Отдам котёнка в добрые руки

Разошлись они только за полночь, когда с базы приполз совершенно заёбанный Стив, прошёл прямо в ванную, никого не замечая, и, судя по тишине, «утопился». Баки только тяжело вздохнул, сунулся было следом и сразу вышел. Зарядил кофемашину. — Стив у нас самый ответственный, — объяснил он. — Работает, как не в себя. Он сейчас, пока кофе не выпьет, соображать не начнёт. Лучше иди отсыпайся, утром познакомитесь. Стив как раз выплыл в гостиную босой, в домашних штанах и с накинутым на плечи полотенцем, уселся за высокий барный стул, силясь держать глаза открытыми. — Кто же тебя так? — покачал головой Баки, поставил перед ним высокую кружку чёрного, как смола, кофе, позволил притянуть себя, дал уткнуться лбом в плечо. — Внешняя политика и Фьюри, — прозвучало в ответ. Баки потрепал его по короткому ёжику на затылке. — Пей давай. Джек во все глаза смотрел на легендарного Капитана Америку — такого обычного, уставшего, в домашней обстановке, среди близких людей. Любовался его широченными плечами и ложбинкой вдоль позвоночника, ямочками на пояснице над поясом сползших домашних штанов, лепкой предплечий, тем, как движется кадык на мощной шее, когда Капитан пьет кофе. Он ещё никогда не видел настолько восхитительного мужчину. Теперь Джек понимал, почему Сайлас так запал на Шепарда — в Капитане все, что Сайлас искал в Шепарде, было возведено просто в тысячную степень. А ещё он явно жил в этой же квартире, с Броком и Баки. Раньше, чем Джек сообразил, что говорит, у него вырвалось: — Вы втроём? — Нет, — Баки погладил Стива по голове. — Странно смотримся? Мы со Стивом практически сиамские близнецы. — Он вернулся на диван к Броку, чуть пихнул плечом. — Может, не погибни я в сорок пятом, у нас бы что и вышло, но время слишком нас перетёрло. Любовниками нам не стать, а вот братьями мы останемся навсегда. Я старший, а он младший. — А ещё, — заметил Брок, — Кэп присматривает за тем, чтобы я окончательно не испортил его обожаемого Баки. Прозвучало это так весомо и серьезно, что Джек не удержался и фыркнул. — Тут есть спортивный зал? — спросил он. — Да, — кивнул Брок, — на минус пятом этаже. Я тебя посмотрю с утра и составлю программу занятий. Допуска в ЩИТ у тебя пока нет, так что со своими ребятами я тебя не погоняю. Тир тоже есть, на минус шестом. Хорошо стреляешь? Джек кивнул. — Не снайпер, но стреляю неплохо. Правда, давно не практиковался. Он устал от впечатлений и был уже совсем сонный, но так пригрелся в доме отца, что не хотел уходить. Очень давно ему не было так тепло и уютно. Подниматься на сорок второй этаж, чтобы лечь в пустую постель незнакомого дома, не хотелось. — Здесь есть, так сказать, гостевая спальня, хочешь, оставайся, — улыбнулся Баки, видя усталые, но в то же время какие-то обречённые взгляды сына в сторону лифта. — Только не удивляйся, если к тебе Стив прибредёт ночью. В крайнем случае, дверь закрой. — Нет, — Джек поднялся. — Я пойду к себе. Он пожал руки Баки, Броку и Стиву, ненадолго задержав его ладонь в своей, и вышел. В лифте Джек спросил: — Джарвис, а где мой котёнок? — В ваших апартаментах, мистер Бенджамин, — ответил голос с потолка. — За ним присмотрели, не беспокойтесь. Также в кухне в ваших апартаментах есть продукты, если у вас не будет желания завтракать в общей столовой с мистером Старком. — Спасибо, — улыбнулся Джек. — Я подумаю. Дверь апартаментов на сорок втором этаже открылась, стоило Джеку приложить ладонь к пластине биометрического замка. Комнаты были точно такие же и так же расположены, как и у Джеймса с Броком. Едва Джек переступил порог, навстречу бросился соскучившийся Принц. Джек подхватил его на руки и обошёл квартиру. Огромная гостиная с балконом, выходящим на Центральный парк, две спальни, каждая с отдельной ванной размером со всю бостонскую квартирку Джека, кабинет. Джек подхватил свою сумку со сменой одежды и отправился в правую спальню. Быстро принял душ и лёг на кровать. Принц, мурлыкая, забрался следом и устроился у Джека на правом плече. Заснул Джек очень