Оттенок Заката

«Подозрительные события происходят в Намимори», – рассеянно подумала Миа Она сидела в своей комнате и смотрела в окно. Сегодня вечером в городе было тихо, но у нее было мрачное предчувствие, что то же самое произойдет снова. Как-то вечером блондинка прогуливалась по окрестностям, пораженная бессонницей, которая заставляла ее истощать разум и тело, чтобы получить заслуженный отдых. Это было что-то, что она развила после смерти матери и, что часто не давало ей спать, когда та действительно волновалась. На этот раз, после урока с Бьянки, Маттеис беспокоилась о межсемейных делах. После первого поколения Вонголы, семья улаживала свою вражду с кровью и смертью. Судя по тому, что рассказала ей Бьянки, семья уже не была такой жестокой, как раньше, после того, как Восьмой босс, Даниэла, захватила власть, хотя семья все еще имела жестокую репутацию. Если и есть что-то в этом деле, что давало надежду Вонголе, так это то, что им нужна женская голова. Ну, хорошая голова в общем-то, но все же, вперед, девчонки! Как Тсуна будет учитывать это, то есть, если он станет боссом, вот настоящий вопрос. Там есть о чем беспокоиться, и все это так сильно достало ее, что она вышла из своей квартиры на прогулку. Девушка уже почти сделала полный круг вокруг квартала, когда увидела безошибочно узнаваемую помпадурскую прическу члена Дисциплинарного комитета, лежащего в луже крови. Она немедленно вызвала скорую помощь, а затем отправилась посмотреть, жив ли еще парень. Он все еще дышал, вздохнула с облегчением юница, но у него была тяжёлая рана на голове. Зная основы оказания первой помощи, иностранка сделала все возможное, чтобы остановить кровотечение. Потом она заметила у него на груди какой-то странный предмет. Это оказались сломанные карманные часы. Девушка подняла их. Часовая стрелка остановилась на одиннадцати. Одиннадцать часов вечера. Итальянка нахмурилась, удивляясь, почему что-то подобное валяется здесь. Миа с извиняющимся видом положила его обратно на пострадавшего. В часах больше не было ничего важного. Не было никакого смысла брать его, учитывая, что часы низкого качества: на них были царапины и вмятины, а золото выцветало, показывая медь под ним, также они сломаны. Они ей все равно не был нужен, но полиция может подумать, что они полезны, поэтому Маттеис и положила их обратно. Через несколько минут приехала скорая. ГДК был с ними, наблюдая, как те привязывают члена комитета к носилкам. Миа не стала спрашивать, почему Хибари здесь. Если отбросить притворство, Хибари Кёя - хороший лидер, и он заботился о своих людях. – Маленький детёныш. – блондинка повернулась к нему. – Расскажи мне все, что ты знаешь. Юница скрестила руки на груди, чувствуя легкий озноб, и уставилась на лежащего без сознания мужчину. Итальянка рассказала ему все в общих чертах, почему вышла прогуляться, как нашла раненого парня и о странных часах. Закончив говорить, она потерла руки. Председатель это заметил. – Иди домой, завтра в школу, – приказал парень. Миа кивнула. – Ага. Тогда я оставлю тебя, – она обернулась только для того, чтобы снова развернуться обратно. – и Хибари, я была бы очень признательна, если бы ты не упоминал, что я была здесь… – девушка указала на место преступления. – Я пойду. – не зная, выполнит ли он ее просьбу или нет, она повернулась назад, когда услышала слова Хибари: – Не простудись, маленький детёныш. Маттеис усмехнулась про себя, чувствуя себя немного довольной тем, что ее повысили с "травоядного" до "маленького детёныша". Очевидно, Кёя догадался о ее проделках еще в то время, когда Тсуна лежал в больнице. Он никогда не упоминал об этом, но ей хотелось верить, что он был впечатлен. После этого