За синими долами

Спрятав в рюкзак очки скорочтения и книгу, которую я в руки-то больше не возьму, по крайней мере, до тех пор, пока кое-кто не высунет тупую башку из своей задницы и наконец-то заметит такую красотку, как я. Подивившись своей наивности, облокотилась на выдвижную столешницу и думаю. И это любовный роман с отклонениями в легкую эротику? Да там трах на трахе. Самая пристойная сцена — это где герой невинно пососал пальчик одной из героинь. Однозначно не рекомендуется для легкого чтения. Шмякнулась башкой о столик, застонав в голос, тело немного подрагивало от возбуждения. Больше не буду читать любимые книги Дианы, пусть хоть лопнет от негодования! Поезд медленно, но верно приближал нас к Дубам. За окном то и дело мелькали деревья, действуя на меня как гипнотическая магия. Вот и решилась прочитать книгу, сунутую мне в руки моей знакомой. Сон пропал ещё час назад, дав пару часов отдыха, а усталость будто утроилась. Да и в целом, поезд навевает какое-то забытое, где-то даже ненавистное чувство тоски. Немного взгрустнулось от мысли о прошлой жизни. Как мы с моей дочуркой впервые поехали на море или как моя лакомка, любимая внученька, с открытым ртом смотрела на группу певцов, голосящих о любви и радости, а следом был обычный пацан-фокусник. Здесь такого не встретишь — однозначно. Зрение мое немного замутнилось. Резко сморгнув, почувствовала, как по щекам потекла влага. Сев ровно, почувствовала, как грудь сдавил нервный всхлип, мешая нормально вздохнуть. Что это? Истерика? В неярком мерцании появилась пудреница. В зеркальце отразилась бледная голубоволосая девушка с зачесанной назад челкой, хмурящая тонкие брови, от чего складочка между бровей придала лицу чуть грозный, слегка измученный вид. Под глазами мешки и мокрые следы от слезинок. Ну блеск! Конечно же! Мягкая губка запорхала по коже, накладывая слой пудры, скрывая под собой стыдливые улики мимолетной слабости. Кто бы мне дал денёк отлежаться? Задание выполнили — стартуем обратно. А то, что бедной Джувии хреново, как с бодуна, никого не волнует. — Бесчувственный чурбан! Чтоб тебе гвоздь деревянный попался, — внеочередной раз попинала натуру парня, захлопывая пудреницу. Пять часов поездки погоды не сделали. Резерв пополнился всего ничего, хватает на исцеление натруженных магических каналов. Что ни говори, а погодная магия очень эфирозатратна. В купе зашел Гаж, выходивший до этого в туалет. Лично мне простонал, что водички захотелось. Врал ведь! Зачем выходить, если вестибулярка карусели крутит? Хуже только делает. Неловко за слабость? Так меня этим не удивить, а на других ему плевать. — Скоро выходим, — сиденье напротив меня чуть скрипнуло. Мне в этом звуке даже послышался отчаянный скрип-хрип умирающей животины. Стало не по себе. Нахмурив брови, поймала себя на мысли: проверить, не сел ли он на кого-то. Да уж. Даже сиденья в поезде не выдерживают эту тушку. Парень, вздохнув, прервал естественный процесс на середине, удивленно расширив глаза. Медленный выдох сопровождался сильным хрипением и напрочь перекошенным лицом. Что опять-то? Неприятный холодок лизнул по затылку. «Унюхал, сволочь!» — до меня доперло. — Хорошо, — неловко улыбнулась, скользнула взглядом по купе, ища, за что б зацепиться взгляду. Такого не находилось. — Я выйду в коридор? Гажил отстраненно кивнул, и сам принялся собираться, не смотря в мою сторону. Свой рюкзачок я оставила на месте, Гаж не забудет, покривится, но возьмет. Маг пространства из меня слабенький, карманчик маловат, а расширяется с огромной неохотой. Что делать с этим, ума не приложу. Быстро