it must be fate (or you're stalking me, who knows)

Конечно же это произошло. Конечно же так и должно было случиться. Казалось, сама Мать-Природа просто возненавидела Чонгука так сильно, что решила разрушить мир и превратить всё в хаос именно в тот день, на который Чонгук наметил «жизненно/смертельно важные планы» (то есть увидеть концерт BIG BANG с vip-мест). Вообще на улице было очень красиво, когда Чонгук садился на поезд до Сеула. Светило солнышко, и было холодно, но не «так холодно, что даже мои яйца окоченели», нет. Снега на земле было не много, но и не мало — идеально, так что детишки с удовольствием играли в нём. Но, нееееет, как только он сошёл с поезда, снег сошёл с ума, повалив с жестокой силой. Огромные снежинки хлопьями опадали на землю, довольно быстро покрывая всё белым-белым, и таксисту было довольно трудно по оживлённым улицам добраться до отеля, в котором Чонгук остановился. И то, что при обычных условиях заняло бы 10 минут езды, в итоге растянулось на 32, и Чонгук почти плакал, когда отдавал водителю деньги за поездку. После, дуя губы и заглядывая в кошелёк, Чонгук подсчитал каждую монеточку и подсобирал 302 доллара и 61 цент. Сумма, что в глазах кого-либо другого была бы довольно приличной, но, увы, не в его. Будучи закоренелым фанатом BIG BANG и в совокупности ярым транжирой, он заимел привычку носить не менее 500 долларов с собой на концерт. Плюс, мы же говорим не о какой-то другой группе, а о BIG BANG. Конечно же их товары будут дорогими. — Ну, полагаю, это лучше, чем ничего, — торжественно пробубнил он, прежде чем пихнуть кошелёк обратно в карман. Чонгук поднял голову, заглянув за плечо человека, что стоял перед ним; сейчас ему приходилось торчать перед административной стойкой в небольшой очереди людишек, что пытались зарегистрироваться в отель. Отель был хорошим и довольно дешёвым, но казалось, что он предназначался для людей более высокого статуса. Честно говоря, он был удивлён, узнав, что здесь ещё оставались не забронированные номера; в прошлый раз, когда у BIG BANG был концерт в Сеуле, группа остановилась именно здесь, и Чонгуку так повезло остановиться в номере через небольшой коридорчик от их и случайно встретиться с ними в лифте. Оказалось, чересчур заикающееся святое дерьмо — это реально существующий тип людей, к которым относился и Чонгук, что просто вошёл в режим Чоншок™, способный лишь пялиться, разинув рот. Тэян заметил его, прокомментировав, какой милашка у них фанат, и даже взъерошил волосы, прежде чем выйти из лифта. А дальше… Скажем так, Чонгук просто наотрез отказывался принимать душ в течение недели (пока Тэхён не запер его в ванной, конечно же). — Из-извините, — тоненький голос проговорил из-за спины, выводя парня из транса. Он обернулся с растерянным «да?», обнаружив чью-то голову вместо лица, прежде чем опустить взгляд на пару дюймов вниз. Верно-верно, он практически гигант, что постоянно забывает о существовании людей ниже его. И, чёрт всех побери и отдери, он рад, что посмотрел вниз. — Очередь двинулась вперёд, — милашный коротенький пальчик едва-едва выглядывал из-под рукава чёрного свитера, что был на юноше (Чонгук почти проворковал от умиления; почти). У него были пушистые (как и всё его существо, чёрт) блондинистые волосы, уложенные в беспорядок, с чёлкой, что падала на аккуратные бровки. Носик пуговкой удерживал на кончике чёрные очки-нулёвки, из которых на него пристально глядели два чёрных шарика, по краям окраплённые шоколадом. Также на нём был толстый и мягкий на вид чёрный шарф. Остальная одежда его была такой же чёрной: чёрный оверсайз-свитер, узкие чёрные джинсы и… святое дерьмецо, это что, те самые чёрные тимберленды? — О-ох, точно. Про-прошу прощения за это, — заикаясь, проговорил Чонгук и быстро сделал пару шагов вперёд, широко раскрытыми глазами глядя в спину человека, что стоял перед ним, в то время, как сердце в груди громко отбивало bang-bang-bang. Никогда, ещё никогда в жизни он не видел, чтобы кто-то выглядел так хорошо, натянув рукава на ладошки (и при этом настолько ми-ми-мило, что Чонгук не смог перестать заикаться). На некоторое время повисла тишина, прежде чем за спиной послышался тихий вздох. — Ты тоже приехал на концерт BIGBANG?! — воскликнул «свитерок», в его голосе явно слышалось волнение. И снова, никогда в жизни Чонгук не оборачивался так быстро. Коротышка буквально сиял, глядя на него глазами-улыбашками (дыши, Чонгук, дыши), прежде чем залезть в карман куртки — он, должно быть, взял её в какой-то момент — и вытащить оттуда за шнурок vip-пропуск, после ткнув своим маленьким пухленьким пальчиком в такой же пропуск, что Чонгук носил на шее (можете назвать это позёрством). — И ты тоже в VIP зоне! Ох, срань господня… — О, и ты тоже носишь билет в сумочке позади пропуска?! — парень протянул руку и повернул Чонгуков пропуск, заметив билет, что лежал в прозрачном чехле. Я думаю, я… — Ты у нас… Во 2 ряду на 5 месте? — парень повернул собственный пропуск, чтобы проверить билет, прежде чем с широко распахнутыми глазами вернуться к Чонгуку. — У меня 2 ряд, 4 место… Думаю, я влюбился. — Это, должно быть, судьба, — прощебетал коротышка, широко улыбнувшись и подмигнув Чонгуку. Чёрт подери, я точно влюбился. Чонгук ломанно пищит, прежде чем собраться и… Громкое «СЛЕДУЮЩИЙ!» портит «момент». Чонгуку приходится, нахмурившись, повоевать с капризной девушкой, прежде чем, наконец, сдаться, подойти к ней и, дождавшись вопроса, назвать своё имя. Он молча наблюдал за тем, как она ковыряется в компьютере, что-то щёлкая и что-то проверяя, прежде чем вновь обратиться к нему. — Однокомнатный люкс с мини-кухней на две ночи? — уточняет она. Чонгук кивает, доставая кошелёк, чтобы оплатить, прежде чем вспомнить, что он уже всё оплатил кредиткой, когда бронировал его неделями ранее. — У вас есть чек в качестве доказательства? — Ох, да, — правда, кошелёк всё же понадобился, Чонгук