I'll kiss your open sores.

***

В один чудесный, вдохновляющий, ни с чем не сравнимый день на запястье моей правой руки появилось с десяток порезов. Не глубоких, больше похожих на порезы от когтей котов, и лишь их огромное количество и расположение выдавало, что мой соулмейт явно не с котиком игрался. А жаль. По началу, заметив их за чисткой зубов в зеркале, меня даже передернуло. Когда с каждым днем их количество и глубина росли в геометрической прогрессии, становилось не по себе. Голова по поводу моего соулмейта была забита самыми разными мыслями начиная от мазохизма и заканчивая попытками самоубийства. К сожалению, думать о его здоровье было некогда, хотя порой, заметив новые порезы, хотелось то ли в обморок падать, то ли жалеть бедного, убитого тяжкой судьбой соулмейта. В школе я долго пытался высмотреть моего "самоубийцу-мазохиста", но безуспешно, практически все ходили либо с коротким рукавом, и порезов не было видно, либо с длинным, и порезов не было видно. Вообщем, выследить моего соулмейта оказалось не так просто, как хотелось бы. Помимо моих проблем с попытками прикрыть порезы одеждой, мне даже пришлось покупать специальные рукава, ибо порезы с запястья перемещались выше по руке, ближе к лету учителя стали долбить нас чертовым ЕГЭ, что только усугубило мой сон. Спать теперь было нереально. А теперь займемся простой математикой: проблемы со сном + проблемы с соулмейтом + приближающиеся ЕГЭ + творческий кризис на всей этой нервной почве = истерика + депрессия. Да, в один чудесный, вдохновляющий, ни с чем не сравнимый день и я сорвался, взяв лезвие в руки, сделал надрез на руке. Просто в тот самый чудесный, вдохновляющий, ни с чем не сравнимый день меня довели учителя со школьными хулиганами, которые поймали меня прямо у ворот школы, грозясь изнасиловать. Кое-как отбившись канцелярским ножом и отверткой, ну, не повезло парням, с художником связались, бывает, захлебываясь слезами, я вбежал в квартиру, взял канцелярский нож и зашел в ванную. Стоя напротив зеркала, я долго думал, стоит или нет. С одной стороны, некоторым это помогает слегка расслабиться и забыть проблемы, хотя я совсем не понимаю каким образом. А с другой, пугать соулмейта в ответ не хотелось, может подумать что-то не то. Но все же, утерев сопли, я аккуратно провел лезвием по руке, невесомо, почти не касаясь. По руке прошлась волна боли, и хоть она была слабой, приятных ощущений оказалось мало. Заметив кровь, я в ужасе уронил нож на кафель. Кое-как найдя в аптечке бинт, пропитав его слезами, я замотал в него руку. Не знаю, что конкретно повлияло на такую реакцию, возможно, я просто не почувствовал насколько острым был нож и что глубина была, хоть и небольшая. Знаю только, что больше ни в жизнь к ножу с такими целями я не притронулся. Конечно, мое состояние не осталось незамеченным в школе. -У тебя вообще всё нормально? Ты какой-то замученный,-внимательно поглядев на меня, заметил Дрим. Это потому что я замучился. И, конечно, я отнекивался, ибо кому нужны мои проблемы, когда у самих столько же? И все бы ничего, если бы не... Однажды, конечно, в чудесный, вдохновляющий, ни с чем не сравнимый, сука, день я проснулся от невероятной жгучей боли в районе щек. От такой боли на глазах выступили слезы. В попытках понять, что не так, я дотронулся. Под пальцами защипало что-то мокрое. -К-кровь...-с ужасом прошептал я. Кое-как скинув с себя одеяло, я подбежал к зеркалу, в панике роняя по пути все. Мои щеки были изуродованы, будто кто-то вертикально провел по ним лезвием, да так, что полосы остались не тонкие и аккуратные, а широкие и с оборванными краями кожи. Такого крика мои соседи, наверняка, не слышали никогда. Отыскав на ощупь телефон, я набрал номер скорой, стараясь не реветь, ибо от слез только сильнее щипало рану.-Алло, скорая?...