выпорхнув в коридор, стыдливо прикрыла глаза. Дура я, ему и так хреново, тут я со своими гормонами. Легонько треснув себя по лбу, осмотрелась. В коридоре было пусто. Меня это обрадовало. Лениво посмотрела на пейзажи снаружи: сосны, клёны да ели в окнах мелькают. Открыла створку, в лицо ударил порыв ветра, взлохматив волосы. Чуть шипя, получилось их пригладить. Прикрыла окошко обратно, грустно улыбнулась мимолетному детскому желанию. Застыв на мгновение, подумала — а зачем себя останавливать? Хочется? Сделай! Игриво хмыкнув, дыхнула на стекло, от чего оно покрылось конденсатом и немного инеем. Нарисовала улыбающийся смайлик, желая, чтобы эта мордашка развеяла непрошенные думы. Неожиданно из-за тучки вышло солнышко, освещая окна поезда, а с ним и улыбчивый смайл засиял золотыми искорками, даря капельку тепла. Оперлась лбом о стекло, свободно вздыхая. Немного отпускает. Сама не пойму, в чем дело. Ведь всё хорошо? Горы вдалеке стелются ломаной линией, поблескивая снежными вершинами. И кажется, что они уносят за собой все мысли. То, что напарник вышел, я слышала и как стоял какое-то время, сверля мой затылок, чувствовала. Повернулась, ища его глазами. Гажил ждал меня у выхода, подперев плечом стену. Мой рюкзак болтался на его предплечье. Народ потихоньку набивался в узком коридорчике, пряча за своими фигурами молоденькую проводницу, чей пожирающий взгляд голодной фурии, не мигая, смотрел на высокую фигуру. Которую этот взгляд нервировал, ибо не мог понять, кто так на него пырит. Некоторые, завидев кто стоит, преградив путь, прятались обратно в купе. Аура напарника становилась всё мрачнее, давя на окружающих. Даже некоторым магам становилось плохо. Встала рядышком, погладила по руке, нежно улыбнулась на тяжелый взгляд, даря хотя бы видимость поддержки. Взгляд его потеплел, пряча за этим явлением муки организма и какую-то неуверенность, промелькнувшую в глубине. Может, показалось? Пока Гаж отвлекался на свои проблемы, посмотрела на проводницу и улыбнулась мягко-мягко, мысленно обещая незабываемые ощущения, буквально смертельные. Ревность — она такая! Секунда, и девочка испарилась, как мираж в пустыне. Поезд остановился, по магической связи нас извещают о прибытии. Немного покачнувшись, зацепилась за напарника, который сам держался из последних сил. Парень был мрачен. Кто-то вжимался в стены, пропуская драгонслеера вперед, а за ним шла и я, немилосердно пользуясь услугами тарана. На нас поглядывали, нас опасались, нами восхищались. Но я-то знаю, Фантомы уже не те. От этого противно! Только напарник на это не обращал сколько-то внимания. — Ты домой или сразу в гильдию? — Гажил стал держаться уверенней, как только ступил на твердую поверхность: нет более легкого тремора рук и незаметных покачиваний тела. — В гильдию. Мне нужно кое-что, — неопределенно повела плечами, — отдать Диане. — Это ты про ту книжонку? — оскалившись, драгонслеер поиграл бровями, точнее, тем, что их ему заменяет. Да и откуда он мог знать? — Ой, помолчи! — огрызнулась, смущенно отводя взгляд, нервно вспоминая, где спалилась. Железный убийца драконов нагловато ухмыльнулся и уверенной походкой, разрезая поток людей, двинулся вперед — к выходу. Подняв глаза к небу, тихо матеря Диану с её увлеченным желанием приобщить к сокровенным тайнам и друга, направилась за ним, мысленно обещая опробовать свой талант в рисовании, в каком жанре собралась экспериментировать, говорить не буду. Пусть будет сюрприз… мысленно потёрла руки, а потом грустно вздохнула, понимая, что у меня рука не поднимется так над ним поиздеваться. Почуял ли он что-то, или это интуиция драгонслееров, но Гаж резко остановился и с подозрением на меня посмотрел. Невольно отступила на шаг. Больно взгляд его хитрющий. — Что? — спросила его, тяжко вздыхая. Мне сейчас не очень-то и хотелось вникать в суть его тараканов, мне бы с делами поскорее разобраться и метеором домой, отдыхать. Осмотрев меня с ног до головы, он снова прищурился, затем, сунув мне в руки мой рюкзак, отвернулся, потопал дальше. Чувствую, как веко нервно дернулось.  — Эй?! — чувствую, из ушей повалил пар. — Домой иди, отдохни. Диане передам, что свою порнуху она заберет позже. О задании, так и быть, отчитаюсь сам. Один. — Че? — Я сказал. Домой. Иди. — теперь на меня смотрят с толикой раздражения. Мол, женщина, ты ещё не там? То есть, дома. Сплюнула в сердцах. Знаю ведь, заботится. Но порой очень хочу его заботу засунуть ему куда поглубже. Осмотрелась. А мы, оказывается, на развилке улиц Высокие Дубы и Дубовый листок. Умудрилась задуматься так, что не заметила, как мы покинули городской вокзал. — Пока. Если что — на связи, — махнула удаляющемуся парню и завернула на свою улочку. Я не жила в гильдии вот как несколько лет. По случаю прикупила себе квартирку в хорошем райончике. Тихо, спокойно и никто не лезет к тебе ночью в комнату. Народу, шастающего по улицам, полно. Куда ни глянь: кто по делам, кто с компанией спешат на рыночную улицу посидеть в каком-нибудь кафетерии. Встретились и знакомые маги, заманивающие в свои сети, получилось отбрехаться, жалуясь на тяжелую работу и неблагодарного напарника. Мне, конечно, посочувствовали, кто-то даже всплакнул, пожалев бедняжку, главное — отпустили с миром. По дороге забежала в любимую булочную, купила хлеба и рогаликов. Город меня впечатлял до сих пор. Я его любила. По сравнению с ним, Магнолия меркла в моих глазах. Я не отрицаю, город феек красив, мягок своей архитектурой. Но Дубы возвышались и, на фоне гор, являли собой чудесную крепость из сказок. Многочисленные башни-крепости служили историческим памятником проходившим здесь сражениям. Здесь было очень красиво. Что-что, а ради престижа Порло шел на многое, особенно после того, как перестали быть первой гильдией в стране и его нещадно грызла злость и зависть. Сам город располагался на холме, вокруг которого раскинулись светлый лес и кристально чистая речушка. Можно было увидеть горы с белыми шапками. Там я провела много времени, стараясь освоить криокинез. Конечно, созидать лед я не могу, но если маг льда слабее меня, его магия будет мне не страшна. А с водой я могу делать все, что угодно: хоть в пар, хоть в лёд. Горный чистый воздух очень располагал к активному отдыху, что не постеснялись использовать с пользой городу и гильдии. Во многом именно из-за данной коммерческой индустрии, тут и было большое количество приезжих из разных уголков Фиора и других дружественных нам стран. Жить в Фиоре и ни разу не скатиться по горным склонам — окружающие вас посчитают глупцом. А СПА — это отдельная тема. Выйдя на очередной перекресток, пройдя по маленькой дубовой аллее для того, чтобы повернуть на нужную мне улочку, повернула голову вправо. Взгляду предстал красивый вид на нашу гильдию. Замок на вершине холма. Сердце города. Самая главная его достопримечательность и историческая изюминка. Там регулярно проводились экскурсии, причём самими магами. Можно было купить много сувениров, даже в баре посидеть, попить пивка, чокаясь с каким-нибудь магом. Увидеть, если повезет, настоящих волшебных знаменитостей, а если повезет вдвойне, то уговорить их показать безобидную магию. Напоказ мы были ну очень законопослушными