Предел мечтаний

Где-то на поверхности, куда доставал тёплый солнечный свет, разносился детский смех. Громкий и радостный, наивный, а также любопытный. Однако никогда нельзя было быть уверенным в том, что всё идёт хорошо. Что смех этот не прекратится в любой момент, когда произойдёт что-то непредвиденное тем или иным дежурным, отвечающим за тот или иной пост. Каждое происшествие, что приносит боль от потери близкого человека, происходит по воле случая. Обычно в этот момент кто-то засыпает или отлучается на минуту, которой хватает для того, чтобы свершилось зло. Иногда может повезти, все останутся живы, но приведется любое другое несчастье, которое повлечёт за собой боль и разочарование. Не для всех, конечно. Кто-то может оказаться в выигрыше. Именно так подумал Ниган, когда в подвал, где он был заточён в полном одиночестве, спустилась маленькая девочка. — Привеееет, — с улыбкой протянул он. Встать на ноги сразу не получилось, он долгое время находился в лежачем положении, так что пришлось сначала сесть. — Ты монстр? — осторожно, но с любопытством спросила девочка. Ниган самодовольно хмыкнул, наклонив голову вбок, таким образом, что на него упал луч от солнца, просочившийся через прутья решётки на нешироком окне. — Не совсем, — ответил он. К его удивлению, девочка не боялась его, подошла ближе, к самой клетке и взялась за её прутья своими маленькими ручонками. Он знал, что перед ним сейчас стояла дочь Рика. В его голове не было никаких злостных мыслей на её счёт, одно лишь любопытство. У них это было взаимно. — Что ты здесь делаешь? — спросила девочка. — Жду тебя, — спаситель не прекращал улыбаться. — Зачем? — Затем, что мне скучно, — он медленно встал, не желая спугнуть ребёнка. Ноги ощущались ватными. Сделав три шага, ему с трудом удалось опуститься на пол перед металлическими прутьями, прямо перед стоящей за ними девочкой. Надо было не отказываться от завтрака, — устало подумал он. — Ты хочешь поиграть? — с любопытством спросила Джудит. Кажется, взрослый бородатый мужчина её совсем не пугал, она даже протянула руку, чтобы коснуться пальцами его лица. Ниган тихо засмеялся, качнувшись немного вперёд, чтобы девочка смогла нащупать его жёсткую бороду. — Хочу, — ответил он. В его глазах загорелся огонёк, который ребёнок не смог бы понять. Это было предвкушение от надежды. — Давай в прятки, — сказала девочка, видимо не понимая, что мужчина не в состоянии покинуть свою тюрьму. — Я знаю игру поинтереснее, — хмыкнул он, чем вызвал на лице Джудит удивление. — Хочешь узнать, какую? — Да, — в глазах девочки засияло искренне наивное любопытство. — Слушай внимательно и запоминай…

***

Когда Рик проснулся на веранде своего дома в кресле-качалке, он первым делом осмотрелся по сторонам, пытаясь вспомнить, каким образом умудрился задремать. В последнее время его одолевала бессонница, всё из-за работы, он много на себя возлагал, тяжкий труд, что должен был разделять со своими друзьями, часть которых от него отвернулись. А всё из-за чёртового милосердия, которое он решил проявить к человеку, не заслужившего этого. Рик опустил взгляд на наручные часы. Его брови удивлённо приподнялись вверх, когда он вспомнил, что Мишонн оставила его на три дня одного, взяв на себя большую часть его работы. Чтобы дать ему отдохнуть, расслабиться и забыть на время все проблемы, не дающие спать по ночам. Эта мысль не была бы так ужасна, если бы он не вспомнил о том, что должен был следить за своей дочерью. — Дерьмо! — тут же ругнулся александриец. Он проспал примерно часа три, за это время могло произойти всё что угодно. Вскочив с кресла, Рик помчался по лестнице вниз. Паника начала нарастать с каждым шагом, пока он искал ребёнка в округе. Соседей, как назло, поблизости не наблюдалось, его дочери тоже. Как он мог заснуть, не доверив её няньке? Такое с ним приключилось впервые, но это не было оправданием его безответственности. В мире, в котором он жил, не имелось права на ошибку. Слишком часто ему приходилось терпеть боль от потерь, которая разрушала его изо дня в день. Сердце в груди набирало бешеный темп, ноги спотыкались, а голос срывался на крик. — Джудит! Он искал её сначала вокруг дома, а после внутри. По рёбрам уже стучала барабанная дробь, взгляд метался из угла в угол, руки цеплялись за стены на поворотах. Когда он забежал по лестнице вверх, туда, откуда послышался детский смех, из груди вырвался блаженный вздох. Это уже что-то. Она в порядке, — мысленно успокоил он себя. Всё хорошо. Джудит была в безопасности, играла в игрушки в одной из комнат на втором этаже. Когда он подошёл к ней, чтобы взять на руки, его взгляд остановился на ключах, которыми играла девочка. — Где ты это взяла? — спросил он после того, как поцеловал дочь в лоб. — Дядя Ниган подсказал, — заулыбалась Джудит, отчего сердце Рика ушло в пятки.

