. — говорил он, стоя над сонной Тони, пытающейся понять происходящее вокруг. — Сейчас уже начнётся торжественный пир! Эти слова слегка отрезвили Тони, поправляющую взлохмаченные розовые волосы. Встав, она подтянула перекосившийся галстук на помятой рубашке, и пошла за Фэнгсом. Когда они вошли в зал, уже все ученики сидели по своим местам, бурно обсуждая грядущий турнир. Сев за стол между Арчи и Фэнгсом, она заметила Шерил, шептавшуюся о чём-то с Джози. Почувствовав на себе взгляд, Шерил подняла глаза на Тони, и легонько улыбнулась той краешками губ, от чего Тони почувствовала себя явно лучше.  — Выглядишь помятой, Топаз. — обратился к ней Свит. Тони лишь укоризненно взглянула на него, иронично усмехнувшись. К пюпитру взошел Дамблдор, после чего весь зал затих. Прочистив горло, директор школы заговорил:  — Турнир Трёх Волшебников был основан примерно семьсот лет назад как товарищеское соревнование между тремя крупнейшими европейскими школами волшебства — Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трёх магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодёжью разных национальностей — и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить. Все студенты завороженно слушали директора, не издавая ни звука, в ожидании продолжения торжественного пира.  — Поприветствуем же очаровательных учениц школы Шармбатон и её директора Олимпию Максим! После этих слов двери зала распахнулись, и внутрь легкой поступью влетела группа красивых молодых девушек в серебристой шелковой форме. Они являлись эталоном женственности и изыска. Пройдя пару метров, они сначала отправили воздушные поцелуи в сторону стола Когтеврана, потом пройдя ещё немного, в сторону Гриффиндора. По залу раздались охи, юноши теряли рассудок, а девушки завистливо глядели в сторону прекрасных особ. Кроме Топаз, естественно. Воздушный поцелуй, сопровождавшийся полётом бабочек вокруг, пришелся как раз в её сторону, и она разомлела, забыв как дышать. В чувства её привел угрожающий взгляд Шерил, незаметно показывающей из-за стола кулак. Следом за девушками в зал вошла невероятно высокая, элегантно и со вкусом одетая женщина средних лет. К ней подбежал Дамблдор, поцеловал ей руку, и вернулся к пюпитру.  — А теперь встречайте наших друзей с севера, гордых сыновей школы Дурмстранга и их директора и моего старого друга Игоря Каркарова! В зал четкой походкой вошли статные молодые люди в красной форме с меховыми накидками. Они четко выстукивали ритмы своими волшебными посохами, а затем внезапно пустились в прыть через зал, показывая невероятные акробатические номера. Среди них шагал и чемпион Болгарии по квиддичу Виктор Крам. В конце их появления один из студентов Дурмстранга при помощи магии выпустил огненного феникса, который быстро растворился в пространстве. Все это сопровождалось восторженными возгласами учеников Хогвартса. Директор Дурмстранга подошел к Дамблдору и крепко обнял его.  — Чтож, теперь, когда все школы собрались здесь, то я могу объявить о правилах турнира. Чемпионы, выбранные кубком от каждой школы, будут выполнять сложные задания, по итогам которых будет выявлен один победитель, который получит вечную славу, и денежный приз. По залу пронеслось одобрительное эхо.  — Однако, все мы знаем что турнир был приостановлен на долгое время из-за того, что многие участники получали увечья, а в некоторых случаях был даже смертельный исход. Посоветовавшись с министром Маккой, мы решили, что ни один студент, не достигший возраста 17 лет не сможет бросить своё имя в кубок. После этих слов отовсюду доносились недовольные возгласы учеников, которые стихли после того, как Дамблдор прокричал «Тихо!». Он достал волшебную палочку, и прикоснулся к непонятному позолоченному конусу, стоявшему посреди зала. В мгновение конус преобразился в кубок, из которого вырывались голубые языки пламени. Тони завороженно смотрела на него, не в силах ждать момента, когда она сможет кинуть в него своё имя.  — Это Кубок Огня. — произнес директор. — Каждый участник должен лишь написать своё имя на куске пергамента и бросить его в пламя не позднее завтрашнего вечера. Отнеситесь к этому серьезно. Для избранных нет обратного пути. С этого момента турнир Трех волшебников начался. Ещё посидев какое-то время на пире, ученики разошлись по своим комнатам. Тони хотела было найти Шерил, но заметив то, что она стояла с Джози и её матерью, что-то обсуждая, разочарованно поплелась в свою комнату, решая не вмешиваться в разговор. Придя в гостиную факультета, она до поздней ночи делилась впечатлениями со Свитом и Фэнгсом.  — Ну и как тебе очаровашки из Шармбатона? — спросил Свит, жуя лакричную палочку.  — Ну ничего так… — неохотно отвечала Тони.  — Да я заметил, как ты поплыла после их фокусов, Топаз. — довольно произнёс тот. — Серьезно, у тебя есть неплохие шансы на то, чтоб подцепить какую-нибудь из этих крошек.  — На самом деле мне не особо интересно все это. — Тони потирала затекшую шею.  — Неужели тебя больше заинтересовали красавчики из Дурмстранга? — спросил Фэнгс, но улыбка сошла с его лица, когда он словил на себе злобный взгляд девушки. — Только пожалуйста, не говори что ты в самом деле запала на Блоссом.  — Я? — наигранно прыснула Тони. — Ага, сто раз. Я, конечно, наговорила бреда пьяной. Но ты же помнишь как я по пьяни постригла миссис Норрис? Ух, и бушевал же тогда Филч! Все трое рассмеялись, а Тони расслабилась, поняв, что ей удалось перевести тему. Конечно, врать друзьям ей было очень неприятно, но она не могла ещё признаться всем что встречается с заклятым врагом факультета. Нужно было дождаться удобное время и удобный момент. По крайней мере когда между ней и Шерил уже все будет определено. Посидев ещё так немного, все трое разошлись отдыхать по своим комнатам. Тони скорей хотелось заснуть, чтобы настал новый день, и она наконец могла нормально увидеться с Шерил. Ну и конечно бросить своё имя в кубок. С этими мыслями она провалилась в сон. Утром Шерил было невероятно сложно проснуться, учитывая то, как она сильно была вымотана за последние дни с подготовкой к этому глупому турниру. Пролежав в тёплой постели ещё около получаса, она нехотя поплелась приводить себя в порядок. Раньше безумный ритм жизни позволял ей забыть обо всех проблемах, и она погружалась в учёбу и прочую деятельность с головой. И теперь, когда гриффиндорка незванно ворвалась в её жизнь, необходимость загружать себя по полной исчезла, но вместе с этим появилось навязчивое желание проводить всё свое время рядом с этой девушкой, которая позволяла Шерил чувствовать себя нужной. Последние дни вместе с ненавистной подготовкой не давали возможности Шерил провести со своей девушкой достаточно времени, что заставляло её чувствовать невыносимый гнёт. Однако сегодня по случаю турнира занятия были отменены, и уже вечером будут известны имена чемпионов, так что это был удобный случай наверстать упущенное. Спустя час Шерил вышла из подземелий в приподнятом настроении, направляясь в сторону зала с целью позавтракать и найти её личную занозу в сердце. Надев на себя маску стервы, она чёткой походкой продвигалась по коридорам школы, одаривая студентов безразличным взглядом. Однако зайдя в зал, удержать на лице безразличие ей не удалось. Её взгляду предстала мисс Топаз, бросающая клочок пергамента в голубое пламя треклятого кубка. Кубок принял её имя, и на это восторженно отреагировали её недалекие друзья, похлопывая своими грязными руками предмет обожания Блоссом. На некоторое мгновение она застыла, борясь с желанием наорать на Топаз. И её взгляд перехватила Тони, всё ещё светящаяся от счастья. Закатив глаза, Шерил вздохнула. «Как меня вообще угораздило связаться с гриффиндоркой? У них же мозги напрочь отбиты их храбростью и желанием славы!» Кивнув головой в сторону коридора, Шерил показала Тони, что будет её ждать в тайном проходе, который не так давно мисс Топаз показала ей, и вышла из зала. Спустя минуту Тони вошла в этот самый проход, скрывающийся за одной из картин замка. Она хотела было поцеловать Шерил, но та остановила её, прожигая насквозь своим взглядом, полным недовольства.  — Детка, я что-то не так сделала? — недоуменно спросила Тони. Шерил сделала глубокий вдох, а потом заговорила пугающе спокойным голосом, означающим лишь то, что она готова взорваться.  — Антуанетта Топаз. — произнесла она. — Какого Мерлина ты закинула своё имя в этот чертов кубок? Ты же знаешь, что если тебя и выберут, что маловероятно, то ты можешь либо остаться покалеченной, либо лишиться жизни.  — Да, все знают об этом. — ответила Тони. — Я же говорила тебе уже, что собираюсь участвовать. Почему ты сейчас то недовольна?  — Да потому, что когда ты мне говорила об этом, мне было плевать. — голос Шерил дрожал. — А теперь нет.  — Ты за меня серьезно волнуешься? — удивленно спросила Топаз, с трудом сдерживая улыбку.  — Да нет, знаешь. — саркастично ответила рыжеволосая. — Так, мне просто заняться нечем, как пытаться спасти одну гриффиндорскую задницу. В эти секунды Тони даже не знала что сказать. Несмотря на то, что они уже какое-то время вместе с Шерил, она не могла подозревать о том, что Блоссом могла о ней так беспокоиться. Она просто смотрела в глаза Шерил, пораженная такому открытию. Спустя секунду она тепло улыбнулась Шерил, пытаясь умиротворить бушующую слизеринку, и за талию притянула к себе в объятия. Сначала рыжеволосая сопротивлялась, ёрзая в руках Тони, но потом просто потеряла желание это делать, после того, как девушка поцеловала её нежно в висок. Она просто обвила руки вокруг плеч гриффиндорки, обреченно вздохнув.  — Хей, детка. — шептала ей на ухо Тони. — Даже если я и кинула имя в кубок, то это не значит что меня однозначно выберут.  — Точней это значит что вероятность того, что тебя выберут меньше, чем объем мозга Чака Клейтона. — язвительно ответила Шерил, на что Тони лишь тихо усмехнулась.  — Я хотела сказать тебе, что если так получится, что меня выберут, то ты должна в меня верить, и тогда у меня точно всё получится. — нежно говорила Тони, поглаживая волосы Блоссом.  — Ладно. — нехотя согласилась Шерил. — Но я тогда уж сама лучше убью тебя, чем это сделает какая-нибудь фантастическая тварь во время задания.  — Договорились, Вишенка. После этого они провели какое-то время в этом мрачном проходе, даря друг другу горячие поцелуи. А потом, выходя из-за картины, Шерил причитала, делая выговор Тони за поставленный на ключице засос. Тони ушла в библиотеку помогать Бетти искать какую-то важную информацию, а Шерил, взмахнув волосами, решила немного разобраться с делами старосты, пока ей подвернулось свободное время. Дневная рутина затянула девушек с головой, хотя они не переставали думать друг о друге. Все это время Шерил не переставала себя убеждать себя в том, что кубок выбросит имя не Тони, а какого-нибудь Клейтона, которого кто-то сожрет на состязании. В назначенное время все студенты стекались в зал, с нетерпением ожидая узнать имена чемпионов, которым предстоит пройти испытания кубка Огня. Туда пришла и Шерил, чтобы раз и навсегда избавить себя от глупых волнений. Она уже заметила Топаз, которая перебрасывалась шуточками со своими друзьями, и от этого Шерил лишь покачала головой. В зал вошел Дамблдор в сопровождении преподавателей и министра Маккой.  — И так! — его голос прошёлся эхом по огромному помещению. — То чего вы так долго ждали — избрание чемпионов! Он провел рукой в воздухе, и огни светильников немного погасли, а комнату теперь стало освещать лишь голубое пламя кубка. Директор подошел к кубку, и протянул руку. На мгновение пламя покраснело, и выплюнуло первый кусочек пергамента, который ловко поймал профессор.  — Чемпион Дурмстранга Виктор Крам! — произнес он. По залу раздались аплодисменты, а юноша в темной форме поднялся под одобрительные возгласы товарищей, пожал руку профессору, и направился в сторону двери, ведущей в комнаты чемпионов. Кубок выплюнул ещё один пергамент.  — Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур! Девушка в шелковой форме поднялась с улыбкой на лице, и приняв поздравления от профессора, направилась за Виктором.  — И последний чемпион — чемпион Хогвартса! — громко произнес Дамблдор, и сразу после его слов из пламени вырвался ещё один кусочек пергамента.  — Антуанетта Топаз! Эти слова, словно огромный железный молот, ударили по чудесной рыжей голове Шерил Блоссом.