волшебниками, и никто не знает некоторых наших тайн. С нарушившими правила Порло разбирался лично. Почесав свой носик, чихнула. Припомнив примету, пошагала дальше, любуясь окружением. Путь мой окончился у двухэтажного домика из серого кирпича. В доме четыре квартиры и одна из них моя. Поверьте! Иметь жилплощадь в Дубах, это как иметь дом в Эре, так же престижно и не каждый соклановец может этим похвастаться. Здесь проживали пожилые люди, так как находится он почти на границе города и здесь намного спокойнее центра и торговых улиц. Сама квартирка досталась мне по случаю, очень счастливому случаю. Одна барышня очень срочно продавала её, а я оказалась в нужном месте и в нужное время, дабы перехватить квадратные метры у убитой горем внучки почившей бабушки. Девчонка довольно скользкой оказалась, так что я предполагаю, она оказала некую помощь бабуле в уходе в мир иной и пресветлый. Так и соседи шепчут, если честно. Но дело не моё. Я законно выкупила квартиру, девушка в темпе покинула город и что там дальше произошло — я знать не знаю. Вход в подъезд венчал красный козырек, опорой ему служили два опорных столбика, увитых диким вьюном. Красивая дубовая дверь с врезными дубовыми листьями, выкрашенная красным лаком, скрывала ухоженный подъезд. Квартирки сами по себе небольшие, двухкомнатные, для одинокой девушки самое то. Всё равно большую часть времени торчу на заданиях да в гильдии помогаю. Живу я, кстати, на первом этаже. Поднявшись на этаж, весело шурша бумажным пакетом с красочным логотипом булочной, остановилась у двери в мою обитель. В руке сверкнул золотистый — зачарованный — ключик. Воров бояться не приходится, здесь скорее вопрос престижа. Я маг и свой дом обязана защитить. Кстати, дверь попросила зачаровать гильдейского мага, хороший мальчик, недавно у нас. Так мило краснел. Только странно. Я его давно не видела. Решив не заморачиваться, приоткрыла дверь и застыла. Слыша за собой звук открывающейся двери, счастливо улыбнулась. — Джувия, — в подъезде раздался тихий голосок,. — ты вернулась с задания? — старушка молнией метнулась ко мне. Вот она — сила гор! — Здравствуйте, бабушка Лили. Только с поезда, — мои руки стиснули тоненькие ручки, испещренные морщинами и пигментными пятнами. — Ох, деточка, ты себя в гроб загонишь, — поглаживая меня по руке, мягко пожурила старушка, неодобрительно качая головой. Серебристый локон выпал из простой прически, мне пришлось отнять свою руку и аккуратно его вернуть на место. Обеспокоенно сканируя на разные повреждения, меня покрутили вокруг своей оси. Я ласково улыбнулась ей в ответ. Эту старушку я полюбила всем сердцем, она мне стала близка и дорога. Она была одинока и, как любому пожилому человеку, ей не хватало человечка, о котором ей хотелось бы заботиться. А у меня не было тех, кого можно любить, ну, кроме кое-кого… Я для неё была дочуркой и внучкой в одном лице, и вот как я могла не оправдать надежд? Мы играли в эту семью и были счастливы. — Ну что вы, я себя берегу. Но вы правы — мне нужно немного отдохнуть. Вот мечтаю о ванне и кроватке, — неловко пожала плечами, и вправду мечтая о них. Самой старушке не очень-то и хотелось меня отпускать. Её льдистого цвета глаза, такие яркие и живые, колко сверкнули, но отпустили. — Я пирожков напекла, иди в дом, залезай в ванну, я всё приготовлю. — Я… — хотела было возразить. — Иди-иди, я все сделаю. Небось, еще твой парень в гости зайдет, ему тоже что-нибудь принесу. Устав ей доказывать, что мы с Гажем не вместе (а хотелось), провожаю взглядом чуть сгорбленную фигурку, скрывшуюся за зеленой