Dum spiro spero

Как бы дико это не прозвучало, но с момента ритуала вассалитета прошло всего-то полмесяца. Полмесяца хватило юным магам, чтобы в корне поменять свое отношение к некоторым вещам, к некоторым – теперь уже особым! – людям, переосмыслить свои позиции и взгляды, сделать новые выводы и заключения. Обитатели Гриммо после непонятной, смущающей, но очень запомнившейся обоим ситуации той самой ночью на кухне единомышленно и без каких-либо договоренностей пришли к мнению занять как можно более отстраненную позицию по отношению друг к другу. Оба считали свои чувства безответными, а любые попытки наладить более тесный контакт – заведомо обреченными на провал, а посему оба стремились защитить свое сердце и сберечь остатки гордости. Не сказать, что отныне общение парней стало напряженным. Но теперь каждый их диалог был наполнен напускным безразличием и холодностью. Со стороны, может быть, и можно было сказать об их взаимном отсутствии интереса вести такие беседы, да и поддерживать подобные отношения в целом. Вот только… Глаза. Серые, украдкой ловящие уверенные движения, производимые молодым аврором. То и дело скользящие то по закатанным рукавам неизменной белой домашней рубашки, скрывающим уже известную татуировку, набитую в честь неназванного, но уже признанного соперника; то по крепким, будто гранитным, плечам, упакованным в алую аврорскую мантию. Глаза, своим серебром охватывающие смоляные вихры, в которые неизбежно, до зуда, тянуло погрузить ладонь. И зеленые. Всегда наполненные затаенной печалью. Всегда с неимоверной тоской смотрящие в ровную спину, будто хозяин решил побороться за самую прямую осанку. Глаза, потухший взгляд которых не спасала теперь даже непривычно яркая зелень. И движения. Все эти невзначай совершенные касания. Будто тела парней помимо воли хозяев тянулись друг к другу. Обновить контакт рукопожатием. По нескольку раз на дню. Даже когда уже не нужно. Даже когда нужнее, чем воздух, для обоих… Обязательно не проронив лишнего слова, только высказав потребность в поддержании связи, как обычная констатация факта. Как лучшее имеющееся у обоих оправдание. Коснуться плеча другого – только лишь убрать прилипшую ворсинку! Пройти по узкому кухонному проходу, обязательно положив ладони на талию замершего у стола соседа – только потому, конечно, что проход и правда узкий, а тебе срочно понадобилось к холодильнику за маслом, которое и так уже давно стоит на столе. Набравшись храбрости, снять со щеки несуществующую ресничку и долго, о, как непозволительно долго рассматривать жмурящееся лицо, до мельчайших веснушек, до самой кромки пушистых ресниц, едва касаясь теплой кожи вмиг онемевшими пальцами. И, конечно же, совершенно не задаваясь вопросом, почему такие очевидные движения остались умышленно незамеченными. Особо сложно было по ночам. Видимо, у этой парочки сложилась традиция такая: если ночью не произошло события – ночь прошла зря. Отправной точкой в веренице повторяющегося сюжета, опять же, стала ночь на кухне. После короткого обмена фразами на следующее утро – «Так чего тебе не спалось-то вчера? – Кошмары, Поттер» - следующий же вечер повторился практически с точностью до наоборот. Проснувшийся за час до рассвета Гарри спустился на кухню попить и с удивлением застал там сидящего в халате Малфоя с чашкой крепкого кофе. На логичный вопрос («Ты чего не спишь? Снова кошмары?») Гарри удостоился только холодного кивка и безучастного пожатия плечами. «Ну ок», - согласился тогда он и просто покинул кухню, возвращаясь к себе в комнату. После этого молодой аврор еще несколько раз натыкался то на самого Малфоя, заспанного и усталого, сидящим на кухне за столом у окна, то на оставленные для просушки чашки на полке, свидетельствующие о пребывании блондина тут ночью, но все так же не реагировал и вопросов более не задавал. Будучи морально разбитым после эмоционального контраста откровений той самой их ночи и безразличного приветствия с утра, накрутивший себя дальше некуда Поттер решил просто забить на все это, не имея в конкретный период жизни ни сил, ни желания снова тормошить Малфоя, докапываясь, что же произошло в этот раз, что послужило такому флегматичному его поведению. Гарри откровенно устал от завидной регулярности этих своих действий, каждый раз наталкиваясь на все новые барьеры, каждый раз разбиваясь о них снова, и снова, и снова. Видимо, пришло время поберечь свое сердце. Поэтому, когда в одну из ночей он услышал крики, Гарри это застало врасплох. Сперва он подскочил на кровати, схватив тут же палочку, и уже хотел было сорваться в комнату к Драко, как осознание, с промедлением пришедшее в заспанную голову, заставило его опустить руку с зажатым оружием. «Нет. Не пойду я к нему. Не нужен я там. И ему не нужен. Раз уже бегал на его крики – и ни к чему хорошему для обоих это не привело. Сколько уже можно?! Хватит тешить себя надеждами, каждый раз срываясь к нему, чуть что», - думал Гарри. – «Кошмары, Поттер, - так он тогда сказал? Вот и ладно. Кошмары у всех свои». И, будто подтверждая его мысли, крики плавно стали затихать, пока не смолкли вовсе. Гарри кивнул сам себе, откинувшись вновь на подушки. Уже засыпая, он услышал, как дверь в соседнюю комнату отворилась, и тихие шаги выдали удаляющимся звуком спускающегося на кухню Драко. И далее началась новая карусель развлечений. Как по заведенному сценарию. Устающий аки тысяча домовиков на праздник в Хогвартсе Поттер, мечущийся между Авроратом и библиотекой, чуть только коснувшись подушки вырубался в беспамятстве. Ночь-через-ночь он просыпался от воплей, раздающихся по соседству. В раздражении на Драко и на себя самого, остаток ночи закрывая голову подушкой лежал, свернувшись калачиком с подрагивающим сердцем, рвущимся в соседнюю комнату… В очередную такую ночь Поттер просто не выдерживает. Врываясь к Драко, со всей сдерживаемой злостью и накопившимся раздражением, орет: - Да сколько ж, блять, можно, а, Малфой? Заглушку учат ставить еще на первом курсе! - Так я и ставлю!!! – в тон ему прокричал тогда Драко, раздраженный не меньше самого Поттера. – Кто же виноват, что эта херова штука их сбрасывает, взывая к тебе?! – кричит он, дергая за светящийся ошейник. И Поттер только тогда заметил, что и правда, ошейник Драко излучает легкие волны магии, отсвечивая золотым, в то время, как его браслет не подает признаков жизни. - Давно?.. – в раз севшим на пол-октавы голосом спрашивает Гарри. «С момента, как я решил пытаться держаться от тебя подальше, пока не стало поздно для меня» - проносится в светлой голове. - Чуть больше недели, - также тихо отвечает вслух Драко. Гарри медленно выдыхает, запуская ладони в волосы. - Такое было раньше? Что помогало тебе от кошмаров? Драко молчит и отводит взгляд. Уши его алеют, что видно даже в темноте. - Драко? – с небольшим напором произносит Поттер, побуждая ответить, и парень сдается. - Когда в последний раз мне снились кошмары, затягивая так глубоко в темноту… - рваный выдох. – Ты тогда мне в голову залез, понятно? – прозвучало резко и обвинительно, но при этом от Гарри не укрылось то, что за этим тоном Малфой пытался скрыть свое смущение. - И что помогло? – настаивал Поттер. - Ты, - еле слышно выдохнул Драко. – Тогда ты остался со мной и довольно долго кошмары не снились вовсе… Наверно, контакт помог. Последнее звучало скорее, как оправдание сказанному. - О, - только и смог выдавить Гарри, изо всех сил цепляющийся за свое самообладание, пытающийся удержать чертову надежду, уже пускающую свои коварные ростки. «НЕТ!», - уперто подумал он. – «Не в этот раз». Поэтому, не изменившись в лице и задавив надежду и слабину на корню, Поттер безучастно произносит: - И ты хочешь, чтобы я остался? У Драко, казалось, покраснела даже шея, но когда он ответил, голос его даже не дрогнул. - Я ничего от тебя не хочу, - тихо произнес он. – Давай просто пожмем руки и обновим контакт. Уверен, это поможет. А завтра я сварю умиротворяющий бальзам или еще что-нибудь. - Как пожелаешь, - также безэмоционально ответил Гарри, делая несколько уверенных шагов к кровати блондина, спокойно сжимая его ладонь, и так же флегматично отпуская. – В таком случае, спокойной ночи. Поттер разворачивается и так же быстро идет по направлению к выходу. Но, уже закрывая дверь, не удерживает рвущиеся слова: - Драко, если тебе не будет ничего более помогать, пообещай мне, что просто придешь ко мне. В этом нет ничего такого. Тем более, мы уже ночевали в одной кровати, и, как видишь, живы-здоровы. Малфой, не веря в то, что только что услышал, гулко сглотнул и едва слышно выдохнул. - Драко! – все с тем же напористым тоном произнес Поттер. - Д…да, - он все-таки заикнулся. «Идиот!» - хлопнул себя по лбу мысленно Малфой. Прочистив горло, он более твердо добавил: - Я обещаю. Но, конечно же, обещание свое Малфой не выполнил. На утро первым делом он пошел варить умиротворяющий бальзам и усиленное зелье сна без сновидений. Приноровившись сцапывать Поттера в неизменном ритуале рукопожатия аккурат перед сном, а затем пить сваренные снадобья, Драко надеялся избежать повторений этой ситуации и преуспел, о чем не преминул сказать Поттеру. Более к этой теме они не возвращались. Гарри все чаще пропадал то на работе, то в библиотеке школы, прорабатывая на пару с Гермионой все возможные комбинации ритуалов с участием философского камня. Драко перемещался между Хогвартсом, где еще велись некоторые работы, Азкабаном, куда Поттер всеми правдами и неправдами таки пробил ему постоянный портключ – тот самый кулон с Уроборосом – сразу после наезда на Шеклболта, и лабораторией на Гриммо, где неизменно запирался на несколько часов по вечерам, а то и на всю ночь. Время полетело быстрее бешенного