нападения последовали одно за другим. Вероятно, после четвертой или пятой атаки Миа разыскала Дисциплинарного председателя. В школе было напряжённо, потому что нападали только на среднюю Намимори, все боялись, что будут следующими. «Как странно», – подумала она, проходя по коридору. Страшный шепот повис в воздухе, как густой туман. Иностранка уловила кое-что там и сям, например, как Мочида из-за полученных травм попал в реанимацию. Ей не нравились высокомерные придурки вроде него, но даже она не была настолько ужасна, чтобы желать чего-то такому человеку. Так почему же средняя Нами-чуу? Была одна идея, но юница отвергла ее из-за того, что ей не хватало доказательств. Оба ее родителя были археологами – они специализировались на теоретизировании того, что действительно произошло, используя найденные ими реликвии. Выяснить значение объекта, для чего он использовался, и найди связь между записанными событиями и людьми, на которых они повлияли. Вот чему учили ее Па и мама. Прямо сейчас она пыталась сделать именно это. Маттеис постучала в комнату комитета и открыла дверь. Хибари и Кусакабе замолчали, как только та вошла. – Маленький детёныш, убирайся отсюда. – Хибари был хороший, не так ли? Девушка знала, что он сейчас в плохом настроении, но чувствовала себя обязанной узнать правду. – В один миг. Мне нужно задать тебе несколько вопросов, – итальянка захлопнула за собой дверь. Она могла думать только о двух вещах, которые могли быть причиной того, что средняя школа Намимори была единственной школой, подвергшейся нападению. Во-первых, Хибари Кёя. Тут не нужно ничего объяснять. Во-вторых, это было связано с мафией. Вторая мысль пришла ей в голову после четвёртой атаки, когда та поняла, что нападают только на учеников Нами-чуу. Что было единственным в школе, что имело значение для любого внешнего влияния? Как насчёт принца мафии? Вонгола Дечимо? Этот вывод повлек за собой еще несколько вопросов. «Маленькими шажочками», – напомнила блондинка себе. Избегая злобного взгляда Хибари, школьница нервно откашлялась. Сбоку на неё смотрел Кусакабе. – Эм… у кого-нибудь из жертв случайно не было найдено часов? – спросила Маттеис. Кусакабе удивленно посмотрел на нее, но Кёю это ничуть не смутило. – Было. Миа прикусила губу. – Двигались ли часовые стрелки по часовой или против часовой стрелки? – Против часовой. Думай. Часы. Отсчёт. Время. Час. Время, как обратный отсчет? Почему же тогда не по часовой стрелке или, может быть, направление не имело значения? На что рассчитывать? Как это соотносится с Тсуной? Жертвы, подумай о жертвах. Что у них было общего? Ничего. Если бы они охотились за Хибари, то только Дисциплинарный комитет должен был стать мишенью, но это вышло из-под контроля, когда пострадал Мочида. Сила? Может быть, потому, что они были сильны? – Маленький детёныш, – прорычал Хибари. – Уйди. – Дай мне еще секунду, – девушка вытянула вперёд руку, ее глаза нахмурились в глубокой сосредоточенности, в то время как разум яростно работал. Сбитый с толку, председатель на мгновение остановился и уставился на нее. Сила. Обратный отсчет. Сильнейшие бойцы. Миа почувствовала, как у нее отвисла челюсть, когда она осознала происходящее. Это способ выманить Тсуну! Судя по ее урокам, у мафиозных семей всегда были боссы, которые считались самыми сильными в семье. Если бы они охотились за Тсуной, то не знали бы, с чего начать, потому что личность Вонголы Дечимо тщательно охранялась. Откуда она это знает? Маттеис уже спрашивала Реборна об этом раньше, почему так мало наёмных убийц. Но их система несовершенна. Здесь есть люди, которые сильнее Тсунаёши. Они могли бы прижать его к земле, если бы Тсуна не был в режиме Предсмертной