быстро. И ему не снилось снов. *** Баки выбрался из душа, намотав на себя полотенце, забрался в постель, задумчиво взял в руки расчёску, распустил хвост. — Я помню Сайласа, хорошо помню. Амбициозный, громкий, но глупый и недальновидный. Нас расквартировали в одном из поместий. Тогда дворец уже месяц держали в осаде. Абадон сдаваться никак не желал… — Баки смотрел куда-то мимо Брока. — Сайлас хотел купить меня себе, а я хотел его убить. Видимо, зря тогдашний куратор дёрнул за поводок. В груди у Баки неприятно холодело от воспоминаний, затягивая тонкой ледяной плёнкой. Он старался не погружаться в те времена, не выпускать Солдата из тёмных уголков подсознания. Но то, что делали с Джеком, не оставляло ни шанса на то, что ночь пройдёт спокойно. — Я оружие, — прошептал он. — Убийца, натасканный на людей, и то понимаю, что так нельзя: держа на привязи и пиная каждый раз, когда пёс посмеет на тебя задрать морду, нельзя унижать и требовать любви и подчинения. Надо быть готовым, что однажды самый верный пёс вцепится тебе в глотку. — Баки поднял на Брока больные глаза, пустые, чёрные от расширившихся зрачков, точно пулеметные дула. — Я убью Сайласа, придушу за всё: за боль, за страх быть собой, за то, что запер, будто зверя, втолкнув в клетку самку… держи… плодитесь и размножайтесь. Селекционер хуев. Брок, я убью его. Брок похлопал его по плечу. — Убьёшь, — согласился он. — Дождись только, когда Старк вручит тебе джет. А я с тобой пойду, прикрою спину. Дай Джеку свыкнуться с тем, что он Барнс, ок? Чтобы он здесь корни пустил и не дёрнулся на трон, едва ты тот освободишь. До него же ещё не дошло, понимаешь? Джек здесь пока не укрепился. Приручи его, дай ему то, что он сможет назвать своим. Дай ему повод гордиться собой. Чтобы ему незачем было возвращаться. Баки подтянул Брока к себе, устроил голову у него на плече, обнял, прижался, согреваясь родным теплом. Ему надо крепко подумать, решить, что делать дальше. Понятное дело, что рубить с плеча не лучший вариант. Ну завалит он Сайласа, а Джек ломанётся в этот гадюшник. Всё же свой дом ближе к сердцу, чем непонятное будущее, которое он предложил Джеку построить самому. Там корона, мать, сестра, крошечное королевство, всё то, о чём, скорее всего, мечталось принцу Джонатану Бенджамину. И что его там ждёт? Смерть от случайной пули какого-нибудь фанатика? Гидра там, откуда её не ждёшь. Нет уж, надо было для начала понаблюдать за трепыханиями Сайласа. Баки был на все сто уверен — королёк в курсе, что сын свинтил в Америку, вскоре он прознает и про Бостон и явит себя, пришлёт кого-нибудь за головой неугомонного пасынка. Джека опасно оставлять живым. Мало ли о чём он может знать, сам того не понимая, считая привычным и обыденным. А значит, надо посадить там своего человека, чтобы успели перехватить убийцу, пока тот не понял, что квартира давно пуста. Вызнать всё, что происходит в этом долбаной Гильбоа, и отпустить с миром. А потом посмотреть на реакцию, заглянуть в глаза и увидеть там страх, ужас перед сыном, которого сам попытался уничтожить. Баки умел нагонять страх, и он лично постарается, чтобы Сайлас ходил, оглядываясь, пока не настанет время его упокоить. Мысли, одна интереснее другой, отгоняли сон. Баки лежал на плече у Брока, водил пальцем по его груди, так легче думалось. Но главным было то, что он нашёл сына, вовремя появился в его жизни и сделает всё от себя зависящее, чтобы Джек жил, а не влачил жалкое существование, ожидая удара. *** Завтракать Джек пришёл к Джеймсу. Может, это было невежливо, может, он окажется не к месту, но ему внезапно захотелось пообщаться со своим настоящим отцом. Как вчера. Джеймс многое рассказал о себе, и он был честен. Никаких мифов. Никаких бабочек. Кровь, боль, страх, смерть, но ни капли лжи — Джек отлично умел распознавать ложь. Научился во дворце. Джек постучал, и ему открыл Брок, вытирающий голову полотенцем. — Привет! — сказал он. — Ты сколько яиц в яичницу хочешь? — Доброе утро, — улыбнулся Джек. — Три. Представляешь, для Принца приперли