снитча. Приближался конец июля. Восстановительные работы в школе практически подошли к концу. Трудившиеся на благо школы слизеринцы под страхом страшной расправы от Грейнжер («О, напугала ежа голой попой!» - «Поосторожнее, Паркинсон! Ты не видела ее бешеных птичек! Того и гляди, атакует тебя, бросив исподтишка Оппуньо! С нее станется, Рон подтвердит!») были затащены на совместные обеды на школьные кухни. Так и сидели теперь каждый такой день впятером, только Рона, не вылезающего из аналитического отдела, не хватало для полного состава. На одной из таких посиделок было решено отпраздновать приближающийся День Рождения Поттера всей компанией вечером в Норе. Слизеринцы идею поддержали единогласно при условии наличия нормального пойла, о котором вызвался побеспокоиться Забини («Ну все! Вам пиздец, львята! Я знаю, о чем говорю!»). Расследование в Аврорате вновь повисло, пока одним не очень радужным днем не было совершено нападение на поместье Гойлов. Это событие, пожалуй, переплюнуло все подобные своей наглостью. О том, что и владения Гойлов – а ныне Министерства, исходя из прерывания рода последних и неимения прямых наследников – были вычищены подчистую, да еще и посредь бела дня, да при всей усиленной охране, которая, правда, ожидала нападения в лоб снаружи и не побеспокоилась об охране внутри поместья, стало известно только когда министерскими работниками проводилась плановая опись имущества. Ох, что началось в Аврорате… В ту неделю Робардса все обходили за милю, боясь даже ненароком взглянуть в его сторону, чтобы не повлечь гнев начальника, заводившегося с полуоборота, словно промокшая в керосине спичка. Отныне плановые совещания проводились практически через день. Из-за очередной неудачи головы начальников аврорских групп летели на раз-два. Робардс не скупился на эпитеты, раздавая все новые команды и поручения. Практически весь Аврорат работал теперь сверхурочно. После очередного мозговыносящего совещания Гарри и Рон сбежали в свое излюбленное место для курения – на пожарную лестницу. Давние друзья выкурили по первой сигарете молча, наслаждаясь ненавязчивым шумом ночного Лондона и освежающим легким ветром. Закурив по второй, парни завязали беседу на рабочие темы, подтрунивая над коллегами и их реакцией на гнев Робардса, выражая сожаление друг другу о куче скопившейся работы и вечном недосыпе, сокрушаясь о все еще нераскрытом деле и не пойманных преступниках. Плавно разговор неизменно перешел на домашние дела. Поттер с удивлением узнал, что роман Паркинсон с Джорджем развился просто за считанные дни, и теперь девушка иногда посещает лавку вредилок, помогая там парню и не давая сорваться. Гарри от всей души посмеялся с истории о том, как та же Паркинсон приручала семейного упыря, и как потом Джордж на пару с Забини успокаивали напуганную воем девушку, оттирая с нее слизь, которой упырь ее «поприветствовал». Самому Гарри делиться было особо нечем. Ну не грузить же Рона нытьем о своей недостижимой мечте и вечной любви к блондинистой занозе, прячущейся от него по всему дому. Об этом друг наслушался еще на шестом курсе и во время их самобытного путешествия. Поэтому на вопрос о том, как у них идут дела, Поттер лишь едва пожал плечами, буркнув что-то о взаимном практически игнорировании. Рон похлопал друга по плечу и вновь перевел тяжелый взгляд голубых глаз на сверкающий разноцветным боке горизонт, опираясь локтями о перила. - Ну а как у вас с Герм? – делая очередную затяжку, спросил Гарри. - Спасибо Мерлину, у нас все ровно, - ответил Рон со смешком, криво ухмыляясь уголком губ. Гарри внимательно оглядел друга. - Знаешь, я практически через день вижусь с ней в школьной библиотеке. И, скажу тебе, глаза ее блестят, она преисполнена энергией, и с упорством гиппогрифа перерывает книги тоннами, причем и в помощь Аврорату, и не забывая о своей цели №1. Из этого я делаю вывод, что, что бы ты ни делал в ваших отношениях, делаешь ты все правильно, - закончив фразу, Поттер поиграл бровями, на что Уизли рассмеялся. - Да, в личном у нас все стабильно. Боже, оказывается эта женщина может быть просто ненасытной!.. – сказав это, Рон округлил глаза. Теперь настала очередь Гарри смеяться. - От души рад за нее, - отсмеявшись, произнес Гарри. – Гермиона и правда в последнее время выглядит довольной жизнью и ходит всегда будто окрыленной. И я сперва был рад за вас обоих, но… Хоть Герм и выглядит счастливой, этого нельзя сказать по тебе. Рон промолчал, глухо выдохнув и опустив плечи. - Я очень хорошо тебя знаю, друг, - продолжил Гарри. – И да, по-началу ты тоже ходил вполне радостный. Вот только знаешь, даже тогда твоя радость сквозила фальшью и была будто бы притянута за уши. Рон все молчал, только плечи его напрягались все больше, и делал он теперь затяжку за затяжкой, будто пытаясь отгородиться. Тем временем, Поттер не сбавлял оборотов, продолжая свои мысли. - Сперва я думал, что такова твоя реакция из-за банальной непривычки. Ведь у вас так резко произошли несколько изменений в отношениях с горы вниз и обратно, что голова закружилась бы у кого угодно. И, тем не менее, присматриваясь к тебе с каждым днем, видя в твоих глазах какую-то пустоту вперемешку с усталостью, я все чаще ловил себя на мысли, что, возможно, был не прав, бросившись тогда вправлять Гермионе мозги насчет вас и форсируя этим события. - Что ты хочешь сказать этим, Гарри? – тихо выдохнул рыжий парень, смотря теперь вниз на темный переулок под ними. - Только то, что, возможно, вам обоим нужна была эта пауза. Ей, как она говорила, для собственных целей. А тебе – чтобы разобраться в себе и своем отношении к Герм, - ответил Поттер, после чего уверенно закончил, - и к Забини. Рон вздрогнул, но более никакой реакции не показал. - Там не в чем разбираться, - ровно проговорил он. - Она – по-прежнему моя невеста. А он – всего лишь мелкий паразит, прицепленный ко мне ошейником, словно пиявка!.. - Да как ты можешь быть так уверен в своем отношении к нему?! – упрямо заспорил Гарри. – Вы ведь даже не целовались!.. - Да мы практически, блять, переспали!.. – вдруг резко вскричал Рон, перебивая Гарри, после чего ниже прежнего опустил голову и залился таким румянцем, что выделялся бы даже среди бордовой гостиной Гриффиндора. Гарри резко выдохнул и пару раз моргнул. - Ну ничего себе, - медленно протянул он. – Ты же понимаешь, что теперь просто обязан мне все рассказать? Рон, только сейчас заметивший истлевший бычок в своих пальцах, от души выругался и запустил его вниз. Поттер молча достал очередную сигарету и протянул ее другу. Уизли поджег ее кончиком палочки и крепко так затянулся раз, другой, а после третьего тяжко вздохнул и глухо заговорил. - Помнишь тот день, когда Малфой подкинул идею насчет философского камня? – Гарри кивнул. Конечно, он помнил этот день. А последующую ночь он помнил еще лучше. Та ночь стала для него настоящим откровением. Он отлично помнил, как полуголый Драко, словно сказочное видение из сна, появился на кухне. Как пробегались его пальцы по давно набитой татуировке. Как ее значение вновь напомнило о хрупкой надежде, подкрепляемой такой неожиданной близостью. Как после он долго ворочался в своей кровати, мучимый мыслями о возможностях, рождаемых этой проклятой надеждой. Помнил он и то, как очередной раз вдребезги разлетелось его бедное сердце от той ледяной стены, которая обрушилась на него с появлением Драко на кухне утром. И как холодны были его серые глаза, и как отстраненны – движения… Гарри вздохнул и пару раз мотнул головой, прогоняя печальные мысли и возвращаясь к ситуации друга. - В тот же день, точнее, в ночь перед этим, мы с Герм и помирились. Так сказать, сняли с паузы отношения, - продолжил Рон, вновь криво ухмыльнувшись. – В то же утро Блейз… О, Мерлиновы подштанники, он повел себя, как ревнивая жена, представляешь? Хах, игнорил меня, ходил надутый, и даже отказался сообщать о том, что его начало ломать от недостатка поддержки контакта, чертов идиот!.. Рон говорил негромко, то и дело срывающимся голосом. Гарри просто стоял рядом и слушал, не зная, что сказать и следует ли вообще прерывать друга. Сделав еще одну затяжку, Рон продолжил. - Тогда, помню, мы все закрутились в делах, забегали, кто куда. Я засиделся допоздна на работе в тот день. Ну знаешь, промыв мозгов от Робардса, потом от Линдси, все дела… В общем, я так погрузился, что даже не заметил, как моя рука опухла до состояния сардельки из-за этой чертовой штуки! – парень поднял левую кисть и потряс браслетом Сюзерена. – А вечером… Рон тяжело сглотнул и закрыл глаза. - Ты бы видел его состояние, Гарри, - безэмоционально проговорил он. – Его трясло, будто в конвульсиях, он был словно в шаге от самого худшего… - Уизли мелко вздрогнул, вспоминая образ, и Гарри положил руку ему на плечо, выражая поддержку. Рон открыл глаза, упрямо смотря перед собой, но точно не фокусируя взгляда, и заговорил быстро, горячо, постоянно срываясь, будто и сам находился в бреду. - Я так испугался тогда! Я подбежал к нему, не совсем уверенный, что лучше сделать – вызвать кого-нибудь из Отдела тайн для проверки чертовых артефактов или тащить его сразу в Мунго. И не нашел ничего лучше, чем задрать на нем рубашку, а на себе – футболку, и прижаться к нему так сильно, чтобы его блядский ошейник засчитал этот хренов контакт. Ведь видит Мерлин, с утра мы обменялись рукопожатием, но для Забини этого оказалось недостаточно. И я лежал так с ним довольно долго, Гарри. Сжимая другого парня в объятиях, понимаешь? Совсем не думая о невесте в комнате напротив. Совсем забывая о том, что он парень, а я не гей… И когда его стало попускать, это… Это было так, словно отпустило и меня, представляешь? И когда я отстранился – я пытался