***

— Ублюдок! — прокричал он, когда обнаружил, что Ниган на месте, в своей камере, где ему положено быть. Дверь решётки тихо поскрипывала от ветра, Рик хлопнул ею со всей силы, чтобы потом закрыть на ключ. Он был поражён тем, что Ниган не воспользовался моментом, чтобы сбежать. Почему? — Не горячись так, — лукаво протянул спаситель своим низким хриплым голосом, от которого в горле Рика частенько вставал ком. Ничего странного, просто ему нравился голос спасителя, несмотря на то, что тот был ублюдком. Иронии в этом никакой не было, но вот чувство стыда прожигало каждый раз, когда ноги ступали в подвал. Именно поэтому он редко навещал своего пленника, доверив эту заботу другому человеку. — Ты говорил с моей дочерью! — гневно воскликнул Рик. — Ещё раз! — он ткнул пальцем по направлению к тёмной фигуре в углу камеры. — Ещё раз заговоришь с ней, я найду способ заткнуть этот чёртов рот! — Какие угрозы! Рики, это прозвучало грязно, не говори так больше, — слова Нигана звучали с открытым издевательством, он глумился над тем, кто удерживал его в этой сырой дыре. — Иди к чёрту! — злостно выплюнул александриец. Он всё ещё не мог утихомирить свой пульс, злость и остатки страха разрывали его изнутри. Он мог лишиться дочери, если бы Ниган решил отомстить или надавить. Ублюдок так же мог сбежать, что повлекло бы за собой гнев одной половины толпы и восстание другой, всё ещё преданной своему хозяину. — Почему ты не сбежал? — вопрос прозвучал зло, с той интонацией, которая не терпела лжи или молчания. Он хотел знать правду. В нём горело желание заставить Нигана отвечать мгновенно, без замедлений или издевательств. Он это заслужил. После всех угнетений со стороны спасителей Рик имел право заставить Нигана отвечать на его вопросы честно. — Потому что ещё рано, — спокойно ответил тот. — Придёт время, ты сам меня выпустишь. — Никогда, — менее грозно ответил Рик, сумев утихомирить часть своего гнева. — Ты будешь гнить здесь до конца своей жизни. — С каких пор ты такой злой? — хмыкнул Ниган. — Я ведь ничего не сделал. — Ты говорил с моей дочерью! — вновь воскликнул он. Эта мысль разрывала его изнутри, потому что он злился не на Нигана, а на себя, по той причине, что заснул и не уследил за Джудит. Это его вина, но он не мог накричать сам на себя, поэтому срывался на том, кто в любом случае этого заслуживает. — Не знал, что это запрещено, — низкий голос Нигана прозвучал виновато. Во всяком случае, Рику так показалось, посему он сжал кулаки, стараясь не думать о том, что над ним вновь издеваются. Чёртов Ниган! Как этот человек умудрялся вести себя так, будто это Рик был его пленником, а не наоборот? — Да, — сдержанно ответил александриец. — Я запрещаю тебе говорить с моей дочерью, — он не думал, что это сработает, потому что чёртов Ниган тот ещё ублюдок и скорее всего снова поглумится над ним. Он уже привык и научился себя сдерживать, не обращать внимание. Почти. Во всяком случае, его дочь больше не ступит сюда ни ногой, он за этим проследит. — Как скажешь…хозяин, — издевательски протянул Ниган. Рик вздрогнул от озвученного спасителем последнего слова. — Хорошо, — он устало провёл ладонью по волосам, зачесывая их назад. — Что ты сделал? — спокойно спросил он, утихомирив свой пыл. — Принял душ, — столь же спокойно ответил ему Ниган. — Что? — он сделал шаг в сторону, чтобы присмотреться к фигуре в углу камеры. Теперь ему было видно, что у спасителя больше нет бороды, ублюдок гладко выбрит, а его влажные волосы зачесаны назад. — Ты оглох, Рики, или хочешь, чтобы я ответил на твой