Второй закон термодинамики

Рицка, как самый обычный японский школьник, скучал на уроке литературы и слушал монотонную речь преподавателя, мысленно пребывая совсем в другом месте. Так странно было сидеть за своей партой как ни в чем не бывало, словно и не случилось кардинальных перемен в его жизни, не было смены места жительства и ухода от «мамы»… Яей рисовал что-то в тетради, а Юико клевала носом, еле сдерживаясь, чтобы не заснуть. С одной стороны было интересно узнать причину, по которой розоволосая девочка не выспалась, с другой — совсем не хотелось выслушивать романтические откровения именно сегодня. Подросток чувствовал себя словно сплющенный пакет сока — встряхнули содержимое и теперь, пока он не привыкнет к новому месту, Бойцу и его правилам, к тому, что он связан с непонятной суперсекретной организацией — муторное состояние никуда не денется. Утром Нисей, с ветерком, доставил его на мотоцикле прямо к школьным воротам, под восхищенные взгляды одноклассниц — разве появление такого красавчика, могло остаться незамеченным? Заботливо помог слезть с мотоцикла и подождал, пока зайдет в школу. Рицку провожали томные вздохи девочек, которым понравился Боец, и косые взгляды мальчиков — этим понравился его мотоцикл. Он оглянулся в дверях и помахал Нисею рукой, тот, недолго думая, махнул в ответ рукой в мотоциклетной перчатке и с ревом умчался в свой университет. Рицке пришлось признаться самому себе, что странное чувство, которое он испытал, пока шел к дверям школы и слушал перешептывания за своей спиной, называется простым и не очень хорошим словом — ревность. У Акаме Нисея были очень высокие шансы стать не только Бойцом, но и другом, и эти вздохи, и жадные взгляды воспринимались как самая настоящая угроза — кто-то покушается на принадлежащее ему. — Друг... — еле слышно прошептал Рицка, ощутив движение языка в собственном рту. Это слово почему-то укутывало своеобразной заботой и запахом ванили, ароматом непривычной, но очень вкусной еды, приятельским подтруниванием друг над другом и ненавязчивой близостью, разжимающей внутреннюю пружину страха и боли. В середине третьего урока Рицка неожиданно почувствовал, как к горлу резко подкатила тошнота. Пришлось срочно отпрашиваться в туалет. Он торопливо шел по коридору, стараясь глубоко дышать, чтобы завтрак не оказался на полу. Поведение собственного тела удивляло — с утра же вроде все было нормально! Ну, подумаешь, приревновал Бойца, но разве от такого должно быть настолько плохо? Или это опять те странные реакции, что преследовали его рядом с Соби? Но сейчас Соби нет. Что вообще происходит?! Заболел? В конце коридора он заметил идущую навстречу фигуру ученика. Темные волосы, черные глаза, уверенная походка и форма старших классов — ничего примечательного ни во внешности, ни в движениях. Когда они поравнялись, Рицка инстинктивно вздрогнул и у него перехватило дыхание — как будто встретил кого-то, кого знал раньше, но никак не мог вспомнить. Пока он пытался собраться с разбегающимися мыслями, старшеклассник прошел мимо, равнодушно мазнув по нему взглядом. Рицка чуть не рванулся за ним, хотел окликнуть, но остановил себя: он даже не знает кто это, сделал над собой усилие и заставил себя дошагать до туалета. Жадно напившись ледяной воды из-под крана и поплескав ею в лицо, он поднял глаза и посмотрел на себя в зеркало: неестественная бледность и расширенные зрачки немного пугали. «Что со мной происходит?!» Смахнув капли воды с челки, с бешено колотящимся сердцем, Рицка вышел в коридор. В таком состоянии возвращаться в класс точно не стоило. Подошел к окну и прислонился лбом к прохладному стеклу — немного полегчало. В кармане завибрировал телефон, пришла смс. — С тобой все в порядке? Нисей. Он просто невозможен. Как ему удается? — Уже да. Поплохело, но сейчас ок, — срывать Бойца с пары совсем не хотелось, но все же эта забота была чертовски кстати. — Ладно. Заеду за тобой в три. Веди себя прилично, — и рожица с высунутым языком. — И ты там учись хорошо, — Рицка слабо улыбнулся, набирая в ответ и ставя в конце ухмыляющуюся рожицу. Он ещё постоял, прислонившись лбом к стеклу, выждал пока организм немного успокоится, и решил вернуться