дверью. Глубоко вздохнула, почувствовав на своих плечах тяжесть усталости. Развернулась, поправляя съехавший с плеча рюкзак. Отворила дверь своей квартиры, вхожу в маленький коридорчик, в котором поместился узенький шкафчик и навесное зеркало. Смотреться в него абсолютно не было желания — стоически игнорируем. Сняла уличную обувь, с полки взяла домашние тапочки, невольно посмеявшись с рядом стоящих пушистых тапок огромного размера, купленных для Железного. Цвета они были вырвиглазного — ядреный такой салатовый оттенок. Что странно, парень их надевал, со скрипом, но надевал ведь. Боялся… Опасался моего гнева. Мои пушистые белые ковры ревностно мной оберегались. Я обожала белый цвет. Голубой и синий органично вписывались в мою жизнь, наполняя её воздушностью и некой морской тематикой. Зайдя в спальню, схватила чистое бельё, полотенце, отправилась в ванную комнату, где проплескалась добрый час (умудрилась прикорнуть, попускав пузырьки), блаженно отмачивая уставшее тело в горячей воде, ни на градус не остывавшей. Можно сказать, силком вытянула себя из парной, счастливая и осоловевшая появилась на пороге кухни, где бабушка Лили основала бурную деятельность по откормке изголодавшегося тела. На столе чего только не было. Пирожки — три подноса, пару салатиков, нагретый чайник и заварник. Дополнял натюрморт большой шоколадный торт. У нас праздник какой? Удивленно присвистнула, осмотрев сладкого гиганта, за что получила по лбу лёгкий щелбан. — Ну и горазда ты поплескаться, дочка. Я тебя заждалась, — старушка наскоро обтерла столовые приборы, дополнила сервировку стола. — Я ведь маг воды, бабушка, это у меня в крови и не надо было так себя утруждать. Это моя забота. — Знаю, знаю, — на меня махнули рукой. — Мне не тяжело. — Что за праздник? — спросила, взглядом указав на шедевр, сама подталкивая Лили к столу, я-то знаю, сейчас начнет кудахтать. Сама за ней поухаживаю. Старушка хоть молодится, но годы берут свое. Сейчас бегает, потом будет целебными мазями обтираться. — Ох, не обращай внимания. Это я с Мару вчера скуку развеивала. Вот и наготовили, — ясно, опять с соседкой сверху спорили, у кого красивше и вкуснее. Ладно, лишь бы не во вред. Хотя…после такого приема меня ожидают интенсивные тренировки вдалеке от города, потому что от угощений отказываться не желаю. Вдоволь наболтавшись и обожравшись, распрощалась с Лили, неожиданно вспомнившей, что её подружка на чай ждет. На скорую руку прибралась, спрятала остатки пиршества в холодильник, решила прилечь на часок. Уснула моментально, голова не успела коснуться мягкой подушки, как глаза блаженно прищурились, и наступила тьма. Снилась мне наковальня, по которой долбил Редфокс, почему-то своими огромными рогами. Вот прям стоял и долбился, долбился, долбился… Козлина! Сон резко прервался. Ошалело осмотрев комнату, не могла понять — что за шум? Только через секунд пять сообразила. Разбудил меня стук, нет… долбеж в мою зачарованную дверь. Кряхтя, как старушенция, поднялась. Если сейчас дятла не угомонить, то дом, скорее всего, развалится. Надев халат, быстро метнулась к двери, успев споткнуться, расплескать ногу, ставшую водой, а на другой ноге доскакать до двери, собираясь обратно. Открыла. Закрыть не успела, сильная рука в перчатке помешала. Подавив нежеланный нервный смешок, освободила проход. Парень предложением воспользовался — грузной махиной втиснулся в прихожую, скоро разулся, напялив те меховые шлепки, и пошел прямиком к кухне. Поплелась за ним следом. Парень аккуратно умостился на стуле, спрятал лицо в ладони. Рядом присела сама, точнее, напротив. Осмотрев