достал оттуда сложенную бумажку, распечатанную, кажется, в тот же день. Развернув его, он протянул его девушке и, когда она, закончив читать, взяла сканер и отсканировала штрих-код, забрал обратно. Она вбила ещё что-то в компьютер, прежде чем, наконец, развернуться и взять ключ, что висел на стеллаже. Протянув его, она посмотрела на Чонгука. — Ваша комната находится на 8-м этаже, номер 209. Завтрак с 7:30, и он бесплатный, если вы вдруг захотите. На стойке регистрации вы можете найти буклет, содержащий информацию касаемо близлежащих ресторанов, включая Старбакс, а также руководство по часто задаваемым вопросам, номер, по которому вы можете дозвониться до стойки регистрации, и пароль от wifi. Благодарим за бронирование в Holiday Inn! Надеемся, вам понравится здесь. Перед тем, как повернуться, Чонгук ловит её кокетливый взгляд и совсем не скрываемое подмигивание. В ответ лишь нахмурившись, он быстро отвернулся, направляясь к лифту. Однако, в голове промелькнула навязчивая мысль. Может, стоит немножко подождать и узнать, в какой комнате милашка. Заметив торговый автомат, он зацепился за него пустым взглядом, всеми силами стараясь выглядеть так, будто в голове решает важный вопрос — идти или не идти, — в это время внимательно вслушиваясь в разговор. Девушка поприветствовала юношу так же, как и Чонгука ранее; дальше те же вопросы, да и всё остальное, в принципе. Однако, кое-что всё же привлекло его внимание. — Вы знаете того высокого парня, что был до вас? — спрашивает девушка, глядя на парня, после того, как вбивает его данные в компьютер. Повисла тишина. — Бво? — пропищал «свитерок», будучи в замешательстве и тревоге. — Ох, его? Того, с кем я говорил? — Д-да, его! — Чонгук чуть повернул голову, чтобы видеть их лица. — Я просто… Я подумала, что вы знаете друг друга, так как разговариваете так… комфортно, — пробубнила она, краснея. Чонгук бросил взгляд на парня, и его сердце буквально взлетело, когда он заметил, как тот смотрел на девушку, слегка прищурив глаза. Гук мог сказать, что юноша знал, к чему она ведёт, и, похоже, ему это не очень нравилось, судя по тому, как он сразу весь выпрямился и расправил плечи. Чонгук вновь поворачивается к автомату и, ох господи, замечает банановое молоко. Он практически летит к нему, на бегу закидывая деньги в автомат и наблюдая за тем, как падает вниз любимый напиток. Как только пакетик оказался в его руках, он открыл его, счастливо улыбаясь, и начал поднимать ко рту, всем существом ожидая сладкую жидкость. — Ну да, я знаю его, — тем временем твёрдым тоном отвечает парень. — Он мой парень, — Чонгук давится молочком, задыхаясь в кашле. — Так что я был бы признателен, оставь вы моего Чонгуки в покое. Святой Иисус, где воздух? Серьёзно, где воздух? Он не может дышать. Супер-милый «свитерок» только что просто взял и сказал флиртующему работнику, что он знает его (когда всё на самом деле не так), и сказал ей, что они встречаются (в то время, как это всё, о чём Чонгук может мечтать) и чтобы она оставила его «Чонгуки» в покое (добавьте ко всему вышесказанному это милое-премилое прозвище, и Чонгук не сможет решить, хочет ли он, чтобы чёрная дыра сожрала его прямо сейчас, если причиной смерти будет счастье). Решив слинять оттуда, он направился к лифту со слезами на глазах, продолжая задыхаться от напитка. Несколько взволнованных взглядов прилипли к нему, но он просто показал всем большие пальцы, уверяя, что всё в порядке. Через некоторое время, когда лифт остановился на его этаже, он начал успокаиваться. Мысли кружились и порхали в голове, пока он шёл по коридору. И всё же, откуда он узнал его имя? — Чонгук! — кто-то прокричал, и Чонгук испугался, оборачиваясь, чтобы в следующее мгновение замереть, увидев, как «свитерок» подбегает к нему с ослепительной улыбкой. — Представляешь, я в номере 211! Другим людям, наверное, такое количество совпадений, когда они оказывались рядом друг с другом, показалось, по меньшей мере, странным; по большей — они бы посчитали это преследованием. Чонгук же разрывался между: посчитать сложившуюся ситуацию проклятием или же принять за благословение. — Откуда ты знаешь моё имя? — выпаливает он, не подумав. Юноша молчит пару мгновений, обескураженно мигая глазками, после чего смущённо опускает взгляд, поджимая пухлые губки и пальцами играя с подолом свитера. — Я-я увидел его на твоём билете, когда повернул его… Н-надеюсь, ты не злишься, — бормочет он, стыдливо заламывая брови. Хах? На его билете? Чонгук цепляет свой пропуск, поворачивая его, обнаруживая, что да, действительно, его имя напечатано в верхней части. — Ох, — на этом варианты того, что мог бы пропищать Чонгук в ответ, закончились. Боже, ну почему он такой неловкий? — Н-ну, я могу сказать тебе своё имя! — парень поднимает голову, слегка улыбаясь, прежде чем протянуть руку. — Меня зовут Чимин. Пак Чимин. Такое милое имя для такого милого паренька. Лицо Чимина слегка изменилось, он удивлённо смотрел на Чонгука, прежде чем его щёки — Чонгук заметил, что их натуральный цвет — светло-розовый — окрасились в ярко-красный вместе с кончиками ушей. — ............Я сказал это вслух, не так ли? — выдохнул Чонгук после минутного молчания. Чимин в ответ медленно кивнул, и всё вновь затихло. Но затем Чимин начал хихикать. Чонгук моргнул пару раз, вслушиваясь в божественный смех Чимина, позже обнаруживая, что и сам смеётся. — Прошу прощения, — извиняется Чонгук, глядя на Чимина, что прикрывает рот рукой, всё ещё продолжая хихикать. — Я действительно… неловкий. — Всё в порядке, — Чимин берёт пару секунд, чтобы взять себя в руки и перестать смеяться, после с улыбкой смотря на Чонгука. — Это очень мило, правда. Чонгук замирает. — …душки, пока! — кричит он, сбегая в свою комнату. Как только он оказывается внутри, захлопывая за собой дверь, он стучится пару раз головой об дверь, после глубоко вздыхая. — Почему я так себя веду?