***

После операции в палату пришел доктор. Он долго говорил про мое более-менее хорошее состояние, не считая недосыпа, депрессии и изуродованного лица, а так же упомянул про какого-то парня, который вчера попал к ним с такими же ранами, как у меня. Доктор долго пытался меня уговорить с ним встретиться, намекая, будто он мой соулмейт. Но на мой вопрос, что конкретно случилось с тем парнем, доктор так и не дал ответа, снова пытаясь меня с ним познакомить. А я лишь лежал на кровати овощем, не желая ни с кем разговаривать. Зачем мне нужен соулмейт, который не думает обо мне? Он резал себе руки не думая о том, что я беспокоюсь о нем, что эти порезы остаются и на мне, что мне тоже не легко жить, что он, в конце концов, изуродовал меня! Мазохист-самоубийца-лицемер мне ни к чему! И без него обойдусь! Живут же люди без соулмейтов, и вполне счастливо, вот и я таким же буду! Жить после этого случая стало в пару десятков раз сложнее. Каждый считал своим долгом пожалеть меня или спросить: "Зачем ты шарф так сильно на лицо натягиваешь?". Вам, блять, какое дело?! Моя жизнь - хочу ношу! А если все-таки узнавали, бросались жалеть. Иногда даже подбадривали, мол, соулмейта будет проще узнать, даже не догадываясь, что именно он меня таким сделал. Что этот соулмейт, уготовленный мне судьбой, так сильно ненавидит меня. Ненависть ко всему живому постепенно начинала накапливаться и во мне, я стал огрызаться даже на друзей, которые ни в чем не виноваты. Хоть я и сдал экзамены с одной тройкой по чертовой геометрии, которую ненавидел всю сознательную жизнь, поступить на художественный не удалось. Все университеты и колледжи оказались переполнены, и меня послали из этого города, как художника, либо нахер, либо ждать следующий учебный год. Уезжать отсюда мне некуда, да и не за что, так что я принял решение подождать. Заодно высплюсь, а там может и творческий кризис уйдет.

***

В один чудесный, вдохновляющий, ни с чем не сравнимый июньский день я решил пойти на пленэр* в парк. Город залило солнцем, люди ходили довольные, школьники тем более, и от всей этой атмосферы становилось чуть легче, понимая, что хоть кому-то повезло с судьбой. Раны на щеках хоть и заросли, но оставили шрамы, от чего лучше выглядеть я не стал, и все так же натягивал шарф на нос. Зато мой мазохист-самоубийца-лицемер все никак не унимался и каждый день делал новые порезы на руках. Честное слово, я уже думал, что либо он скоро помрет, либо переключится на оставшиеся конечности. Впрочем, он начал это потихоньку делать. Видимо, ему было маловато, не знаю, экстрима, поэтому он начал делать порезы и на животе, ближе к паху, идиот. Мои мысли прервал парень, который шел прямо на меня. Хоть я и пытался увернуться, он задел меня плечом, что я чуть не выронил планшет*. -Смотри, куда идешь, слепондя.-прошипел мне парень. Не, это уже наглость! -Молодой человек,-схватив его за плечо, я развернул его на себя,-а вы извиниться...-на лице парня красовались татуировки в виде трех синих полос на каждой из щек. Под синими чернилами красовались швы.-Ты?! Судьба, ну какая же ты всё-таки беспринципная шлюха. -Что я?!-гневно бросил в ответ... -Мой соулмейт.-произнес я, потихоньку стянув шарф. Конечно, можно было просто проигнорировать его, либо не говорить о шрамах, но раз я его встретил, почему не выяснить почему он такой лицемер? Лицо парня надо было видеть, когда он рассмотрел мое лицо.-З-за что?!-волна злости, накатившая меня сперва, моментально перетекла в отчаянье и слезы. Реветь перед мазохистом-самоубийцей-лицемером не хотелось, но контролировать свои эмоции я никогда не умел.-За что ты так со мной?! -Можно подумать, я всегда мечтал стать уродом.-не смотря на мою бурю негативных эмоций, он, на удивление, оставался относительно спокойным, хотя слова все также произносил зло и сквозь зубы. -Ты, чертов мазохист-самоубийца-лицемер, хотя бы раз подумал обо мне?! О том, что я чувствую?! -А ты прям всю жизнь обо мне думал!-заявил мне он в ответ. -Как только появились порезы, не было ни дня, чтобы я не думал о тебе! Сначала беспокоился, потом стал ненавидеть, а сейчас, когда встретил тебя, даже не знаю, плакать мне, злиться или биться в истерике. -Почему тогда в больнице не поговорил со мной? Может, если бы ты меня выслушал, понял бы, почему все так?-я все время думал, что ты просто чокнутый мазохист, но давай, попробуй сломать мои выводы. -Ну расскажи, раз ты такой святой, а дьявол во плоти.-я недовольно сложил руки на груди. -Не здесь.-осмотревшись, мы заметили слишком много любопытного народа, поэтому, схватив меня за руку, он повел меня в противоположную сторону от парка.