вопрос в более уважительной форме? — Ниган широко заулыбался. Он, похоже, заметил реакцию Рика на произнесённое им «хозяин». Чёртов провокатор. — Вместо того, чтобы сбежать, ты принял душ и вернулся в свою камеру? — переспросил Рик, проигнорировав издевательство. — Я давно не принимал горячий душ, — пожал плечами Ниган. Его голос звучал так, будто то, что он сделал, сделал бы любой на его месте. — Не вешай мне лапшу на уши. Ты сделал что-то ещё, — Рик пододвинул стул, что стоял у стены, к центру коридора, развернул его спинкой к решётке и сел, широко расставив ноги. Ниган хмыкнул, но промолчал. — Я узнаю это, прямо сейчас, — голос александрийца звучал грозно, взгляд прожигал насквозь, а поза не требовала доказательств тому, что он не потерпит лжи. В прошлом Рик был помощником шерифа, ему не впервые допрашивать людей, играть роль плохого копа. Однако ему чего-то не хватало, для того, чтобы быть истинным лидером, за которым все потянутся. Которого будут уважать и…бояться. Ниган знал это, он видел в нём того, кто унаследует его место или даже станет рядом с ним. Быть может, даже лучше… — Я тебе уже сказал правду, Рик, чего ты ещё хочешь? — спаситель расслабленно растянулся на своей узкой кровати, заложив руки за голову. Его голос звучал устало, теперь уже без издевательств. — Хочу понять, почему ты не сбежал, — Рик сложил руки на спинку стула перед собой. Он не верил ни единому слову своего пленника. В этом не было смысла, Ниган не из тех людей, кто бы упустил свой шанс на свободу. Он что-то задумал, что-то сделал и теперь будет выжидать. Осталось только понять, чего. Спустя полминуты тишины, Ниган закрыл глаза и тихо заговорил: — Знаешь, твоя дочурка похожа на тебя, — он слабо улыбнулся. — Такая же бесстрашная, любопытная и…настойчивая. Она уговорила меня сыграть с ней в прятки, когда я всего лишь хотел воспользоваться ситуацией, чтобы выйти отсюда и сходить в душ, — он тихо засмеялся своим низким, глубоким голосом. — Пришлось потратить полчаса на игру, рискуя шансом… — Что за бред, — перебил его Рик, но Нигану было плевать, он продолжил говорить: — Как же было хорошо встать под горячую воду, с паром и мылом. Чёрта с два ты бы сделал мне такой подарок в ближайшее время… — Никогда, — фыркнул Рик, вновь перебив его. — Не сейчас, но в будущем ты поменяешь своё мнение, — Ниган повернул голову в его сторону. В темноте не было видно, куда он смотрит, но Рик почти ощущал чужой взгляд на коже своего лица. — Ты не выйдешь отсюда больше никогда, — повторил александриец. — Не зарекайся, — улыбка на лице Нигана стала шире. Рик отвёл взгляд в сторону, потому что ему до дрожи в руках захотелось разбить мужчине нос. Стереть чёртову ухмылку с этого выбритого лица. Ублюдок воспользовался его ванной без разрешения. Его бритвой, мылом и дочерью. Сучий сын, — подумал он, стиснув челюсть до скрипа зубов. После всего, что Ниган сделал, после боли, которую нанёс бесчисленному количеству людей, он выглядел слишком беззаботным для человека, который должен страдать за свои грехи. Рик давно пытался избавиться от этой мысли, засунуть её куда подальше, выкинуть из головы, но всякий раз, когда он возвращался в этот подвал, ему всё сильнее хотелось причинить ублюдку боль. Ударить, заставить страдать, лишить еды или воды. Сегодняшний инцидент с Джудит только подтолкнул его к краю пропасти. — Уже уходишь? — с наигранным разочарованием протянул Ниган, когда Рик встал со стула. Ответа не последовало. Под звук отдаляющихся шагов пленник остался один со своими мыслями. Снова. — До встречи, Рики.