____________

Спустя пару часов, когда Чонгук убрал всю свою одежду, организовано разложив её по полочкам, его настигла дилемма. — Чёрт возьми, мне так скучно, — заявил он в пустоту, уперев руки в бока. Вообще, он мог бы сейчас пойти поиграть в онлайн-игрушки на ноутбуке. Но, если честно, мыслишка прогуляться казалась ему намного интереснее. Он подходит к окну, убирая шторку, чтобы посмотреть, что происходит снаружи. Снегопад был настолько сильным, что всё, что он мог увидеть, это белый цвет. Что ж, прощай мыслишка. — Окей, онлайн-игры так онлайн-игры, — пропыхтел он, забираясь на огромную кровать и доставая ноутбук. Открыв его и нажав кнопку включения, он потянулся за телефоном.

кому: инопланетный хён йоу хочш поиграть в gmod со мной?

от: инопланетный хён уже играю с остальными хёнами. присоединяйся, кролик

кому: инопланетный хён назовёшь меня зайкой ещё раз и я отрежу тебе твои голубые шарики*

Следующие четыре часа были наполнены криками, смехом и проклятиями, что они посылали друг другу через микрофон (да-да, они все вместе подключились к Скайпу). В настоящее время Чонгук играл за охотника и искал остальных, вооружившись дробовиком, в то время, как Хосок был занят дерзким актёрством. Когда Чонгук подошёл к коробке, чтобы передвинуть её, он заметил, что стоящая на ней чашка выходит за пределы объекта. Едва сдерживаясь, он убедил всех и вышел из комнаты только для того, чтобы подозрения подтвердились Хосоковым смешком. Ухмыляясь про себя, он закрыл дверь и набрал в чате:

«он здесь, в этой комнате, в виде чашки на коробке. давайте подождём, пока останется 10 секунд, а потом взорвём его».

Остаётся 22 секунды, и он медленно отсчитывает время до конца. Он слышит, как на втором плане фыркнул Тэхён и тихо рассмеялся Юнги. — Ладно-ладно. Я дам вам небольшую подсказку. Я был в комнате, которую только что обыскал Чонгук, — сказал Хосок. 15 секунд. Чонгук вновь вошёл в комнату, сопровождаемый персонажем Намджуна. — Да? — ухмыльнулся Чонгук, повернув персонажа прямо к чашке, что всё ещё сидела на коробке. Хосок тут же замолчал. Спустя пару секунд Хосок закричал, пытаясь убежать, но рефлексы Чонгука были быстрее — он нажал кнопку огня и выстрелил гранатой. Вся комната взорвалась, заодно убив как персонажа Намджуна, так и Чонгука. Все рассмеялись из-за развернувшейся сцены. — Ты засранец! — кричал Хосок между приступами смеха. — Он написал нам! Написал в чате! — прохрипел Намджун. — Мелкий дьявол, — даже Юнги не смог сдержать смеха. — ВИДИТЕ? ВОТ ПОЧЕМУ Я ВСЕГДА ВЫБИРАЮ КОМАНДУ ЧОНГУКА! — прокричал Тэхён, без недовольства в голосе. — ХОСОК, ПОДУЛУЧШИ СВОИ НАВЫКИ В ИГРЕ! — ЙА, Я ВСЁ ЕЩЁ ТВОЙ ХЁН, ВОНЮЧКА! — Я БУДУ УВАЖИТЕЛЬНО ОБРАЩАТЬСЯ К ТЕБЕ ТОЛЬКО ТОГДА, КОГДА ТЫ ПОДРАСТЁШЬ! Чонгук смеялся так сильно, что слёзы ручейками стекали по щекам; он не слышал, как в номере зазвонил телефон, особенно учитывая громкие звуки Хосока и не только, что вбивались в уши через наушники. Однако, в следующий момент свет вырубился, как и все электронные устройства. Ноутбук завис на пару мгновений, в следующий момент закрывая как игру, так и Скайп, выводя на экран «Подключение к интернету потеряно. Пожалуйста, проверьте и повторите попытку». Нахмурившись, он снял наушники и огляделся. Вся комната была залита чёрным. Он выполз с кровати и, используя телефон в качестве фонарика, щёлкнул выключателем пару раз, но ничего не произошло. Недовольно вздохнув, он открыл дверь и выглянул в коридор, но и там было черным-черно. Тогда он закрыл дверь, отправившись к следующему пункту проверки — к окну. Но как бы он не пытался, узнать, было ли у кого-нибудь электричество, ничего не получилось, так как снегопад и не думал останавливаться. Телефон зазвонил, и он быстро ответил. Это был групповой звонок. — Эй. Куда ты пропал? — спрашивает Тэхён. — Ты снова смеялся настолько сильно, что уронил ноутбук, ругнувшись «да к чёрту всё», как в прошлый раз? — хихикнул Джин. — Вообще-то нет, — пробурчал Чонгук, ковыряя в рюкзаке в поисках маленького фонарика, что он взял на всякий случай. — Кажется, электричество вырубилось. Хосок присвистывает. — Чёрт. Моя сестра только-только говорила об этом — про Сеул говорят в новостях. Подожди, я схожу в гостиную и переключу обратно, — послышались звуки копошения, после Чонгук услышал, как что-то говорит сестра Хосока, затем тишина. — Окей, итак, в общем, Сеул находится под огромным грозовым облаком, так что повсюду отключают свет. — Ну вот блин. Это значит, что не будет не только света, но и отопления, — Чонгук вздыхает, укладывая ладошку на бедро. — Хэй, Гук, слушай, я тут кое-что вспомнил. Помнишь то одеялко с подогревом, что подарил тебе Джин пару месяцев назад? Ты взял его с собой? — спросил Намджун. Чонгук не отвечает, осматривая вещи. — Да, но не думаю, что оно принесёт пользу. — Гук, это не совсем то, что ты думаешь. Ты можешь зарядить его, подключив к сети, а затем оно прослужит около 10 часов после полной