взять себя в руки! Пытался изо всех моих гребанных сил, цепляясь за свои правила и устои, но… Он так посмотрел на меня, Гарри… Словно избитая голодная собака на морозной улице, пока ты сидишь в тепле, наслаждаясь сэндвичем. Вот как я себя почувствовал… А потом – хуже той самой собаки, мать ее так!.. А потом взял и поцеловал его… Рон, наконец, выговорился и затих. Он стоял, облокотившись на парапет, мертвой хваткой вцепившись в поручни до побелевших костяшек, и весь мелко дрожал, вновь переживая те эмоции. Отдышавшись и немного успокоившись, Уизли сделал последнюю затяжку и выкинул окурок вслед за предыдущим. Спустя еще мгновение он, тихо посмеиваясь, сказал. - А знаешь, что самое смешное во всей этой ситуации, Гарри? – Поттер только сильнее сжал пальцы на плечах друга и молча покачал головой. – А самое смешное то, что прервав поцелуй и выбежав стремглав из его комнаты, я набросился на Гермиону и буквально втрахал ее в матрас, представляя при этом его… Как и все последующие разы… Особенно после того, что он сделал позже. Гарри был немного шокирован подобным откровением, хоть и старался не подавать виду, понимая, что другу и так, должно быть нелегко. - Мда, - все, что смог выдавить из себя Поттер, прочищая горло. – Ну и? Что он сделал? Уизли фыркнул и потер лицо. Затем начал рассказ. Проснулся Рон в то утро довольно бодрым. Парень решил не парить себе мозг размышлениями о том, кого и почему он видел ночью в самый интимный момент, поэтому просто отогнал все подобные мысли подальше, пряча их на задворках сознания. Будучи в хорошем расположении духа, он спустился на кухню, решив приготовить завтрак на всю ораву. «Надо же», - про себя подумал Рон, - «А ведь я только что чуть не назвал их большой семьей!» Хотя, в некоторой степени, эта разношерстная компашка, обитающая теперь в Норе, и напоминала чем-то одну семью. «По крайней мере Паркинсон, походу, уже в шаге от того, чтобы стать Уизли» - про себя усмехнулся Рон, замешивая тесто для блинчиков. Спустя двадцать минут к нему присоединилась умытая, но все еще сонная Гермиона, и ребята, перешучиваясь, вместе стали готовить завтрак. Еще через полчаса на запах спустились Джордж и Панси. На девушке была рубашка старшего Уизли, и парень обнимал ее за талию. И вид у обоих был самый непринужденный, но при этом пресыщенный и счастливый. - О, боги, как это развидеть?.. – придурковато вскричал Рон, за что получил по руке от Гермионы деревянной лопаткой, которой девушка переворачивала блинчики. Панси на это лишь фыркнула, а Джордж улыбнулся. - Не слушайте его, ребят, - улыбнулась им в ответ Гермиона. – Он рад за вас, как бы не вредничал. Присаживайтесь. Усевшись, молодые люди потянулись к стоящей на столе тарелке с исходящими паром блинами. Когда Рон наполнял всем чашки ароматным чаем, на кухне показался Блейз. Рон про себя не без радости отметил, что парень выглядел в разы лучше, чем предыдущим утром. Забини с улыбкой поприветствовал всех и присоединился к завтраку. Улыбка его не померкла даже после брошенного взгляда на сцепленные руки Рона и Гермионы. Только слегка напряглись плечи. Гермиона тогда безостановочно шутила, была весела и активна. - Ты сегодня прямо живчик, Герм, - рассмеялся Джордж после очередной рассказанной девушкой шутки. А затем спросил, поигрывая бровями: – Никак братец наконец расстарался, а? Гермиона зарделась мягким румянцем, красноречиво подтверждая высказанную теорию. Джордж заулыбался и похлопал брата по плечу, говоря что-то типа «Так держать, МегаРон!». И, казалось бы, вполне себе безобидный подкол, такой естественный среди компании молодых людей, вот только… Атмосфера на кухне вмиг изменилась. Рон бросил быстрый взгляд на Блейза, который, казалось, слегка побледнел. Улыбка его стала неестественной и застыла на губах. Рон тут же отвел глаза, боясь быть пойманным, и случайно перехватил ответный гневный взгляд Паркинсон. Девушка еле заметно покачала головой и повернулась в сторону Забини. Тот теперь смотрел себе в тарелку, даже забыв перестать, наконец, лыбиться. Увидев это, Паркинсон нахмурилась, медленно выдохнула и поджала губы. Похоже, происходящее не заметили ни Джордж, ни Гермиона. А если бы заметили, то вряд ли бы поняли всю эту игру в гляделки. - Эмм, что ж, - быстро проговорила Панси, вдруг вскочив со стула. – Нам еще в Хогвартс собираться, там еще так много нужно сделать, ммм… Верно, Блейз? Так что мы, пожалуй, пойдем. И девушка, даже не дождавшись реакции на свои побуждающие действия, просто сцапала мулата за руку и, буквально сдернув того со стула, потащила за собой наверх. На вопросительный взгляд брата, Рон только пожал плечами, всеми силами не подавая виду, что заметил и пристальный взгляд от невесты. Уж непонятно, что там такого наговорила тогда Блейзу Паркинсон, но тот стал вести себя довольно… странно. Нет, он не впадал в тотальный игнор, не устраивал сцен, как и не сыпал похабными шутейками, и даже не использовал слащавых эпитетов, обращаясь к Рону. Однако за те несколько дней, прошедших после того самого завтрака, Забини будто бы специально подлавливал ситуации, когда Рон с Гермионой то уединялись у камина, то готовили вместе на кухне, обсуждая что-то свое, то даже нахально тарабаня в дверь теперь уже их с невестой общей комнаты, и с милой улыбкой сообщал о том, что «на несколько минут украдет Рона, поскольку ему срочно необходим контакт». Вот так вот двусмысленно и заявлял, как вам это? А еще все время стрелял глазками во время зачастивших, стремящихся перерасти в обыденную традицию общих завтраков, и улыбался так, будто знает что-то, только ему ведомое. Рон поначалу недоумевал. Потом неистово бесился, уверенный, что Забини делает это нарочно, чтобы вызвать подозрения и рассорить их с невестой. «Но ничего у этого змееныша не выйдет! Как бы ни строил мне свои красивые глазки… Красивые?! Блядь…» - думал Рональд, сжимая кулаки. А по прошествии этих нескольких дней младший из сыновей Уизли просто забил, как делал это всегда, когда ему надоедало это самокопание. Долгие думы были определенно не его. Так, незаметно пролетела неделя. Наступили долгожданные выходные. Уставший от мозгового штурма Рон предвкушал спокойный отдых дома. Позднее утро субботы настигло его вместе с ароматом пирогов с мясом, так соблазнительно тянущимся с кухни. Улыбнувшись, Уизли бодро вскочил с кровати и, наскоро умывшись, вприпрыжку спустился на кухню. У плиты колдовала Гермиона в прямом и переносном смыслах. На девушке был симпатично повязан передник, подчеркивая узкую талию и образуя аккуратный бантик прямо над упругой попкой, обтянутой коротеньким халатиком. Рон ухмыльнулся. В пятницу после работы его сил хватило только на то, чтобы на автомате «потискать» приставучего Забини в объятиях, полумертвым доползти в душ и завалиться спать. А тут такооой вид! Молодой организм отреагировал совсем другим «аппетитом», и парень тихо, по-кошачьи, стал красться по кухне к невесте. Подойдя совсем близко к что-то активно помешивающей девушке, рыжий парень прижался к ней и смачно хлопнул по попке. Не ожидающая такого действа Гермиона взвизгнула, подпрыгнула на месте, резко крутнулась и пролила по меньшей мере половину бутылки подсолнечного масла, которую держала в руке, прямо на халат Рона. - РОНАЛЬДЕПТВОЮМАТЬ!!! – вскричала девушка. - Маму не трожь!.. – виновато ответил парень, осматривая причиненный одежде ущерб. Халату, похоже, был трындец. – Что ж ты так верещишь-то? Да еще и маслом меня… - Какого бородатого ты вытворяешь, Рон?! – продолжала взбешенная Грейнжер. – Сам виноват, нечего было подкрадываться и пугать!!! Марш наверх переодеваться! И сразу закинь халат в стирку!!! Рон покраснел от глупого чувства провинившегося щенка и поспешно ретировался, пробубнив что-то наподобие «Как мама, чесслово!..». Поднимаясь по лестнице, парень сдернул на ходу халат, оставаясь только в пижамных штанах. Врываясь в прачечную и подсознательно отмечая, что кто-то, по-видимому, забыл выключить в ней свет, Рон произнес: - Уххх, женщины… - да так и застыл недалеко от входа, успев сделать лишь пару шагов. Стиральная машинка уже работала, дергаясь во все стороны. На ней, словно некоронованный правитель, восседал Забини собственной персоной, одетый в майку и короткие спальные шорты, и болтал ногами. - Оу, какие люди! – улыбка чеширского кота, не иначе! – Что ж ты завис? Проходи не стесняйся. Рон только и успел подобрать с пола челюсть и обуздать бегающие по голым участкам тела парня напротив глаза, как услышал резкий звук захлопнувшейся сзади двери. - Мать твою!.. – подпрыгнул на месте Уизли, копируя реакцию невесты несколькими минутами ранее, и на автомате оглянулся назад, убеждаясь в источнике громкого звука. - Да что ж такой пугливый? – практически мяукнул Блейз. – Проходи, я не кусаюсь! - Это мой дом, и моя прачечная! – рыкнул в раздражении Рон, быстро проходя мимо Забини по узкой – слишком узкой, побери все это лысый дементор! – прачечной к корзине для белья. – Нашел, кого пугать!.. - А если и укушу, то тебе точно это понравится! – будто не слыша гневных возгласов, продолжал Забини. - Что?.. – как-то слишком задушено пискнул Рон, замирая у корзины с халатом в руке. - Что? – мягко улыбнувшись, Блейз спрыгнул с машинки и, казалось, занял собою весь проход, складывая руки на груди. Рон сглотнул. Потом еще раз. «Надо. Быстро. Валить!» - все, что промелькнуло в рыжей голове. Парень наугад швырнул грязный халат в сторону корзины, не в силах отвести взгляд от смуглого парня, и неуверенно сделал шаг навстречу. - Дай пройти, - вышло как у мышки. Рон покраснел до корней волос и прочистил горло. Собравшись с силами, распрямил плечи и задрал подбородок. Затем более грубо повторил. - Дай