Power of Three

***

      Потеря близкого всегда меняет жизнь человека необратимо — внутри образуется пустота, которая каждый день напоминает о себе тянущим чувством на сердце, раз за разом возвращая сознание в тот день, когда мир перестал быть прежним.       Пайпер окончательно замкнулась в себе, вздрагивая от едва заметного шороха даже, а Фиби продолжала держать мужественно скупую улыбку на губах и напоминать самой себе, что нужно продолжать жить, чувствуя себя в этот миг не самой младшей сестренкой, а повзрослевшей на несколько десятков лет и умудрённой опытом женщиной.       Единственная слабость, которую она себя позволяла, — усталый и совсем измученный вздох наедине с Коулом, который обязательно обнимал её в этот миг покрепче, оставляя мягкий поцелуй на щеке в качестве поддержки и шепча яро клятву, что никогда не допустит более подобного. Вот только такое рвение её оберегать пугало ещё сильнее. Потерять и его Фиби попросту не могла, а в этой войне с Хозяином такой исход был почти что предрешён.       — Знаешь, я и правда думала, что получится, и сила трёх вернётся, — в глазах Пайпер не осталось совсем уже слёз — все они, казалось, были выплаканы за эти изнурительные дни, со счёта которых она сбилась окончательно.       Книга таинств оказалась изучена ею вдоль и поперёк, а кожа на подушечках пальцев окончательно потемнела от десятков видов трав, измельчённых в надежде приготовить чудодейственное зелье. Вот только от смерти спасения даже магия ещё не придумала. Отмотать бы вновь время назад и постараться хоть исправить что-то. Но, увы, такого подарка им не дадут более, иначе погибнут все вместе.       Выбор оказался чудовищно прост: либо одна, либо все. Прю вновь поступила, как подобает старшей сестре — взяла весь удар на себя, ни секунды не колеблясь и ни о чём не жалея.       — Я думала, что миру нужны Зачарованные. Наверно, это глупо — полагать, что мы особенные и застрахованы от смерти, — Пайпер отложила от себя наконец гримуар и взглянула на младшую сестру, не зная даже, что и сказать больше в такой миг.       Фиби замкнулась в себе, не смогла даже толком оплакать Прю. Предпочла держать всю боль глубоко внутри себя, частенько выпивая пару таблеток снотворного. Но как бы она не старалась показаться сильной и взрослой, потеря — есть потеря, вот только разница в том, что переживали они её по-разному. Абсолютно. Итог тоже оказался разный: у Пайпер образовались круги от недосыпа под глазами и нервная дрожь в руках, а вот Фиби ощущала, как медленно угасает в ней сила: видения стали ещё более редкими и такими расплывчатыми, что за суть не ухватиться совсем.       — Знаешь, мне каждую ночь снятся яблоки, — прошептала она вдруг, встречаясь с сестрой удивлёнными взглядами, — Во всяком случае, только их и я помню. Этот красивый багряный цвет и сладковатый привкус…       — Ред Делишес? — перебила её вдруг Пайпер, поддавшись инстинктивно чуть ближе, — Мне тоже это снится. Но… я думала, что это всё из-за нашего семейного яблочного пирога, который мы обычно втроём съедали перед Рождеством. Воспоминаний наших общих так много вертится в мыслях последние дни.       — Быть может, это знак? — взволнованно пробормотала она всё же, потянувшись впервые за долгое время к небольшому кристаллу на тонкой металлической цепочке, разворачивая попутно карту штатов и делая глубокий вдох.       Проведя несколько раз кристаллом над измятой бумагой, Фиби лишь разочарованно вздохнула, резко зажмуриваясь секундой после. В носу снова неприятно защипало, а в глазах блеснули непролитые до сих пор слёзы горя, подкреплённые потускневшей вновь надеждой. Она ведь и впрямь на секунду поверила, что знак в этом есть; что ответ на их просьбы о возвращении силы трёх уже близок.       — Всё хорошо, — произнесла мягко Пайпер, с осторожностью касаясь каштановой пряди волос сестры, заправляя её ей за ушко и проводя невесомо по макушке, прежде чем дотронуться до её руки — Фиби могла бы в таком положении просидеть и долгие часы, лелея тлеющую надежду на то, что кристалл укажет им путь, — Нам просто нужно время.       Фиби согласно кивнула, собираясь уже спрятать кристалл, но он вдруг словно ожил, потянув их руки настойчиво, с куда большей силой, чем обычно, в сторону Бостона, вынуждая их обменяться недоуменными взглядами. Ладони даже стало покалывать от лёгкого выброса магии, сплетенной сейчас в единую нить.       — Он сработал только тогда, когда мы взялись вдвоём за него. Будто бы он нашёл недостающую часть нас.       — В Бостоне? — с сомнением переспросила Пайпер, наконец прерывая тактильный контакт — кристалл тут же перешёл в режим бездействия, повиснув обычной безделушкой на тонкой цепочке, раскачиваясь вперёд-назад, будто бы произошедшего и не было вовсе, — Нам нужно поспать.       — Пайпер, признай, что это неспроста, — запротестовала осторожно Фиби, — Магия…       — Магия не дала нам вернуть Прю, а теперь отправляет в другой штат, — перебила её в резковатом тоне сестра, — И знаешь, что я хочу сказать? Нет больше никаких зачарованных. Нет больше силы трёх, а значит на зовы магии и тем более Старейшин мы отвечать не обязаны. Осталось только с этим смириться.

***

      Тот факт, что у них есть ещё одна сестра, причём самая старшая, уж точно был не тем ответом от судьбы, что они ожидали, моля вернуть силу трёх. Они просили вернуть им сестру, просили вернуть единство, а в итоге получили лишь угасающую в них силу зачарованных, которая с каждым днём становилась всё призрачнее и призрачнее вдали от третьей. И советы старейшин поскорее с ней воссоединиться уже походили даже не на приказ, а на отчаянную мольбу.       — Почему мама скрыла это от нас? — губы Пайпер сжимала в тонкую и напряжённую линию то и дело, признавая наконец, что им нужно побывать в Бостоне и отыскать виновницу их пропадающей магии.       Если демоны прознают об их слабости, то нападать станут всем скопом тут же. И кто знает, сколько ещё будет действовать на Шекса заклинание, способное его прогнать хоть на какое-то время. Возможно, вскоре его и эта магия не сможет остановить от миссии, возложенной на него самим Хозяином.       — Думаю, на это были свои причины, — Фиби лишь пожала в ответ плечами, взволновано поглядывая на наручные часы — Коул должен был появиться ещё пять минут назад, чтобы перенести их к тому месту, на которое указывал всё неустанно кристалл. — Интересно, на кого она похожа.       Сколько бы они не призывали дух их матери, она так и не ответила. Лишь Грэмс им сказала чуть позже, что она сейчас с Прю, которой предстоит ещё только привыкнуть к загробной жизни и обрести настоящий покой.       — Меня больше интересует, каким образом мы будем ей объяснять, что она наша сестра. И ведьма ещё, по совместительству. Я бы лично не хотела втягивать ещё одного человека во всё это.       — Это её долг, как зачарованной, — неуверенно произнесла Фиби, тут же стушевавшись перед тяжёлым взглядом старшей сестры.       Она сама стала уже испытывать неуверенность по поводу их предназначения. Какой в нём смысл вообще, если по итогу одни лишь утраты и боль?       — Она, наверняка, живёт обычной жизнью и чувствует себя свободно, — в голосе Пайпер проскользнула даже лёгкая зависть в этот миг, желание вновь ощутить себя той самой ответственной и совершенно нормальной женщиной, думающей о повышении и покупке нового столика в гостиную, — Она может не хранить тайны о своём происхождении и природе срочных дел от всех коллег и друзей.       