зарядки. Всё, что тебе нужно сделать, так это нажать кнопку на пуль… — …Ох! Я нашёл его! Упс, прости, хён, не хотел тебя прерывать, — извиняется Чонгук, смущённо хихикая и доставая коробку из чемодана. Джин смеётся. — Всё в порядке. Но я очень рад, что ты захватил его с собой. — Видишь? Порой то дерьмишко, что покупает нам хён, оказывается очень полезным, — угукает Тэхён. — Будь готовым ко всему, Гук, всегда. — Ага-ага-ага, — закатывая глаза, ответил Чонгук, как вдруг в его дверь постучали. — Ладушки, мне нужно идти. Кто-то стучит в дверь. Они наскоро попрощались, и Чонгук подошёл к двери, вооружившись фонариком. Чимин вскрикнул, закрывая глаза от слепящего света. — Й-йа, слишком ярко! — воскликнул он. Чонгук моргнул пару раз, прежде чем додуматься опустить фонарик. — Ох, прости, — извинился он, разглядывая парня. На нём были толстовка и тот же шарф, что был раньше. И в то же время, Чимин дрожал. — Ты… В порядке? — Ах, да! — ответил Чимин с улыбкой. — Просто интересно было, есть ли у тебя свет, но… Похоже, мои подозрения подтвердились. — Да, кажется, вся половина Сеула сейчас без электричества, — Чонгук вздохнул, осматривая коридор; люди выходили из номеров, светя фонариками. — А это значит, что и отопления нет, так что, думаю, они идут к стойке регистрации, чтобы попросить ещё одеял. — Но там уже ничего нет, — пробубнил Чимин, и Чонгук вновь повернулся к нему. — Просто я уже звонил на стойку регистрации со своего телефона, и мне сказали, что одеяла закончились. Они сказали, что отопления уже не было где-то за полчаса до того, как официально выключили свет. И именно из-за этого одеяла разобрали ещё до того, как я попросил их. Следует короткая пауза. — С тобой будет всё в порядке без отопления? — спрашивает Чонгук. — Ты же уже сейчас дрожишь, словно листик на ветру… Чимин замечает беспокойство Чонгука, но лишь улыбается на это. — Ну, вообще я упаковал дополнительное одеяло, взял пару толстовок с собой, ну и по мелочи всё остальное. Так что, думаю, всё будет нормально. К тому же, они предположили, что питание будет отключено где-то плюс-минус на час. Не о чем беспокоиться. Ну, ладушки, я же всего лишь хотел проверить, один ли я страдаю без света или нет! Увидимся позже, да? — с этими словами Чимин пересекает коридор и скрывается за дверью своего номера. Тихо вздохнув, Чонгук вернулся внутрь и достал одеяло из коробки, уделив пару минут на то, чтобы почитать инструкции и записку, что оставил Джин. Старший великодушно взял на себя роль полностью зарядить подарок, прежде чем вручить его Чонгуку, что очень, очень пригодилось сейчас. Он накрыл кровать одеялом, следом ложась на него, носом утыкаясь в мягкую ткань и щекой чувствуя тепло, исходящее от неё. Предполагая, что время быстрее пролетит за играми, что не требовали интернет-соединения, он включил ноутбук. Однако, спустя две игры электричество так и не появилось. Нахмурившись, Чонгук посмотрел на время. Почти полночь. А свет выключили где-то в 10 часов вечера. Нервно пожёвывая нижнюю губу, он посмотрел за монитор, взглядом прожигая дверь дольше, чем было необходимо — кажется, внутри его черепушки проходили ярые дебаты за что-то. Пробурчав «к чёрту всё», он выключил ноутбук и громко вздохнул, прежде чем подняться с кровати и выйти из номера. Преодолев коридор, он постучал и терпеливо ждал (по ощущениям целый час). Послышалось шарканье за дверью, редкие шаги, и вот, наконец, дверь открылась. Перед Чонгуком предстал Чимин, закутанный в вещи и выглядящий намного бледнее, чем раньше. Несмотря на это, он всё ещё дрожал. — Ох, это ты… — …Есть одеяло с подогревом, — выдаёт Чонгук. Глазки стоящего напротив парня расширились, а губы приоткрылись от удивления. — Я-Я просто хотел, чтобы ты знал! Одеяло не требует подключения к сети или чего-то такого, и, кажется, оно работает от аккумулятора… или чего-то такого. И я знал, что на самом деле ты с собой ничего не взял, потому что ты всё ещё дрожишь, а это значит, что тебе всё ещё очень холодно. Так что я просто хотел, чтобы ты знал, что у меня есть одеяло с подогревом и что ты можешь просто… — …Ой-ой, остановись, — рассмеялся Чимин, рукой придерживая Чонгука за бицепс. — И дыши, Чонгук, дыши! Ты говорил так быстро, что забывал вдыхать между словами! Чонгук растеряно моргнул, прежде чем застенчиво опустить голову, чувствуя, как кончики ушей начинают гореть от смущения. Чимин хихикнул, наблюдая за ним. — Ты такой милашка, айгу. И, да, — Чонгук всё же решился отцепить взгляд от пола и посмотреть на Чимина, что осматривал комнату; чувствовалось, что тот немножко колеблется. — ...здесь очень холодно. И одеялко с подогревом… Звучит очень заманчиво… Ладушки, Гуки. Я воспользуюсь твоим предложением. Просто дай мне пару секунд. Чимин отошёл от двери, снимая шарф и толстовку, чтобы выйти к нему в свитере. Он захватил с собой телефон и зарядку, после ковыляя — да, ковыляя — за Чонгуком. — Кайа! — воскликнул он с ослепительной улыбкой.

