machines don't feel anything.

halsey — gasoline

      Адриан смеется. Его детский лепет вдохновляет и без того занятых родителей. Папа привычно улыбается. Мама тепло обнимает Адриана, ведь они знают, что все же будет хорошо, нечего бояться сейчас. Адриану три года и он прекрасно, твердо уверен, что его семья самая искренняя и добрая. Он счастлив.

***

Адриан улыбается. Его по-детски широко распахнутые глаза смотрят наивно, но внимательно. Папа непривычно печален и осторожен в движениях. Мама аккуратно проводит ладонью по его впалой щеке, но они по-прежнему знают, что все будет нормально хотя бы завтра. Адриану четыре и он хорошо, неплохо уверен в том, что его семья самая искренняя и надежная. Он счастлив.

***

Адриан спокоен. Его преувеличенно-взрослые жесты выглядят состоятельно и осторожно. Папа странно спит, его неслышимое сопение слишком тихо для окружающей его семьи. Мама, широко раскрыв глаза, смотрит куда-то мимо сына, не видя ничего, но Адриан заверяет маму, что у них все нормально, ведь папочка всего лишь устал. Завтра наступит новый день и всё будет хорошо. Адриану пять и он абсолютно уверен в том, что ничего не изменилось. Так почему же мама не спит ночами вместе с надолго заснувшим папой?

***

You can't wake up, this is not a dream You're part of a machine You are not a human being

Адриан молчит. Его бегающий взгляд цепко смотрит на счета, коробки и грузчиков. Отец привычно улыбается и обнимает сына. Адриан хочет развернуться и обнять рукой маму, но ее нет. Вместо нее остались тысяча и одна записка на всем, к чему можно прикрепить записку. Вместо нее остается вечно закрытая дверь, в которую Адриану вход строго-настрого запрещен. Вместо нее остались совсем чуть-чуть отстраненные взгляды и неясные урывки разговоров. Адриану восемь, и теперь он знает, что в жизни их семьи мама никогда больше не появится. Адриан не понимает, почему мама бросила их одних. Адриан просит объяснить, почему, но натыкается на взрослую женщину не маму Натали. Натали не знает, куда отвести взгляд.

***

Адриан осторожен. Его понимающие натянутые улыбки и нервы трещат по швам и шрамам. Отец настороженно уходит за любую дверь, подальше от сына, подальше от людей, подальше от жизни. Натали, не мама, рассеянно гладит его по голове, скрытно копаясь в интернете, но Адриан знает, где она ищет информацию: на сайтах Киберлайф, ведь случился массовый взрыв всей робототехники. Ведь андроиды стали доступны всем людям мира а не только их семье. Хлоя нарочно говорит, что заполучит себе такую идеальную модельку, слишком явно смотря на Адриана. Адриану девять и он отчетливо осведомлен, что вместо мамы здесь остались Натали, строгие правила и четкие распоряжения. Адриан не смеет перечить. Адриан — послушная и роскошная кукла.

***

Адриан счастлив. Его широко блестящие раскрытые глаза смотрят радостно и задорно. Он внимательно наблюдает за акумой в небе, прежде чем его Леди поймает злостного мотылька. Адриан быстро прыгает с крыши на крышу, вспоминая о напарнице, и где-то внутри отмечает, что вовсе он не куколка-Адриан. Адриан вовсе не Кот Нуар. Кот Нуар не Адриан. Отец дежурно улыбается, неумело растягивая губы в улыбке. Адриан замечает, что объятия не теплы, но пытаются быть таковыми. Адриан в курсе, что отец — самый занятый человек на планете, он все понимает. Натали осторожно протягивает планшет и отец аккуратно берет едва ли не горячий гаджет в свои вечно холодные руки. Ему нравится чувствовать. Ему нравится жить и ощущать тепло её тела. Адриану четырнадцать, и он рад, что обрел любовь всей своей жизни. Адриану слишком много для того, чтобы не видеть стольких важных деталей. Хлоя уходит в коллеж к друзьям, утягивая Адриана с собой. Восторгу Адриана нет предела, едва он переступает порог коллежа. Обожествлению Адриана в глазах окружающих нет конца, едва он переступает порог коллежа. Радости Адриана нет никаких рамок, едва он получает в глазах отца одобрение, как только переступает порог дома.