***

Всю неделю он чувствовал себя раздражённым. Мысли раз за разом возвращались к его тёмной стороне, которую он усердно пытался игнорировать. Ему хотелось мести, расправы. Не такой, какой желали Дэрил, Мэгги, Иисус. Нет, он не думал об убийстве, он хотел заставить Нигана почувствовать боль, равную той, которую тот нанёс ему и его друзьям. Чёрт, он мечтал о том, чтобы спаситель перестал улыбаться и вести себя так, будто он всё ещё был важен. Навсегда стереть ухмылку с его лица. — Рик! — воскликнула Мишонн, когда он слишком сильно вжал её запястья в стену над кроватью. Злость неожиданно вырвалась наружу, не в самый подходящий момент и не на того человека, который бы этого заслужил. — Прости, — рассеяно протянул он. Это было что-то новое, странное и жуткое. Очень личное, а так же слишком мрачное, чтобы показываться людям. Он должен был держать это в себе, игнорировать противоречивые мысли. — Что с тобой? — спросила Мишонн, когда он отстранился от неё и сел на край кровати, опустив лицо в ладони. Интерес к сексу тут же угас, возбуждение пропало, сменившись мелкой дрожью. На душе запахло дерьмом. — Всё в порядке, — тихо сказал он, стараясь выглядеть усталым. — Просто не выспался. В его груди бушевал шторм, он был зол, раздражён и хотел сбежать, чтобы Мишонн не видела его таким. Он понятия не имел, что происходит. Почему именно сейчас? Отчего он сорвался? Точный ответ найти было сложно, потому что вокруг него крутилось слишком много мелочей, которые с каждым днём раздражали всё сильнее. Было кое-что ещё, что он усердно отталкивал от себя, от чего закрывался толстой, но шаткой стеной, на скорую руку выстроенной в подсознании, где бушевала тьма. Он не знал, как долго это ещё будет продолжаться и как скоро сможет забыть одно единственное слово, которое крутилось в его голове на протяжении всей недели. Хозяин, — повторял голос Нигана. — Что-то случилось на стройке? — спросила Мишонн. Она обняла его со спины, положив подбородок на голое плечо мужчины. Это часто помогало, крепкие и любящие объятия. — Одни споры и драки, ничего страшного, — ответил он. Ему нужно было отвлечься, взять выходной. Снова провести время со своей дочерью — светлым солнечным лучиком, который пробивался сквозь тучи в его мрачную погоду. — Хочешь, заварю тебе чаю? — с улыбкой спросила Мишонн. Она поцеловала его в шею, стараясь поделиться своим теплом и нежностью. — Поможет заснуть. — Да, — рассеянно ответил он. — Конечно…

***

Спустя ещё неделю он был вне себя от ярости, когда во время строительства моста один из спасителей устроил массовую драку. В результате погиб хороший паренёк, которому ещё и тридцати не было. Разобраться с виновником ему помогла Кэрол, потому что иначе он бы убил его на месте, при свидетелях. Слишком сильно его разозлил этот ублюдок. — Ты в порядке? — спросила Кэрол, когда он с яростью откинул ткань, что служила дверью в палатке. — Да, — сдержанно прорычал он. — Просто устал, — ноги быстро зашагали вглубь леса, туда, где не было людей. Ему следовало выпустить пар, убить парочку ходячих, расслабиться. Перестать думать о Нигане, потому что ублюдок лез в его голову постоянно. Всё в округе напоминало ему о спасителе, из-за которого вся его жизнь спускалась на самое дно. Люди Нигана не хотели повиноваться. Строительство моста задерживалось из-за споров и разногласий. Два стада ходячих вскоре должны были сойтись в одно. Мэгги и Дэрил держали на него обиду. Всё постепенно рушилось, затем снова восстанавливалось, а он всё ещё думал о Нигане, о котором давно уже пора было забыть.

***

В один день всё поменялось, внутри него — мысли, желания и поступки. Всё потому, что он не мог больше держать это в себе, его тёмную сторону. За последние три дня на его счету было четыре срыва, во время которых он набросился на Дэрила, ударил ни в чём неповинного спасителя, потерял лошадь и снова причинил Мишонн боль в кровати. Его это убивало, но он не мог показать зло, что рвало его на части, окружающим. Оставался только один выход, который удержит от окончательного крушения, оставит на плаву, пускай даже без спасательных шлюпок. Поможет приглушить боль. В тот день, когда он принял нежелательную часть себя, он нашёл Люсиль…