пройти. - Проходи, - премило улыбаясь, мурлыкнул Забини. - Ты мне проход загораживаешь! – рыкнул Рон. - А ты обойди, - все с той же интонацией. Нахмурившись, Рон сцепил зубы, схватил мулата за плечи и крутанул, меняя их местами. Затем, резко убрал руки, будто мог обжечься, если продержит их на чужих плечах дольше обычного, развернулся и, сделав пару быстрых шагов к выходу уже, было, приоткрыл дверь, как почувствовал наваливающееся сзади тело, прижимающее его к ней, тем самым захлопывая. - А что ж ты так поспешно убегаешь, хм? – услышал жаркий шепот на ухо Рон. Чужое разгоряченное тело придавливало его к двери. Гибкие руки обхватывали поперек груди, массируя пальцами кожу повыше сосков. - Ты что, мать твою, делаешь? – воскликнул Рон настолько задушено, что в конце даже пустил петуха, и схватил смуглые кисти, пытаясь отвести их от своего тела подальше. Впрочем, сие действо было мягко говоря слабоватым для молодого аврора. - Уже было, - очередной выдох в ухо посылает мурашки от шеи и по спине. И Рон безбожно палится, вздрагивая всем телом и выпуская руки Забини из захвата. – Хотя не отвечай, - с придыханием. Губы попеременно начинают касаться то шеи, то плеча, от чего следующее сказанное звучит более глухо, но не менее понятно и доходчиво. – Я знаю, от чего ты бежишь… Поцелуй в плечо перерастает в захват кожи зубами. Рон тянется к ручке двери в безвольной попытке ее открыть, но чувствуя укус не сдерживает стон за сцепленными зубами, и следом пытается оправдать его гневным окликом: - Аааа…отпусти меня сейчас же, при… придурок! - И не подумаю, - Забини с причмокиванием выпускает покрасневший участок кожи из жаркого плена. – А бежишь ты от себя самого. От меня-то тебе бегать не надо. Руки мягко начинают поглаживать грудь, все чаще проходясь по соскам, вызывая теперь мурашки по всему телу. - И приказы твои, как видишь, на меня не действуют, - выдох уже в другое ухо. Выдох, от которого Рон пытается увернуться, отворачиваясь в сторону и нелепо барахтаясь на месте, не зная, куда себя деть. – И ты уже знаешь, что это значит, не так ли? Руки плавно спускаются ниже, задерживаясь у самого пояса штанов. А затем лицо Забини возникает рядом с роновым, все еще отвернутым в сторону. - Это значит, что ты тоже этого хочешь… - выдох в самые губы, и Рон срывается. Он подается вперед, ныряя в пламенный поцелуй с головой, чувствуя, как жаркие руки забираются под резинку пижамных брюк и охватывают член и яички. Рон не сдерживаясь стонет прямо в поцелуй, ощущая еще плотнее придвинувшегося к нему Забини, ощущая чужое жаркое возбуждение. Блейз углубляет поцелуй, посасывая его язык, и продолжая делать рваные движения руками. Надолго Уизли не хватает, и за секунду до того, как у него перед глазами заплясали звезды от накатившего цунами оргазма и от нехватки воздуха вследствие непрекращающегося поцелуя, он слышит чужой всхлип и чувствует, как намокает участок его пижамы сзади точно так же, как и спереди. Рон разрывает, наконец, поцелуй, утыкается лбом в дверь и дышит часто и рвано, по-прежнему обнимаемый Забини. - Отпус… отпусти, - тихо и глухо. Рон слышит печальный вздох сзади и руки медленно убираются с его тела. - Рон… - Нет! – резче, чем хотелось бы. – Просто… не надо. И Рон покидает прачечную, даже не повернувшись. Закончив рассказ, Уизли вздыхает. Поттер молчит, ошарашено глядя перед собой. Молчание надолго затягивается, аж пока Гарри не достает еще по одной сигарете. - Та еще ситуация, скажу я тебе, - затягиваясь, говорит Поттер. Уизли лишь фыркает, сплевывая. – И… как ты ко всему этому относишься? Рон крутит в пальцах медленно тлеющую сигарету, попеременно затягиваясь и стряхивая пепел вниз. - Как видишь, - хмыкает, - я в растерянности, приятель. - Ну а Забини твой что? - Уж не знаю, что в этот раз повлияло, но ведет он себя в рамках разумного, как для Забини, - Рон медленно выпускает дым. - Ну то есть, как и положено слизеринцу в его положении – отстраненно напоминает об обновлении связи, перестал на меня вешаться по поводу и без, вспомнил о такте и перестал выслеживать наше с Герм уединение, только чтоб его нарушить, даже не употребляет своих дурацких ужимок и прочего такого. Но только знаешь, он порой так смотрит на меня. Прямо в глаза. Будто хочет в душу заглянуть. И такой у него взгляд при этом… - Как побитой собаки? – ухмыльнулся Гарри. - Да иди ты! – рассмеялся Рон, шутливо отвешивая другу пинок. Парни постояли так какое-то время, посмеиваясь и докуривая сигареты. - Ну ладно. Допустим, Забини отошел от режима хищника-альфа самца и более не давит на тебя своей харизмой, - Гарри увернулся от очередного летящего в свой адрес пинка, давясь от смеха. – Ну а ты сам? В смысле… ты думал об этом? Чего хочешь ты? - Я-то? – Рон тяжко выдохнул. – Чтобы все было просто, как раньше. - Так значит, ты еще не решил для себя? Просто… - Гарри потер шею. – Как твой друг, я, конечно же, хочу, чтобы ты был счастлив. И в то же время, как друг и Гермионы тоже, я хочу, чтобы ты подумал и принял какое-то решение. Она не заслуживает того, чтобы быть заменой. Даже призрачной. Гарри похлопал Рона по плечу, разворачиваясь и покидая площадку. *** Работы во всех частях Хогвартса практически подошли к концу. После совершенного Поттером подвига по восстановлению замка волонтерам только и оставалась грязная работа. Так, на тридцатое июля весь восстановительный процесс был завершен, и группы работников сновали то и дело туда-сюда с мелкими заданиями, как то: убрать скопившийся мусор, помочь завести новые предметы обихода и расставить их, пополнить запасы еды/зелий/растений/иного расходного материала. Наша троица слизеринцев ныне примостилась на излюбленном ими поваленном дереве у кромки Запретного леса, помогая друг другу очистить руки от земли после работ по рассадке растений в восстановленных теплицах. У всех выдался внеплановый перерыв в связи с задержкой поставок в замок питательного грунта. Саженцы завезли еще вчера, а вот с черноземом заминка вышла и, использовав остатки имеющегося, ребят отпустили побродить по окрестностям в ожидании доставки нового. - Драко, что происходит? – вдруг спросила Панси, до этого молча очищающая бледные ладони от грязи. - Эм… ты чистишь мне руки? – улыбнулся парень. - Ты знаешь, о чем я, дурень! – хлопнув его по ладони, рассмеялась Паркинсон. Но тут же взяла себя в руки и продолжила вопрошать с нажимом, хоть и не поборов до конца улыбку на лице. – В последнее время ты ходишь, словно в воду опущенный. Бледнющий, словно ни жив, ни мертв. В глазах, бросающих на Поттера отчаянные взгляды, вечная печаль. Драко, неужели это все из-за него? Ты же обещал попробовать наладить контакт, ну? Что между вами происходит? Забини, уже очищенный от земли и до этого жующий соломинку и увлеченно рассматривающий жучка на сухой ветке дерева, подобрался и навострил уши. Драко сделал короткий вдох-выдох, по-прежнему смотря на то, как грязь с его ладоней медленно исчезает под уверенным движением палочкой подруги. - Я же говорил, что ничего между нами нет. Да и быть не может. Он… - Влюблен в кого-то, но в кого – ты не знаешь, и прочее бла-бла-бла. Да, я уже слышала, - закатила глаза девушка. – Однако, помнится, ранее, буквально каких-то пару недель назад, вы общались более тепло. Можно было бы даже ставить на зарождающуюся дружбу. Тогда ты был более спокоен и, как мне казалось, более позитивно смотрел на вещи. Сейчас же вы ведете себя, как на шестом курсе. Бросаете друг на друга непонятные взгляды, но держитесь холодно и отстраненно, словно, как и тогда, испытываете только взаимную ненависть. Что произошло? - Да так… - Драко кивком поблагодарил девушку, когда ладони вновь стали чистыми, и потер руки одна о другую. – Попытался наладить контакт, хм. - И? – Блейз вопросом дал знать о своем участии в беседе. - И… ничего, - устало выдохнул Драко. – Слушайте, это было изначально гиблое дело. Тот раз – в ту мою единственную попытку намекнуть на свое расположение неуместными для простого приятеля касаниями и даже, хм, легкими поглаживаниями пусть и просто по руке – единственное, в чем я убедился, что Поттер всегда будет видеть во мне только Пожирателя, привязанного к нему временно посредством ритуала. А еще я выяснил, что он, как там говорилось?.. Ах да, «надеется на отношения с тем олухом, пока дышит». Ну не замечательный ли расклад, а? Драко проговорил это глухо и на одном дыхании. А после тяжело выдохнул остатки воздуха в легких, как-то весь сдулся, сжался, и опустил веки. Забини, уже «подъехавший» по стволу дерева поближе, приобнял друга за плечо, а Панси покачала головой. - Оу… - растерянно проговорила девушка. - Да, - тихо подтвердил Малфой, не открывая глаз. - Ну… слушай, - Панси села по другую сторону от Драко. – Может тебе… ну не знаю… сделать, как Блейз? Малфой поперхнулся воздухом и в шоке воззрился на подругу. Даже Забини распахнул глаза, не веря в услышанное. - Погоди-погоди, - выставила в защитном жесте ладони вперед она, - но почему бы и нет? Заодно узнаешь, каковы твои шансы? - Ты в своем уме, Паркинсон? – воскликнул Драко, отойдя от шока. – Подумай, ЧТО и КОМУ ты предлагаешь!!! Панси слегка покраснела, но глаз не отвела, упрямо взирая в ответ. Блейз только покачал головой. - Да даже если отбросить тот момент, что у меня просто сердце встанет от паники раньше, чем мои руки… о, боги!.. доберутся… сама знаешь, куда, с определенным намерением… Ты хоть представляешь, КАК на это отреагирует Поттер?.. Вы получите меня обратно в спичечном коробке, и это в случае, если от меня вообще что-либо останется! - Ну… Знаешь, не надо так драматизировать! – пыталась защититься Панси. - Драматизировать? – переспросил Драко, все еще не снижая тона. – Драматизировать??! Вспомни, как