Темный город

      Солнце уже зашло. Небо быстро темнело, превращаясь в черный провал, где не видно ни одной звезды. Над Городом всегда висел густой смог, и единственное, что его освещало — редкие фонари, да и те работали не все. Город не отличался приветливостью, хотя и обладал определенным очарованием — темные дома и пустынные переулки, казалось, скрывали в себе неисчислимые тайны, ждущие своего исследователя. Хотя — так оно и было, по большому счету. Много странного и необычного происходило в Городе, и официальные лица только прикрывались бессвязными отговорками, когда происходило очередное жуткое или необъяснимое событие.       Стейси торопилась домой с работы. Жила она недалеко, но дорога проходила безлюдными переулками, и она быстро шла, крепко прижимая к себе сумочку. На всякий случай она носила с собой целый арсенал — в кармане курточки у нее лежал перцовый баллончик, еще один — в сумочке, про запас, а в кармане обтягивающих джинсов давил на бедро электрошокер. Всякое могло случиться по дороге, а Стейси была осторожной девушкой.       На улице было пусто, и никто не провожал взглядом стройную фигурку девушки, хотя посмотреть было на что: Стейси была красива — яркие карие глаза, мягкие каштановые волосы спускались чуть ниже плеч, ткань курточки натягивала небольшая упругая грудь. Длинные стройные ножки, обутые в высокие сапоги, негромко постукивали каблуками по асфальту.       Стейси торопливо шагала, с некоторым опасением поглядывая по сторонам. Дорога через спальные кварталы, хоть и привычная, спокойствия не внушала. Вдруг в тени очередного закоулка она увидела вспыхнувший огонек спички. Крупный мужской силуэт на секунду озарился этим слабым светом, и тут же исчез — только красная точка горящей сигареты напоминала о его существовании. Девушка вздрогнула от неожиданности, но не подала виду, и опустив голову, ускорила шаг, проходя мимо незнакомца.       Она успела пройти несколько метров, как новый звук привлек ее внимание: где-то впереди раздавалось приближающееся ритмичное, звонкое металлическое цоканье. Через несколько секунд Стейси увидела источник этого звука: навстречу ей шла женщина. Стейси даже замедлила шаг от удивления — такую женщину она не ожидала здесь увидеть. Незнакомка была очень высокой — Стейси сама не была малышкой, и на высоких каблучках вполне выделялась из толпы, но идущая навстречу ей была явно выше ста девяноста сантиметров. Черные волосы, подстриженные под каре, сочные пухлые губы, своим алым цветом резко контрастирующие с немного неестественной белизной кожи. Высокая, дерзко торчащая грудь. Потрясающей красоты фигуру облегал кожаный корсет со шнуровкой, кожаные легинсы закрывались высокими, блестящими ботфортами на тонкой подошве, с короткими заостренными носами. При каждом шаге изящные ботфорты красавицы вонзались в асфальт острыми, как иглы, стальными каблучками-стилетами, блестящими в свете фонарей. Именно серебристая сталь каблуков и издавала звучный цокот, эхом раздающийся среди темных покосившихся домов.       Стейси замедлив шаг, во все глаза разглядывала красивую незнакомку, идущую прямо на нее. Девушка никому никогда не признавалась в интересе к своему полу. Она встречалась с парнями, но в своих фантазиях обожала представлять нежные лесбийские игры. Распаляя себя в одиночестве маленькой квартирки, Стейси представляла, как нежные наманикюренные пальчики ласкают ее тело, как ее губки касаются ароматной девичьей плоти… Никто бы не догадался, какие дикие и необузданные фантазии порой возникали в голове этой скромной на вид девушки.       