***

Впихнув мне в руки чашку с чаем, Эррор сел напротив, молча попивая кофе. Затащил к себе в квартиру для разговора, а сам сидит молчит. И вообще, почему мы к нему домой, когда могли просто пойти в ближайшую подворотню? На улице день, вряд ли там были хоть какие-то хулиганы. Черт, в этой тишине я чувствую себя неуютно, да еще и в компании соулмейта. У меня к нему довольно много вопросов, но вряд ли я смогу получить внятные ответы на них. К тому же, он не выглядит как задрыпаный наркоман-мазохист, коим я себе его представлял, даже наоборот, довольно опрятный, симпатичный парень, хотя слегка заебавшийся, соглашусь. С другой стороны, внешность обманчива, так что не стоит судить лишь по одному виду, Инк. -Так, о чем ты хотел поговорить?-прервав тишину, спросил я в нетерпении. -Тебе как: подлиннее или покороче?-глупо улыбаясь, ответил Эррор. Что за двусмысленные вопросы?! -Как можно подробнее.-извертелся я. -Ну, в школе меня гнобили из-за не самого лучшего финансового состояния, родители, не в силах помочь, просто старались это игнорировать, в итоге я нашел способ успокоения в лезвии. Сначала было, конечно, неприятно, но со временем стало доставлять кайф.-да уж, мой соулмейт действительно мазохист,-И как-то раз, в одной подворотне, меня подстерегли хулиганы. Это сейчас я за пару месяцев подкачался, чтобы не повторить своих ошибок, а тогда я был совсем хлипкий. Естественно, они оказались сильными и... Просто прижали меня к стенке, сделав пару надрезов на щеках, оставили меня прямо там, возле одного из мусорников.-Эррор говорил о всех этих ужасах с удивительным спокойствием. Приключись со мной такое, я бы слез не сдерживал!-Хотелось как следует разрыдаться, но болезненные ощущения после слез не давали расслабляться, поэтому я сразу добежал до квартиры и вызвал скорую. В больнице мне сказали про тебя, я просился поговорить с тобой, думая, что ты захочешь узнать, откуда на нас эти шрамы, но ты отказался. -Прости...-прошептал я. Совесть за мои поспешные выводы грызла меня, словно бобер древесину. Почему я так легко поддаюсь эмоциям? Нет бы, как нормальный человек, поговорить с соулмейтом, так нет, мне надо было мучиться эти месяцы и дуться на него ни за что. Я уставился на скатерть стола, не в силах посмотреть на Эррора. Я и правда оказался такой сволочью, какой раньше считал его, вот умора. -Ладно уж, тебе не за что извиняться.-поднявшись с места, он подошел ко мне и потрепал по голове,-Еще чаю?-он вытянул пустую кружку прямо у меня из под носа. -И все же, я вел себя с тобой как последняя тварь, может, я могу что-то сделать, в качестве извинений?-я же пока не извинюсь по-человечески, меня совесть замучает. -Переезжай ко мне. Чего тянуть-то?-вот так сразу? Так просто? Просто переезжай и все? -Ну, ладно, если это то, что ты действительно хочешь...-как-то неуверенно произнес я. Все происходит слишком спонтанно и быстро, даже для соулмейтов. Не так я себе это представлял. С другой стороны, и правда, чего тянуть? Мы же, вроде, не чужие люди, по крайней мере, так судьба-шлюха распорядилась, а против нее трудно идти. -Прекрасно. Чтобы сегодня же вечером твои вещи были у меня,-без сомнений заявил Эррор,-возражения не принимаются.

