какой-то всратый лоулайф, но на самом деле нет.

Рудбой крепко схватил Светло за руку и резко развернул к себе:  — Ваня, блять! Он просто. Меня. Обнял — сквозь сжатые зубы прошипел Евстигнеев. Мелкий постарался отдернуть руку, но хватка у Вани была сильной, поэтому съебать в истерике не получилось.  — Ну да, может вы и «просто» пососетесь с ним?! Может трахнешь его «просто»?! — Светло сжал руки в кулаки.  — Блять, да ты заебал меня к каждому… К КАЖДОМУ человеку, с которым я дышу одним воздухом ревновать!  — Нахуй иди! К Марку своему, блять! Может, он тебя ревновать не будет — речь Светло потихоньку начала приобретать истерический тон, а у Евстигнеева терпение было на исходе. — Конечно, бля, Ванечка же добрый! Ванечка же все прощает! И что с Мироном вы чуть ли не ебетесь, и что…  — Чтооо?!!! — Охра округлил глаза и посмотрел на Светло, как на долбаеба — Ты ахуел?! — парень кое-как сдерживался, дабы не врезать Ванечке по морде. — Кто еще позавчера на коленях стоял и рыдал, что б я его простил и клялся, что ничего в сторону Фёдорова больше не скажет? Кто?!  — А кто обещал, что больше поводов давать не будет?! — Ванечка вырвался из рук Евстигнеева и сделал шаг назад — Ебать ты обещания ахуенно сдерживаешь — он посмотрел на Рудбоя со злобой и обидой, на что тот устало выдохнул.  — Я не собираюсь это больше терпеть — Евстигнеев с тоской заглянул ему в глаза — Мы расстаемся. *** Светло мчался домой со всех ног, особо даже не всматриваясь, куда он бежит и во что может врезаться по дороге. Он просто бежал, подальше от всего: от Рудбоя, от школьного двора, от мимо проходящих людей, от всего мира — жестокого и несправедливого. Жаль только, что от себя самого убежать не получится. И от противного чувства, раздирающего грудную клетку тоже. Конечно, Ваня знал, что они поссорятся после этого, но чтобы вот так вот… Чтобы порвать их отношения навсегда… Вот так просто, так спонтанно?! Просто «Мы расстаемся» и все?! Эта фраза со скоростью света поражала мозг Ванечки, давила на него. Эта фраза заняла все его мысли. Когда Ваня наконец-то добежал до своего подъезда, он положил руки на колени, стараясь отдышаться и восстановиться. Когда голову перестало кружить и хриплое дыхание нормализовалась, он поднял голову и невесело усмехнулся. Мысль о том, что Светло и Евстигнеев больше не вместе продолжила отравлять его разум и Ванечка тихо всхлипнул. Он прислонился спиной к стене и закрыл лицо руками, бесшумно заплакав.  — За чтооо… — взвыл Ваня — Почему, блять, именно я?! Почему я?! — Ваня еще немножко порыдал, но после утер слезы. «Пиздец, блять. Разревелся, как сучка, из-за того, что ебырь к другой ушел. Совсем неженкой стал.» — подумал парень. Дрожащими руками он достал из кармана ключи и шмыгая носом, поднялся на этаж к своей квартиры.  — Мам, пап. Привет — как обычно поздоровался Ваня с родителями, снимая уличную одежду и вешая на крючок.  — Вань, иди сюда, бабушка посылку прислала — от этих слов Светло вздрогнул. Не хватало еще перед родаками спалиться, что он только что рыдал. Да даже не в этом проблема, он не знал, как можно объяснить родителям причину.  — Я устал… Сильно… Потом — парень быстро проскочил в свою комнату, кинув рюкзак в угол и ушел в ванную, разглядывать свои покрасневшие от слез зенки. *** Ночь эту Ваня спал очень плохо. Мысли, мысли, мысли, мысли… Ваня, Ваня, Ваня, Ваня… Уснул он только в 4 часа утра, а в 7 мама уже пришла в комнату со словами «Ванечка, вставай. Опоздаешь же.» и парень нехотя отправился собираться в школу. По дороге к школе в голову мальчишки что-то ебнуло и его осенило надеждой… Светло изо всех сил старался как можно быстрее подняться на 4 этаж, где начинался урок у его класса и класса Евстигнеева. Что-то внутри буквально кричало Ванечке, что вот, сейчас он поднимется, увидит Рудбоя и тот подбежит к нему с извинениями, а после предложит снова сойтись…  — Вань, привет… — это был Слава. Но слова лучшего друга пролетели мимо ушей так же быстро, как и Светло пробежал мимо Карелина. Людей на этаже было не столь много, а высоких татуированных парней с цветными волосами тем более, поэтому Рудбой сразу попал в поле зрения Вани, у которого аж глаза заблестели. И его лицо, когда Евстигнеев просто прошел мимо надо было видеть… Ваня шел ему на встречу, попутно о чем-то болтая с Федей Игнатьевым. Мимолетным взглядом окинул Ванечку Светло и… Все. Пустой и случайный взгляд. Просто увидел идущего человека и все. Даже внимания никакого проходящему не предал. Как будто не было ничего между ними. Как будто не он еще позавчера тащил Светло до дома на руках, а после прижимал к обшарпанной стенке подъезда, страстно впиваясь в губы и не желая отпускать Ванечку домой. Парень застыл на одном месте, мысленно уйдя внутрь себя. Та самая цикличная мысль, затравляющая его тело вернулась и с радостью начала поедать бедного Ванечку изнутри. Ваня, Ваня, Ваня, Ваня… Ване похуй… Ваня его уже забыл… За один день… Блять… Каким образом он добрался до школьного туалета Светло не помнит. Ноги подкашивались и отказывались его держать, но все же он как-то дошел. Прислонился спиной к стене холодного кафеля и стараясь сдержать слезы, Ванечка смотрел сквозь пустоту. Может, он просто не заметил его и все же хочет все вернуть? Может, просто был слишком увлечен разговором с Федей, а на самом деле все его мысли занимает Ванечка, отношения с которым он вчера с такой лёгкостью оборвал.  — Может я просто наивный еблан, которыц поверил, что вообще был когда-либо ему нужен? — хриплым голосом произнес Светло, невесло усмехнувшись.