сейчас ведет себя Уизли! – вскричал Драко, а затем быстро добавил, почувствовав, как сжалась рука на его плече: - Прости, Блейз. - Нормально, - горько выдохнул тот. - Так то Уизли. А это, мать его, Поттер!!! Уж он-то вряд ли будет шарахаться от меня по всему дому. Скорей уж наоборот. Воцарилось молчание. Панси тяжко выдохнула, пожала плечами и буркнула что-то, наподобие «Я только предложила». Блейз разжал объятия и теперь рассматривал собственные ладони. - Приятель, а ведь кое в чем Панси права, - вдруг нарушил тишину он. - И ты, Брут? – устало отмахнулся Драко. - Нет, погоди, я не о том. Послушай, - дождавшись, когда Малфой сосредоточит на нем свое внимание, Блейз продолжил: - «Так ты узнаешь, каковы твои шансы» - сказала Панси, верно? Но ведь нужно не с того начинать! Нужно сперва узнать, против кого ты прешь. Может, там все совсем не так плохо, как видится. Панси поддакнула, обрадовавшись на то, что ушла с линии огня. - Ага, - догнал Малфой и ухмыльнулся. – Вот так вот прям щас завалюсь к Поттеру и в лоб спрошу: «Кого любишь, герой»? Так ты это видишь? А Поттер прям вот так возьмет, да каааак ответит. Авадой в лоб, например. - Мерлин, Драко. Ты слизеринец, или где?! – округлил глаза Забини. – Ответит. Как миленький, если правильно к стенке прижать. - А под этим ты, конечно, подразумеваешь… - Да включи уже мозги! – воскликнул Блейз. – Завтра у нас чтоооо? Правильно, пьянка по поводу Дня Рождения нашей национальной гордости. И, когда круг молодых и пьяных приятелей скучает, они делают чтоооо? - Пьют, пока не вырубятся? – съязвил Драко. - Нет, дубина! Они начинают развлекаться, - заговорщицки улыбнулся Забини. – В игры разные играют… - В правду или вызов, например… - подхватила, уловившая суть, Паркинсон. - Вы хотите, чтобы… - Драко переводил взгляд с одного на другую, в поиске уверения, что правильно понимает их намек. Оба активно закивали. Драко выдохнул и покачал головой. – С другой стороны, почему бы и нет? Что мне терять?.. - Вот и умничка! – радостно воскликнула Панси и сделала попытку потрепать того по блондинистой голове, но Малфой ловко увернулся. - К нам гости, - оповестил Забини, кивком головы указывая в сторону тропинки, ведущей от замка. По тропинке спускались Рон и Гермиона, которую парень поддерживал за руку. - Как ты это терпишь, друг? – негромко спросил Драко у притихшего Забини. - А что делать? Приходится… - выдохнул тот. – Но ничего. Я умею ждать. Как оказалось, Рона выпроводил с работы его начальник. Линдси, увидевший, что от переусердствования и бесконтрольного просиживания за работой без нормального сна и питания у парня пошла носом кровь, просто взашей выгнал того из кабинета, повелев не появляться в Аврорате минимум три дня. Которые так же повелительно советовал провести в отдыхе. Подошедшие гриффиндорцы сообщили, что, раз уж так сложилось, можно отправиться в Нору и начать неспешные приготовления к завтрашнему празднику. Так, перекинувшись парой фраз и наскоро попрощавшись с другом, слизеринцы в компании гриффиндорцев оставили Драко одного. Тот, решив, что сегодня поставок грунта точно ждать уже не стоит, вдруг вспомнил кое о чем, что давненько хотел воплотить, улыбнулся, и пошел на поиски Поттера в сторону библиотеки. *** Гарри сидел и уныло листал очередной талмуд в пока еще бесперспективных поисках схожих ритуалов или любой другой информации. Дойдя до последней страницы, парень вздохнул, захлопнул книгу и отложил в стопку уже просмотренных. Конечно, в компании Гермионы дело шло хоть немного веселее. Как минимум, девушка через раз пинала его, чтобы Поттер прекратил клевать носом и продолжал поиски информации. Как максимум – ребята вели редкие беседы на разные темы, иногда шутя и подтрунивая друг над другом. Но, к несчастью для Поттера, Гермиону забрал подоспевший Рон. Друзья сослались на какую-то «очень важную» миссию в Норе и были таковы. С трудом подавив зевок, Гарри придвинул к себе очередной толстенный сборник разной темномагической гадости, добытый из глубин запретной секции. Переплет у книги был настолько ветхим и потрепанным временем, что, казалось, бумажная крошка оставалась на пальцах. Открыв оглавление, Гарри снова тяжко вздохнул, очередной раз пожалел себя, бедного, и приступил к изучению. Внезапно на глаза ему опустились прохладные ладони, закрывая обзор. От неожиданности Поттер вздрогнул всем телом, откидываясь на стуле, и завертел головой в попытках скинуть чужие руки. «Тоже мне, аврор. Кто-то подкрадывается к тебе сзади и спокойно «атакует», лишая зрения, а ты даже не услышал приближающихся шагов, хотя сидишь в запретной секции и совершенно один!» - ругал себя Гарри. Видимо, он слишком глубоко погрузился в изучение проклятущих книг из-за продолжительной неудачи в поисках, раз допустил такое. - Угадай, кто? – тем временем еле слышно выдохнули ему прямо в ухо. В нос тут же ударил знакомый аромат цитруса и легкой свежести моря. - Драко, - Гарри улыбнулся и тут же расслабился. Он протянул руки к лицу и мягко накрыл прохладные ладони, отводя их от своих глаз. - Раз аврор – всегда аврор, хм? – улыбнулся в ответ Малфой, которого повернувшийся на голос Поттер теперь лицезрел позади себя. «Ага, хорош же такой аврор! Просто я слишком хорошо с недавних пор знаю твой запах…» - подумал про себя Гарри, а в ответ только сильнее улыбнулся и едва пожал плечами. - Ты как тут? – спросил Гарри. – Помочь пришел? - Э, нет, - покачал головой блондин. – Не хочу более иметь дела с Робардсом и Ко. Пусть уж лучше Грейнжер. - Тогда… зачем ты тут? – недоумевающе вздернул бровь Гарри. Прозвучало немного резковато, поэтому он быстро добавил: - В смысле… разве ты не должен руководить рассадой в теплицах? - А что? Ты так не рад мне, Поттер? – вскинулся Драко. Но, впрочем, тут же расслабился, видимо передумав продолжать язвить, и уже более спокойно продолжил: - Вообще-то, расходный материал у нас закончился еще к обеду, а поставки нового по всей видимости будут только завтра, так что… Я тут подумал. Раз уж мистер и миссис Уизли забрали моих верных соратников, то скрасить мое одиночество придется тебе. И тут мне пришла шикарная мысль. Почему бы нам с тобой, Поттер, не тряхнуть стариной и не пойти полетать? Ну, что скажешь? Гарри, услышавший первоначальный резкий выпад, уже было растерял остатки настроения, но с каждой произнесенной далее фразой его расположение вновь обрело силу. Предложение Драко звучало заманчиво. К тому же, за целый день просиживания в библиотеке, мышцы затекли и нещадно тянули. Драко ждал ответа, молча взирая на Поттера. - Ну что ж. Идея хороша, - кивнул, наконец, Поттер. – Я с радостью! - Ну тогда чего сидим? Кого ждем? – расслабившись от положительного ответа, улыбнулся ему Малфой. – Поднимай героический зад, и пошли на поле! Поттер хмыкнул и покачал головой. - Ну а что с метлами? – спросил Гарри, поднявшись и направившись в сторону библиотекаря, левитируя книги перед собой. - Да старые школьные возьмем, какая разница?! – закатил глаза Малфой. - Как это, какая? – возмутился до глубины души Гарри. – Не на Чистомете же ты мне предлагаешь снитч ловить?! - И это говорит самый молодой ловец столетия… - наигранно-разочарованно вздохнул Драко, качая головой. – И где же твоя извечная жажда азарта, а, Поттер? Что, обыграть меня ты мастак только на метлах определенного уровня? А как Чистометик – так поджилки затряслись? Похоже, подначки Малфоя возымели успех: Поттер с грохотом струсил книги на стол возмущенной мадам Пинс, подымая при этом немалое такое облачко пыли (состоящее, в большей части, из этих же самых древних аки шкура мамонта талмудов, но об этом история, как говорится, умалчивает), круто развернулся и, сложив руки на груди, распрямился, приосанился и воинственно изрек: - Ну держись, Малфой! Чур на поле не ныть! - До первой крови, очкарик! – подзадоривал Драко, уже откровенно насмехаясь. - И это будет твоя кровь из закушенной от злости губы, когда я вырву чертов снитч у тебя из-под твоего наглого носа, напыщенный ты аристократический… - Статный, сексуальный, благовоспитанный… - уже ржал в голос Малфой. - … беспардонный индюк! – не выдержав, тоже рассмеялся Поттер. Так, под вопли мадам Пинс о несдержанных, недалеких и распоясанных бывших учениках Хогвартса, парни покинули библиотеку, продолжая шутить и смеяться. Похоже, холодная стена пала, чему оба парня, несказанно уставших от возникших натянутых отношений, были только рады. Пока они шли к школьному сараю с метлами, завязалась незатейливая беседа обо всем, и ни о чем конкретно. Казалось, парни настолько истосковались по вот такому непринужденному общению, что обоим было не важно, о чем говорить, лишь бы так, как сейчас. - Как там поживают твои сны, наполненные больными эротическими фантазиями? – вопрос сорвался с губ Драко еще до того, как он успел опомниться и затормозить. Поттер аж споткнулся. - Эм… нормально. В смысле, почти не снятся. В смысле… все под контролем, - стушевался Гарри, отчаянно краснея. Перед глазами тут же пронеслись картинки того, как он властно держит за бедра белокурого юношу, насаживая того на свой член; как тот сперва противится и пытается сопротивляться, но потом сам активно подается навстречу, не сдерживая стонов… Картинки, которые временами прорывались даже через самый сильный блок. Драко, наблюдающий за сменой эмоций на пылающем краской лице, рассмеялся. - Да брось, Поттер! – проговорил блондин. – Не распыляешь Лондон - и ладно! Гарри робко улыбнулся шутке и пожал плечами. - Хотя, должен заметить, ты и правда лучше стал держать себя в руках. По крайней мере, по сравнению с тем, на сколько часто у тебя были вспышки ранее, - Драко закивал головой в подтверждение своих слов. - Знаю, - Поттер снова