воли. Если бы им удалось найти его, то они наверняка узнали бы, что тот Вонгола Дечимо. Пламя на его лбу было мертвой дешевой распродажей. Но как? Откуда ей было знать, когда и за кем они придут в следующий раз? Ей хотелось, чтобы был какой-то способ ранжировать всех бойцов в школе. Подождите. Вот и все! Рейтинг! – Фуута! – воскликнула итальянка, напугав обоих парней. – Большое спасибо за помощь, Хибари! – она уже собиралась уйти, но тот остановил ее, преградив путь стальной тонфой. Святое дерьмо. Миа запаниковала. Хибари не выпустит ее живой! – Куда это ты собралась, маленький детёныш? – вот оно. Маттеис уже чувствовала приближение своей смерти. Ей нужно быть осторожной, чтобы двигаться дальше. Отсюда. Пожевав нижнюю губу, юница медленно повернулась к председателю. Кое-что пришло ей в голову, что могло бы либо убить ее, либо заставить Хибари на некоторое время отвлечься, при условии, что Кёя все еще парень, а не какой-то хищный зверь, одетый в человеческую плоть. Здесь ничего не происходит. Школьница скрестила ноги и неловко переминалась с ноги на ногу. Посмотрев в серо-стальные глаза Хибари и собрав всю свою безумную храбрость, она попыталась создать впечатление, что действительно ведет себя как девчонка. – Мне нужно в туалет, – заявила девушка. Нервозность, которую она чувствовала все это время с тех пор, как вошла сюда, была ослаблена, как переполненная плотина. Блондинка знала, что ГДК знал, что это реально, и она хотела этого. Тот попался на эту удочку. Кусакабе прикрыл рот рукой, пытаясь скрыть свое веселье. На Хибари это не произвело никакого впечатления, но он спрятал свое оружие. Миа сокрушенно вздохнула, опустив плечи. Она крепче сжала скрещенные ноги и закрыла глаза. – Хибари, пожалуйста. – тихо взмолилась итальянка с едва заметной настойчивостью. Но нет, мольбы не действуют на Хибари Кёю. Он - альфа, он не опускается до такого маленького животного, как она. Парень действительно фыркнул на нее, почти разочарованно. Миа немного обиделась. Просто немного обиделась, но тем не менее обиделась. Она уйдет отсюда без единой царапины, вот увидишь. Маттеис застыла на месте, ее глаза расширились. Эти двое внезапно насторожились. – Маттеис-сан? – Кусакабе осторожно огляделся. Девушка глубоко вздохнула. – Кусакабе-сан… могу я попросить тебя о небольшой услуге? – она не смотрела ни на одного из них. Картина позора, злобно подумала иностранка. – О чем? Та сделала паузу. – В моей сумке в классе, во внутреннем кармане есть… – она не стала продолжать, казалось, почти боясь того, что скажет дальше. – Да? – настаивал заместитель. Они обменялись взглядами, которые Миа, несомненно, уловила. Юница усмехнулась про себя. Они могли бы подумать, что все, о чем она говорит, имеет какое-то отношение к этим происшествиям. – Моя прокладка. Воцарилось молчание, которое через мгновение нарушил Хибари. – Что? – его тон выдавало выражение лица. Он совершенно сбит с толку. Миа нетерпеливо вздохнула. – Мне нужна прокладка. Сейчас. – Значит ли это, что ты… – Тетсуя замолчал. – Возможно, истеку кровью прямо сейчас? О да, – огрызнулась она. ПМС. Идеальное оружие Бога для женщины, и, как любая девушка, она могла чувствовать дискомфорт, который парни испускали, когда подвергались воздействию чего-то столь простого, как месячные. Мужики. Хибари даже неловко отстранился от неё, словно она была какой-то болезнью. – Я знаю, что ты можешь убить меня, но я не собираюсь истекать кровью на твоем полу еще до того, как ты прикоснешься ко мне. Через несколько мгновений она уже выбегала из комнаты комитета, ухмыляясь так широко, что Тсуна смутился, когда та вернулась в класс. Ха! Это научит их держать ее там. Вперед, девичья сила!

