0. Приветствие.
8 ноября 2018 г., 21:02
В библиотеке пахло пылью и металлической стружкой. А ещё тут было тихо. Непривычно после тира, куда нельзя было зайти без наушников. Самый громкий звук, который можно было тут услышать — грохот падения толстого тома из рук неловкой послушницы и сдавленного «Извините» в ответ на возмущённые взгляды сосредоточенных учёных.
В лаборатории не пахло ровным счётом ничем. Да и если бы там запахло чем-то, то эвакуировали бы весь бункер. И тут тоже тихо. Так жутковато после тренировочных залов, где послушники шумно отрабатывали боевые приемы. Для непосвящённых могильно тихо.
Но не для избранных в мантиях, которые лишь фыркнули бы на замечание о тишине. Смешно. Редкие шёпотки писцов и стук пальцев по клавиатурам пузатых терминалов наполняли помещения почти нежной симфонией звуков.
Старший писец была такая же.
Врии приходила в библиотеку ранним утром и уходила лишь поздним вечером. Она садилась за стол или подходила к терминалу. Держала возле себя лист, исписанный формулами, пару чистых голодисков и диктофон. Книги же ждали её на рабочем месте ещё с вечера, раскрытые на нужных страницах, привлекая взгляды к нужным отрывкам текста, внаглую подчёркнутым карандашом. Ей можно. Прямо по ценным довоенным строкам.
Врии знала, насколько важную работу она выполняет. Совсем скоро чертежи отправятся к рыцарям, и, если всё пройдёт гладко, паладинам выдадут усовершенствованные пушки. Впрочем, старший писец не спешила об этом думать. Улучшение вооружения — одно, но интересовало её совершенно другое.
Реальная наука.
С поиском чего-то нового и неизведанного. С открытием свойств вещей, о которых раньше никто и не догадывался. Со своими вопросами, со своими непонятками и опасностями, со вскрытиями мутантов и падающими в обморок от зрелищ помощников.
Временами она была не такой захватывающей в чужих глазах. С тем самым сидением над книгами больше двенадцати часов кряду, с уговорами Софии «Ну поешьте хотя бы» и чёрт знает какой уже чашкой кофе. Рутина представляла собой либо сидение в библиотеке над книгами, либо магией в лаборатории. Нарушать её решались лишь изредка с важными поручениями. Ну, или особенными вопросами.
И через два-три «Одну минуту!» и «Сейчас!» она потягивалась, начинала часто моргать, снимала очки, и сперва начинала протирать слезящиеся от долгой работы глаза и потом уже, нашарив ладонью тряпочку, стёкла изящных очков-половинок. И, окидывая внимательным, но добрым, искрящимся любопытством взглядом, она растягивала губы в вежливой улыбке.
— Прекрасный день для учёбы, — отмечала она в привычном спокойном тоне. И, чуть склонив голову набок, интересовалась. — Чем могу помочь?
Так было и сейчас.