неуклюже пожал плечами. – Думаю, это ты на меня так хорошо влияешь. Драко вздернул бровь, высказывая тем свой вопрос. - Ну то есть… С тобой я как-то спокойнее, что ли… - Гарри уже пожалел, что вообще об этом сказал. – Не знаю, как объяснить. - Наверно, связь стабилизирует, - пришел на помощь Малфой. Поттер благодарно кивнул. Парни выбрались из замка и пошли вдоль центрального двора. - Так значит, такие сны тебе больше не снятся, - буцая мелкий камушек, вновь спросил Драко. - Неа, - ответил Поттер, вдыхая свежий воздух после долгой отсидки в душном и пыльном помещении. - А что снится? – на автомате спросил Малфой. - Ну… кошмары иногда, - нехотя ответил Поттер. - Хм, даже не буду спрашивать, что ты в них видишь, - угрюмо заметил Малфой. – Война небось? - Нет, бля, голая Макгонагалл и ты в свадебном наряде! – округлил глаза Поттер. - Фи, какая у тебя больная фантазия! – воскликнул Драко. – Ну ладно, Макгонагалл, но вот меня в свадебном ты бы уж точно никогда не увидел! «Не сомневаюсь…» - вздохнул про себя Гарри. Тем временем Драко продолжил: - Отец ведь, скорее всего, сам устроит мне брак с выбранной им невестой, - «Если доживет, конечно» - продолжил про себя Драко. Поттер нахмурился и сжал зубы. - То есть, тебе будет все равно, кто будет твоей женой? – не сдерживая рычащих ноток в голосе, спросил Гарри. - А как ты хотел? – усмехнулся невесело Драко. - Мы – чистокровный древнейший род. Я обязан чтить традиции. И не имею права даже думать в сторону «другой» команды, понимаешь? Да и не хочу особо, если честно. Вряд ли меня там что-то заинтересует. Да еще и после всего… «Тем более, учитывая то, что я уже и так пропал, запав на одного лохматого гриффа», - про себя добавил Драко. Поттер ничего на это не ответил, лишь сильнее сжав кулаки. Свернув на узкую тропку, ведущую прямиком к сараю, Гарри вдруг задал давно мучивший его вопрос: - Так ээээ… хм… как там с твоими кошмарами? – слегка краснея, спросил он. Поттер теперь чувствовал ответственность за свою отстраненность и откровенное нежелание помочь любимому. «А ведь это был настоящий эгоизм! Я умышленно допускал ЕГО мучения во благо себе…» - с грустью и болью думал теперь Гарри. - Нормально, - отмахнулся Малфой. Но, увидев пристальный обеспокоенный взгляд зеленых глаз, сказал более уверенно. – Нет, правда, все нормально, Поттер. Если они возникают вновь, я пью подготовленные на этот случай зелья. Поттер кивнул, замолчав. «И вовсе не нужно тебе знать, что пью я их каждую ночь и значительно подсел на компоненты, начав увеличивать дозу действующих ингредиентов…» - про себя добавил Драко. - Погоди, - молчавший доселе Гарри внимательно стал всматриваться в бледное лицо Малфоя, - но ведь если часто принимать подобные зелья, то можно развить привыкание к ним… «А в моем случае привыкание уже близко к настоящей зависимости. Но тебе я, конечно, об этом не скажу», - снова мысленно продекламировал Драко, а в ответ лишь пожал плечами. Похоже, Поттера такой вариант не устроил. Он резко затормозил, развернулся и схватил Драко за плечи. - Послушай меня, Драко, - с напором проговорил он. – Ты сегодня же прекратишь пить эти зелья… - Но ведь я… - попытался перебить его Малфой, заволновавшийся, что сказанное Поттером таким утвердительным и властным тоном может восприняться чертовым артефактом, как непосредственный приказ, но Поттер не дал договорить, сжав его плечи сильнее и продолжая. - Ты прекратишь пить эти зелья и, раз уж ты сам в этом признался, будешь приходить ко мне, чтобы избавиться от них, - Гарри уверенно смотрел в серые глаза. – Ну, или звать к себе на некоторое время, или даже на ночь, как тебе удобнее… - все же немного смутившись, добавил Гарри. Видя, как Драко набирает в грудь воздуха и уже открывает рот, явно чтобы отказаться, Гарри еще сильнее сжал его плечи и быстро заговорил: - Просто будем спать рядом, ничего более, не бойся! Я могу даже брать с собой свою подушку и одеяло, и просто держать твою руку ночью, раз это тебе помогает. Малфой снова открыл было рот, как Гарри, начавший немного нервничать, уже по инерции не дал ему возможности высказаться, начав даже слегка потряхивать, как неугомонного ребенка, за многострадальные плечи. - Ну не начинай лепить драму из этого, Малфой! В этом же ничего такого нет!!! Драко кивнул, протяжно выдохнул и улыбнулся. - Может быть, ты уже отпустишь мои несчастные плечи, Поттер? - А? – сначала не понял Гарри, а когда до него дошло – выпустил, наконец, Малфоя из железной хватки. – Прости. - Ничего, - потирая слегка ноющую теперь кожу, ответил тот и, улыбаясь, продолжил. – Мы летать сегодня будем? Нет? Гарри кивнул, и парни продолжили спускаться. Добравшись, наконец, к сараю, открыв его и изучив содержимое, Гарри застонал, закатывая глаза. - Ну я ведь говорил!.. – протянул он, театрально прикрывая ладонью глаза. – Ты только посмотри на эту рухлядь! - Страшно, Поттер? – как в старые-добрые времена язвительно бросил вызов Драко, хватая первую попавшуюся метлу и вскакивая на нее. - Не дождешься, - раньше выходило задорнее, мда. Сейчас же это прозвучало, как скулеж. - Боги, Поттер, - закатил глаза Малфой, кружа рядом с сараем и глядя на то, как Гарри придирчиво выбирет лучшее из худшего. – Ни за что не подтвержу, что когда-либо говорил это, но… Ты же сейчас скулишь похуже меня на начальных курсах! Гарри, услышавший это, даже прервал свое пыльное занятие и удивленно воззрился на блондина. - Ну ты даешь, Малфой! – весело сказал Гарри. – Вот никогда бы не подумал, что тебе знакомо даже само слово «самокритичность». Удивиииил! - Цени, герой. Пока бесплатно! – ухмыльнулся ничуть не смутившийся слизеринец. – А теперь бери любую из метел и полетели уже, пока я тут не заржавел окончательно! Спустя еще пятнадцать минут, девять перещупанных Чистометов, гору мата и ощутимый пинок под геройский зад от Малфоя, Поттер, наконец, взмыл в воздух с грацией слона на качельке. - Вынужден признать, это провал, Поттер, - саркастично протянул Малфой, глядя на то, как злющий и отчаянно краснеющий Гарри пытается выровнять этот лишь молитвами Мерлина держащийся в воздухе кусок дерева. – Победа тут будет явно за мной, и к Трелони не ходи. - Не говори «Гоп!», Малфой, - наконец справившись с метлой и поравнявшись с Драко, задорно ухмыльнулся в ответ Гарри и выпустил снитч. – Понеслась! Игра была тем еще удовольствием. Как и предрекал Поттер, метлы не то, чтобы летали, скорее уж перемещались лишь посредством дуновения ветра и силы мысли. Но весело было, это да. Было ощущение, будто бы парни руководствовались замедленной съемкой в то время, как снитч летал в режиме реального времени. Чтобы хоть как-то сдвинуть метлу, парням приходилось напрягать все мышцы тела вдвое, а то и втрое сильнее обычного, вследствие чего уже ко второму часу таких полетов оба были мокрые насквозь и загнанно дышали. Неизвестно, сколько бы еще продолжался этот спектакль «инвалидов на пенсии», как смел выразиться Малфой, когда Поттер заметил-таки снитч. - Ты продул, Малфой, смирись! – «пронесся» на скорости бабочки мимо Драко довольный Поттер. - Да счаз! – разворачивая свою метлу на 180, воскликнул Драко. – Только не в мою смену!! И со смехом «ринулся» догонять Поттера со скоростью, немного превосходящей летающего в расцвете сил комара. Несмотря на то, что у Поттера было преимущество во времени, и он уже успел немного обогнать Драко, блондин быстро сравнял их расстояние за счет чуть более быстрой метлы. Оба летели, вытянув руки вперед, стремясь поймать золотой мячик, который летел сейчас разве что в треть от своей изначальной скорости, видимо поняв, что летающие недоразумения в ином случае даже не приблизятся к нему. Пролетев бок-о-бок на расстоянии половины поля, парни стали выдыхаться. Еще бы, ведь только на то, чтобы заставить метлу держать набранную, с позволения сказать, «скорость», оба приложили остатки и так растраченной энергии. Походу, злобный мячик просек эту фишку, и решил сделать маневр «так не доставайся же ты никому!» - резко ушел влево и вниз. И поскольку слева летел Малфой, он враз решил, что, - вот он, шанс! – и, забив на то, чтобы развернуть не поворачиваемое, просто резко свесился с нее в попытке словить мячик на лету и повиснув на метле, держать только одной рукой. Секунда – и мокрые от пота пальцы соскальзывают. Малфой, быстро набирая скорость, летит вниз. Совершенно не ожидавший ни такого маневра, ни последовавшего за этим падения, Поттер несколько мгновений, показавшихся ему вечностью, округлившимися в шоке глазами взирал на падающего Драко, после чего резко направил метлу древком вниз под перпендикулярным земле углом и пулей полетел следом, ускоряясь больше земным притяжением, чем скоростью метлы. Поттер поблагодарил всех древнейших колдунов и великомучеников, что его вес был немного больше веса Драко, что позволило ему быстро догнать его в полете. Быстро, но недостаточно, чтобы успеть перехватить его. До земли оставались считанные метры. Летящий Драко понимал, что Поттер просто не успеет. Он наблюдал за тем, как зеленые глаза все больше расширяются в панике, как бледнеет лицо приближающегося, но все еще летящего слишком далеко от самого Драко Поттера. «Если это конец… что ж. По крайней мере, он – лучшее, что я хотел бы видеть среди последнего в своей жизни», - пронеслось в блондинистой голове Малфоя. Не успел Драко даже додумать эту мысль, как произошло несколько событий. Вот Поттер вскидывает ладонь и во всю мощь легких орет «Арресто моментум», и из его ладони вырывается заклинание, уже у самой земли догоняя Малфоя и срабатывая, словно воздушная подушка, от чего парня неслабо подкидывает в обратном направлении по инерции, а затем снова вниз шлепая о землю, но уже всего