в класс: у него еще четыре урока — не будет же он сидеть в коридоре до приезда Нисея? Дождался звонка, чтобы не привлекать ненужное внимание, и просочившись сквозь толпу одноклассников, проскользнул на свое место. К нему сразу же подскочили Юико и Яёй, расспрашивая все ли в порядке и предложили отвести к медсестре. Рицка отмахнулся. Юико заботливо сунула листочек с домашкой и Рицка вымученно улыбнулся в ответ, поблагодарил за заботу, и впрямь почувствовав себя чуть-чуть лучше. На большой перемене он отправился на крышу. Промозглый ветер заставлял ежиться от холода, однако бодрил и прекрасно прочищал голову от непонятных мыслей. Очень хотелось побыть одному и, в то же время, терзало чувство одиночества и непонятной утраты… Рицка подошёл к перилам ограждения и оперся на них, подставляя лицо ветру и закрывая глаза — пусть ветер выдует из него все эти печали. Оставшиеся уроки запомнились плохо: речь учителей доносилась словно издалека, он механически записывал, даже не пытаясь вникать — был слишком рассеян и взбудоражен произошедшим. Когда прозвенел звонок с последнего урока, ему написал Нисей. — Не стоит пытаться делать выводы при недостатке данных. — Ты даже это чувствуешь? — мысленно удивился Рицка, зная, что Боец услышит о чем он думает. — Конечно. Я чувствую любые колебания Резонанса, — письменно ответил Боец. — Ты уже приехал? — подумал растерянный Рицка. — Уже минут пятнадцать как. У меня здесь уже целый фанклуб образовался. Если не поторопишься, они порвут меня на кусочки и растащат на сувениры, — отписался Нисей и добавил плачущую рожицу. — Уже бегу, так и передай своим кровожадным дамочкам, — Рицка с улыбкой начал кидать учебники в портфель. Вприпрыжку сбежав по лестнице, он, что есть сил, припустил по школьному двору к воротам. Нисей сидел на мотоцикле и курил, а вокруг толпились девочки и открыто заигрывали, пытаясь завлечь беседой. Рицка только хмыкнул — он-то знал, что Нисею внимание школьниц совершенно безразлично, но те продолжали настырно липнуть к парню. При появлении Рицки они смолкли. Нисей вежливо откланялся, подождал, пока Рицка усядется позади него, и рванул с места. Подросток прижался щекой к спине Бойца и наконец-то впервые нормально вздохнул за этот день и порадовался, что ничего не нужно объяснять — Нисей и так все понимает, без слов. Тошнота внезапно пропала, и впервые за день захотелось поесть и выпить кофе с молоком. «Наверное, его присутствие действует на меня как лекарство», — подумал Рицка, но Нисей это никак не прокомментировал. Дома Рицка почувствовал себя получше, но до конца его так и не отпустило: постоянно какие-то мысли вертелись в голове и на душе словно кошки скребли, но он старался этого не показывать — грузить Нисея еще больше не хотелось. Они поели и разошлись по комнатам — домашки никто не отменял. Рицка управился первым и на цыпочках подкрался к двери Бойца: тот увлеченно щелкал по клавиатуре, набирая какой-то длиннющий текст и, судя по всему, заканчивать пока не собирался. Было непонятно, чем пока себя занять, чтобы не мешать Нисею и не загружаться самому. Думать не хотелось, читать — тоже, лучше, наверное, фильм посмотреть. Включив свет в гостиной, он подошел к шкафчику с DVD и надолго завис, рассматривая названия фильмов. — Что конкретно ты хочешь посмотреть? — раздался голос рядом. Нисей уже сидел на диване и смотрел на Рицку. — Не знаю, хочется отвлечься, а то как-то муторно. А ты почему здесь? — Понял, что меня этот реферат достал, надо сменить декорации. Завтра допечатаю, — Боец потянулся и улыбнулся. — Предлагаю посмотреть старый, но, тем не менее, хороший фильм американского производства — «Познакомьтесь, Джо Блэк». — Первый раз слышу. А про что он? — Про смерть. — Оооо… — выдохнул Рицка, — ужастик? — Нет, очень философский фильм, тебе понравится! — Ладно, давай посмотрим. Рицка нашел нужный диск, вставил в проигрыватель и нажал на кнопку. Взяв пульт, он вернулся к дивану и присел в противоположный угол. Выбор фильма был просто отличным — он не отрываясь смотрел на экран и следил за разворачивающимся сюжетом: смерть и ее желание узнать жизнь людей были сыграны очень правдоподобно, даже стало её как-то немного жаль. На