Высокая красавица почти поравнялась со Стейси, и та, взглянув в ее глаза, вдруг вздрогнула. Ей показалось… «Ой, мало ли что покажется…» — одернула себя Стейси и, отведя взгляд от огромных зеленых глаз, заторопилась дальше. Она успела заметить насмешливую улыбку, изогнувшую губки красавицы, и почувствовала, как ее щеки наливаются краской. «Видимо заметила, как я ее разглядывала,» — с неловкостью подумала девушка. Цокот острых каблучков-стилетов ритмично удалялся за ее спиной, и Стейси, не удержавшись, оглянулась, чтобы еще раз полюбоваться сексапильной красоткой. Краем глаза она отметила, что мужчина в темном углу дома куда-то исчез. Это обстоятельство почему-то встревожило Стейси, и она, завернув за угол, решила посмотреть, не затеял ли незнакомец что-нибудь недоброе. На всякий случай достав шокер, скрытая густой ночной тенью девушка внимательно наблюдала за каждым темным закоулком пустынной улицы.       Когда высокая красотка уже прошла мимо одного из дряхлых сараев, появился он. Он мчался очень быстро, неожиданно для его габаритов, и совершенно бесшумно. Буквально за долю секунды преодолевая расстояние, отделявшее его от женщины в кожаном корсете. Стейси не успела даже открыть рот, чтобы крикнуть, предупредить её, как он был уже рядом. Но внезапно высокая брюнетка с невероятной скоростью взмахнула длинной стройной ножкой. Стейси видела только размытое движение, даже не успев разглядеть попал ли её удар в цель, но нападающий рухнул, как подкошенный, прямо к длинной ножке, сразившей его. Стейси услышала неприятный булькающий хрип и увидела, как высокая женщина легким и быстрым движением ноги перевернула мужчину на спину и поставила ножку ему на грудь. Острый женский каблук-стилет, блестящий в слабом свете фонарей, вдавился глубоко, слишком глубоко — Стейси даже издалека видела, как изящная стальная шпилька ботфорта вонзилась прямо в плоть распростертого тела.       Девушка вздрогнула и на секунду прикрыла глаза, а когда вновь их открыла — на пустой улице лежало только неподвижное тело. Высокая красотка куда-то исчезла, как будто растаяла в сыром тяжелом воздухе.       Все произошло настолько мгновенно, что Стейси несколько минут сидела в своем темном углу, не веря тому, что увидела. Но неподвижное тело незнакомца было доказательством реальности произошедшего. Наконец, девушка, собравшись с духом, подошла поближе к нему, стараясь держаться в тени домов. Незнакомец был действительно крупным, мощного телосложения мужчиной лет тридцати пяти. Может быть сорока. Но это было неважно, потому что он был, без всякого сомнения, мертв. В его горле, чуть пониже кадыка, зияла окровавленная дыра, и Стейси задрожала от ужаса, увидев эту рану. Она вспомнила острые, как кинжалы, каблучки ботфорт высокой красавицы. Женщина в кожаном корсете, несмотря на невероятную скорость, с которой на нее напал незнакомец, ухитрилась с хирургической точностью попасть острием длинного стального каблука прямо в середину его шеи. Второе, похожее отверстие сочилось кровью в груди незнакомца. Стейси была не сильна в анатомии, но было понятно, что острый женский каблук-стилет проткнул его сердце.       Несмотря на страх, Стейси почувствовала возбуждение. Эта невероятная женщина помимо возбуждающей красоты, была опасна, как сама смерть. Легкость, с которой она применила каблучки своих сексуальных ботфорт для убийства, взволновала Стейси — ей раньше как-то в голову не приходило, что тонкими каблучками можно пользоваться как оружием.       А еще ее волновал такой вопрос — куда могла исчезнуть высокая красавица? Ведь Стейси прикрыла глаза лишь на секунду, и та словно испарилась… Девушка вспомнила громкий цокот стальных каблуков — женщина просто не смогла бы убежать беззвучно… Да и спрятаться тут было, в общем-то, негде.       Тут девушку обожгла другая мысль — если кто-то увидит ее рядом с трупом, у нее будут проблемы. Что она скажет — какая-то красотка убила этого мужчину и испарилась? Кто ей поверит? Поэтому, ни секунды не мешкая, испуганная Стейси побежала домой. По дороге она переживала это жуткое приключение снова и снова, и удивительно, страх в ее сердце уступал место горячей страсти. Эта красотка-убийца на острых стальных каблучках захватила ее фантазию. Стейси прямо на ходу чувствовала, как намокают ее трусики. Девушка закусила губу, представляя, как она трется своей горячей киской об блестящую кожу ботфорта на длинной смертоносной ножке черноволосой женщины.       