____________

— Гуки, поднимайся сюда, — говорит Чимин, вздыхая. — Нет. — Почему? — Потому что ты гость. — Ой, вот только не надо «потому что ты гость, ты спишь на кровати, а я остаюсь валяться на полу» и прочего дерьма, окей, — ну, слышать, как Чимин ругается, было довольно непривычно. И по-странному привлекательно. — А теперь быстро поднимайся сюда. Ты же можешь простыть. Холодно же, столько часов уже прошло с того, как свет выключили. Последовала короткая, наполненная тишиной пауза. — И я вижу, как ты дрожишь. Снова пауза. — Чон Чонгук, если ты сейчас же не поднимешь свою прекрасную задницу сюда, клянусь, я сам затащу тебя сюда, — предупреждает Чимин. Младший тяжело вздохнул, прежде чем неохотно подняться с пола и зависнуть над кроватью. Чимин приглашающе приподнимает одеялко, пальчиком маня к себе, но, видя, что Чонгук всё ещё колеблется, вздыхает, вытягиваясь и дёргая парня на кровать. — Айщ, ты такой неловкий. Но это настолько мило, что я просто не могу злиться на тебя. Чонгук пищит. — Я… Я… хён! Я и сам могу лечь, знаешь ли! — скулит он, пока Чимин укрывает его, поправляет одеяло, прежде чем притянуть младшего к себе, обнимая. Сердце Чонгука в это время просто сходило с ума, и, Чонгук уверен, что оно на гипер-скорости вылетит из его задницы в ближайшее время, если он не успокоится. Чимин был таким тёплым, даже, можно сказать, горячим, и к тому же, Чонгук совсем не ожидал, что у парня будет такая крепкая, но в то же время мягкая грудь. — Но я просто чувствую, будто с ребёнком нахожусь, Гуки, — бормочет Чимин в волосы Чонгука. — Теперь спать, мхм? Чонгук медленно кивнул, однако, он всё ещё бодрствовал даже после того, как Чимин, казалось, заснул. Он всё ещё был прижат к груди старшего, чья рука обнимала его за плечи, так что он мог слышать и чувствовать ухом и щекой стук сердца Чимина. Их ноги перепутались в процессе движений, и одна из рук Чонгука нашла своё местечко на груди Чимина. Минуты тянулись медленно, мучительно медленно, а в голове у Чонгука был беспорядок, не позволяющий бедняжке заснуть, поэтому он испытывал все тяготы смущения и неловкости, широко распахнутыми глазами пялясь на противоположную стену, чувствуя, как горят окрашенные в вишнёвый щёки. — Ох, чёрт, — бормочет он про себя. — Ох, чёрт… что я только что сделал? Во что я ввязался? — заскулил он, едва слышно, чтобы не мешать Чимину спать. — Я приглашаю до неправильного милейшего парня к себе в комнату, чтобы погреться под одеялом. О. Мой. Бог… просто, чёрт возьми, убей меня сейчас же. Просто убей и положи конец мучениям. Чонгук был одним из тех типчиков, что никогда и ни за что не будут выглядеть перед симпатичными или пиздец какими красивыми людьми хорошо или хотя бы мило. Его друзья, а особенно Тэхён, постоянно словесно надирали ему зад из-за этого. Потому что всякий раз, когда к нему подходил кто-то очень горячий, он просто стоял, напоминая оленя, замершего перед светом фар, и заикался практически на каждом слове. Он был настолько неловким или даже неуклюжим, что умудрялся спотыкаться о невидимые преграды, что-то ломать одним взмахом руки или же просто выставлял себя дураком. И сейчас то же самое — обнимается с офигенски горячим парнем, подумывая о том, чтобы сброситься со скалы, потому что, а как иначе выбраться из супер-неловкой ситуации, что обязательно случится? — Боже, я обречён. Обречён. Как… Как кто-то. Эта кровать станет местом моей смерти. Нужно написать Тэхёну, чтобы сыграл Cypher pt.4 на моих похоро… — …Хорошая песня, — внезапно прервал его голос. Ох, просто убейте меня. Убейте меня сейчас же. Чимин хихикает. — Я не смог заснуть. Но твоё нытьё было таким смешным — я не мог больше терпеть. Прости. Чонгук стонет, ладошками закрывая лицо, чтобы спрятать всю его красноту. — Я думал, что ты спишь! — ворчит он, и хихиканье Чимина плавно перетекает в искренний смех. Этот звук был настолько приятным, что спустя несколько секунд Чонгук осознал, что тоже улыбается, пряча улыбку руками. Но он был застигнут врасплох, когда Чимин начал двигаться. Он резко выдохнул, когда его уложили на спину и отняли руки от лица так, чтобы он видел ухмыляющегося Чимина. Старший руками опирался о подушку у головы Чонгука, нависая над ним. Ох, чёрт. Ох, чёрт. Чёрт чёрт чёрт чёрт чёрт. — Ч-что ты делае… — …Чонгуки, — что-то в голосе Чимина заставило его замереть. — Моим губам холодно, — бурчит старший, чуть наклоняя голову. — Можешь согреть их? Чонгук распахнул глаза. — .....