***

После уроков Миа выскочила за дверь прежде, чем Савада успел ее окликнуть. Если отбросить оскорбленные чувства, она должна была убедиться, что с Фуутой все в порядке. Когда девушка спросила о нем раньше, Тсуна сказал ей, что той часто выходит из дома, и это было очень тревожно. В последний раз он видел этого малыша всего день назад. Она не винила его, потому что Реборн и еще куча других вещей отвлекали его, но ей просто хотелось, чтобы парень следил за ними. Если какая-нибудь мафиозная семья похитила Фууту… Итальянка проходила мимо парка, когда ей на глаза попался пучок светло-каштановых волос. Какие-то очень знакомые волосы, принадлежавшие одному ребенку, которого она искала. – Фуута! – окрикнула она. Фуута обернулся. – Миа-нэ! – воскликнул тот. Она тут же обняла его, удивив мальчика. – О, ты же знаешь, как опасно для тебя оставаться одному! – юница отругала его и отстранилась, оглядывая его в поисках каких-либо признаков травмы. – Тем более сейчас. Ученики Нами-чуу подвергаются нападениям слева на право. Его плечи поникли. – Я знаю, –  сказал ребёнок с несчастным видом. – моя рейтинговая книга! Она пропала, и я должен его найти! – что ж, это плохо. – Я также составил рейтинг самых сильных учеников в средней Намимори. – теперь это еще хуже. – Фуута, я думаю, можно с уверенностью сказать, что у плохих парней есть твоя книга, – девушка огляделась вокруг, чтобы посмотреть, не подслушивает ли их кто-нибудь. – а теперь давай вернемся назад. – итальянка встала и взяла его за руку, но тот отдернул ее. – Нет! Мы должны вернуть её обратно. – Фуута посмотрел на нее, его беспокойство заставило ее действительно слушать его, но рационально они не могут. – Фуута… – начала школьница, на его глазах тут же выступили слезы. Маттеис вздохнула. – Ладно, мы поищем твою книгу, но только до пяти, хорошо? Я не хочу быть здесь, когда стемнеет. Малыш вытер глаза рукавом и кивнул. – Спасибо. Они искали его повсюду, и вскоре солнце зашло. Миа то и дело поглядывала на небо, потом снова на Фууту. Мальчик был непреклонен в поисках своей книги, у неё не хватило духу сказать ему "нет". Если бы кто-нибудь взял эту книгу… последствия были бы такими же ужасными, как если бы вместо нее похитили Фууту. Должно быть, это дело рук мафии. Фуута вдруг указал ей за спину, но юница была слишком медлительна, чтобы среагировать. Боль вспыхнула у нее в затылке, и она упала, как мешок с кирпичами. Ее последней мыслью было: "определенно, это дело рук мафии".

***

–Миа-нэ? Миа-нэ? Пожалуйста, пожалуйста, будь в порядке! – отчаянный голос ребёнка разбудил ее из темной бездны. Первое, что та заметила, был запах гнилого дерева и плесени. Второй причиной была пульсирующая боль в затылке. Девушка застонала, открывая глаза. Было темно, но достаточно тускло, чтобы она могла видеть. – Фуута? – слабо позвала итальянка. – Миа-нэ! – он обнял ее за шею и с облегчением прижал к себе. – Я так рад, что ты в порядке. Ее голова пульсировала, но сумела она обняла его в ответ. – Ты в порядке? – тот кивнул. – Что случилось? – спросила блондинка. – Они похитили нас. – Кто такие "они"? – Это, должно быть, мы. Маттеис тут же заслонила собой Фууту, толкая его за спину. Это была слабая защита, но это было лучшее, что иностранка могла придумать в данный момент. Из-за головной боли ей было трудно сосредоточиться. На чем-то похожем на сцену стояло несколько человек. Даже при тусклом освещении и возможном сотрясении мозга Миа могла видела, что занавески были съедены молью, а дерево прогнило. Возможно, заброшенное здание? – Ха-а-а? Я думала, что нам нужен только ребёнок. Зачем ты привел эту уродину? – конечно, это сказала девушка. Должна же быть такая паршивка, верно? – Заткнись, бён! Ребёнок не переставал кричать, поэтому мы взяли ее с собой! – парень. Ученица Нами-чуу зажмурилась. Она разглядела несколько грязных светлых волос. – Ты мог бы просто вырубить его! – стервозная девчонка выстрелила в ответ. К нему присоединился третий спокойный голос: – Невозможно. Она слишком много знает. – по крайней мере, этот казался умнее остальных двоих. Он выглядел так, словно на нем были очки и