wonderful

       — Ты не герой, я не красавица… — тихо шепчет Эстер и тут же прячет изуродованное лицо под самой дорогой ей вещью — красной шалью, которую ей купил самый дорогой человек, Том. Он сидит напротив и улыбается, ощущая даже сквозь ткань её перекошенную улыбку, в ответ на которую уголки губ непроизвольно ползут вверх. Парень протягивает ей руки, и, подождав пару секунд, но так и дождавшись от Эстер тоже протянутых в ответ рук, привстаёт с кресла пилота и захватывает ладони девушки в свои. Эстер вынуждена податься вперёд, чтобы не расцеплять рук, и ей некомфортно.        — Том, а управление «Дженни»?        — Автопилот. — юноша хихикает над её нелепым высказыванием, и Эстер становится пунцовой. — Ты бывает такую тупость сморозишь.        — Заткнись. — девушка обиженно засопела и выдернула свои руки из его ладоней и захотела было уйти, но Том уже подскочил с места и, пройдя пару шагов, оказался совсем рядом с ней, смотря на девушку сверху вниз, он скользил взглядом по шраму, прячущемуся где-то под шалью, натянутой на лицо, задержался на мутном левом глазе, через который шёл присловутый след её болезненного прошлого.        — Что ты пялишься?! Я знаю, что я уродина, каких только поискать. — с болью выкрикнула Эстер и попыталась оттолкнуть юношу, но он перехватил её руки за запястья, не давая себя толкнуть. Движение было слишком резким и парень скривился от боли в сломанных рёбрах, заставляя девушку обеспокоенно посмотреть на него здоровым глазом.        — Не нужно пихать меня, пожалуйста. — он продолжал заботливо улыбаться, глядя прямо на неё, неуютно ёрзающую от его пристального взгляда.        — Извини… — - Эстер закрыла глаза и глубоко вздохнула, приводя непривычно метавшиеся мысли в порядок. Такое поведение было ей не свойственно, она привыкла быть холодной, злобной, но с ним быть такой совсем не получалось, и девушка заметно нервничала. Вдруг она почувствовала, как шаль сползает с лица и ощутила осторожное прикосновение обожженных ладоней Тома к своему поколеченному лицу.        — Хоть при мне не носи шаль, хорошо?        — А кошмары снится не будут? — горько усмехается девушка, но голову не отдёргивает, позволяя парню провести рукой по шраму, как будто его прикосновения сделают её хоть чуть симпатичней.        — Не будут, ты красивая, Эстер.        — Том, ты ослеп? Может у тебя сотрясение мозга? — попыталась пошутить Эстер, но вышло слабовато. — От вида моего лица взрослые молятся, а дети плачут. Так что не шути так.        — Может они и да, но для меня ты прекрасна. — парень, уже густо покрасневший, сел на колени перед креслом пилота, в котором сидела девушка, и, вытянув шею, прижался губами к губам девушки, явно ощущая грубый рубец на нежной коже. Быстро закончив поцелуй, Том отстранился и посмотрел в её лицо. Эстер улыбалась, своей странной, перекошенной улыбкой, которая, как ни странно, безумно ему нравилась. Она ужасная для других, прекрасная для него.