сидевшую передо мной фигуру, ужаснулась. Гажил был мрачнее прежнего. Таким я видеть друга не желала. Поэтому ляпнула первое, что пришло в голову. — Что с тобой, друже? Дай угадаю. Ты потерял свой любимый гвоздь, любовно хранимый на юбилей? Один его взгляд из-под пальцев, и я мысленно за тысячу миль отсюда. Жаль, что только мысленно. — Гаж, ты хоть давление сбавь, а то у меня соседи все же не маги. Гажил просьбе внял. На кухне словно посветлело. Подумав, решила, что без чая разговор не пойдет, мне да и ему нужно чем-то отвлечься. Пусть этим будут пирожки. Скоренько вскипятила чайник, заварила крепкого чёрного чаю. Себе налила в маленькую фарфоровую чашечку зеленого. Самому железному я налила в металлическую, специально купленную для него. Всё равно слопает. Ещё с десяток ждут своего срока, спрятанные мной от чуткого носа драгонслеера. Давешние пирожки поставила ближе к парню, мне есть не хотелось. — Мы в заднице, Джувия. — посверлив тяжелым взглядом кружку, произнес Гажил. — Поподробнее! — невольно напряглась, готовая выслушать нерадостные вести. Прочистив горло, он начал излагать. — Со мной говорил мастер. Ему поступило задание от одного человека, суть в том, что надо девку одну домой вернуть. Сбежала к Феям. Порло хочет воспользоваться ситуацией и насолить фейкам. — Как он собрался действовать? — припоминая, о какой девке идет речь, мысленно матернулась, не забывая слушать. То, чего я ждала с неохотой, начинается. — Как всегда. Собственно, пункт в задании был один — мне обязывается спровоцировать гильдию Хвост Феи на нападение. И Жозе расписал, как он это видит и как этого добиться. Перво-наперво, разломать здание самой гильдии. Вторым делом — покалечить несколько гильдейских. С точки зрения Порло — чем больше покалеченных, тем лучше. Еще лучше — позабавиться с несколькими девками, — на это я нахмурилась, что не утаилось от него. Он знал, как я отношусь к таким забавам. — Мол, это имеет совершенно особый эффект, особенно если у девок есть родственники или мужья… парни, — Нервничая, пятерней пригладил свой жесткий причесон. — Разрушить здание гильдии — это без проблем, что же касается второго… подпункта, тут я намеревался обойтись только битьем морд. После этих слов я расслабилась, не забыв предостеречь его насчет рисков. От задания не откажешься, это точно. — Так! Только в разумных пределах, Гажил. Макаров за своих деток шейки как лебедям открутит. Это он с виду дедушка-гномик, а треснет — черепков не соберём. Действуй, пожалуйста, аккуратно. — Не дурак! Как я понял, у мастера свой план по устранению Макарова, — потерев шею, Гажил залпом выдул чай, закусив кружкой. Пирожки он игнорировал. — Не пойму, — мои руки сжали фарфоровую чашечку. Магия внутри меня всколыхнулась, откликаясь на мои чувства. Итог: чай превратился в лёд. — Он ведь всю гильдию подставляет. При любом раскладе выяснится, что заварушку устроили мы. Совет нас с потрохами сожрёт, еще добавки потребует, — посмотрев на темнеющее небо, прошептала. На сердце заныло от обиды, злости и бессилия. — Он обещался взять всё на себя, по крайней мере, пришлось поверить в его слова... — Гаж постарался улыбнуться. Он тоже не знал, как вести себя в данной ситуации. — Мы… — Да знаю я, — сказала чуть резче, чем хотелось бы, — от того и противно! Приказ мастера не обсуждается. Наверное, и грешки припомнил? — уголки моих губ скривились в презрении — Порло давал шанс оступившимся и довольно часто пользовался плодами своей добродетели. Спрятала глаза за незаколотой челкой, спрятала то, что промелькнуло в них. В них было желание вцепиться