Колыбельная для демона

       Мужчина очнулся от противнейшего запаха, сравнимого с запахом плесени и сырости. Вместе с ним проснулся и кашель, заливая раскатами всё глухое помещение. Когда заслезившиеся глаза смогли что-то более-менее видеть, то взору предстало окружившее со всех сторон, зеленоватое стекло с горизонтальными рёбрами. За стеклом было сложно что-то разглядеть, но там, похоже, большая комната, заставленная аппаратурой и какой-то хренью. Как оказалось, воняет жидкость кислотно-зелёного цвета, которой заполнена эта «колба» вместе с тем самым мужчиной, который так неудачно закурил на остановке. Жидкость едва доходила до кадыка, оставляя неприятные пузырьки на коже. Вдруг приглушённо скрипнула металлическая дверь, и в свете коридора появилась сгорбленная фигура, то ли в плаще, то ли в халате. Она шарилась по комнате, что-то выискивая, с прекрасно слышимым грохотом. Почему — неясно. Внезапно, та самая фигура резко приблизилась к стеклу, звонко постукав по нему пальцем. Какой-то размытый, патлатый гоблин в чёрных сварочных очках. — Эй, приятель, ты там живой?! — послышался слегка... пожёванный, что ли, голос, — живой, раз барахтаешься! Барахтаньем это назвать сложно, скорее конвульсии связанного заложника. — Скажи, классный аромат? — человек издевательски втянул воздух носом. — Да, раз ты спросил, это — «маринад», огурчик ты мой! — гоблин прислонился к стеклу расставив руки. — Кстати, по цвету вы совпадаете! Чего говоришь? Зачем тебя мариновать? Ну-у, как тебе сказать… В тебе есть две очень мне нужные вещи — левая почка и правая… Ты, конечно, покуриваешь, иногда, но бугай здоровый! Сейчас будет немного холодно, терпеть необязательно — раньше заснёшь, раньше не проснёшься! — человек зашёлся хохотом. — Шучу, может быть проснёшься, главное, сопротивляйся меньше. И почки мне не простуди, чепушило!.. — в руке мелькнул маленький, чёрный скальпель. Вдруг, эта вонючая жижа начала стремительно охлаждаться, изменяя попутно запах — он стал напоминать ацетон, отчего мужчина стал непросто засыпать, а терять сознание под рвотный позыв. Последнее, что он услышал: «Просто нужно меньше мусорить…»

***

       Дэрек работал за пультом охраны уже более пятнадцати лет, что звучало крайне удручающе. Пока он мог бы спасать мир, изобретать машину будущего, воспитывать подрастающие умы, он просиживал штаны на стуле перед камерами наблюдения местного метрополитена. Последнее, что здесь произошло из ряда вон выходящее — это снующие по путям крысы, которых ему по многочисленным просьбам пришлось выгонять метлой на длинной ручке. Но вот сейчас, как и всегда, толпа людей стояла прямо на красной линии, предупреждающей об опасности, и тыкала в телефоны. Поезд приедет, вагоны заполнятся, толпа сменится другой. И так каждые две минуты. Загляденье. Но вдруг, самая близстоящая к краю платформы девушка совсем сонно зевнула, немного пошатываясь и пытаясь вставить в уши всё ещё спутанные наушники. Её лицо выглядело сильно осунувшимся и вряд ли это из-за плохого качества с камеры наблюдения, скорее из-за бессонных ночей. Можно было предположить множество вариантов, но её выдавал торчащий из-под куртки медицинский халат, который она либо позабыла скинуть от усталости, либо благополучно оставила эту заботу себе завтрашней. Она свесила голову себе на грудь, почёсывая ладонью не желающие открываться глаза, как вдруг сквозь толпу нёсся мужчина, сжимая пластмассовую ручку синенького кейса, расталкивая зазевавшихся пассажиров. Девушка даже не заметила, что сквозь толпу кто-то пробирался, хотя правильнее сказать — пробивался, поздно осознавая, что её с силой пихнули в спину. Совсем ещё молоденькая женщина даже без вскрика свалилась на рельсы, не в силах даже оторвать голову от шпал — возможно от удара, а может быть и от усталости. Сидящий за камерами Дэрек вскочил, исследуя павильон на наличие проходящих мимо представителей службы метрополитена, понимая, что не успеет даже добежать, ведь из тёмного сырого тоннеля уже виднелся яркий желтоватый свет фар. Вдруг его глаза нашарили второго мужчину, преследовавшего растяпу с синим кейсом, ведь мужчина в чёрном костюме склонился над рельсами, вдруг спрыгивая вниз. — Не успеешь, приятель, — только смог прошептать Дэрек, понимая, что тот мужчина даже не спешит вытягивать девушку, о чём-то с ней разговаривая и резво жестикулируя руками. На некой импульсивной ноте он сложил пальцы пистолетом, выстреливая ими в огромную изящную лампу, которая тут же затухла, пальнув по воздуху электрическим разрядом. Мужчину на путях в кромешной тьме едва-едва успел коснуться свет желтоватых фар поезда, как вдруг его глаза блеснули на камеру алым, и последний выстрел его пальцев вырубил каждую камеру наблюдения на этой ветке.