с высоты полутора метров. Вот распластавшийся по траве Малфой, не слабо приложенный оземь, наблюдает, как Поттер пытается затормозить, резко дергая метлу вверх. Торможение происходит слишком медленно для набранной скорости, и слишком резко, для держащегося за древко лишь одной рукой Поттера, из-за чего тот слетает с метлы и кулем валится на землю. Поттер делает несколько кувырков, останавливаясь на спине и затихает. Не веря глазам и боясь вздохнуть, Драко подрывается с земли и на всех парах летит к распластавшемуся тихому Поттеру. Упав на колени рядом с ним и боясь прикоснуться, чтобы не навредить, Малфой, закусив губу, прикладывает ухо к поттеровской груди. «Только бы жив!.. Только бы ты был жив!..» - как молоточком стучало в голове. Тихо. Драко всхлипнул и прижался ухом ближе, но ничего не услышал. - Ну давай же, Поттер! Дыши! – взмолился он, сам едва дыша. - Это весьма проблематично, пока ты давишь мне на грудь… - послышался едва различимый выдох. Драко тут же радостно встрепенулся и воззрился на хрипящего и откашливающегося героя. - Сколько еще раз мне придется спасать твою аристократичную бледную задницу, Малфой? – прокаркал Гарри и открыл глаза. Малфой… плакал. Смотрел на Поттера, как на воскресшего Мерлина, и слезы катились по его щекам. - Эй… - Гарри медленно протянул ладонь и стер дорожку со щеки. – Ну ты чего?.. - Ты просто… ты просто… - всхлипывал Малфой, вцепившись в смуглую ладонь на своем лице. – Неимоверный… идиот!!! - Спасибо, не нужно благодарностей, - улыбнулся Гарри, а затем снова закашлялся. Похоже, это привело Драко в чувства. - Как ты? – тут же засуетился он. – Лежи спокойно. Не делай резких движений. Что болит? - Да нормально все, Малфой, - откашлявшись, проговорил Гарри. – Меня магия подстраховала. Я это почувствовал при падении. Так что не дергайся, я отделался лишь ушибами. - К Помфри. Немедленно! – кивнув сам себе, строго и отрывисто проговорил Драко. - Потным и грязным? Ну нееет, - протянул Гарри и попытался встать, убирая руку с лица успокоившегося Драко. - В душ вдруг резко захотелось? – вскипел Малфой. – Не тупи! Сейчас же идем в Больничное крыло!!! - Мамочка из тебя, Малфой, так себе, - улыбнулся Гарри, отмахнувшись от придерживающих рук и все-таки вставая. – Говорю же, все в порядке. Поэтому сначала в душ. Ну а Поппи потом даст что-нибудь от ушибов. - О, боги, ну почему все гриффиндорцы упрямей гиппогрифов? – воскликнул Малфой, подхватывая явно похрамывающего и шатающегося Поттера под руку. – И мне достался самый упрямый из всех! Гарри только улыбнулся, ничего не ответив. Как бы он ни строил перед Малфоем скалу, приложило его знатно. Плечо ныло не переставая, а каждый вдох отзывался болью в левом боку. Возможно, треснуло пару ребер. Так, неспешно доковыляв к примыкающим к полю раздевалкам, парни ввалились внутрь. - Ладно, герой. Быстро в душ, а затем сразу на свидание к медиведьме! – скомандовал Драко, останавливаясь у левого от двери ряда шкафчиков и стягивая с себя мокрый и грязный свитер. Поттер, оставленный им у правого ряда, выдавил улыбку и потянул вверх свой собственный свитер, но, не подняв его и до середины груди, тихо зашипел и опустил руки. Увидев это, Драко цокнул и закатил глаза. - Вот говорил же, что нужно сначала к Помфри! – воскликнул он, обходя лавки, стоящие посреди раздевалки, и приближаясь к Поттеру. – Погоди, помогу. Гарри благодарно кивнул и развернулся к тому спиной. - Руки поднять сможешь? – тихо спросил Драко, ощутив легкое смущение. Дождавшись очередного кивка, он схватился за края свитера и потянул его вверх, медленно оголяя смуглое тело. Несколько мгновений спустя со свитером было покончено и взору Драко предстала неприятнейшая картина: вся левая сторона на спине Поттера была слегка опухшей и покрасневшей, а ближе к лопатке кожа и вовсе была немного свезена и уже наливалась сукровицей. Малфой поморщился, а присмотревшись получше, увидел зарождающийся большущий синяк в половину спины. - Что, видок тот еще, а? – усмехнулся нервничающий Гарри, переминаясь с одной ноги на другую. - Нормально, - скрипуче ответил Драко. - Ага. То-то я смотрю, ты там притих… - Ну так почему бы тебе просто не повернуться? – парировал Малфой. И Гарри повернулся, глядя в серые глаза. И Драко почувствовал, как кровь приливает к лицу от этого взгляда. Поэтому он тут же опустил глаза, что стало роковой ошибкой – ведь теперь он откровенно рассматривал подкачанный торс Поттера. Блондин почувствовал, как часть крови покидает лицо, перемещаясь южнее. «Твою ж…» - в голове сразу стало как-то пусто. Рука сама собой потянулась вперед. – «ОМГ! Что я делаю?!» И тут его взгляд цепляется за бледный, едва заметный на смуглой коже шрам, расположенный аккурат под солнечным сплетением и расползающийся мелкими зигзагообразными ответвлениями. Рука сама собой останавливается именно на этом шраме, от чего молчаливый Поттер вздрагивает и со свистом втягивает воздух. Мышцы живота под ласкающими пальцами судорожно поджимаются, но Драко, будто загипнотизированный, не в силах остановиться, повторяя кончиками изгибы ответвлений. «Как молния…» - думает он, водя пальцами по теплой коже, покрытой теперь мурашками. – «Молния?!» - Это… - начинает Драко, и голос его прерывается, не успев оформить вопрос, стоит ему только взглянуть в лицо Поттеру. Поттеру, который стоит, безвольно опустив руки и закрыв глаза. Поттеру, который, закусив губу, хоть и дышит медленно и глубоко, но воздух на выдохе которого то и дело срывается на свист, будто парень всеми силами пытается не задышать часто и загнанно. Драко гулко сглатывает, и вновь пытается задать вопрос. - Гарри, это ведь шрам от Авады? – вопрос тихим шелестом повисает в воздухе. Пальцы Малфой так и не убирает, задерживая ладонь в одном положении. - Да, - выдыхает Гарри, открывая глаза. Зеленые омуты с поволокой теперь смотрят на Драко, заставляя еле заметно дрожать. Более ничего выяснять Малфою не хотелось. Податься вперед – хотелось. И накрыть чуть приоткрытые губы своими – тоже очень, очень хотелось. Пытаясь взять себя в руки, а свои руки – в контроль, Драко неумело шутит: - Со свитером разобрались. Со штанами помочь? – чтобы выжать ухмылку и придать голосу веселых ноток ушло все хваленое малфоевское самообладание. - Спасибо, дальше я сам, - прошептал Поттер, не найдя в себе сил сказать что-либо еще, громче и увереннее. Драко снова ухмыльнулся, медленно потянул ладонь на себя. Поттер, будто отошедший от транса, часто заморгал, нащупал полотенце позади себя и быстро покинул раздевалку, скрывшись в душевых. То, что он не избавился от брюк, было им даже не замечено. Спустя пятнадцать минут, не меньше, Гарри, уже смывающий шампунь с волос, услышал, как сработала соседняя душевая. Наскоро помывшись, Гарри покинул душевую в надежде одеться раньше, чем снова предстанет перед Малфоем хоть сколько-нибудь в оголенном виде. Нет, дело было вовсе не в том, что он стеснялся. Просто… Драко смотрел так странно, касался его кожи так нежно… Словно в ту самую ночь на кухне. Это вновь возрождало в трепещущем и страдающем от неразделенного чувства сердце робкую надежду. А Гарри больше этого не хотел. Он уже решил для себя, что уж лучше пусть у него будет Малфой в качестве приятеля, возможно даже в дальнейшем – друга, чем не будет никем. Уже натягивая, хоть и с трудом, свитер, Гарри услышал, как по полу зашлепали явно босые ноги. Стоило ему выпутаться из горловины свитера, как пред ним предстал Малфой во всей красе, одетый лишь в полотенце вокруг бедер и мокрый после душа. Конечно же, Гарри завис, пялясь на бледную кожу с раскрытым ртом. Сейчас голос на фоне иронично прокаркал бы, как же это все было до безумия банально, но… Залипшему Поттеру было явно на это плевать с Астрономической. Малфой же, словно и вовсе ничего не замечая, развернулся к занятому шкафчику и стал насвистывать незатейливую мелодию, увлеченно роясь в его глубинах. Вытянув, по всей видимости из ранее сброшенной мантии палочку, Драко направил ее на свои боксеры, которые уже держал в левой руке, и очистил их с помощью магии. Все еще не смотря на застывшего истуканом Поттера, также продолжая насвистывать, Драко вновь повернулся к своему шкафчику и одним плавным движением сорвал с бедер полотенце. Грохот упавшей челюсти гриффиндорца, по всей видимости, слышали все в Хогсмиде, но не слышал Малфой. И пока Гарри, ловя ртом воздух и давясь слюной, приходил в себя от маячивших перед глазами бледных, прекрасных ягодиц, Драко… стал медленно поворачиваться к нему. На этом выдержка Поттера дала трещину: захлопнув рот так резко, что клацнули зубы, он не менее резко развернулся на 180 и со всего маху впечатался лбом в открытую им же парой минут ранее дверцу шкафчика. Не ожидавшая такой пламенной встречи геройская голова взорвалась болью, и Поттер завалился назад, прикладываясь о чертовы лавочки еще и затылком. В глазах сразу потемнело и забегали звездочки. Гарри затошнило. Наблюдавший за неравной схваткой Поттера с мебелью Драко очнулся только после того, как услышал со стороны пола слабый стон. Схватив мантию и накидывая ее на себя, Малфой второй раз за день пулей подлетел к Поттеру, останавливаясь на коленях рядом с позеленевшим героем и костеря себя на чем свет стоит за такой необдуманный план, «посмотреть, а что будет, если…». Аккуратно переместив вихрастую голову к себе на колени, Малфой легким касанием пальцев убрал налипшую на лоб мокрую челку. - Поттер? – позвал он на пробу пострадавшего парня. - Ммммм, - вновь послышался стон и Гарри открыл глаза. Зрачки его были сильно расширены, что только подтверждало наличие сотрясения. - К Помфри. Живо!!! – буквально прорычал Малфой, на что Поттер лишь слабо кивнул. *** Как и