Девушка-дождь

Меня не покидает чувство, будто я тону. Медленно иду ко дну, тяну руку в сторону света, но не дотягиваю до него. Мне кажется, словно я нахожусь в глубине океана, в самом центре, но нет никакой паники. Я ничего не чувствую. Совсем. — Хах. Я услышала смешок, короткий, даже подумала о том, что просто послышалось. — Давай, дитя, плыви. Ты же хочешь жить, не так ли? Плыви к своей жизни. Всё это будто говорили мне прямо на ухо, стоя рядом со мною, но никого не было. Впрочем, откуда мне знать, я смотрела лишь на свет. — Почему ты не плывёшь? Ты любишь жизнь, ты знаешь ей цену. Ты же не хочешь лишиться такой возможности? Давай, найди путь к жизни. Я хочу жить, но как я это сделаю? Я пытаюсь что-то сделать, но не могу — тело застыло, словно каменная статуя, и я не могла пошевелить даже пальцем. Ощутила лёгкий страх, словно сквозь воду. Хах, а ведь я действительно в воде. Что я тут делаю, интересно? — Ты не ищешь жизнь. Почему? Это больше не имеет для тебя значение? Ты хочешь быть навсегда заперта в глубине океана? Я… я не хочу этого. Не хочу. Но что за жизнь? Где она? Как я поплыву, если я не могу двигаться? Свет впереди угасал, а я пыталась понять, где мне найти жизнь. Мысли текли медленно и довольно лениво, свет почти перестал быть видным, а я так и не поняла, как мне вернуться к жизни. Если бы свет сиял чуть сильнее, возможно, я бы смогла увидеть жизнь. — «Свет… свет, свет… Точно! Жизнь — это свет!» Всё вокруг застыло. Я перестала тонуть, свет перестал угасать. Словно время остановилось. — Ого, ты угадала? Поздравляю. Что ж, получай свой подарок. Ты будешь жить. Свет начал ярко сиять, было больно смотреть на него, но прикрыть глаза я не могла — руки не слушаются. Меня поглотил яркий свет.

***

— Джувия-тян, завтрак уже готов, — постучавшись, вошла в комнату моя воспитательница. Она скрестила руки на груди и строго произнесла. — Джувия-тян, книги от тебя никуда не денутся. Идём, и так мало ешь. Она взяла меня за руку и потащила в столовую. Я не успела среагировать и схватить хотя бы тетрадь с ручкой, поэтому, скрестив руки на груди, надула щёки и начала делать вид обиженного ребёнка. А, стоп, я же и есть обиженный ребёнок. Точно не знаю, но прошло, вроде, около двух недель с тех пор, как я вернулась к жизни. Но не в своём теле. И даже не в своём мире. Давайте я вам представлюсь — Джувия Локсар, пять лет отроду, сирота и просто милая омега. Назревает вопрос: какого чёрта?!