Ч-что? — Я сказал, что моим губам холодно. Чонгук молчит. — Так ты можешь их согреть? — …Я н-не понимаю. Чимин испускает полустон-полусмех. — О мой бог… Ладно, раз уж ты не собираешься делать шаг, думаю, мне придётся… — озвучивает он вывод. Чонгук открывает рот, собираясь спросить, что же имел в виду старший, но он не успел и звука вставить, как Чимин наклонился, прижимаясь своими пухлыми губами к его. Ох, блять. Ох, блять. Блять блять блять блять блять… Да пошло оно всё. Офигенски горячий парень, наверное, прикалывается над ним. И всё же, офигенски горячий парень целует его. Срань Господня… Что он должен сделать? Позвонить в 911? — Ты правда не умеешь целовать, да? — бормочет Чимин, отстранившись. Чонгук сглатывает ком в горле, отрицательно качая головой. — …Ты девственник? — Девственник, как человек, который не занимался сексом, может быть, — бурчит в ответ Чонгук. Такой ужасный ответ — хоть старший и смеётся — как он вообще может быть смешным? Это же вообще далеко от смешного, нет? В этом ведь даже смысла нет. — Ох, боже, я обожаю тебя, — Чимин тихо хихикнул, ладонью оглаживая щёчки младшего. — Просто успокойся, хорошо? Следуй за мной и не бойся. Знаю, мы только познакомились, но… Чувствую себя так, будто знаю целиком и наизусть каждый твой грамм. И отчасти это было правдой: с того момента, как Чимин пришёл к нему, они долго болтали друг о друге. Как оказалось, они оба из Пусана и опять же оба из одного университета искусств и танцев, вот только их занятия были в разное время. — Ты доверяешь мне? Чонгук замирает, заглядывая в глаза старшего. — Да, — шепчет он. Чимин улыбается, вновь оглаживая щёки, прежде чем наклониться. — Хорошо. Просто расслабься, ладно? — советует он. Чонгук послушно кивает, ещё не до конца понимая ситуацию, но изо всех сил стараясь её принять. Чимин целует его снова. Его губы такие мягкие, сравнимые только если с зефиром, и поцелуй был столь же сладким и нежным. Он чуть отстранился, выслеживая на лице младшего хоть капельку дискомфорта. Ничего не отыскав, он приблизился снова, прижимаясь губами в поцелуе, но уже с большим нажимом. Поцелуи долгие, нежные и медленные, тягучие, словно карамель. Ладонь старшего всё ещё покоилась на щеке Чонгука, большим пальцем нежно лаская кожу, но сам Чонгук всё ещё слишком робел, дабы сделать нечто подобное в ответ. В отличие от него, Чимин был намного смелее, потому что в следующий момент губами присосался к нижней губе Чонгука, оттягивая её. От внезапного действия, Чонгук тихо стонет, чем пользуется старший, оставляя в покое губу и языком проскальзывая в рот Чонгука. Они стонут, сталкиваясь языками, и поцелуй становится жарче, более и более страстным. — Всё хорошо? Ты в порядке? Тебе удобно? — выдыхает Чимин, прямо в губы. Чонгук кивает, набираясь храбрости, чтобы уцепиться за свитер и потянуть на себя для следующего поцелуя. И он его получает. Чимин исследовал рот Чонгука, вылизывая каждый сантиметр. Рука соскользнула с щеки, поднимаясь вверх и зарываясь в волосы, чтобы притянуть младшего ещё ближе к себе. Вздохи и хныканье Чонгука подпитывали и так сильное желание Чимина, но всё закончилось (или началось), когда старший двинулся, случайно задев коленом пах Чонгука. Младший громко охнул, поддаваясь бёдрами навстречу. Чимин на пару мгновений впал в шоковое состояние, прежде чем ухмыльнуться. Он оторвался от Чонгука, чтобы устроиться между его ног и вновь присосаться к губам. Руками он скользнул по бёдрам младшего, подхватывая его под колени и приподнимая вверх, чтобы Чонгук обхватил его талию. — Блять, Чонгук, — рычит Чимин в губы парня. — Я не могу противостоять тебе. Даже капельку. С этими словами, Чимин поддался бёдрами вперёд, потираясь пахом о пах младшего. Чонгук распахнул рот в безмолвном стоне, цепляясь за плечи Чимина. — В тот момент, когда я увидел тебя, я подумал, что ты самое красивое, что я когда-либо видел в этом мире. Ты был таким очаровательным с этой твоей кроличьей улыбкой, заиканием, тем, как ты смущаешься буквально от всего. Это немного странно — то, что мы всегда были так близко друг к другу, но ни разу не виделись, но вот мы здесь, — в этот момент Чонгук застонал, откидывая голову, и этот звук вновь заполнил комнату, когда Чимин, сжав бёдра, продолжил фрикции. — Идём на один и т-тот же концерт, оба на vip-места. Даже места рядом друг с другом, что уж говорить о номерах, что находятся друг напротив друга. Реально можно подумать, что всё это очень жутко, что это всё совпадение. Но, блять, я так рад, что ты затормозил тогда в очереди. Иначе… Иначе ничего этого сейчас бы не было. Я бы не целовал тебя сейчас, — он наклоняется, подчёркивая произнесённое сладким поцелуем, прежде чем отстраниться, продолжая: — И я бы не услышал этих прелестных звуков, что ты издаёшь. — Ч-Чиминни-хён, по-пожалуйста, — хнычет Чонгук. Чимин рычит, прижимаясь в поцелуе. Целуя, Чимин не терял времени впустую, раздевая младшего и раздеваясь самому. И всё же, под влиянием страсти, они не сразу заметили, как дали электричество. Только в тот момент, когда Чимин поддался назад, снимая с Чонгука штаны, он заметил, что лампа горит. Он