предполагалось, у Поттера оказалось сильное сотрясение. И это – не считая сломанного ребра и трещин еще в трех. Малфой был зол. Помфри была зла. Поттер был… на своей волне. Перед закрытыми веками все еще стояли картины Малфоя, гладящего его грудь, и Малфоя, срывающего полотенце. Посему Гарри, пребывающий в стране грез, беззаветно улыбался, согласно глотая зелья, подносимые ему Помфри, колбу за колбой. Малфой же не разделял веселья, списывая такую реакцию героя на ушибленную не раз голову. Нужно было быстрее тащить гриффиндурка на Гриммо. В последнее время у них сложилась опасная тенденция возвращаться из Хогвартса домой только после посещения больничного крыла. Того и гляди, вернет Поттера Уизли-Грейнжер по частям. И хорошо, если в полной комплектации. Ухмыльнувшись своим мыслям, Драко побрел в сторону освободившегося из-под опеки школьной медсестры героя. Что и говорить, приключений за день хватило обоим. Вывалившись из камина и упав на диван, оба единогласно решили закончить вечер пиццей перед телевизором. Ближе к десяти вечера, уже порядком устав от глупой болтовни по ТВ, Поттер предложил раскупорить Огдена, отмахнувшись от заикнувшегося было о его состоянии Драко. - У меня День рождения близится! Имею право! – шутливо настоял Поттер, вынимая пробку и разливая янтарный напиток по стаканам. Вернувшись на диван, Поттер очередной раз продемонстрировал свой излюбленный фокус, выключая ТВ и запуская музыкальный центр. Говорить особо не хотелось, но тем не менее на парней, прилично уставших за день, тишина вовсе не давила, и даже казалась приятной и уютной. Так и просидели они около часа, смотря на пламя в камине, распивая крепкий алкоголь, слушая ненавязчивую музыку и думая каждый о своем. «Панси права», - думал Драко, потягивая виски. – «Я должен вспомнить, что я не просто кто-то. Я Малфой, черт подери!!!» В расслабившемся от переживаний, нагрузок и алкоголя мозгу парня зрел бунт. «Я красив, воспитан, умен и богат. Да я шикарен, мать его так!!!» - Малфой даже слегка кивнул своим мыслям. – «Никакие Поттеры не смогут устоять пред моими чарами!!!» Еще глоток. Сознание весело плыло. Малфой весело улыбался. «И Блейз тоже прав! Я должен узнать, что ж там за хрен такой невъе… кхм… пропустим это…» Огденский знал свою работу. Драко охмелел и воспрял духом. «Да!!! Я узнаю, кто это, и буду все оставшиеся дни, пока мы связаны ритуалом, доказывать Поттеру, что он не такой уж однолюб. И что я намного лучше!» Развернувшись к Гарри и вглядываясь затуманенными алкоголем глазами в лицо парня, уверенность Драко почти тут же растаяла. Даже алкогольные пары в половину ослабили хватку. Поттер сидел грустнее некуда, крутя бокал в руках и делая совсем мизерные глотки. - О чем ты думаешь, Гарри? – не выдержав зрелища, спросил-таки Малфой. - О том, чего хотел бы на День Рождения в качестве подарка, - тихо ответил он, отпивая виски. - И чего бы ты хотел? – также тихо спросил Драко. А потом фыркнул от своей глупости. – Ну да, конечно, - даже не замечая, что это саркастичное высказывание было сделано вслух, Малфой продолжил. – Точнее будет сказать, КОГО бы ты хотел, не так ли? Поттер повернулся и посмотрел ему в глаза все тем же грустным, болезненным взглядом, и тихо вздохнул. - Ну давай же, - будто поддавшись внутреннему зову, тихо и настойчиво проговорил Драко. – Скажи, кто он? Назови имя. Гарри, все не сводящий с него этого несчастного взгляда, едва слышно хмыкнул и улыбнулся, медленно качая головой. И будто насмехаясь над ними обоими, зазвучала самая неуместная на данный момент песня. И с самых первых звуков мелодии трека The night we met зеленые глаза наполнялись все большей печалью, а плечи все больше опускались. - Так, все. Хватит! – вдруг воскликнул Малфой, одним глотком опрокидывая в себя остатки напитка и с громким стуком ставя стакан на столик. Он резво, для выпившего добрых полбутылки виски парня, подскочил с дивана, и выдернул стакан из ослабших рук Поттера. Избавившись от посуды, Малфой дернул Гарри, взиравшего на все это безучастным взглядом, на себя, поднимая того с дивана. – Уж не знаю, чего или кого ради ты себя так мучаешь, но, знаешь, что? Через час у тебя День Рождения! И я не позволю тебе встретить его в таком раздавленном состоянии! - И что ты предлагаешь? – безэмоционально протянул Гарри, уставший от выкидонов Малфоя и своей глупой реакции на каждый. - Мы будем наполнять эту песню, будь она неладна, хорошими воспоминаниями! Мы пойдем танцевать, черт возьми!!! – воскликнул Малфой, и с упрямством потащил Поттера за руку в центр комнаты, будто тот собирался оказывать сопротивление. Затормозив посреди гостиной, Драко резко развернулся и буквально впечатал в себя Поттера, притянув того в объятия. Услышав сдавленный выдох куда-то в шею, Драко улыбнулся и схватил левой рукой руку Поттера, поднимая и начиная вести. Вторую руку Малфой так и оставил на плече парня. Забив вообще на все на свете, Драко просто отдался эмоциям. Он держал парня, от которого сходил с ума, в своих объятиях, чувствовал исходивший от него терпкий аромат алкоголя с едва различимой примесью чисто мужского запаха самого Поттера. И от этого у юного слизеринца голова шла кругом, впуская в затуманивающееся сознание текст песни:

«Я спрашиваю себя снова и снова, Что же, черт возьми, мне делать?..»

Как же чертовски верно! Драко прикрыл глаза, кружа их в такт песне. «Что же мне делать со всем этим, Поттер?..»

«Если бы можно было повернуть время вспять, Я бы приказал себе не влюбляться…»

Драко мысленно хмыкнул. «Вряд ли бы это сработало». Он не сразу, но заметил, что Поттер, свободная рука которого до этого безучастно висела вдоль тела, мягко приобнял его за талию. Еще спустя несколько секунд тело в руках Драко расслабилось, что вызвало у парня улыбку. Наконец, Гарри полностью отдался танцу, легко позволяя себя вести. Драко придвинулся плотнее, шалея от вдыхаемого аромата, легкого дыхания Поттера на своей шее и их близости в целом. А потом… - «Ты все, что было в моей жизни, а теперь в ней ничего не осталось», - услышал Драко мягкий голос Поттера, напевающий строчку куплета ему на ухо. И не поверил ушам… - «Я не знаю, что мне делать, твой образ преследует меня повсюду…» Драко замер, как вкопанный, забыв напрочь о танце. Могло ли быть такое, что… «Нет! Это полный бред!» - рой мыслей боролся за право первенства в его голове, но одна-единственная затмевала все остальные: - «Но что, если… это все-таки… я?..» Почувствовав, как Драко остановился и заметно напрягся, Гарри, растолковав это по-своему, глухо вздохнул и постоял еще какое-то время, не разжимая объятий, пряча лицо в изгибе шеи Малфоя. Блондин задышал чаще, и Поттер с очередным глухим вздохом отстранился. Песня подошла к концу, звучал последний проигрыш. - Спасибо за танец, Драко, - тихо проговорил Гарри и вышел из объятий. Стоявший все еще в шоке от своих предположений Драко безвольно опустил руки. Тем временем, Гарри медленно пятился к лестнице, не сводя с него все тот же взгляд. – Пожалуй, нужно уже готовиться ко сну. Спокойной ночи! Драко продолжал стоять посреди гостиной, не заметив даже, что Поттер уже давно ушел. «Что. Если. Это. Все-таки. Я?!!» - мысль все крутилась и вертелась, не давая ни мгновения покоя. – «Может ли такое быть?!» Драко поморгал, заметив, что стоит в комнате совершенно один, а музыка продолжает играть. «Но, если все это время был я, то… Какого же черта он не воспользовался шансом?!» - выключая музыку, спрашивал себя Малфой. И тут воспоминания, словно бладжер, ударили по голове осознанием картины. «- Что ж. Человек, которого я люблю… Скажем так, у меня нет шансов. - Но почему, во имя Мерлина, ты так думаешь? Ты же Гарри-мать-его-Поттер! Только одно это повышает твои шансы до девяносто девяти из ста! - Боюсь, что этот фактор как раз только все усугубляет в нашем случае…» А затем Поттер узнал его самый грязный секрет. А затем… «- Отец ведь, скорее всего, сам устроит мне брак с выбранной им невестой. - То есть, тебе будет все равно, кто будет твоей женой? - А как ты хотел? Мы – чистокровный древнейший род. Я обязан чтить традиции. И не имею права даже думать в сторону «другой» команды, понимаешь? Да и не хочу особо, если честно. Вряд ли меня там что-то заинтересует. Да еще и после всего…» О. МЕРЛИН. Драко хлопнул себя по лбу. «Я ведь сам, идиот, внушил ему, что у него нет шансов…» Драко забегал по гостиной, мучимый раздумьями. Остановился он лишь только когда старые часы семейства Блэк пробили полночь. «Так, Драко Люциус, успокойся», - приказал себе Малфой. – «Во-первых, это совершенно не точно. Это лишь догадки твоего пьяного мозга, подкрепленные только двумя строчками песни». Только лишь эта мысль утвердила его в абсурдности всей догадки в целом. Драко выдохнул. «Ну а во-вторых, просто следуй плану Блейза», - кивнув сам себе, Драко направился к лестнице. – «Верно. Завтра все и выяснится. А пока…» Гарри беспокойно ворочался в кровати. Сон не шел. Голова была наполнена только мыслями и образами предшествующего вечера. «Этому не бывать никогда. Сколько же ты будешь мучать себя глупыми надеждами, Поттер?» - ругал себя Гарри. – «Один танец. Всего один чертов танец!.. Как мало тебе надо, чтобы очередной раз «ты поплыл» окончательно и бесповоротно?..» Вдруг в коридоре раздался тихий скрип, а затем отворилась дверь. Замерший Гарри услышал несколько несмелых шагов, после чего матрац рядом с ним прогнулся и ему на талию собственнически опустилась рука. Гарри лежал, боясь пошевелиться, не веря неожиданно свалившемуся кусочку счастья. - Теперь кошмары не будут мучить ни тебя, ни меня, - выдохнул Драко ему в ухо, прижимаясь плотнее. – Спокойной ночи, Гарри. Гарри счастливо улыбнулся и тут же уснул.