***

       Главный криминалист осторожно соскребал кровавый отпечаток с вывернутой наружу стены, собирая крошки в пакетик. Он поправил очки, и только тогда заметил переминающихся с ноги на ногу мужчин в костюмах около оцепления, которые сквозь метры и толпу группы быстрого реагирования тыкали ему значки ФБР. — Только их не хватало в этом Аду, — пробормотал главный криминалист, махнув рукою одному из оперов, чтобы их пропустили. — ФБР? Серьёзно? — Сами не в восторге, — пожал плечами зеленоглазый и представился: — Я агент Барлоу, а это мой напарник — агент Бонэм. Не введёте в курс дела? — Ну, если кратко, — он указал на разрезанный на две части поезд, — то кто-то или что-то разорвало первый вагон на две части, после чего его левая часть тут же упала на платформу, передавив кучу ожидавших людей, а правая — ещё немного проехала, колёсами и балками раздробляя каждого, кому не посчастливилось ехать в вагоне. Пока криминалист говорил, они успели ближе подойти к краю изломанной платформы, где всё ещё орудовали спасатели, выуживая последние трупы из-под завалов. Сэм осторожно перегнулся вниз, глядя как опасно накренилась левая половина вагона, хищным зверем нависая над перепуганными людьми. — Сколько погибших? — вопрошал длинный агент Бонэм, пока его напарник благополучно от них отделился, выискивая кое-что по углам. — Точное число уже известно? — Списки опознанных тел вывесят через пару часов, пока больше пропавших без вести, в том числе и главная подозреваемая, — криминалист указал на полопавшиеся люстры и камеры наблюдения: — То, что осталось зафиксировано этими штуками, мало поддаётся объяснению, но, судя по всему, это теракт. Всё усложняется, ведь выживших практически нет, спросить некого, кроме охранника, но тот сидел за камерами и видел не больше того, что мы сами можем посмотреть. Зайдите к нему. Долговязый отыскал своего напарника, который растирал пальцами желтоватый порошок: — Сера, Сэмми. Эта парочка, послушав совет криминалиста, поднялась в пустующий кабинет с десятками экранов, на которых воспроизводился один и тот же момент: девушка падает на рельсы, к ней спускается мужчина и бессовестно расстреливает лампы и камеры. — Твою мать, Дин, — обратился к зеленоглазому Сэм, — это же Кроули… — Сможешь распознать девчонку? — Попробую, — долговязый подключил свой тоненький ноутбук к пыльному компьютеру смотровой. — Гляди, на ней халат… Кажется, из центрального хирургического отделения. — Ты это как вообще понял, Шерлок? — Дин непонимающим взглядом пронзал картинку, распознавая всего лишь какую-то девицу. — Эмблема на халате, — Сэм застучал по клавишам ноутбука. — Выглядит очень уставшей, наверняка ночка выдалась ещё та… Вот, Дэзи Чейз, в семь часов утра закончила тринадцатичасовую операцию по пересадке сердца. — Главным хирургом, как Доктор Секси? — Ей двадцать пять, Дин, помощницей медсестры, — долговязый вбил в телефон адрес: — Поехали, заедем к ней домой, раз уж её тело не нашли. Думаю, уж ей есть что нам рассказать.