в глотку нашего мастера и рвать, пока он не испустит дух, захлебываясь своей кровью. Справившись с чувствами, решилась сказать Гажилу то, о чем сейчас я думаю. И нет! Не о крови. — В такие моменты я завидую фейкам. У них мировой дед. — … Гаж промолчал, но я-то видела по его взгляду согласие с моим мнением. О Макарове ходит много слухов и не факт, что они ложные. Неужели делишкам мастера мешают Феи или сам Макаров, раз он готов на такие риски? — Тебя он ждет завтра. Вся четвёрка на месте. — Значит… — Да. Но я думаю… — замявшись, исправился, — надеюсь, это крайние меры, иначе… — резко встав, не замечая упавшего стула, Железный с силой сжал кулаки, отошел в сторону окна. — Есть будешь? — отстраненно спрашиваю, задумываясь о грядущих проблемах. Мозг лихорадочно составлял план, как выкрутиться с минимальными рисками для нас. В глубине надеялась на лучший исход. Канон каноном, но на него полагаться — последнее дело. Поднимаю стул, он мешает подойти к холодильнику. Внезапно меня берут за руку, поворачивая к себе лицом. — Ты позволишь остаться? Ночью я отправлюсь в Магнолию, придется использовать магокат, — Маг напрягся. — Мне… Острые скулы драгонслеера немного порозовели. Я сглотнула вязкую слюну, не веря своим глазам. — Ну… диван твой на месте, — попыталась отстранить его от себя, отгоняя от себя крупицы надежды. Не то чтобы я не намекала и до этого, да я его порой специально соблазняла, только в пустую. Я для него друг! Чёртов друг с сиськами. Как-то сказал он по пьяни, потащив в свою комнату деваху из гильдии. Мымра вешалась на него как пиявка к артерии. В тот вечер я тоже нажралась до поросячьего состояния, заперевшись в комнате, и впервые подумала оставить попытки. Только куда от него денешься, сам отталкивает, а потом злится, что рядом нет! Эгоистичный идиот! Сильные руки партнера обвили мою талию, не давая возможности освободиться и уйти в свои мысли. И я, только сейчас поняв, в каком виде стою перед ним, покраснела как маков цветок. — Нет, я… — он замялся. — Дьявол, Джу, я говорю о другом! Нет моих сил делать вид, будто мне не ты интересна. Надоело! — его шепот с хрипотцой вызвал уйму сладких мурашек. — Я думала, ты считаешь меня другом? Сам говорил! И много раз доказывал… — тихо спрашиваю, смаргивая слезы, ища в себе силы стоять, а не стекать на пол, и непонятно, от чего больше: от обиды или неверия в то, что сейчас услышала. Спасибо его рукам. — Старался. Но не могу. Я не ванильный романтик, Джу. Я ревнивый мудак. Я старался оградить тебя от этого. Знаешь, как мне надоело отваживать твоих поклонников? А ты специально была такой… — запнулся, стараясь унять гнев. — Да и твои шуточные заигрывания меня доконали. Ты знала, что в гильдии на нас ставки делали? «Кто первый не выдержит?» Как же это меня взбесило! Мусор совсем расслабился… — Эй, они были не шуточным, — ударив его кулачком, возмущенно зашипела. — Я, думаешь, не мучилась? Все эти девушки, твоё равнодушие, а он, оказывается, меня оберегает от себя. А меня ты спросил? Прокричала ему в лицо, нос к носу, посмотрев в его глаза. Меня трясло от эмоций. Мало того, что мастер фортели выкидывает, так ему захотелось сейчас отношения повыяснять. И умолчим, что тут только я эти отношения выясняю. Он это начал… — Так значит, ты не против? — как и закончил. Коварно усмехнувшись, ответа он не ждал. Поцеловав сначала неуверенно, мягко, сладко, но не так, как я хотела. Словно уловив моё желание, Гажил набрал обороты, жадно терзая мои губы. Я, конечно, хотела расспросить на счёт ставок. Только сделаю я это потом, у нас сейчас другие предпочтения.