***

Прошло уже месяца три с того момента, когда я встретил Оши впервые. Теперь, как порядочные соулмейты, мы сошлись, по-тихоньку начали привыкать к друг другу. Эррор приручал меня к себе, словно котенка к туалету. Да, сравнение не самое удачное, зато смысл ясен. Ну, как приручал, скорее добровольно-насильственным путем клал по ночам под бок и засыпал. А я, не в силах вырваться, засыпал следом. Долго спорить по поводу, кто из нас жена не пришлось, ибо все домашние дела упали на меня, как и должность пассива, хотя секса за три месяца проживания вместе у нас так и не было. Не знаю зачем, но резину я тянул не слабо. Ну страшно мне, что мне теперь с собой поделать! Хотя и Эррор не то чтобы сильно напирал с этим, так что, в принципе, все шло относительно хорошо, грех жаловаться. Шрамы на моем лице он не затрагивал, но порезы появлялись вновь и вновь. Я пытался с ним поговорить по этому поводу, но он отнекивался, стараясь избегать этого разговора. Но сегодня я не дам ему так просто отвертеться! Ближе к вечеру, когда Эррор приходил с подработки, я приготовил ужин. Именно за ним я и поговорю с ним. Ну, как за ним... Под угрозой голодной смерти. Спрятав приготовленную еду в холодильник и сделав вид, будто я вообще ничего не готовил, я сел за стол, уткнувшись в мобильник. Эх, друзья не пишут, все занятые такие со своими соулмейтами, хоть бы кто буковку отправил! Впрочем, им не до меня, все в университетах, да в колледжах, один я свободный от учебы, что довольно печально. Мои раздумья прервал звук захлопнувшейся двери. Усердно делая вид, что я занят в телефоне, я старался игнорировать возню в коридоре. Черт, наверняка, голодный, а тут я... Нет! Это важно! У нас все, вроде как, хорошо, а он все вены режет! -У нас что, голодный год?-зайдя на кухню, спросил Эррор. -Да нет...-непринужденно ответил я, заблокировав телефон. -Тогда где еда?-все не унимался он. -Ответишь на пару моих вопросов, возможно, получишь еду.-но и я не отступал. -Нихуя вы дама шальная...-пробубнил Оши,-И на какие это вопросы я должен ответить? -Да всего-то на один,-хоть со стороны я и был спокоен, в груди сжималось сердце от мысли, что он может молча уйти в ванную и сделать еще пару десятков порезов. Я глубоко вздохнул,-Оши, почему ты продолжаешь делать новые порезы? У нас же все хорошо, нет?-он лишь недовольно закатил глаза. А поднявшись со стула, направился в сторону ванны. -Погоди!-вскрикнул я, юркнув следом и закрыв дверь ванной прежде, чем он туда вошел,-Скажи, что плохо, я постараюсь исправить, честно! -Нормально все!-заверил он. -Тогда в чем дело? Не может человек говорить, что у него все нормально при этом резать вены!-смотря на раздумья Эррора, я с замираньем сердца ждал ответа. Вдруг у него проблемы с универом или к нему снова начали приставать хулиганы, делая эти порезы, да могло случится все, что угодно! Почему он не понимает, что я просто беспокоюсь, стараясь все исправить? -Знаешь, Инки,-от бархатистого голоса по спине прошлись мурашки. Расставив руки по обе стороны моей головы, прижав тем самым к двери ванной, Эррор наклонился ко мне, дыша прямо в шею,-я уже третий месяц на пределе, а все из-за тебя. Трудно сдерживаться, когда рядышком такая милашка, как ты, обитает, да еще и отказывает постоянно. Единственное, что помогает хоть немного забыть о стояке, так это физическая боль, сам понимаешь. А ты, как назло, без стеснений переодеваешься при мне и наклоняешься, во всю демонстрируя свою задницу. Да ты ж мой грязный извращенец. -Почему сразу не сказал или просто не подрочил в туалете?-и вообще, странный у тебя способ избавления от стояка, знаешь ли. -Ты бы сразу отказал, а рука так просто тебя уже не заменит.