такую здоровенную кошачью лазилку, кучу подстилок, еду… Не отдам его никому. — Не отдавай, — Баки сидел на столе, качая ногами, наблюдая, как Стив бродит по гостиной, собирая какие-то документы. — Да оставь ты эти бумажки, иди, я тебя с сыном познакомлю. В голосе Баки звучала неподдельная гордость. Он для солидности сел ровнее, выпятил вперёд грудь, расправил плечи, но дурашливость во взгляде выдавала его с головой. Стив только глаза закатил и подошёл к Джеку сам, протянул руку. — Стив, — представился он. — Джек, — Джек пожал ему руку и снова на мгновение задержал ладонь в своей. — Джеймс говорил, что у меня есть шансы вернуться к своей основной профессии — я офицер разведки. И говорил, что решение будет зависеть от тебя. Что от меня требуется? Джек ещё сильнее распрямил плечи под взглядом Стива. Брок ушёл на кухню готовить завтрак на четверых. Джек ему нравился, и его определённо надо было откормить. У парня были неплохие задатки, вот только уж слишком он был тощим. Чтобы накачать мышцы, нужны протеины, и Брок собирался составить Джеку не только программу тренировок, но и диету. — Посуду моет Кэп! — крикнул Брок. — Барнс мыл вчера. Стив улыбнулся. — Приятно познакомиться, Джек. Ты невероятно похож на отца, — оглядев Джека с ног до головы, он отстранился, пропуская гостя на кухню и отозвался Броку: — Есть, командир. И тут же получил за это от Баки полотенцем пониже спины. Стив смотрел на Джека и никак не мог узнать в нём черты своего друга. Или это только пока они казались настолько разными? Джек и правда был невероятно похож на его Баки, но не бруклинского разлива, а того, которого Стив вывел вместе с двумя сотнями солдат из Аззано. Тот же вроде и тёплый, но усталый, мечущийся взгляд, привычка оглядываться, садиться так, чтобы видеть все входы и выходы. Брок, конечно, поступал так же — профдеформация, выработанная годами. Это Баки всё до фонаря было. Освободившись от власти Гидры, он будто сбросил с себя всё, что его хоть как-то ограничивало, встречая этот мир с распахнутыми объятиями, пока не приходило время натягивать тактический костюм и брать винтовку в руки. — Отчасти и от меня, — подтвердил Стив. — Мне нужно знать о тебе всё: где и на кого учился, что умеешь, все операции, через которые прошёл. Найти хоть какие-то записи об этом будет хоть и сложно, но возможно. Подтянешь форму, но это тебе к Броку. — Стив благодарно кивнул, когда перед ним поставили тарелку с яичницей и горой жареного бекона. — Если ты того стоишь — в чём я не сомневаюсь нисколько, Баки — ходатайствую перед Николасом. Скорее всего, пройдёшь кое-какие тесты, по их результатам и будем уже думать. Мне Баки показывал информацию, что удалось нацедить наспех, и если хоть половину удастся подтвердить документально, то проблем возникнуть не должно. — А какие документальные подтверждения нужны? — спросил Джек. — У меня должны были остаться надёжные ребята в моём сто двадцать седьмом. Я не обращался к ним, чтобы не подставлять, но если я попрошу, они могут достать копии отчётов об операциях, в которых я участвовал. Он набросился на яичницу и бекон. — Можно будет записать для них видеосообщение, — Брок сунул нос в свою чашку с кофе. — Чтобы они точно знали, что это от тебя. — А что, у ЩИТа есть своя сеть в Гильбоа? — спросил Джек. — Кто-то должен быть. — Стив достал телефон, оставляя какие-то пометки, набирая сообщения. — По-хорошему, нам бы пригодился диплом из военной академии, и поскольку ты учился во Франции, его достать не проблема, достаточно официального запроса от тебя самого, но можно и через ЩИТ попробовать, так быстрее. И да, связаться с твоими людьми тоже надо. Пусть шлют вообще всё, что найдут, там разберёмся. Баки цапнул кусок яичницы с тарелки Стива. — А связного найдём через Наташу. Ни в жизнь не поверю, что у неё нет в Европе никого достаточно ушлого, чтобы не вызвать подозрений. Единственное, Стив, — Баки посерьёзнел, наклонился вперёд, обхватив его голову ладонями. — Пообещай не пороть горячку и не лезть в самое пекло! Обещай! Стив