Фиби понимающе кивнула в ответ, не зная даже, что и ответить на такое. Потому что в каждом слове скрывалась горькая правда и цена магии, текущей по их венам, — они спасают жизни невинных каждый день, рискуют своими собственными и жертвуют счастьем в угоду этой борьбы добра и зла.       — Ну что, вы готовы? — голос Коула раздался совершенно внезапно в затянувшейся паузе, вынуждая обеих сестёр вздрогнуть — Пайпер даже уже вскинула ладони, готовясь применить силу.       Фиби же с его появлением заметно расслабилась, скользнув всё же по нему внимательным взглядом, ища возможные ранения и следы сражений, способных его задержать. И лишь удостоверившись, что с ним всё в порядке, она вложила свою ладонь в его руку, улыбаясь уголками губ тому ощущению, что вызывает его тёплое прикосновение. Пайпер же повторила жест сестры с куда большим напряжением, делая глубокий вдох, прежде чем переместиться.       Точным адресом, на который указывал кристалл, оказался весьма просторный рабочий кабинет, выдержанный в черно-белых тонах: панорамные окна, широкий деревянный стол, офисный стул с высокой спинкой, глянцево-чёрные полки с расставленными на них аккуратно цветными офисными папками и небольшой кожаный диванчик в углу.       — А здесь неплохо, — осмотревшись, признала Фиби, подходя чуть ближе к рабочему столу, заставленному аккуратными стопками бумаг и планшетками, — Реджина Миллс, — прочитала она имя, выгравированное на золотистой табличке у стаканчика с ручками.       — Мэр, — с явным удивлением прочла следом должность Пайпер, замечая наконец на кофейном столике небольшую вазу, наполненную теми самыми, будто бы по-сказочному красными, яблоками, что преследовали их обеих во снах.       — Думаю, вы должны поговорить наедине, — произнёс решительно Коул, обращая на себя их внимание, — Я буду поблизости, — заверил он тут же, едва только Фиби захотела запротестовать, — И буду ждать твоего зова.       Дождавшись согласного кивка от них обеих, он набрал в лёгкие побольше воздуха для перемещения, вот только знакомого чувства невесомости не ощутил совсем. Не произошло ровным счётом ничего. Он так и остался стоять на месте.       — В чём дело? — взволнованно проговорила Фиби, и едва заметная морщинка тут же пролегла между тонких дуг её бровей, — Ты что-то чувствуешь? Здесь демон? Он пришёл за ней?       — Я не могу переместиться, — окончательно растерялся он.       — Демонам здесь не рады, — позади них послышался вдруг строгий женский голос, с едва уловимым чужеродным акцентом, — Их сила блокируется, и они становятся беззащитными, словно котята. Иначе и не поработаешь спокойно.       Фиби и Пайпер сумели лишь бегло переглянуться, прежде чем увидеть подходящую к ним медленно, в сопровождении стука тонких каблучков, женщину в строгом темно-красном платье, с густыми чёрными волосами, уложенными прядка к прядке, и с алой помадой на изогнутых в ледяной улыбке губах. Внешностью она оказалась непохожей ни на кого из них.       — И что же здесь забыл демон и две ведьмы? — поинтересовалась она, скрестив руки на груди и вскинув чуть подбородок, прежде чем пронзить каждого из них пристальным взглядом темно-карих глаз.       — Ты наша сестра, — пробормотала в ответ Фиби, поёжившись от столь тяжёлого и будто бы считывающего все грани души своей проницательностью взгляда, — И мы думаем, что демон, который охотится за зачарованными, скоро попытается убить и тебя. Чтобы сила трёх больше никогда не существовала.