Кое-как, дрожащими пальцами открыв дверь в свою квартирку, Стейси влетела в прихожую, скинула курточку, и начав стягивать сапоги, вдруг остановилась. Что-то в квартире было не так. Не сразу, но она поняла — что. Аромат. В квартире стоял аромат, который она мельком почувствовала всего каких-то двадцать минут назад… аромат духов красивой незнакомки.       Ей снова стало страшно. Вытащив из кармана шокер, она на цыпочках пошла из прихожей в комнату. Квартирка была съемной и только и состояла из прихожей, небольшой комнаты, кухни и ванной. Зайдя в комнату, девушка задрожала. Она была там. Сидела в старом кресле, вытянув свои невероятно длинные ноги в ботфортах. Свет уличного фонаря ясно освещал роскошную фигуру в обтягивающей черной коже.       Стейси стояла в дверном проеме, растерянно глядя на основательно расцарапанный старый паркет под высоченными острыми каблуками-стилетами ботфортов высокой красавицы. Мысли суматошно мельтешили в ее голове. Она совершенно не знала, что делать.       — Может, зайдешь? И включи, пожалуйста, свет, — попросил ее мягкий, мелодичный голос. Голос зачаровывал, обволакивал и успокаивал. Стейси послушно вошла и осторожно села на ветхий стульчик напротив красавицы в кресле. Та с насмешливой улыбкой рассматривала девушку громадными зелеными глазами. Стейси вновь почудилось то же, что и там, в проулке — зеленые глаза красавицы будто светились, как у кошки в темноте, фосфоресцирующим блеском. Несколько секунд девушка разглядывала переливающиеся огоньки в глазах своей непрошенной гостьи, а потом боязливо опустила взгляд вниз.       — Меня зовут Аэлина, — чарующий голос, казалось, нежно гладил ушки Стейси и так не вязался с образом хладнокровной убийцы.       — Стейси… — пролепетала она, растерянно глядя, как паркет проминается под изящным острым каблуком ботфорта странной гостьи.       — Очень мило. Что ты там разглядываешь? — в мелодичном голосе звучала явная насмешливость.       Стейси не нашлась, что ответить, и Аэлина, как она себя назвала, проследив за направлением взгляда смущенной девушки, потянулась в кресле, оставляя глубокие белые царапины на паркете своим тонкими стальными каблуками. Затем она подняла невероятно длинную ногу прямо перед лицом Стейси.       — Тебя это заинтересовало, верно? — насмешливые нотки в голосе еще усилились, Аэлина явно наслаждалась моментом, держа ножку на весу с невероятной легкостью и изяществом.       Стейси задрожала. В нескольких сантиметрах от ее глаз зловеще блестел стальной, острый, как гвоздь, женский каблук-стилет. Свет отражался от полированной серебристой стали каблучка, и Стейси вновь вспомнила, как легко и точно Аэлина пронзила этим каблуком горло того мужчины. «Неужели… неужели она и со мной расправится так же…» — испуганно думала девушка, стараясь сглотнуть комок в горле. Перед ее мысленным взором уже стояла картина, как каблуки ботфорт красавицы Аэлины хищно впиваются в ее нежную шею, и она почувствовала, как на глазах выступили слезы. Она попыталась что-то сказать, но смогла издать только жалобный писк.       Аэлина опустила ногу.       — Ну что ты там навыдумывала, — уже безо всякой насмешливости сказала она. — Если бы я хотела тебя убить, ты осталась бы лежать там же, где и этот…       Стейси вздохнула. Страх, стиснувший ее горло, стал отпускать. Аэлина упруго поднялась и с кошачьей грацией подошла к мини-бару у стены. Каблуки-стилеты ботфортов безжалостно прошили старенький ковер на полу перед мини-баром, но Аэлина не обращала внимание на такие мелочи. При каждом ее шаге острия стальных каблучков с хрустом вонзались в стертый паркет, и Стейси вновь ощутила возбуждение.       — А кто он… был? — наконец спросила она.       — Охотник, — буркнула Аэлина, по-хозяйски наливая виски в два стакана. — У тебя есть чем разбавить?       — Да, в холодильнике… — и тут же спешно добавила, — я сама принесу, а то… у вас слишком… — она смешалась, не зная, как закончить, чтобы случайно не обидеть опасную гостью. Дряхлый паркет под тончайшими стальными каблучками Аэлины начинал напоминать мишень на стрельбище, продырявленную пулями, и Стейси опасалась, что зловредная хозяйка квартиры, дерущая с нее за эту убогую квартирку три шкуры, заставит ее оплачивать замену пола.       — Нашла о чем беспокоиться, — ехидно фыркнула Аэлина, снова будто бы прочитав ее мысли, и явно специально развернувшись на своих острых каблуках, заставив их буквально вгрызться в паркет, шагнула к холодильнику. Разбавив виски колой она подошла к Стейси, протянула ей стакан, а сама уселась со своим стаканом обратно в кресло. Стейси от волнения залпом осушила стакан чуть разбавленного виски, задохнулась, охнула и стала вытирать выступившие слезы.       — Быстро ты, — усмехнулась Аэлина, игриво разглядывая девушку своими колдовскими зелеными глазами.       Стейси почувствовала, как опьяняющая теплая волна начала разливаться по ее телу, унося с собой страх. Уже смелее она взглянула в глаза своей гостьи.       — Что значит… охотник? На кого он охотился? Вы… его знали?       — Ну как сказать — знала… — улыбнулась Аэлина. — Я знаю таких, как он.       — Он охотился… на вас?       — Детка, очень тебя прошу, не называй меня «вы». Терпеть не могу. — Аэлина допила свой стакан, и снова грациозно поднялась. — Хочешь еще?       — Да… пожалуйста, — Стейси протянула ей свой стакан.       Острые стальные каблучки оставили новую цепочку отметин на паркете.       — У тебя очень уютно, — заметила Аэлина. — Только вот полы никуда не годятся, — звонко засмеялась она, протыкая каблуками старый ковер.       — Это у вас… у тебя… каблуки слишком острые…       — Что есть, то есть, — хихикнула высокая красавица.       Алкоголь уже подействовал на Стейси, от ее страха не осталось и следа, сексапильность Аэлины дико возбуждала ее: девушка с нескрываемым вожделением наблюдала за каждым движением своей красивой гостьи. Желание прикоснуться к ароматной коже наряда Аэлины, потереться сосочками, мокрой киской об ее ботфорты захватило ее полностью. Девушка чувствовала, как у нее горит лицо. Она представляла, как стоит на коленях перед этой великолепной красавицей, страстно лаская руками ее бедра, чувствуя шершавые прикосновения кожаной одежды… А стальные каблучки-стилеты ее ботфорт, такие изящные и опасные — Стейси хотелось водить по ним языком, чувствуя холод и остроту, наслаждаясь смертоносным изяществом.       Аэлина развернулась к ней, держа стаканы с виски в руках. Она улыбалась. Чувственно и развратно. Медленно покачивая бедрами, она приблизилась к Стейси.       — Ну надо же… — промурлыкала она, очаровательно вытягивая пухлые губки трубочкой. — На первый взгляд такая скромница. И вдруг такие чудесные фантазии…       Стейси почувствовала, как ее кидает в жар. Она смотрела на Аэлину, как школьница.       — Откуда… как ты поняла? Ты умеешь читать мысли? — шепотом спросила она.       — Поняла и поняла, — ласково прошептала Аэлина, — будь хорошей девочкой, и не задавай так много вопросов.       Она медленно наклонилась к Стейси, и подала ей бокал. Потом, глядя ей в глаза своими развратными кошачьими зрачками, сделала глоток из своего. Стейси только сейчас заметила, что глаза у нее не просто фосфоресцируют, как у кошки. Зрачки были продолговатыми, хотя сейчас они расширялись, заполняя всю радужку. Аэлина отступила на шаг, заставив паркет еще раз хрустнуть под безжалостными каблучками-стилетами, и томно опустилась в кресло. Вытянула ножку, поставив на каблук, так чтобы заостренный нос ботфорта торчал вверх.       