Моя баньши.

- Я пришёл, Крим! – улыбнулся Эспио, ставя сумку на кровать. Никто не ответил ему, лишь ветер был слышен за окнами. – Крим, где ты, красавица? Ты обиделась на меня? Ответом ему было молчание. В комнате было тихо, как в могиле, что усиливало горестные завывания ветра за окном. Хамелеон пал духом. Вниз животом лёг он на кровать. Он едва не плакал, был готов сам затянуть песню баньши от обиды. Так паршиво он не ощущал себя уже давно. Как будто ему подарили игрушку, а несколько часов спустя отобрали, не объясняя причины. А за окном продолжал завывать ветер. Всё сильнее и сильнее с каждой минутой, всё громче и протяжнее. Эспио не хотел ничего ни видеть, ни слышать. Ничего ему сейчас не было мило, кроме той, которой не было. - Здравствуй... – тихим и заоблачным голосом проговорила Крим, появляясь со стороны окна. - Крим, ты вернулась? – он поднялся на кровати и улыбнулся ей. - Да, прости... – его любимая баньши на этот раз была взволнована и расстроена ещё больше обычного. - За что простить? Ты ни в чём не виновата... – выражение лица парня тоже становилось не самым светлым и радостным. - Я знаю, что скоро случится... – загадочно ответила ему дева. - Что же? – удивился Эспио, во все глаза смотря на неё. - Скоро пожар, всё будет гореть. Долго гореть. Многие погибнут... И ты тоже... – на последней фразе крольчиха всхлипнула и вновь затянула грустную песню. - Как? Из-за чего пожар? – он искренне надеялся на то, что баньши ошиблась. - Этого я не знаю. Знаю, что какие-то парни, которые ненавидят директора, завтра придут сюда... – тонким, звенящим от напряжения голоском ответила девчонка. – А ещё за тобой следят. - Кто следит? – это его удивило не меньше. - Твои знакомые... Возьми в руки мобильный, они уже идут сюда... – подсказала дева. - А... а как же ты? – не понял хамелеон, но в руки мобильный взял. - Меня не слышно и не видно, сам знаешь, - напомнила с горькой улыбкой Крим. – Они уже около двери. Стоят и шушукаются, вертя в руке листок... - А, понятно... – парень срочно надел наушники и сделал вид, что разговаривает по телефону. – Да, мама, я ем хорошо, регулярно меняю комплект одежды... - Правильно! – ответила ему Крим, имитируя «мамочку». – А листок тот... с рисунком... На нём нарисована какая-то девочка... - Да? Какая ещё девочка? – тут Эспио понял, что листок с портретом просто выпал из учебника или сумки. - Я не знаю такую... – пожала плечами маленькая крольчиха и зависла в воздухе над кроватью. Тут же двери комнаты хамелеона распахнулись, и туда зашёл Наклз, держа в руках листок. - Друг, ты занят? – спросил он, делая вид, что не знает о телефонном разговоре. - Мам, я перезвоню! – хамелеон решил подыграть ехидне, ведь не спрашивать сразу: «Чего шпионил?» - Нет, не занят, а что случилось? - Эспио, это твой рисунок? – красный ехидна смутился и протянул бумажку с портретом Крим. - Да, мой, а где вы его нашли? – задал встречный вопрос парень. - Его нашёл Тейлз около твоей парты. Сказал, что вывалилось из учебника, - объяснился знакомый. - А, понятно... – хамелеон потряс головой и забрал рисунок. - Красиво рисуешь, - заметил Наклз для разбавления тишины вокруг. – Я пойду? - Иди, я вроде не держу... – не возражал Эспио и подёргал плечом. Ехидна со выдохом облегчения вышел из комнатки, прикрыв за собой дверь. - Он просто разговаривает с мамой, - ответил он на вопросительные взгляды друзей.