***

Ниган вздрогнул, когда услышал стук дерева о каменную стену. Он узнал бы его из тысячи, во всяком случае, догадался бы. — Люсиль, — с улыбкой протянул он, приняв сидячее положение. День сразу стал лучше, обрёл новые краски. Он был удивлён и доволен одновременно. Рик вернулся к нему, принёс его Люсиль, а значит, что-то задумал. Осмыслил его слова, понял, что без него ему не справиться, не удержать людей под своим командованием. Или, по крайней мере, ступил на верный путь по направлению ко всему этому. — Я слышал, она тебе дорога, — безэмоционально сказал александриец, когда выставил стул в центр коридора. Он вновь сел на него спинкой вперёд, поставив биту колючей проволокой на пол. — Ты даже не представляешь, насколько, — не прекращал улыбаться Ниган. Его немного насторожило настроение Рика, с которым тот пришёл к нему в этот неожиданный вечер. Что-то было не так. Что-то едва ощутимое, на чём Ниган не стал зацикливать внимание, чтобы не показывать, что он это заметил. — Хочешь, дам тебе её подержать? — спросил Рик всё тем же монотонным голосом, от которого улыбка с лица Нигана на время исчезла. — В чём подвох? — спросил тот. — Подвоха нет, — улыбнулся александриец. А вот это уже было странно, не свойственно Рику. Он подошёл к решётке, чтобы отворить её. Ниган напрягся, машинально встав на ноги. Он слишком хорошо знал психологию людей, чтобы не понять, что что-то идёт не так. Зачем открывать камеру, когда можно передать Люсиль через прутья клетки? — Мне показалось, или это только что был страх в твоих глазах? — хмыкнул Рик, когда открыл дверь. — Показалось, Рики, — фыркнул в ответ Ниган. — Это удивление. — Жаль, — каким-то не своим голосом сказал александриец. Ниган понял, что тот пытался его пародировать, вот только получалось не очень. — Что за дешевый спектакль? — разочарованно спросил он. — Тебе не нравится? — задал встречный вопрос Рик. Он шагнул внутрь камеры, не сводя взгляда с пленника, что не двигался с места подле своей кровати. Спаситель выглядел заинтересованным происходящим, но и встревоженным одновременно. — Если ты пришёл поиграть, Рики, то тебе придётся проявить очарование, как у твоей дочурки, — как только он это сказал, Рик без предупреждения заехал ему его же битой по виску. Ниган пошатнулся, с разворотом упал на колени. Руки вцепились в край металлического каркаса кровати, что выглядывал из-под матраса. Это было неожиданно. Больно. Перед глазами всё расплылось, картинка потеряла чёткость, а из виска до подбородка потекла тёплая жидкость. Как-то нечестно со стороны надзирателя бить измученного пленника. Он коснулся места удара двумя пальцами, после чего вытянул их перед собой, чтобы рассмотреть цвет крови. — Сучье дерьмо, какого чёрта?! — прорычал Ниган, всё ещё не в состоянии подняться на ноги. Удар был сильный, но недостаточно для того, дабы вырубить его. Однако голова болеть будет долго, не говоря уже о том, что он не в том состоянии, чтобы терпеть подобное. Его тело устало от постоянного бездействия. — На твоём месте я бы говорил более вежливыми словами, — голос Рика сочился грубостью и раздражением. — Решил поиграть в плохого копа? — издевательски протянул Ниган, поздно сообразив, что не стоило, потому, что Рик нанёс ему новый удар, теперь уже в живот. Это всё ещё была его Люсиль. В следующий раз не стоит отказываться от еды, — подумал Ниган, сложившись пополам у ног александрийца. — Ладно-ладно, — прохрипел он, держась одной рукой за живот, а второй опираясь о холодный каменный пол. — Скажи хотя бы, что случилось. С какого, блять, хера ты вдруг решил избить меня моей Люсиль? — он сплюнул вязкую слюну, чувствуя, что его мутит. — Ещё раз откроешь рот без разрешения, я найду способ заткнуть его, — удрученно пригрозил Рик. Вот теперь это даже издали не было на него похоже. Ниган предполагал, что внутри Граймса есть что-то подобное, не зря он в него верил, но вот так неожиданно измениться… Он находился в замешательстве. Именно поэтому промолчал, пытаясь отдышаться и подождать, когда картинка перед глазами перестанет расплываться. Судьба давно не издевалась над ним подобным способом, даже заточение в сыром подвале не было таким унизительным, как избиение. Когда нельзя ничего сделать, дать сдачи. — Ты был прав, — хмыкнул Рик. Сучёныш издевался, играл не по правилам. Во всяком случае, не тем правилам, которым должен был следовать бывший помощник шерифа и примерный гражданин. Он присел перед пленником на корточки, поставив биту проволокой вниз. — Я поменял свое мнение на твой счёт. Ниган натянуто улыбнулся, всё ещё находясь на коленях в позе побитой собаки. Нет, он не будет показывать, что его это злит, хотя правильней было бы сказать, что он в бешенстве. Будь Люсиль у него в руках, то чьи-то зубы уже бы разлетались по сторонам. Нет, он бы не стал убивать, хватило бы пары ударов, чтобы преподать урок. Никто не смеет избивать его его же Люсиль! — Что же это теперь? — с ухмылкой спросил он, гордо задрав подбородок, чтобы поймать гневный взгляд александрийца перед тем, как тот нанес ему новый удар. В этот раз коленом в нос. Видимо, Рик смеет. Ниган свалился на бок, прикрыв лицо ладонями. Было больно, сыро и противно от того, что ему приходилось терпеть подобные унижения. Какого чёрта? — спросил он сам себя. Что случилось с этим александрийцем? — С этого момента ты будешь молчать, пока я не разрешу говорить, — угрюмо сказал уже не самый примерный гражданин. Опустившись на одно колено, он схватил своего пленника за волосы, чтобы заставить того посмотреть ему в глаза. Ниган зашипел от боли, но опустил ладони в пол, гневно уставившись на своего мучителя. Он не узнавал Рика, этот человек не был похож на того александрийца, которого ему однажды удалось сломать, заставить рыдать. Не был тем, кто решил его пощадить, когда по воле случая выиграл войну. Тогда в Граймсе не было этого тёмного свечения в глазах. Александриец криво улыбнулся, перед тем как сказать: — Это всё из-за тебя. Ты разбудил во мне эту сущность, тебе за неё и отвечать. Ниган криво улыбнулся, не в состоянии сдержать слова насмешки: — Злой Рики решил поиграть по-взрослому, — было трудно говорить, когда из носа идёт кровь, затекая в рот, а какой-то рехнувшийся мудак держит тебя за волосы. Однажды он вернёт все долги, обратить время вспять, заставит кого-то поплатиться за свои унижения. В ближайшем будущем. Сейчас он просто стерпит незаслуженные побои, заткнётся и постарается не хрипеть от боли. Благо всё это продлилось недолго, он отключился после четвёртого удара.

