My angel

— Папочка, а кто такие истинные? — Чанель подошёл к Чимину, который укачивал малыша Сехуна. Они гуляли в парке вместе с Джихуном и Бэкхеном. Пока братья сидели вместе, дети бегали на детской площадке. Чанель немного выдохся, поэтому побежал на перерыв, чтобы выпить водички. На улице стоял жаркий август. Малявки готовились пойти в первый класс. — Истинные?! — удивился Чимин. Джихун отошёл пока за мороженым, а Бэкхен решил собрать для папочки букетик из цветов. — Да, папочка. А, точнее, как о них узнают? — Хм… — задумался он. Уже ясно, что он понятия не имел, как обьяснить это всё «сыну». Всё-таки Чимин — бета, откуда ему знать, что такое истинность и какие чувства проявляются при ней? — Солнце моё, — Чим усадил малыша на свои колени. Сехун мирно спал, и это радовало Чимина, ведь совсем недавно на малыша напали колики. — Я не знаю, как объяснить тебе это… Может, спросим у Джихуна? — Нет… я хочу, чтобы ты рассказал. Вот как ты понял, что папа — тот самый? — маленький Чон, точная копия отца, был настырным малым и если хотел что-то знать, мог из кожи вон вылезть, но добиться своего. — Как я понял?! Чанель, ты ведь понимаешь, что я не такой, как ты и папа или Сехун… Я не чувствую запахов и сам его не источаю, — вообще, Чимин за все шесть лет замужней жизни забыл, что принадлежит к полу бет, а не омег. — Папа, это я знаю. Поэтому у тебя и спрашиваю, как ты понял, что наш отец — твой истинный. Вот как вы познакомились? — Чимин хихикнул. Чанель правда был копией Чонгука и ничего от Тэхена не перенял, только если лисьи глазки и родинку на кончике маленького носика, но это ничего страшного. — Какой ты у меня умный, Чан~ни. Ну, значит, слушай, — бета усадил «сына», пьющего прохладную воду, на колени и зарылся носом в мягкие детские волосики. — Однажды я шёл устраиваться на работу в офис к нашему папе и нечаянно врезался в него. Мы посмотрели друг на друга, и я покраснел, всё-таки Чонгук всегда вгоняет меня в краску. А сердце забилось быстрее. Мне так захотелось прижаться к нему, почувствовать биение его сердца. Меня взяли в его компанию и мы стали видеться чаще, а я всё влюблялся и влюблялся, хоть и не общался с ним почти. А потом мой друг уволился, Чонгука перевели в мой отдел. Мы с ним подружились, а потом он меня пригласил на свидание… — врал и не краснел… Вот жук — Чон Чимин. — Да, Чан~ни, — сзади появился Чонгук, положивший руки на плечи мужа. — Я, когда увидел нашего папочку, почувствовал, как в голове что-то щёлкнуло. Да, у него не было запаха, но меня что-то влекло к нему, — альфа сел на лавочку к ним и пересадил сына на свои колени, посмотрев на спящего младшенького. — А зачем ты спрашивал? — Ну… мне кажется, что я нашёл своего истинного. Он такой милый, красивый и веселый. А ещё он мне нравится… — Чанель смущенно покраснел, пряча глазки и носик в футболке отца. — Ух ты, и как же его зовут? — Чонгук растрепал мягкие волосики и чмокнул мальчика в щёку, от чего Чан ещё сильнее покраснел. — Бэк~ки… наш Бэк~ки, — Чанель отвёл взгляд, смотря на милого омежку. Чимин улыбнулся и протянул Чан~ни пару купюр. — Солнышко, все омеги любят подарки. Вон там есть магазинчик, купи Бэкхену медвежонка, не бойся, — Чанель слез с коленей отца и пошёл к ларьку. — Эх… дети так быстро растут, — Чимин вздохнул и положил голову на плечо мужа. — Это точно, — альфа тепло улыбнулся, а после потянулся руками к коляске и взял из неё Сехуна, что уже смотрел на родителей своими большими глазками и хмурил брови. — Как же вы все быстро растёте, детки, — Чонгук усадил малыша на свои колени, повернув лицом к Чимину. — Доброе утро, Спящая красавица. Какая же ты у нас Соня, Сехун~ни, — Чимин достал из сумки, что висела на ручке, детскую бутылочку и подал её мужу, чтобы он прокормил маленького омегу. — Дядя Чимин! — к ним подбежал Бэкхен с тремя букетикам. Омежка подбежал к ним маленьким вихрем, остановившись ровно перед носом беты. — Солнце, а куда тебе так много букетиков? Это тебе мальчики подарили? — Гук хихикнул, пока его муж мило улыбался. — Нет, я их сам собрал. Для вас, — покраснев, мальчик протянул букетики Чимину и, когда Сехун закончил свою трапезу, младшему омеге. Малыш обрадовался, начиная хлопать в ладошки, и размахивать подарком. Травы и цветы ударяли Чонгука по лицу, что вызвало смех остальных. — Спасибо. А для кого третий? Для папочки? — дождавшись кивка, Чимин только открыл рот, чтобы кое-что ещё добавить, но Бэкхен убежал от них с громким криком: «Папочка». Чонгук со смешком вздохнул и крепче прижал к себе Сехуна. Чимин улыбнулся и положил голову на плечо мужа, играясь с маленькими пальчиками сынишки. Как же всё-таки Чонгук долго мечтал о такой семейной идиллии. Он на работе готовился к открытыми нового филиала, и вот сегодня у него выпал сокращённый день, который альфа полностью посвятил семье. — Сехун~ни, не хочешь немного прогуляться, нет? — малыш замотал головой. Он давно не видел отца, поэтому хотел просто с ним посидеть. — Ну нет, так нет… Джихун только хотел подойти к ним, как у него зазвонил телефон. Передав мороженое Бэкхен, омега взял трубку и пошёл обратно, откуда пришёл. — Папочка просил передать вам мороженое, а сам куда-то опять ушёл. Я пойду поиграю ещё, — отдав дяде вкусняшки, мальчик побежал обратно на площадке. Чимин только облизнул своё мороженое, которым ещё и делился с Сехуном, как они заметили Чанеля. Мальчик медленно подошёл к своему омеге и протянул ему медведя с букетом полевых цветов. Почти все были жёлтыми, словно солнышки, с которыми Чанель очень часто сравнивал Бэкхена. Чимин сидел молча, следя за детьми. — Доставай телефон и фотографируй на память, — шепнул он мужу. Сехун отобрал у отвлекшегося папы мороженое. Конечно, Чимин продолжал пальцами держать рожок, пока маленький омега облизывал лакомство. Чонгук достал телефон. Чанель и Бэкхен стояли оба красные, но счастливые. Маленький омега смущался, но после осмелел и поцеловал Чанеля в щеку. — Ой, как мило, Гук~ки… Я сейчас расплачусь от счастья, — Чимин улыбнулся, подняв голову, и встретился взглядами с мужем. Чон чуть наклонился, а после молча поцеловал любимого в пухлые губы. — Па! — выкрикнул вдруг Сехун, пытаясь докричаться до Чимина. Малыш нечаянно опрокинул на себя мороженое и сейчас был весь измазюкан. — Па! — повторил он. Чимин оторвался от мужа и посмотрел на сына. Сехун смотрел на папу хмуро, неприятно морщась. — Эх ты, Хун~ни, весь кайф обламываешь, — усмехнулся Чонгук, а Чим засмеялся, начиная переодевать малыша в запасную одежду. Надо пометить этот день в календаре, как самый счастливый!