***

Адриан возбужден как никогда. Его ловкие пальцы скользят по талии его дорогой Леди. Он дождался ее ответа, он заслуженно счастлив. Отец рассеян как никогда. Его отражающие свет стекла очков мешают увидеть затуманенный взгляд и след в глазах от идущей к нему Натали. Но он отводит взгляд. Но он не может позволить себе. Ему не может позволить программа на будущее. Он не может быть заслуженно счастлив, это не его прерогатива, не в его компетенции. И сжимает кулаки, тщательно проанализировав ситуацию, в бессилии. Натали тихо кладет руку на его теплое плечо. Ее эмоции слишком многогранны и бессильны для того, чтобы что-то сделать. Она совершенно не безответственна, даже слишком. Их чувства не безответны. Но каждого по отдельности мучает извечный для современного мира вопрос: есть ли Любовь между человеком и машиной? Адриану шестнадцать и он самый счастливый и несчастливый человек в мире. И самый неосведомленный человек, исключая стонущую под ним Ледибаг, в этом доме.

***

I think there's a fault in my code These voices won't leave me alone Well my heart is gold and my hands are cold

Кот Нуар практически добивает бездушную машину, которая издевалась, заставляла страдать, использовала для своих целей жителей Парижа. Его острые когти уже почти выцарапали тириумный насос этой бесчувственной твари, его лапы были по локоть в голубой крови, в то время как у его обожаемой Леди пальчики стали однотонно алого цвета, цвета крови напарницы-злодейки. Кот искренне не понимал, зачем помогать или даже пытаться помогать ужасной машине для страданий и боли в каких-то, без сомнения, отвратительных задумках и планах. И зачем терять в пустую столько красной крови, когда она могла просто и безболезненно сдаться двум героям и полиции. Пластикового злодея-андроида бы быстро разобрали и тот не помнил бы ничего, его бы могли даже пересобрать с обновлениями и работой всех систем, просто без памяти и прежнего облика. Отец будет им гордиться, верно? Кот Нуар справился с тириумным насосом простыми уловками и захватами, удобными для него условиями. Злодейка же пропустила от усталости последний удар и рухнула на крышу, где и вёлся последний бой, куда секундой позже рухнул облажавшийся девиант. Тихий щелчок насоса, попытавшегося качать воздух, короткий писк обоих талисманов антагонистов этого десятилетия и самый невероятно безысходный взгляд двух обреченных и окровавленных существ: андроида и человека поставил точку в этом сражении за жизнь. Их взгляды расцвели, и после самого напряженного рывка в городе любви их разнокровные губы впились друг в друга, смешавшись в один мрачный темно-фиолетовый цвет. Единственная оставшаяся рука, вся истекающая тириумом Габриэля-машины-Агреста потянулась к истекающей алой кровью руке Натали Санкер. Их руки сжались невероятно сильно, когда андроид прижал к себе ее тело, надрывно захрипел и закатил глаза навсегда. Их время закончилось. Отпущенные технологиями и наукой несколько секунд без тириумного насоса прекратились. — Он хотел быть человеком, — оглушающе расслабленно ответила она на непоставленный вопрос. Адриану двадцать и он не знает, что чувствует. И что чувствовал. Что должен был почувствовать. И никто больше не захотел ответить на его вопросы. Потому что никто не прощает смертельных ошибок. Особенно самому себе. И только Ледибаг довольна — ее миссия закончена. Добро победило, а зло проиграло. И разве мотив и намерения зла важны?...