Люси и русская рулетка

Люси сейчас думала, отказались бы от нее родители, если б увидели дочь в таком виде — растрепанную, с размазанным макияжем и порванной одеждой. В квартире девушки тоже был полный бардак. Разбросанные повсюду книги, разбитая посуда, а еще надпись на всю стену «Грей лох». Повеселилась компания вчера, однако. Признаться, Люси ничего не помнила. Вообще ничего. Это пугало и забавляло одновременно. Что мог натворить самый сильный в мире маг под градусом? — Так, спокойно, спокойно, — шептала девушка, схватившись за волосы. — Надо идти в гильдию… Надеюсь, меня оттуда не выгонят… Черт, черт, черт… Голова трещала, ноги подкашивались, но Люси, взяв волю в кулак, уверенным шагом направилась в ванную. Дрожащими руками откопала где-то расческу и тональный крем — жалкая попытка хоть как-то привести себя в порядок. В шкафу девушка отрыла помятую футболку и старые джинсы (налезло все с трудом). Люси подошла к зеркалу (ничего особо не изменилось, но Люська убеждала себя, что она просто красотка). — Пф, мага тысячелетия никакая водка не возьмет. Она накинула на себя плащ и направилась в гильдию. Не то чтобы Люси горела желанием примчаться к своему народу, просто девушка понимала простую вещь: нельзя ведь всю жизнь от них скрываться. К тому же, Люська хотела хоть примерно знать, какой из смертных грехов она совершила этой ночью. Люси, наконец, дошла. Недолго думая, Хартфилия распахнула дверь, все же надеясь, что за ней никого нет. Но ошибалась: вся гильдия, ее любимые, незаменимые друзья, сидели на диванчике и мило беседовали. Ах, какая картина маслом. — П-привет… — пробормотала Люси, зайдя внутрь. Все разом повернулись к ней, и, маг готова была поклясться, на лицах каждого отразилась паника. Некоторые даже вскочили и попятились к стене. — Ребят, вы чего? — Люси улыбнулась самой милой улыбкой, на которую только способна. Все молчали, словно рыбы, а Хартфилии вот хотелось кричать. Орать. Срывать глотку. Кто-нибудь, черт побери, скажет, что произошло?! — Тебе, может, домой пойти? Ну, ты это… протрезвеешь… отлежишься… — испуганно роптал Хэппи, вжавшись в стену. — Нет уж, останусь здесь, — фыркнула Люси, садясь на диван. — Хм, а давайте в карты сыграем?.. — В карты так в карты… — покорно согласились все, не поднимая взгляда на девушку. Игра была дико скучной — Люси так-то сама не любила дурака, но нужно было хоть как-то выйти на контакт с гильдией. Контакта, если честно, не получалось, ведь все молчали. И поддавались. Хартфилию это дико бесило, она уже собиралась начать допрос с пристрастием. — Да хватит мне тузов отдавать! — взбесилась Люси. Это было последней каплей. Девушка повернулась к Лексусу, а тот, вытаращив глаза, поспешил спрятаться за диваном. «Стоп, Лексус, что, тоже меня боится?» — изумилась маг, отворачиваясь. Это уже ни в какие рамки не шло. Казалось бы, такой здоровый мужик, а от Люськи шарахается. И тут девушке действительно не по себе стало. Она съежилась, скрестив руки на груди и поджав губу. «Я просто монстр какой-то…» — Лексус, прости, я не хотела кричать… — вздохнула она, приближаясь к юноше. Тот отшатнулся. — Что я, блин, сделала, почему ты так шарахаешься? — Ты его избила вчера, вообще-то! Посмотри, какие синяки у нашего бугая! — насмешливо выкрикнул Нацу. — Заткнись! — рявкнул в ответ Дреяр. У Люси отвисла челюсть. Она прищурилась, чтобы разглядеть Лексуса. И правда! Синяки и царапины, а под глазом-то фингалище. Хартфилия взглотнула, напрягая мозги, чтобы хоть что-то вспомнить. Так, так, нужно сосредоточиться… И, кажется, что-то, хоть и обрывками, в памяти вспывало.

***

Начало вечера, Люси, обнимаясь с рюмкой, бегала по квартире. Лексуса искала. Она хотела припомнить ему «все хорошее». И как он ее больше-грудой назвал, и грубые просьбы стать его девушкой, и все-все-все… — Кана, давай отомстим этому альфонсу! — орала Люси, подбегая к барной стойке. — Э, ты чего? Совсем поехала? — буркнула в ответ Альберона, сжимая в руках пивной бочок. Кана, наверное, единственный человек, который нем мог назвать это собрание пьянкой. В день она выпивала больше, чем все здесь собравшиеся вместе взятые. Люси решила самостоятельно придумывать план отмщения. Хотя, господи, какой еще план? Умом сейчас явно ничего не решить. Найдя в толпе орущих и танцующих людей Лексуса, Хартфилия готова была действовать. Вот он, подлец. Парень был явно не в самом адекватном состоянии: он разбивал бокалы и рюмки, приставал ко всему, что двигалось и не двигалось, а еще, наверное, никак не ожидал, что за возмездие его ждет. — Вечеринка для тебя окончена! — прокричала Люси, подбежав к парню. — Готов испытать мой гнев?! — Э… ты че, Люси? Все нормально? — гаркнул он, отходя назад. — Лексус, ты совсем бип-бип? Лучше беги, — и заклинательница с криком сумасшедшего вождя набросилась на жертву.