шапочка. «О чем я только думаю? – спросила итальянка себя, моргая. – Держи голову прямо, Миа!» Но, черт возьми, это только усложняло дело. Как они вообще узнали, что она разгадала их грандиозный план, Маттеис не знает, и это страшно. Неужели они убьют ее за то, что она слишком много знает? Послышалось хихиканье. Судя по звукам, это был старик. – Хе-хе... – поправочка: извращенный старик, судя по звукам. – А? Эта супер-блондинка-уродка? – недоверчиво спросила Мисс Стерва. – Она выглядит, как тупая девчонка! Ты уверен, что думаешь здраво, Чикуса? Мие было все равно, кто такой этот чертов Чикуса, но она в бешенстве. Юница не возражала, чтобы ее называли уродиной, для неё внешность никогда не имела особого значения, но только потому, что она блондинкой, не означало, что она была стереотипно глупа! Черт бы побрал Америку за стереотипы о блондинках! Не раздумывая, та огрызнулась: – А ты уверена, что у тебя вообще есть голова? Иначе почему бы я здесь оказалась? Чтобы быть лишним в каком-нибудь драматическом фильме? Светловолосый мальчик расхохотался. – М.М. получила нагоняй, бён! – Заткнись, Кен! – девушка спрыгнула со сцены и направилась к ним. Миа с Фуутой попятились назад. – Я заставлю тебя съесть эти слова, блондиночка. –  М.М. вытащила что-то длинное, что иностранка не смогла определить. – Копье? Большой нож? Шампур? Несмотря на мрачные мысли, ей удалось что-то сказать в ответ. – Может быть, позже, но сейчас я вроде как не голодна, – Маттеис отчаянно думала о чем-нибудь, о чем угодно, лишь бы отвлечь своего будущего убийцу. М.М. подняла неопознанное оружие, и Миа приготовилась толкнуть или заслонить Фууту. Боль, которую она ожидала, не пришла, потому что новый, более леденящий душу смех пронзил темноту. – Куфуфуфу! М.М. отпусти её. – приказал новый голос, и та неохотно сделала то, что ей было велено, хотя паршивка очень громко жаловалась поэтому поводу. Миа даже не сделала вид, что слушает, ее глаза были прикованы к парню, который сидел на полусъеденном диване, частично скрытый тенями. Хотя она не могла видеть его лица, итальянка чувствовала, что он был самым опасным из них всех. – Я не ожидал, что кто-то так быстро это поймет, – сказал тот, его голос сковал ее позвоночник, как лед. – скажи мне, из какой ты семьи? По ее щеке скатилась капелька пота. Рядом с собой она чувствовала, как Фуута крепче сжимает ее юбку. Школьница успокаивающе обняла его и снова посмотрела на фигуру, сидящую на диване. Она предпочла промолчать. И это была ее ошибка. – Хм? Теперь молчишь? Жаль, было весело слушать тебя, – юница почувствовала, как ее сердце приостановилось от следующих слов, которые он произнес. – похоже, у нас проблема. – Блондиночка - это Вонгола? – М.М. ухмыльнулась. О черт. – Похоже на то, – ответил голос. Парень встал, и все остальные спрыгнули вниз, кроме него. Они приближались к ней, как охотники, Миа уже почти решилась бежать вместе с Фуутой, но она знала, что далеко им не уйти. Они продолжали пятиться, пока не наткнулись на что-то твердое и движущееся. Медленно обернувшись, Маттеис закричала. Два одинаковых обезображенных человека с длинными бритвенными лезвиями вместо рук смотрели на них сверху вниз через безглазые круглые отверстия. Что это такое? – Если вы не хотите пострадать, я предлагаю вам рассказать нам, кто такой Вонгола Дечимо, чтобы мы могли закончить эту маленькую игру. – очевидно, парень был лидером. Его голос звучал так уверенно, так уверенно, что он победил. Девушка его ненавидела. Он думает, что она вот так просто сдаст Тсуну? Что-то в ней вспыхнуло от возмущения, подавляя страх, который держал ее тело в тисках. – Миа-нэ… – она посмотрела на Фууту сверху вниз. Ребёнок смотрел на нее с ужасом, но в его глазах было то же самой взгляд, что и у нее. Он понимал, насколько важна личность Вонголы Дечимо, итальянка на мгновение опечалилась, что кто-то столь юный должен пройти через нечто подобное. Она кивнула и слегка улыбнулась ему. Оглянувшись на парня, Маттеис выпрямилась, высоко подняв подбородок. – Ну тогда, я думаю, тебе придется играть в эту игру немного дольше. – Куфуфуфу, наилучшие пожелания победителю.