***

Рик был поражён тем, что сделал. Ноги носили его с одного угла комнаты в другой. Сердце колотилось о ребра, а в голове стоял туман. Он запутался в своих мыслях, потому что поступил плохо и испытал от этого моральное удовлетворение. Впервые за последнее время он чувствовал себя хорошо, если не считать лёгкую нервозность. Мелочь по сравнению с тем, что он испытывал последнюю неделю. Его взгляд опустился на пропитанный кровью бинт, которым он перематывал голову Нигана полчаса назад. Люсиль стояла в углу комнаты. — Дерьмо, — он устало опустился на кресло, закрыв лицо руками. Нет, он определённо свихнулся, потому что иначе нельзя было объяснить его довольство тем, что он сделал с живым человеком час назад. Это было неправильно. Мужчина не мог дать ему сдачи, потому что сидел в своей камере уже достаточно долго, иногда даже отказывался от пищи, у него не было оружия. Рик нанёс свой первый удар слишком неожиданно, что можно было считать за удар в спину. Вот только несмотря на всё выше перечисленное, он не мог заставить себя думать о том, что Ниган подобного не заслужил. Хотя это не было верным оправданием его поступка. Он сделал то, что сделал потому, что хотел этого. Хотел заставить Нигана молчать, причинить ему боль, подчинить себе… — Дерьмо, — повторил он, вскочив с кресла, чтобы ударить рукой о стену.

***

Когда Рик навестил его в следующий раз, через три дня после побоев, Ниган лежал на своей кровати, решив не вставать. Голова всё ещё болела после крепкого поцелуя Люсиль. — Пришёл снова выпустить пар? — с издевкой произнёс он. — Нет, — ответил Рик. Его голос звучал бесстрастно. — Принёс обед и медикаменты, — он оставил поднос на полу, после чего ушёл обратно, не промолвив больше ни слова. — Славно, — фыркнул Ниган, решив, что пообедает позже. Сейчас на это не было настроения. Он всё ещё думал над тем, что случилось с милосердным александрийцем, по какой причине тот сделал ему такой неожиданный сюрприз в виде побоев. Как бы он не пытался, но найти логического объяснения ему не удавалось. Разве что Рик окончательно сошёл с ума, не выдержав давление всех проблем. Ниган был уверен в этом парне, что Граймс справится со своей задачей и подготовит новый мир для него. Или для них. Смотря, насколько сильным станет александриец. Если он ошибся, то это будет самый большой просчёт в его жизни.