***

На этом чудесные воспоминания оборвались. — Лексус, прости меня, пожалуйста… — стыдливо прошептала Люси, устремив взгляд в пол. — Я тебе все прощу, только, прошу, не пей больше! — простонал он, бухаясь на диван. Маг присела на краешек дивана, рядом с Эльзой, но та поспешила отодвинуться. Люси перевела взгляд на подругу. В глазах Скарлет не было страха, лишь обида, которую Люси совсем не понимала. — Эльза, ты чего? Что с тобой? — взволновано поинтересовалась Хартфилия. — Ты сама не своя. — Вообще-то я планировала не разговаривать с тобой, пока ты не извинишься, — выпалила девушка, — но, раз уж ты ничего не помнишь, сделаю тебе услугу. Эльза нахмурилась и продолжила: — Я сидела, кушала тортик, который, кстати, сама приготовила, запивала боярышником, как вдруг… вдруг, словно из неоткуда, появилась ты. Забрала мой торт, убежала с ним в туалет и съела. Весь. А он, между прочем, был рассчитан на двадцать человек. Люси глубоко вздохнула. Она, кажется, что-то припоминала. Ночь, Эльза, уплетающая торт за обе щеки… А потом, собственно, выход самой Хартфилии. «Да, точно, я кинулась на подругу с криками «Оккупация! Осторожно!» и съела весь торт… Вот значит что, а я еще думаю, чего у меня так живот болит…» — Эльза, я приготовлю тебе новый торт. И его будешь есть только ты. Обещаю. — Ох, намекаешь на то, что я жирная проглотка? — вспылила девушка. — Ешь сама свои торты. Что ж, видимо, прощение Эльзы нужно еще заслужить. — Ладно, давайте разберемся, кто еще на меня обижен? — Люси вышла в центр комнаты и обвела взглядом толпу. — Ну, мне было немного неприятно… Голос принадлежал Мире. Она неуверенно подняла руку, а Люси уже была готова сквозь землю провалиться. Что же заклинательница натворила на этот раз? Предварительно сгорев от стыда, Люси приготовилась слушать. — Ну, ты же знаешь, как я люблю милые сервизы, вот я и принесла свои стаканчики и вазочки — клянусь, я думала, у нас будет чаепитие! А ты на меня накинулась и все разбила, когда танцевала на барной стойке… — Стоп, я танцевала на барной стойке?! — Ну да, ты что, не помнишь? Мира удивленно покосилась на подругу, подперев руками подбородок. Люси съежилась; бедные стаканчики. — Я вообще почти ничего не помню, — ответила Люси, разведя руками. — А ты пораскинь мозгами, — выкрикнул кто-то. И Люси начала вспоминать…

***

— Мира-а, да отложи ты свои стаканы! Давай танцевать! — кричала Люси прямо на ухо подруге, хватая ее за руки. Мира была явно не в себе. Она подняла на мага стеклянные глаза и буркнула что-то неразборчивое. Девушка сжимала подол красного платья и теребила свою белую косу. В Штраусс уже не было сил даже встать. — Люська, может, домой? — язык Миры заплетался, у нее там, наверное, уже шарики за ролики; алкоголь еще никого до добра не доводил. — Веселье только начинается! — раззорялассь Люси и прыгнула на барную стойку, швыряя в стену все, что только под руку попадалось. Ну, хоть не раздевалась. Под руку девушке попадались опустошенные ею бутылки, чайник, стаканы… … стаканы? — О боже, Люси, слезь! Там мой сервиз! — завопила Мира и кинулась к подруге (уже почти бывшей). Штраусс, кажется, вмиг протрезвела. Люси и не думала прекращать свои горячие танцы. Она била посуду и кричала «юху-у», ей было дико весело, а вот по выражению лица Мира можно было понять, что той нихрена не весело. А потом Люси почувствовала удар в спину. А потом — как она валиться вниз со стойки, проклиная все на свете.