медленно пробубнил: — Свет дали, — возвращая взгляд к Чонгуку, он не смог сдержать ухмылку от развернувшейся картины: младший лежал, тяжело дыша, с ошеломлённым выражением лица, но потемневшими голодными глазами наблюдая за Чимином. — Ты собираешься снять с меня штаны или продолжишь трахать взглядом? — хнычет Чонгук, в нетерпении толкаясь бёдрами. — Потому что я предпочитаю, чтобы ты просто трахнул меня. Чимин засмеялся, всё же снимая штаны, после чего встал с кровати под недовольные звуки со стороны Гука, подошёл к двери, выключая свет и, наконец, возвращаясь к младшему. — Уверен? — спрашивает Чимин, прижимаясь губами. — У меня ведь с собой нет ни смазки, ни презервативов. То есть… Внизу, в вестибюле, есть небольшой магазинчик, где продаются… Настала очередь Чонгука затыкать пухлые губёхи поцелуями. — Хён, я уверен, — хихикает он. — Как и в том, что слюна может заменить смазку. Наверное. И к тому же… Я хочу чувствовать тебя, — с губ старшего слетает хриплый стон, когда рука Чонгука скользит вниз, сжимая его член. — И каждый твой сантиметр. — Чон Чонгук, ты станешь причиной моей смерти. Честно, Чонгук совершенно не заботился о том, был ли он громким и насколько, судя по всему, как и Чимин, вместо этого лишь поощряющий младшего. «Громче, Гуки. Вот так. Иди ко мне.» «Кричи моё имя, чтобы весь этот чёртов отель знал, кто втрахивает тебя в кровать.» «Тебе лучше не скрывать засосы, Чонгук, вообще.» Вот и вся история того, как Чонгук проснулся с ног до головы покрытый засосами; пятнышки покрывали всё: шею, ключицы, бёдра, ещё бёдра, ягодицы и ещё кучу интересных мест. — …Мне даже нельзя надеть шарф? — ноет Чонгук, рассматривая себя в отражении зеркала. — Как бы… Мы же сегодня BIGBANG увидим. И мы сможем с ними сфоткаться. И… Они будут смущены, а уж тем более я, когда они увидят их. Он слышит, как вздыхает Чимин, прежде чем войти в ванную. — Ладно, — уступает старший, обнимая сзади. Не то, чтобы Чимин был намного выше Чонгука, скорее наоборот… Разница между ними примерно равно дюйму. — Можешь надеть водолазку или шарф. Но только ради того, чтобы уберечь девственные глазки наших айдолов, пнятненько? И как только получим фото, для твоей же сохранности лучше будет всем показать эти чёртовы засосы. Мне совсем не нужны кретины, пытающиеся приударить за тобой, как та девчушка. Чонгук рассмеялся, поворачиваясь и облокачиваясь о раковину, чтобы подольше понаблюдать за Чимином. — Не знал, что ты настолько ревнивец, — дразнит он. Чимин стреляет в него взглядом, прежде чем прижаться, уперев руки по бокам от Гука. — Я не ревнивец. Всего лишь собственник, что защищает всё моё, — выдаёт Чимин, в следующий момент наклоняясь, всасываясь в шею и оставляя на ней свежий засос в качестве доказательства. — А ты уже помечен, как моё, Чон Чонгук, которого я вбивал в кровать и который в это время выкрикивал моё имя так, словно оно блядская песня, — Чонгук краснеет, упирая взгляд в пол. — Кстати, знаешь, когда я спустился вниз, то получил кучу жалоб от администратора за шумное поведение. Но меня это не очень заботит — намного важнее, что теперь все знают, что ты мой. Понимаешь? — решительно спрашивает он, заглядывая младшему в глаза. Чонгук кивает, чувствуя некое удовольствие от того, как по-собственически ведёт себя старший. Никогда раньше у него не было человека, что вёл бы себя так с ним, и… Ему это, чёрт возьми, нравилось. По крайней мере, это давало уверенность в том, что, если кто-то попытается поухаживать за ним, Чимин будет и сам в состоянии расправиться с ним вместо того, чтобы переложить это дело на плечи Чонгука, как это обычно происходило в других отношениях. — Хорошо, — мычит Чимин, обрадованный ответом младшего, и затягивает его в долгий нежный поцелуй. — А теперь пошли. Нужно встать в очередь, чтобы получить автограф. — За 5 часов до начала? — с явным удивлением в голосе спрашивает Чонгук. — Гуки, сладкий, никогда не недооценивай силу VIP-зрителей, ладушки? И Чимин был прав. К тому времени, как они добираются до стадиона, очередь уже выросла до размеров огромной кучи. Люди кучковались с палатками у входа, но, к счастью, парочка смогла найти свободное место недалеко от входа. Одна компания, что была впереди них, предложила спальные мешки, чтобы они присели, а не продолжали стоять. Чонгук почти расплакался, услышав это. «Гуманизм реален,» — прохныкал он, Чимин лишь посмеялся над этим. Заключив сделку с дружелюбными людишками, они решили, что если кто-то вдруг захочет отлучиться на покушать, в уборную, купить мерч и ещё что-нибудь такое, то другие должны будут придержать очередь для них. Чимин отлучался один раз и вернулся с четырьмя пакетами, полными стаффа, два из которых он вручил Чонгуку. — Что это? — спросил Чонгук, приоткрывая пакет. — Ты говорил, что всегда хотел