кивнул, не отрывая взгляда от Баки. — Там Гидра, скорее всего, укоренилась на самом верху. Баки упёрся лбом в лоб Стива, стиснул его плечи, почувствовав, как тот вздрогнул. — Обещаю, — сипло ответил Стив, опуская голову. — Я ничего не знаю про Гидру в Гильбоа, — признался Джек. — Я вообще мало знаю про Гидру. Чёрт, я всю жизнь считал, что у нас там нормальная европейская монархия. — Подумал и добавил: — С ебанутым королем. — Я сажал этого короля на престол за особые заслуги перед Гидрой, — Баки скривился, гоняя по своей тарелке вилкой кусок бекона. — И мне как никому известно — Гидра никого и никогда не отпускает просто так. — Ну, зато это объясняет, почему Сайлас так не хотел назначать наследника и был так непоследователен, — пожал плечами Джек. — Правда, не объясняет, почему он не расстрелял меня сразу, а засадил в заключение на три года. — Обвинение хоть было? — хрипло спросил Брок. — Ха, — скривился Джек. — Да никакого обвинения. Он бросил мой отряд в Лисий лес, запретив оказывать нам поддержку с воздуха или выслать подкрепление, мы попали в плен, выжили только двое, и надо мной же по этому поводу устроили закрытое разбирательство. По итогам, правда, наградили и присвоили звание. — Джек отпил кофе. — В этом нет ни логики, ни смысла. — Недальновидно, — хмыкнул Стив, коснулся ладони Баки. — Если там Гидра, мы её выдавим. Сколько мы с тобой прошли, Бак? И это пройдём. Стив поднялся, собрал тарелки. — Выдавим, — повторил Баки, помолчал с минуту и подскочил, притерся к груди Брока, поцеловал жадно, голодно, как целовал всегда, когда его накрывало. — У тебя выходной, детка? Мне на базу к девяти. Посмотришь Джека? — Да, мы же договорились вчера, — кивнул Брок, ероша ему волосы. — Посидим часок, чтобы улеглась еда, и пойдём. Я пока набросаю для Джека режим питания. Джек вопросительно посмотрел на него. — Тебе надо нарастить мышечную массу, так что я подкорректирую твой рацион, — объяснил Брок. — Диета бодибилдера? — улыбнулся Джек. — Попроще. У тебя будут рабочие мышцы. — Мне, наверное, надо поговорить со Старком, чтобы мои вещи забрали из Бостона, — сказал Джек. — Он раньше десяти не проснётся, — пожал плечами Брок. — Это если он ложился, — Баки натянул толстовку, накинув на голову капюшон. — Поговори с Джарвисом. Он всё тебе организует. Стив, ты едешь? — Нет, тоже выходной, я тебе на коммуникатор скинул данные, изучи на досуге и скажи, что думаешь, — ответил Стив, вытерев руки кухонным полотенцем. — Что-то намутили аналитики, мне слишком не нравится расстановка сил, но не могу понять, что именно не так, нужен свежий взгляд. — Понял, а вы не шалите, ребятишки! — Баки махнул рукой и за его спиной закрылись двери лифта. Стив хлопнул Джека по плечу, кивнул Броку и отправился к себе на этаж. Иногда ему хотелось, чтобы Баки его прогнал, чётко указал на место, не касался так трепетно, будто Стив для него до сих пор что-то значит. Разворошив бумаги, Стив достал один из альбомов. После смерти Баки в Итальянских Альпах он почти перестал брать карандаш в руки, потому что, что бы он ни рисовал, получался Баки. Он смотрел, будто живой, тянулся, стараясь удержаться, звал. Стив не был дураком или законченным романтиком и прекрасно понимал, почему у них ничего бы не вышло даже в Бруклине, почему Баки выбрал Брока, даже не посмотрев в сторону старого друга, и нисколько не винил его за это. Стив скорее был зол на себя, что не может отпустить то чувство влюблённости, сквозившее между ними, когда им было всего по пятнадцать. Светлое, лёгкое, манящее неизвестностью чувство первого интереса. Между ними не было любви, только трепетное узнавание, приятие. И Баки не виноват, что Стив зациклился на нём, как на последнем крючке, связывающим его с прошлым, которое уже не вернуть. Вбивая кулаки в грушу, Стив расслаблялся, отпускал себя, смирялся с тем, что Баки никогда не будет таким, как намечтал себе Стив, да и влюблён-то он был скорее в свою фантазию, чем в живого Баки Барнса. Но принять решение и следовать ему — это совершенно разные вещи.