Стейси со стоном мягко соскользнула на пол, опустившись на колени и игриво задрав попку вверх. Кончик ее розового язычка коснулся носка ботфорта, делая круговые движения, мягко облизывая его со всех сторон. Аромат выделанной кожи ботфорта безумно возбуждал девушку. Хорошенько намочив слюной узкий нос ботфорта, девушка поднялась, обхватив руками длинную ножку высокой красотки, и села на него верхом, так чтобы гладкий носок проник в ее мокрую киску, и принялась плавно подниматься и опускаться, трахая себя. Аэлина, держа бокал с виски, водила алым язычком по своим пухлым губкам, не отрывая взгляда от девушки, постанывающей на носке ее ботфорта. Затем она подняла вторую ножку и поднесла длинный, острый каблучок к губам возбужденной Стейси. Та с жадностью обхватила стальную шпильку-стилет губами и принялась со стоном сосать его, глубоко погружая в ротик. Острие каблучка порой царапало нёбо Стейси, но эта легкая боль, казалось, еще больше распаляла ее.       — Осторожнее, детка… Я могу нечаянно проткнуть тебя каблуком. Ты же видела на что они способны.       — Да… Аэлина… — хрипло простонала Стейси, оторвавшись от ее тонкой шпильки, — можешь проткнуть меня каблуками… если хочешь… все что угодно… я принадлежу тебе…       Стейси оперлась одной рукой на пол, дыхание со стоном вырывалось из ее открытого рта. Ботфорт Аэлины уходил в ее киску почти до конца подошвы, так глубоко она насаживалась на него.       — Мм… интересно. Повтори, что ты сказала, — мягко, но требовательно попросила Аэлина.       — Я… принадлежу тебе… и только тебе…       Аэлина выдернула ботфорт из вздрагивающего, сочащегося влагалища Стейси.       — Нет… прошу тебя… — Стейси вцепилась в невероятно длинную ножку Аэлины, как будто от этого зависела ее жизнь.       Аэлина мягко толкнула Стейси навзничь и, подняв ножку, прижала острие стального каблучка-стилета к ее горлу. Там, прямо под ее каблуком, пульсировала артерия. Стейси замерла, не отрывая взгляда от глаз Аэлины.       — Лежи смирно, детка, — мягко сказала Аэлина.       Стейси старалась даже не дышать, и вдруг острая боль пронзила ее шею. Острый каблук-стилет безжалостно впился в ее горло, она чувствовала, как холодная сталь входит в ее плоть… Аэлина молниеносным движением оказалась на коленях, и присосалась к шее девушки. Стейси, задыхаясь, чувствовала как уходит из нее жизнь, в глазах темнело, единственное, что она чувствовала, это боль, холод и мягкие губы на своей шее…       Аэлина оторвалась от брызгающей кровью артерии. Ее острый каблук воткнулся чуть глубже, чем она хотела, но это было неважно. Стоя на коленях, она отклонилась назад, и резко ударила по тонкому каблучку своего ботфорта запястьем, и тут же прижала кровоточащую руку к холодеющим губам Стейси. Та сделала несколько глотков, вздрогнула, застонала и затихла. Глаза невидяще смотрели в потолок. Аэлина поднялась и провела языком по проткнутому запястью. Рана на глазах затягивалась. Она села в кресло и глотнула еще виски.       Ее внимание привлек носок ботфорта, весь мокрый от соков Стейси. Аэлина расстегнула молнию, стащила с ножки ботфорт и поднесла носок к губам. Ее алый язык мягко прошелся по глянцевой коже, слизывая влагу. Она улыбнулась, чувствуя, как нарастает возбуждение, и уже не сдерживаясь, принялась вылизывать заостренный носок своего ботфорта. Длинные пальцы Аэлины, будто сами по себе, забрались под обтягивающие легинсы. Аэлина возбужденно застонала, все быстрее натирая клитор. Выгнувшись дугой в кресле, она глубоко запустила пальцы в свое мокрое, дрожащее влагалище. Ее сильные бедра вздрагивали от сладких спазмов, судорожно сжимали руку, пальчики с тихим хлюпаньем проникали в киску… Аэлина страстно зарычала, острыми белыми зубами прикусив пухлую нижнюю губу. Сильный оргазм сотряс все ее тело, содрогающееся влагалище выпустило целый фонтан, залив кожаные легинсы.       Аэлина тяжело дышала, закатив глаза.       — Ох и хорошо… — простонала она вслух. — Маленькая чертовка не на шутку меня завела. Давненько так не кончала…       Она выронила ботфорт, который все еще сжимала в левой руке, и потянулась к стакану. Процесс Обращения происходил долго, и ей оставалось только ждать.