-я уже хотел ответить, но, во-первых, так и не придумал чем, а во-вторых, не успел бы, ибо, подхватив под задницу, Оши уволок меня в сторону кухни. Усадив на стол, без остановки начал выцеловывать все шрамы: на щеках, на руках и на животе - все раны, что сам волей-неволей поставил. И эти поцелуи были такими хаотичными и быстрыми, но в то же время такими нежными, будто просящими прощение за них. И каждый из них был таким обжигающе приятным, что по всему телу пробежались мурашки. Легким движением руки Оши снял с меня так мешающую сейчас майку, начиная выцеловывать и грудь. А руки тем временем лапали мою задницу, слегка оттягивая резинку домашних шорт и трусов, а после забираясь в них, что заставляло инстинктивно ежиться. Из моих уст невольно вырывались стоны, сдерживаться было просто нереально. Наконец выцеловав чуть ли не каждую клеточку со шрамами, он добрался и до губ. Чувствую, что завтра я не только не встану из-за больной задницы, но и не смогу нормально говорить от распухших губ. А еще на мне останутся синяки от пальцев на бедрах. Вообщем, перспективка на завтра просто шикарна. Заметив, что Оши стал и сам раздеваться во мне проснулось чувство комфорта. -Может, лучше в спальню?...-неуверенно прошептал я, следя за улетевшей куда-то в угол майкой. -Но я такой голодный...-"жалобно" прошептал в ответ он, нагло ухмыляясь. Все так же нагло ухмыляясь, он, словно издеваясь надо мной, медленно стал стягивать с меня шорты вместе с трусами. Не смотря на то, что я сидел на столе, Оши все равно был выше, что давало мне возможность уткнуться ему в плечо, задыхаясь от ощущений. Руки у Оши теплые, мягкие, но такие наглые, что позволяли себе лапать меня, как последнюю шлюху. И как только шорты упали на паркет, они тут же начали издеваться надо мной, искусно надрачивая, в то время, как мои, просто не зная куда податься, мяли сильные плечи. Не зная куда деться от стольких ощущений, я притянул к себе Оши, целуя его. Было настолько хорошо, насколько стыдно, от чего даже ноги сдвигались, несмотря на все усилия Оши их раздвинуть. Закончив одни мои мучения, он готовился ко вторым. Стянув с себя штаны, он не торопился снимать и трусы, хотя сквозь них уже виднелся не самый маленький член. И вот это вот будет у меня в заднице, хе-хе... Как бы смягчить свою участь? Ну, смазка, презики или... Я сглотнул. Что же, видимо, прежде чем лишиться девственности, мне надо пересчитать все зубы. Что же, минус горло. Аккуратно скользнув со стола, я встал на колени. Оши, явно не готовый к такому повороту событий, ошарашено взглянул на меня. Но, схватив за волосы на затылке, поднял обратно, бережно целуя, прошептал прямо в губы: "Не сегодня" и снова усадил на стол. Плюс горло, минус девственность. -Я буду нежен...-ага, с трехмесячным застоем, конечно. Я раздвинул ноги, а Оши удобнее пристроился между ними. Упершись руками о край стола, я закусил губу, готовясь к худшему. К самой заднице уже прислонилось "что-то" холодное и слегка влажное. -Ай-ай-ай... Больно!-почувствовав проникновение, болезненно прошептал я, сильнее сжимая край стола. Дыхание тут же участилось, а температура тела повысилась. -Чшш...-прошептал Оши, приобняв одной рукой за талию и поцеловав в лоб,-потерпи.-вторая рука легла на мою, сплетаясь пальцами. Что было дальше я помню смутно: толчки, боль, толчки, оргазм. Все. Даже не помню как я попал в кровать, ибо, по словам Оши, я практически моментально вырубился. Но сейчас, сидя на больной заднице в его объятьях перед телевизором, я вполне счастлив. Конечно, это не совсем то счастье, которое я себе представлял, когда мне в детстве рассказывали про человека, уготовленного мне судьбой, но меня все устраивает. То, что секс получился из-за меня - паникера - можно в счет не брать. -Тебе со мной повезло...-иронично прошептал я. Да, супруг в будущем из меня просто прекрасный. Можно сравнить с любой истеричной бабой из любого сериала. -И тебе со мной, конечно, тоже.-ответил Оши с усмешкой,-Но тебе, честно говоря, больше.