***

— Ой, что ты все на Люси гонишь? Ты, Мира, после двух бутылок вообще на дьявола была похожа, — огрызнулся Нацу, повернувшись к голубоглазой. Люси оставалось лишь заламывать руки. Что еще могло произойти? И кто виновник сея пьянства? Ух, если девушка узнает, кто ее споил, этому неудачнику не поздоровится. Ведь все в гильдии знали, как Люська к спиртному относится, значит, кто-то бутылочку ей вручил специально. И этот факт дико бесил ключницу. Она готова была на кусочки порвать своего куратора в мир алкоголя. Сейчас только нужно было выяснить, что же это за смельчак такой. «Ну простите, ребята, сейчас порешаем». Девушка, сощурив глаза и сжав руки в кулаки, встала напротив диванов. Она решили установить зрительный контакт: в журнале каком-то читала, что так можно все узнать о человеке. Но что-то не выходило. Может, на людей с похмелья это не действует. — Во-первых, — Люси оперлась рукой о край стола; перед взором летали дельфины и радуги, — мне нужно в церковь. Во-вторых, — глаза девушки метали молнии, казалось, она готова была убить одним лишь взглядом, — скажите, кто дал мне водку, и, клянусь, этот мерзавец испытает на себе божественный Пинок Люси. — Ребят, серьезно, лучше признайтесь, — прокряхтел Лексус, потирая бок. Все собравшиеся переглянулись, и ответить решил Нацу: — Вообще-то идея была Эльфмана. И алкоголь его. — И где наш тусовщик? — отчеканила Люси, наклонившись вплотную к Нацу. Тот невольно съежился и продолжил: — Когда он увидел тебя в окне, то сбежал. Ключница стукнула себя по лбу. Черт, замечательно! И на ком теперь вымещать всю накопленную злость? Девушка села на диван и схватилась за волосы. «Я больше никогда, никогда в жизни не буду пить». Она положила голову на плечо рядом сидящего Грея. Нужно было видеть глаза бедняги; сначала он напрягся, но, поняв, что Люси больше неопасна, начал поглаживать ее по голове. — Это еще не конец всех твоих приключений, — хмыкнул Грей. Хартфилия вздрогнула. Ну что еще? Казалось, хуже уже не могло быть, но, оказывается, все ее вышеперечисленные деяний — далеко не все. Люси начала лихорадочно перебирать в голове все варианты ее выходок. «Приставала к Локи? Затискала Чарли до смерти? Ну, скажите кто-нибудь, я уже ко всему готова». — Ну… вообще-то ты признавалась мне в любви, — спокойно сказал Нацу. Все зашептались и начали хихикать, поглядывая на Люси. Ко всему готова? Пф, как бы не так. Девушка прикрыла рот рукой и вытаращила глаза, впившись взглядом в лорда. Тот выглядел расслабленным, этот факт его будто бы совсем не тревожил. Люси умоляла всех богов, чтобы Нацу как-то это прокомментировал, но он молчал. И не сводил взгляда с подруги. — Ха-ха… Смешно… — Люси туповато улыбнулось, а про себя пыталась вспомнить, что же между ними произошло ночью. Но ничего. Ни-че-го. Разум будто покинул ее тогда, воспоминания словно стерлись. А, быть может, так и было? Тогда все решал не разум, а сердце? Люси пыталась скрыть свои чувства к юноше, но водка — лучшая сыворотка правды, по другому и быть не могло. Мама всегда говорила, что тайное когда-нибудь станет явным, как бы мы этих тайн не боялись. И вот, подарочек. Спасибо, алкоголь, так сказать, ты строишь судьбы. — А знаешь, Нацу, это правда, — крикнула девушка, резко повернувшись к Драгнилу. — Все так и есть. Ты мне нравишься, мать твою, у тебя самые красивые в мире глаза, и еще ты напоминаешь милого маленького ежика, твои волосы похожи на колючки, а еще… я бы хотела прямо сейчас поцеловать тебя. Нацу приподнял одну бровь и усмехнулся. Самодовольный какой. Люси сейчас видела только его, членов гильдии, которые наблюдали за этой сценой, она просто не замечала. Все равно, какой ответ прозвучит. Главное, что маг наконец-то смогла высказаться. Прям камень с души. — Давай я приму этот факт и позову тебя завтра на индивидуальную тренировку? — улыбнулся Нацу, сощурив глаза. Романтик херов. Люси все-таки не смогла сдержаться от улыбки; ей казалось, что еще чуть-чуть — и она превратится в лужицу. Маленькую влюбленную лужицу. — Я, ребята, прошу прощения, что прерываю вашу любовную хуйню, — вмешалась Джувия, оглядываясь по сторонам, — но с нами на гулянке был Макаров, он где? Все перевели взоры на Люси. Боже, да что еще? — Ой, забыла сказать. Люсь, вы вчера с Макаровым за бутылку дрались… а потом я какой-то треск услышала, — отозвалась Эльза. — Вот черт! — в памяти сразу всплыла эта картина, и Хартфилия, уже планирую свалить из страны, бросилась к окну.