этот мерч, но не мог позволить из-за счетов. Я увидел его и… Быстренько схватил. Тебе повезло, что я заметил, потому что это был последний, что у них был, — фыркает Чимин, плюхаясь рядом. Челюсть младшего едва ли с землёй не поцеловалась, когда он вытащил альбом G-Dragon «One Of A Kind» с автографом (!). — Ну и так же у меня есть куча всего в других пакетах. И это обошлось мне в 250 долларов. Тебе повезло, что я люблю те- ммпф! Прежде чем Чимину удаётся закончить предложение, младший буквально сбивает его с ног, роняя на землю, и припечатывает губы поцелуем. — Я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя! — заявляет Чонгук после каждого поцелуя, приникая вновь, и совсем скоро Чимин начинается смеяться, пытаясь остановить младшего. — Ох, боже мой, огромное-преогромное тебе спасибо! Я почти умирал от желаний получить этот чёртов альбом! Я-Я обязательно должен купить тебе что-нибудь взамен! Чимин шокировано качает головой. — Нет, ты ничего не должен мне, — говорит он. — Но у меня всё же есть идея, чем ты можешь отплатить. Чонгук хлопает глазками, быстро кивая, когда Чимин приманивает к себе пальчиком. — Разреши мне отлизать тебе, прежде чем ты оседлаешь папочкин член сегодняшней ночью, — шепчет старший на ушко. Всё лицо Чонгука резко покраснело, напоминая томат, он застенчиво опустил взгляд, прежде чем едва заметно кивнуть. Чимин улыбается, любовно зарываясь пальцами в волосы Гука, поглаживая. — Боже, я обожаю тебя, — выдыхает он, чмокая щёчки младшего. Вся остальная часть концерта проходит гладко. Они сидели очень-очень близко к сцене, а собственно и к BIGBANG, и Чонгук практически океан наплакал, когда G-Dragon, заметив плакат Гука, бросил к нему подписанный мячик. У Чимина даже получилось запечатлеть этот момент на камеру (— Смотри, Гуки! Я поймал тот самый момент, когда он смотрел прямо на тебя! — Ох, дьявол… Отправь мне его, прямо сейчас, я поставлю его на обои. — …Но я думал, что ты попросишь меня поцеловать тебя на камеру, чтобы поставить на обои… — Хён, детка, я так-то могу ставить две фотки на обои: одну на экран блокировки и одну на рабочий сто- йА, ДАЖЕ НЕ НАЧИНАЙ ДУТЬСЯ НА МЕНЯ, ТЫ ЖЕ ЗНАЕШЬ, ЧТО Я НЕ МОГУ УСТОЯТЬ ПЕРЕД ТВОИМ ЭГЬЁ! ЭЙ! ЙА, ПАК ЧИМИН!) И да, они пошли на фотосессию, и G-Dragon даже узнал Чонгука из толпы и подписал кепку, в которой он был. У Чимина был короткий, но безумно приятный разговор с Тэяном, который заметил на первом футболку с его именем и оставил на ней автограф, прежде чем сфотографироваться. Излишне будет рассказывать, насколько же они были счастливы, когда возвращались с концерта. Они продолжали кричать и болтать о случившемся на обратном пути в отель. Подпитываемый адреналином, что всё ещё волнами разливался по венам, Чонгук отблагодарил Чимина, подарив ему «лучший минет за всю жизнь» (так утверждал старший), прежде чем Чимин выполнил обещанное ранее. И да, Чонгук «отскакал» на нём, крича имя старшего от накрывающего оргазма и едва ли не соскальзывая с члена, кончая. — Чувак, — бормочет Тэхён, с подозрением разглядывая Чонгука. — Что за херня с тобой случилась? Тэхён был его соседом по комнате, поэтому, когда он вернулся с занятий, именно на его долю выпала участь первым увидеть на кухне взъерошенного Чонгука, чьи плечи и шея были усыпаны засосами. — В последний раз, когда я тебя видел, ты был чертовски одинок. И вот, ты уезжаешь, а, когда я прихожу домой, вижу тебя в таком амплуа? ТЫ ПЕРЕПИХНУЛСЯ С КЕМ-ТО И НЕ СКАЗАЛ СВОЕМУ ЛУЧШЕМУ БРО?! — недовольно кричит Тэхён, взмахивая руками. — Да, у него был «перепих», — присоединяется к разговору новый голос, и Тэхён оборачивается. У него почти выпадает челюсть, когда он смотрит, как Чимин выходит из ванной, только приняв душ, но в то же время выглядя очень горячим. На нём была только парочка полотенец, одним из которых он вытирал волосы. — Но нет, к счастью, он больше не «чертовски одинок», — Чимин подходит к Тэхёну, протягивая руку и с ухмылкой наблюдая за шокированным парнем. — Я Пак Чимин, его новый бойфренд. Тэ встряхивает головой, медленно пожимая ладонь. — А я, ам… Ким Тэхён. Сосед по комнате. Ух, я отойду на минутку, ок? — Чимин кивнул, наблюдая за тем, как Тэхён бежит на кухню… Из которой совсем скоро слышится ругань. — НЕТ, ХЁН, Я НЕ РАЗРЕШАЮ ТЕБЕ ЗАНИМАТЬСЯ СЕКСОМ С МОИМ ПАРНЕМ! — НО, ЧОНГУК! — НИКАКИЕ ДЕНЬГИ И ПОДКУП ЕДОЙ НЕ ЗАСТАВЯТ МЕНЯ ПРОГНУТЬСЯ ПОД ТВОЁ ДЕРЬМО! НЕТ! НИ ЗА ЧТО! — НО ОН СЛОВНО ГРЕЧЕСКОЕ БОЖЕСТВО, И, БЬЮСЬ ОБ ЗАКЛАД, ОН ПРОСТО ДЬЯВОЛЬСКИ ХОРОШ В ПОСТЕЛИ, ПОЧЕМУ ТЫ ПРОСТО НЕ МОЖЕШЬ ДАТЬ МНЕ ПРОВЕРИТЬ?! — ПОТОМУ ЧТО ТЫ ЖУТКИЙ ПСИХ! ТЕПЕРЬ ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ, Я БЛИНЫ ГОТОВЛЮ, И, ЕСЛИ ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ НА ЭТОЙ ГОРЯЧЕЙ СКОВОРОДКЕ ОКАЗАЛСЯ ТВОЙ КРОШЕЧНЫЙ ЧЛЕН, ОТВАЛИ!