***

      Реджина молча слушала их, переводя взгляд с одного на другого незваного гостя в своём кабинете, и в конечном итоге задержалась чуть дольше на Коуле, переминающемся нервозно с ноги на ногу. Прищурилась она даже, заметно напрягаясь всем телом, явно учуяв его недюжинную силу. Впрочем, страха в карих глазах не наблюдалось совсем — он был не настолько силён, чтобы пробить её защитные чары, а значит, с ним она вполне способна справиться.       — Сила трёх? — Миллс вздёрнула вопросительно тонкую бровь, скрестив руки на груди в защитном жесте, — Я о зачарованных слышала, разумеется. Сплетни по магическому миру ходят о вас постоянно, но причём здесь я?       Их неожиданное появление и ещё более неожиданное заявление вконец погрузили в растерянность. А ведь день так по-приятному привычно начинался — она без пробок добралась до офиса, не применяя магию, да ещё и приглашение на ужин получила.       — Ты наша сестра, — повторила Фиби вновь, — Маме пришлось отдать тебя, чтобы защитить от…       — Демонов, — перебила её резко Пайпер, жестом прося не продолжать рассказанную им Грэмс краткую историю.       Реджина же недовольно нахмурилась, едва заметно скривившись — враньё она выносить не могла и не желала, тонко чувствуя всегда ядовитую горечь на языке в тот миг, когда её пытаются обмануть. Скорее виной тому был врождённый талант читать людей, а не магия, текущая по её венам вместе с кровью могущественного семейства Холливелл.       — А теперь правду, — потребовала размеренно Миллс, вызывая этим куда больше сомнений и переживаний, что кожей ощущалась теперь.       Впрочем, у неё у самой, обычно сдержанной и расчетливой, привыкшей рационально мыслить и принимать решения с холодным разумом, а не основываясь на чувствах, где-то в груди кольнуло неприятно от одолевающей нервозности и страха услышать ответы всё же.       — Она пыталась спрятать тебя от твоего настоящего отца, — помедлив, ответила всё же Фиби, бросая осторожный взгляд на неё исподлобья.       — Кем он был?       Вопрос так и повис в воздухе, отражаясь от стен будто бы грозным эхом раз за разом. И ответ что-то никто не спешил ей озвучить, не зная даже, имеют ли они право говорить сейчас обо всём этом. Куда справедливее было бы самой Реджине обсудить всё с их матерью с глазу на глаз. Тогда уж точно прозвучит правда без прикрас.       — Магом с сомнительной репутацией, которого хотел завербовать Хозяин, — Коул же, в отличие от сестёр, понимал Миллс куда лучше в такой миг — порой необходимо знать правду о своём родителе, какая бы ужасающая она ни была. — Больше можешь спросить у неё сама. Думаю, что на твой зов она ответит.       — Сомнительная репутация, — усмехнулась коротко Реджина, начисто игнорируя предложение познакомиться с уже мертвой матерью, не нашедшей времени её вернуть или хотя бы ей рассказать о происхождении, — Что вы от меня хотите?       — Нам нужна помощь. Есть один демон, Шекс, его лично послал хозяин убить зачарованных. И ему… — Пайпер нервно сглотнула, на миг возведя взгляд к потолку, чтобы не позволить слезам проступить, а затем посмотрела вновь на Реджину, пытаясь отчего-то отыскать всё же сходство, —…ему удалось убить нашу сестру. Сила трёх должна была угаснуть со смертью Прю, но эта магия перешла к той, кто может обладать частью этой силы. К тебе.       Миллс сделала глубокий вдох, прислушиваясь к себе, — никаких странных ощущений в последние дни она не испытывала уж точно. Разве не должен был чувствоваться прилив магических сил, раз часть магии Зачарованных теперь оказалась в ней? Разве не должна была она почувствовать смерть сестры, раз магия связывает всех из рода Холливелл воедино?       — Значит теперь, раз во мне есть часть силы Зачарованных, я должна бороться со злом и бросить всю свою привычную жизнь здесь? — Реджина не хотела говорить так резко, абсолютно откровенно и прямо, но это чувство несправедливости и обиды, как оказалось, всё ещё жило в ней, — Я должна, по-вашему, принять тот факт, что меня бросили ещё в младенчестве и забыть об этом, чтобы трудиться на благо вашего святого семейства впредь?       — Шекс снова открыл охоту, — Фиби едва слышно произносила слова, не зная куда себя деть — смотреть отчего-то в глаза старшей сестре стало невыносимо в эту секунду, — Мы думаем, что он начнёт с тебя. Вдвоём мы ещё способны прогнать его заклинанием. А ты одна…       — Я не беззащитна. Благо, от моего отца мне, как оказалось, досталась сильная магия и сомнительные взгляды на эту самую магию. Оглянитесь, — Реджина пальцем демонстративно обвела новомодный интерьер кабинета, — Думаете, что я не использовала все грани своего потенциала, чтобы занять это место?       — Ты используешь магию в своих личных целях? — ужаснулась Фиби, покрепче вцепившись в руку сестры.       Им уже доводилось сталкиваться с теми ведьмами, что во благо себе используют магию. Эта сила поглощает каждую из них в итоге, утягивая на тёмную сторону. Исключений ещё не встречалось.       — Разумеется, — Миллс пожала беспечно плечами, не понимая совсем в чём они видят такую трагедию, отразившуюся вспышкой беспокойства, — Я не принимаю чью-либо сторону в этой вашей войне добра и зла, а предпочитаю действовать по обстоятельствам. Если демон хочет меня убить, то погибает сам. Всё просто.       Поёжившись, она оглянулась бегло по сторонам, сжимая губы в тонкую и напряжённую линию, заставляя всех присутствующих в комнате недоуменно переглянуться. Но спустя пару секунд ледяной порыв ветра, приправленный сгустком тёмной магии, вонзился в двустворчатую дверь кабинета, вынуждая их вздрогнуть и понять, что же ощутила Миллс.       — Что это? — голос Реджины звучал крайне требовательно и жёстко, а пальцы слегка подрагивали теперь в этот миг, являя их взору едва заметные языки пламени на самых кончиках.       — Шекс… — прохрипела Пайпер, осев на пол в ту же секунду, как дверь сорвалась с петель, а в проёме показалась уже знакомая мощная мужская фигура демона с длинными волосами и потоком ледяной магии, исходящей от серо-синей кожи.       — Пайпер? — взволнованно забормотала Фиби, силясь встряхнуть её и заставить использовать силу, чтобы выиграть им хоть немного времени, — Пайпер?!       — Это тот самый демон? — уточнила Реджина напряжённым тоном, отступив на шаг предусмотрительно и оглядев возникшего перед ними служителя тьмы сосредоточенным взглядом.       — Да, — Коул согласно кивнул, загораживая Фиби и Пайпер собой, доставая попутно листок с заклинанием из кармана брюк и протягивая им.       Вот только Пайпер в этот момент могла лишь разве что глотать жадно воздух ртом, мелко трясясь от очередной панической атаки, а вот Реджина, напротив, кажется стала куда более собранной даже. Покрутив на ладони сгусток фиолетово-рыжей магии, похожей чем-то на силу Коула, она направила её в сердце демона, выталкивая его за пределы кабинета одним магическим ударом.       — Как он преодолел барьер? — мельком взглянув на появившегося рядом с ней Тёрнера, она проводила недоуменным взглядом растворившегося в очередном порыве ветра Шекса, который посмотрел на неё в последнюю секунду испуганно — и что-то это вызывало лишь ещё больше вопросов, ведь её сила его явно неспособна оказалась уничтожить.       — Он демон высшего уровня, — Коул ещё пару секунд держал на ладони энергетический шар, ожидая подвоха в его быстром исчезновении, — Теперь он знает, на что ты способна, Реджина, и будет действовать с ещё большим рвением.       — Хорошо. Я в деле. Я помогу уничтожить Шекса, но потом наши пути разойдутся вновь, — уточнила она, размашистым движением заправляя густую прядь тёмных волос за ушко, с сожалением рассматривая осколки многочисленных статуэток, украшавших раньше стеллаж, и бумаги, разлетевшиеся по кабинету в беспорядке, — Идёт?       Пайпер согласно кивнула, поднимаясь с трудом на ноги, а Фиби, чуть помедлив, протянула ей ладонь вдруг для рукопожатия, вздрагивая всем телом в тот же миг, как коснулась горячей кожи старшей сестры. Перед глазами замелькали неясные обрывки грядущего, среди которых с трудом ей удалось выцепить общий смысл — этот миг стал отправным для каждой из них, и способен он был дать ответы на все те вопросы, что терзали сердце Реджины всю её сознательную жизнь.