***

Когда Рик навестил своего пленника в следующий раз, через неделю, он вновь был зол. Люди пропадали у него под носом, кто-то за его спиной строил заговор, где-то наступали ходячие, а мост всё ещё находился в состоянии строительства. Ниган не прекращал отпускать ядовитые комментарии до тех пор, пока вновь не оказался на каменном полу, избитый Люсиль. Уже дважды. А затем, ещё через два дня, это повторилось снова. В третий раз. Тогда-то спаситель замолчал, согнувшись пополам у ног александрийца. — Хороший мальчик, — хмыкнул Рик. Он вновь присел перед ним на корточки, опустил ладонь на чужую макушку, но не сжал пальцев, как раньше. В этот раз жест был успокаивающий, с ответным издевательством, чтобы подчеркнуть свою власть. Да, именно этого он и добивался, заставить Нигана замолчать. Подчинить себе. Хотя до этого ещё было далеко. В глазах мужчины продолжал гореть яростный огонь. Ничего, — подумал Рик. Всё ещё впереди. Он добьется его не сразу, но это случится. Было сложно отрицать свои тёмные желания, когда они всё сильнее рвались наружу. Именно по этой причине он на протяжении месяца, раз в три дня, приходил к Нигану, чтобы выпустить пар. Причинить боль тому, кто этого заслуживал. Потому что судьба была несправедлива, когда распределяла роли в этом забытом богом мире. Кто-то должен нести наказание, а Рику необходимо было кого-то наказывать. Он не был рад своему новому я, но сдерживать нечто подобное грозило срывом на тех, кого он любил. Людям нужен уравновешенный лидер, без тараканов в голове, коих там не было, но имелось кое-что крупнее. Стоило только дать волю одному, как орава бесов вырвется на всеобщий обзор. Он не смог этого скрыть от себя, когда понял, чего ему не хватает в этой проклятой жизни, не говоря уже о Мишонн. Она быстро сообразила, что к чему, хотя всё ещё не понимала, насколько сильно Рик изменился и почему. Вернее из-за кого. Она видела, что он сделал с Ниганом, но не знала почему. Рик не говорил об этом, а она не решалась спросить, потому что он не хотел обсуждать эту свою тёмную сторону. Для него не стало неожиданностью, когда она решила отстраниться, а вместе с этим забрала и Джудит… В день, когда они разъехались по разным домам, Рик вновь спустился к Нигану. — Что на этот раз? — устало спросил тот, не соизволив даже повернуть голову. Избиения по вечерам каждые три дня стали для него рутиной, от которой ему хотелось блевать желчью. А лучше ядом. — Сядь, — приказал Рик. Он принёс с собой тазик с водой, полотенце и нож. Когда он поставил всё это на стул, чтобы открыть решётку, Ниган лениво поднялся, потирая глаза. Рик самодовольно хмыкнул, отметив у себя в голове, что ему не пришлось повторять дважды. Спаситель выглядел заинтересованным и в то же время настороженным. Его взгляд остановился на тазике с водой, который Рик вновь взял в руки, чтобы занести внутрь камеры. Затем Александриец перетащил туда стул, чтобы сесть напротив своего пленника. Ниган озадаченно опустил взгляд на полотенце, которое Рик положил себе на колено. — Заинтригован? — спросил последний. — Боюсь, что за ответ ты пырнешь меня ножом, Рики, так что я лучше послушаю, — мрачно, с намёком на шутку, произнёс Ниган. Он не был заинтригован, скорее напуган своим положением, в котором Рик мог сделать с ним всё, что взбредёт в его больную голову. — Ты всё ещё не научился правильно говорить, — спокойно сказал Рик. — Подумай об этом, пока я буду брить тебя, — он потянулся к заднему карману своих брюк, чтобы достать оттуда небольшую баночку с пеной для бритья. — Оуууу, это что-то новое, — хмыкнул Ниган, наплевав на угрозу. Он мог бы попытаться выхватить нож из рук александрийца, но не станет этого делать, потому что ещё не время. Во всяком случае, его шансы на побег малы, потому что ел он в последнее время весьма скудно, не говоря уже о болезненных ушибах, синяках. Рик запросто сумеет обезоружить его, потом ещё и добавит пару ударов в живот или челюсть. Нигану надоело терпеть боль, он хотел немного отдохнуть, зализать раны. Именно поэтому не двигался, когда Рик начал наносить пену для бритья на его лицо. Это было необычно. Чужие руки на его бороде, холодный взгляд человека, что мог сделать больно в любой