souhait.

       Обычно Чуя любил сибаритствовать, но после того случая в больнице он вёл спокойный образ жизни, и почти всегда находясь с Дазаем он был смущён. С Осаму они не говорили с того момента. Уже прошло две недели и Дазай пошёл на поправку. Чуя так же как и всегда ходил к нему по вечерам, и они просто смотрели в окно наслаждаясь прекрасными пейзажами, либо делали домашнее задание, а иногда просто читали. В скором времени Осаму окончательно пришёл в себя и переехал обратно в общежитие. Все, абсолютно все были рады его выздоровлению, начиная с Ацуши и Акутагавы, заканчивая преподавателями.        Близилось Рождество, а это означало, что в скором времени весь мир засветится новогодними огоньками. Вокруг чувствовалась поистине волшебная атмосфера. В Японии по своему отмечался этот праздник полный чудес.        В Японии в преддверии Нового года принято смеяться и отдавать долги. Новый год в Японии встречают в семейном кругу. Готовятся к этому празднику заранее. Уже в начале декабря на улицах начинают появляться Санта Клаусы, женщины начинают шить новые кимоно для всех членов семьи, наряжать елки. Из традиционных кушаний готовятся лапша, вареные бобы, корень кожника, маринады и соленья. По японским традициям черные бобы — символ здоровья, а хурма — духовного совершенствования, поэтому они обязательно присутствуют на празднике. Символом праздника являются рисовые лепешки, которые кладут по две штуки — одну розовую, вторую — белую. Перед входом в дом ставят кадомацу — украшение, состоящее из веток сливы, бамбука и сосны. В качестве подарков используют открытки с изображением животного, в зависимости от года. Также дарят красных кукол Даруму, которые считаются хранителями на следующий год. Куклы продаются без глаз, а хозяин дорисовывает их сам, загадывая желание, если желание не сбывается — куклу относят в храм и сжигают, а затем покупают новую. Тем, у кого есть собственный бизнес, дарят грабли, чтобы они приносили успех в делах. Перед праздником каждый японец стремится попасть в буддистский храм для того, чтобы попрощаться с прошедшим годом. В храмах просят счастья и благополучия для своих родных и близких. Тем временем монахи бьют в колокола, рассчитывая удары так, чтобы последний из них пришелся на двенадцать часов ночи. Этих ударов ровно сто восемь. Считается, что их количество соответствует числу грехов и пороков людей, которые с последним звоном остаются в прошедшем году.        Сегодня пятое декабря, а значит скоро Новый год, а еще раньше Рождество. Чуя имел привычку отмечать оба праздника. В этом году он собирается отметить их в кругу своих друзей. Сидя дома перед плазмой и смотря фильмы подобные самому Рождественскому показу «Один дома». И Чуя, как любитель всего эстетичного и дорогого принялся покупать стильные вещички для комнаты. Накахара отправился за покупкой различных украшений, а Осаму вызвался пойти с ним. Дазай с интересом посматривал на Чую, который внимательно склонился над полками какого-то гипермаркета. Из колонок доносилась Рождественская музыка, которая сопровождалась постоянным звоном бубенчиков.       Прекрасная атмосфера, даже немного романтическая, так как в гипермаркете почти никого нет, потому что сейчас была глубокая ночь, а Чуе не спалось, и играла медленная музыка. Осаму схватил Чую за запястье и притянул к себе одним движением. Тот удивлённо посмотрел в глаза Осаму и тут же смутился из-за столь порубежной близости. Дазай лишь ухмыльнулся и медленно наклонился к лицу Чуи. Аккуратно прильнув к его губам Осаму постарался углубить поцелуй, но как только Чуя ответил на него, Дазай разорвал этот поцелуй, будто дразня Накахару. Тот надул губы, но потом быстро и неожиданно сам коснулся его губ своими. Дазай растерявшись не сразу ответил, но быстро смекнул что к чему. Их нежный, наполненный любовью, а не желанием поцелуй медленно подходил к концу. Чуя застенчиво опустил голову вниз и густо покраснел. Его глаза изумительно красивого голубого цвета наполненные нежностью и любовью смущённо смотрели в пол.        Дазай тихонько подошел к Накахаре и обнял его, сцепив свои руки за спиной своего котенка. «Иди покупай то, зачем мы сюда пришли и пошли домой, я кушать вообще-то хочу» — прошептал Осаму ему на ушко. Тот покраснел еще гуще и поспешил к кассе. Чуя был налегке, он был на седьмом небе от счастья. Они вновь поцеловались! Накахара был вне себя от счастья, его чувства и эмоции не передать словами.       