Котенок.

      Корекийо шел по улице. Создавалось острое ощущение того, что этот район мог продолжаться вечно. Все эти многоэтажки в граффити, из окон которых доносились вечные крики да дым сигарет, от бетонных стен которых несло временем, болью и надеждой. Надеждой на то, что это здание выдержит год-другой. И пока дождь идет крупными каплями, превращая песчаную дорогу в море грязи и слякоти, Кийо все идет.       Очередной домишко, который он выкупил за пару монет. А что? Ему на пару дней, не привыкать же. За несколько лет, Антрополог побывал и в худших местах.       Он был погружен в свои мысли настолько, что не замечал, как мокрые длинные волосы путались, липли к лицу и одежде. Как маска начала слегка сползать от воды и как ботинки неприятно хлюпали. Нет, его это не волновало.Ведь дождь... В нем тоже было что-то прекрасное. Это навевало воспоминания. Академия... То постоянно унылое лицо, которое Кийо так отчаянно хотел поменять, однако из характера, никогда этого не говорил.       Да... Рёма засел в сердце Антрополога острым колом. Такую любовь он не испытывал давно. С тех самых пор, как погибла сестра. И даже ее голос где-то там, в голове, не мог залечить рану, оставленную таким же колом.       Парень был настолько задумчив сегодня, что лишь в последний момент заметил, как что-то маленькое выскочило ему под ноги. В последний момент Корекийо смог быстро "перестроиться" на другую половину пути и посмотреть, что же он чуть не пнул.       И, о боже, если бы не этот наивный тихий писк, Шингуджи так бы и не понял, что перед ним был котенок. Этот маленький комок было не узнать: шерсть, усы, глаза, все было в липкой грязи. Он был настолько грязный, что нельзя было даже понять, какого окраса бедняга.       Кийо что-то кольнуло в сердце - в последнее время он заметил за собой еще большую чувствительность. Парень быстро достал блокнот и, не обращая внимания на капли, что мочили страницу, он поставил на ней крестик. Да, он вел свои исследования в любом месте, в любое время. Его совсем не волновало окружение в такие моменты. Но затем...Взгляд вновь устремился на беднягу, что подполз чуть ближе и стал тереться об нос ботинка Кийо, оставляя на нем полосу из грязи.       И Антрополог засмеялся - что-то толкнуло парня взять малыша на руки, пачкая бинты и костюм.       - Да ты, дружок, попал в беду, - хитро подметил он. А после, вздохнул. - Кажется, мне ничего не остается.       И Шингуджи, прижимая маленького зверька к себе, пошел в свою скромную квартирку. По дороге малыша пришлось уложить в фуражку, ибо он вырывался, выскальзывал, даже бинты не спасали. Однако котенок понимал, что ему пытаются помочь. Просто, кажется, он никогда не получал этой помощи в таких количествах.       Зайдя в квартиру, Кийо оставил маленького сорванца на полу, а сам поспешил переодеться в что-то более удобное, да не мокрое. Даже маску сменил (сколько их у Шингуджи??). А после, взял этот комочек, что можно было лишь назвать котенком, и понес в ванную.       Долгие полчаса мытья и сушки, и Кийо поднял перед собой... Рыжего, полностью рыжего котейку с большими серыми глазами.       И Шингуджи нервно выдохнул. Это что, знак? Эта унылая мордочка так напомнила Кийо Рёму... Да, парень верил в мистику. И, возможно, это было что-то из ее рода.       Воспоминания вновь ударили по сердцу: все Абсолютные на свободе, но Хоши практически вырвали из рук Кийо. Парни даже не успели попрощаться. И опять камера смертников... Корекийо даже не был уверен, не повесили ли случаем его любимого. Ведь сколько бы раз Шингуджи не проверял свои почтовые ящики, никакой бумажки там не было. Да и парень потерял надежду - постоянные путешествия делали получение этой вещи той еще редкостью. Так что, легче было просто оставить это дело. Легче было бы просто забыть о Рёме, жить дальше... Но нет Кийо не мог. Не мог выкинуть из головы тот образ, как бы не старался. И он смеялся с этого, это казалось и забавным и грустным.       Парень пустил малыша погулять по дому. Да, он решил оставить котенка у себя. И пусть Кийо был далек от ухода за животными, он постарается присмотреть за этим сорванцом, раз прошлого котика упустил.       Подстилка в виде полюбившейся Рёме (а именно так решил Шингуджи назвать котенка) фуражки Кийо, миска молока и, на всякий случай, корма, купленного неподалеку. Однако рыжик ни к чему не притронулся. И Корекийо не знал, что он делает не так.       Раз за разом, он узнавал что-то новое о своем друге. В блокноте появлялось все больше записей, до самых мелочей - вплоть до любимого вкуса корма, который Кийо все же нашел, спустя пару дней покупки разных пакетиков.       И пока Антрополог разделял вечера со своим пушистым другом. близился конец его путешествия в этом городе. Но нельзя было оставлять котенка просто так. И было договорено, что теперь путешествия будут проводиться втроем ( Кийо, тульпа его сестры и котенок - что может быть лучше?). Уже неплохо. Собиралась своеобразная странная команда.       Вот, последний взгляд на эту темную, сырую квартирку. Кийо не будет по ней скучать. Это лишь очередное временное жилье, привязаться к которому было крайне трудно. Шингуджи захлопнул дверь и взглянул на небольшую сумку в руке - там тихонько спал Рёма. Корекийо дал себе задачу - стоит позже купить переноску, иначе с этим бедолагой никуда не уедешь. Но ладно, с этим можно и подождать. Этого рыжего малыша еще долго придется ставить на лапы.       Корекийо медленно спускается по лестнице, вновь погруженный в свои мысли. И вновь парня затягивает далеко в воспоминания. Почему он вдруг стал об этом думать? Ему что, передалось это от настоящего Хоши? Весь этот унылый настрой, желание помереть, нелюбовь к собственному прошлому...       Вдруг, Кийо зацепил голос сестры, эмоциональный отклик. И он, повинуясь ее просьбам, подошел к своему почтовому ящику. Медленно открыл его... И отошел на шаг, удивленно выдохнув и шире открыв глаза. В ящике лежало письмо, на котором четко было написано: Из тюремной камеры такого-то номера, такой-то страны. Из камеры смертников...