особо драматичном моменте он повернул голову, чтобы увидеть реакцию Нисея на реплику, и обнаружил, что тот мирно дремлет. Рицка улыбнулся и продолжил смотреть. Концовка фильма была хоть и счастливой, но с привкусом горечи, и моралью — нельзя заменить одно другим, даже если оболочка — точная копия. «Наверное, он часто пересматривал фильм после смерти Маи» — догадка пронзила Рицку как игла. Он осторожно потряс Нисея за плечо. Тот открыл глаза и сонно заморгал: — Уже утро? — Нет, конец фильма. Ты проспал добрую половину. — Ааа, не беда, я его сто раз видел… — зевнул Нисей, — Эх, наверное, стоит все же лечь пораньше. Зная садистов-преподавателей, я могу предположить, что экзамен нам впаяют на первой паре. — Почему? — Это же универ, так принято. Чтобы жизнь медом не казалась. — А, ладно, понял… Значит, спокойной ночи, — промямлил Рицка и встал с дивана. Выключив DVD и телевизор, вернул диск в коробку и закрыл дверцы шкафчика. — Ага, и тебе спокойной ночи, — Нисей снова зевнул и пошел в свою комнату. Рицка потоптался на месте и поплелся спать. Переодевшись в пижаму, нырнул под одеяло и закрыл глаза. Мысли не давали заснуть: слишком много всего непонятного произошло за этот день. Он сам себе невольно поражался: ведь никогда не сходился с людьми так быстро и не был столь раскованным, каким он был с Нисеем — привык не доверять людям. Однако самое интересное, что ему понравилось быть другим собой, пусть даже только в обществе нового Бойца. С Нисеем все было простым и четким: тот мгновенно мог разобраться в ситуации и выдать оптимальное решение. В его присутствии иногда появлялось ощущение чего-то родного и далекого, чего-то связанного с болью потери и радостью обретения. «Может, он напоминает мне отца? Но и тот старшеклассник казался каким-то родным и знакомым. Снова моя память чудит и путает его с отцом?» Рицка старался сильно не обольщаться: скорее всего идиллия краткосрочна. Семь Лун не оставят их в покое — этим монстрам плевать на чувства и жизни подчиненных. Снова вспомнился Соби, и подросток горестно вздохнул — прекрасный пример того, что эта организация может сделать с человеком. В мыслях был обычный хаос: все переплелось и перемешалось и это жутко бесило — ну когда же, наконец-то, будет ясность в его жизни?! Он повернулся на бок и уставился в стену, на которую красиво падал лунный свет из окна, продолжая размышлять и ожидая, когда мозг устанет думать, и он заснет. Тут в комнату без стука зашёл Нисей, но свет включать не стал и поинтересовался: — Я, конечно, заявлял, что в душу лезть не буду, но все же… что с тобой такое — такая каша в голове, даже я это чувствую. И кстати, не хочешь рассказать, что сегодня случилось в школе? Рицка сбивчиво начал рассказывать, стесняясь и не договаривая, о том что случилось на крыльце. Было очень неловко, но Нисей лишь тактично промолчал и кивнул продолжать. Рицка описал, как его внезапно затошнило, он пошел в туалет и столкнулся с незнакомым старшеклассником, после встречи с которым ему стало хуже, но уже совсем по-другому — сердце забухало, дыхание сорвалось. Нисей подумал немного и хмыкнул. — То есть плохо тебе было, как ты думаешь, от… избытка эмоций, а на старшеклассника была другая реакция, потому что он тебе напоминает отца? — Это мои предположения, — пробурчал Рицка, смущаясь, что они вообще это обсуждают и Боец теперь знает, что у него был приступ ревности, но то, что Нисей не лег спать, а все-таки пришел поговорить, было очень приятно. — Эй, завязывай переживать! Плохо, конечно, что тошнило, но ведь теперь все хорошо? — Угу. — Насчет старшеклассника: не знаю. Постарайся избегать любых контактов с ним? Хотя, кому я это говорю — ты же хочешь ответов, — Нисей усмехнулся, а потом серьезно заявил: — Ладно, если что, я сам появлюсь, не переживай. Мы пока не знаем что происходит, но это точно не какое-то нападение на нас — поединки между Парами всегда происходят в Системе. Уверен, разгадка кроется в твоем прошлом, и со временем все станет понятно. Разберемся вместе. — Спасибо тебе, — выдохнул ему в след Рицка, закрывая глаза и чувствуя, что засыпает. Радостная улыбка расползлась по его лицу: Нисей его не бросит и это так замечательно!