Звон будильника отрывает Чую ото сна. Накахара быстро вскакивает с кровати и бежит на кухню готовить омлет, так как сегодня он отвечает за завтрак. Ребята решили по очереди говорить завтраки и ужины, конечно каждый из ребят ждал смены Накахары, так как он великолепно готовил. Приготовив омлет и разлив по чашкам ароматный кофе (Акутагаве он налил чай) Чуя пошел будить все ещё спящих ребят. Дазай мило обнимал одеяло и болезненно мило хмурился, видимо кошмар снился. Чуя поспешил избавить Осаму от нереалистичных страданий, аккуратно подёргав Дазая за плечо. Тот резко сел в кровати и тяжело дышал, будто бежал целый марафон. Накахара тихонечко обнял дрожащего Осаму и успокоил. Следом Чуя разбудил Ацуши, а после Акутагаву. Те очень сблизились за три месяца, просто не разлей вода. Ацуши всегда миленько смущается, когда Акутагава делает ему комплименты или просто обнимает. Что с них взять?        Все уселись за стол и начали трапезничать. Завтрак удался на славу, все были довольны, и словно сонные мухи поплелись умываться и одеваться. Чуя остался убираться на кухне, так как он был уже собран. Дазай все время молчал и скованно себя вел, видимо его ещё не отпустило от страшного сна, который заставил испытать Дазая животный страх. Чуя думал, что Осаму ничем не напугать, но видимо он ошибался в этом. Закончив уборку Чуя направился в коридор за верхней одеждой, как вдруг его кто-то остановил. Это Дазай схватил его за локоть, Осаму выглядел очень болезненным и произнес хриплым голосом: «Не мог бы ты остаться сегодня со мной в комнате, мне нужна твоя поддержка».       Чуя не на шутку перепугался и сказал ребятам идти без него. Он остался с Дазаем. Заварив ромашковый чай, Чуя сел на краешек кровати и поставил горячий напиток на прикроватную тумбочку. Дазай поблагодарил его и сказал, что это не серьезно, у него просто депрессия и из-за этого он плохо себя чувствует. Но из-за чего у него депрессия, Осаму не сказал. Он похлопал рукой на свободное место рядом с собой, призывая Чую лечь рядом. Чуя в одно мгновение оказался рядом с Дазаем и положил голову на его живот. Они долго болтали на разные темы, обсуждали книги, но Дазай не был активным как раньше и почти всегда соглашался с мнением Чуи.       Чуя резко вскочил и захлопал в ладоши прыгая на месте. Дазай с удивлением смотрел на своего котенка. Тот подошел к своей тумбочке и покопался в каких-то бумажках. После чего Чуя с радостным возгласом достал какую-то бумагу и протянул Дазаю. Там говорилось о каком-то заказе, который должен прийти сегодня. — Ты заказал себе именное фортепиано? — с удивлением спросил Дазай, он удивлялся, откуда у Чуи столько денег. — Это же очень дорого. — Я с позапрошлого года копил на него работая в кафешках и занимаясь фрилансом. Так я и зарабатываю на жизнь и по сей день. А фортепиано придет сегодня. Вот это радость! — А ты умеешь играть хотя бы? — Обижаешь, 11 лет обучения в музыкальной школе. С четырех до пятнадцати лет. Вначале я ходил с радостью и вдохновением, а потом меня заставляла мама, потому что было очень сложно, и я потерял интерес. Но два года назад я снова захотел играть. — Понятно, ты творческий человек, это видно. А теперь давай просто полежим.       Они лежали. Они потерялись во времени. Они просто смотрели на лица друг друга и любовались ими. Вдруг Чуя положил свою руку на щеку Осаму. — У меня вопрос который мучает меня уже второй день. — произнес Чуя, и Дазай тут же нахмурился. — Кем мы приходимся друг другу? — Ты мой. Мой котёночек. Мой парень. Думаю тут все ясно. — после таких слов Дазая, Чуя покраснел от смущения и нежно обнял своего парня. Юноши могли пролежать так вечность если бы не дверной звонок.       В комнату внесли фортепиано белого цвета. Оно было идеально гладким, глянцевым. В углу фортепиано, ближе к крышке, расположилось имя владельца. Идеально выгравированное золотым цветом имя Чуя Накахара. Сам Чуя заплатил за доставку и принялся восхищаться красотой своего инструмента. Фортепиано сделано из хорошего материала, педали блестели золотым светом, а клавиши… Они просто идеальны! Чистейшего белого цвета, без единой желтизны, до восторга ровные. А черные клавиши были идеально, просто прекрасно матовыми. Звучание было не хуже. Звук фортепиано насыщенный, не звенящий или дрожащий. Чистый и аккуратный, все как любит Чуя. Он сел на пуфик, который шел в комплекте с инструментом, и начал играть. Он сыграл всеми известную «Лунную сонату» Бетховена и парочку сложных фуг Баха.       Дазай с наслаждением и светлым восхищением слушал концерт своего котенка, он играл так выразительно, так трогательно… Но сердце чуткого Дазая беспокойно сжималось в груди, что-то плохое вот-вот случится…