момент. Ниган никогда не чувствовал ничего подобного раньше, но сейчас он пытался остаться неподвижным, поймав себя на мысли, что где-то в глубине подсознания, сквозь пустоту и холод, в нём зарождался страх. С каких пор они поменялись местами? Рик выглядел спокойным, сосредоточенным. Его губы плотно сжались, а брови слегка нахмурились. Рука продолжала своё дело, пока не покрыла пеной всю бороду. Затем Рик посмотрел в глаза Нигану, который всё это время следил за выражением его лица. Их взгляды встретились. — Зачем ты это делаешь, Рики? Я нравлюсь тебе выбритым больше? — спросил спаситель. Он не мог смириться с тем фактом, что страх однажды затмит его сильный характер. Нет, если Рик на это надеется, то такого не случится. — Ты угадал, — спокойно ответил Рик. Похоже, его настроение сегодня отличалось от тех дней, когда он избивал своего пленника. Ниган позволил себе расслабиться, как только подумал об этом. — Следующий шагом будет ванна? — хмыкнул он. — Собираешься потереть мне спинку? Вместо ответа, чужая рука схватила его за подбородок, жёстко и крепко, чтобы отвернуть голову в сторону. Ниган заметил нож, лезвие которого медленно приблизилось к его щеке. Он слабо вздрогнул, когда почувствовал холодный металл на своей коже. Рик, судя по всему, это засек, потому что уголки его губ приподнялись, пародируя ухмылку Нигана. — Как тебе? — спросил он, медленно сбривая бороду спасителя волосок за волоском. — Находится в положении, когда кто-то может контролировать тебя. Запугивать. Одно неверное движение, и лезвие войдёт в кожу, оставит след от моей власти. — Неприятно, — буркнул Ниган. — О, мне это известно, уж поверь, — голос Рика стал грубее, а лезвие ножа вошло в кожу на горле чуть глубже. — Чего ты хочешь этим добиться? — устало спросил Ниган. Его ладони лежали на коленях, плечи были опущены, а голова задранная вверх. Он не напрягался, смиренно сидел и ждал. — Честно? — брови александрийца нахмурились сильнее. — Я сам толком не знаю. — Тогда у тебя проблемы, Рики, — Ниган брезгливо скривился, стиснув зубы. — Потому что твой интерес к моей персоне стал нездоровым. Даже очень. Что у тебя с личной жизнью? Твоя шоколадка заметила изменения в твоей психике? — он уловил едва заметную смену выражения на лице Граймса. — Вы расстались, — мрачно заключил он. Это было не трудно, он видел его насквозь. — Тебя бросила женщина, и ты пришёл ко мне? Какая ирония! Ты рехнулся, Рики, это плохо повлияет на твои лидерские качества… АЙ! Осторожно! — последнее слово он прошипел сквозь зубы, потому что острое лезвие поддело его кожу на щеке. Рик к этому времени закончил с бритьём. Он всё ещё удерживал мужчину за подбородок, позволив себе подтянуть того ближе, чтобы заставить наклониться вперёд. Теперь их лица находились слишком близко. В нездоровой близости, от чего Ниган невольно поежился. — Ты ошибся! — сказал Рик. Он с открытым любопытством рассматривал царапину на щеке мужчины, из которой медленно стекала алая капля. В его голове уже давно витали мысли, что он рехнулся, но толком не понимал от чего. Ему казалось, что он хочет наказать Нигана, заставить того страдать, выпустить свой гнев, что копился месяцами. Но всё это лишь малая часть правды, потому что сейчас, сидя перед своим пленником с ножом в одной руке и удерживая того возле себя второй, его взгляд медленно перешёл от капли крови к плотно сжатым губам спасителя. Ниган прав, это нездоровый интерес. Именно с этой мыслью, он сократил расстояние между ними, чтобы накрыть чужие губы своими. Реакция последнего позабавила его, потому что спаситель дёрнулся от неожиданности, попытался отстраниться, но Рик крепко держал. Тогда Ниган толкнул его ладонями в грудь, в попытке отодвинуть, но и в этот раз Рик только ближе наклонился, прислонив лезвие ножа к чужому горлу. Под кадыком, на гладко выбритой коже, от чего Ниган замер, плотнее сжав губы. — Ты заинтересовал меня до того, как ушла Мишонн, — серьёзно сказал Рик, когда отодвинулся назад, не убрав лезвие от чужого горла. — Я польщён, Рики, но тебе бы к врачу сходить, — столь же сёрьезно ответил тот, но с едва слышимой ноткой веселья. Рику это не понравилось, он убрал нож в сторону, только для того, чтобы ударить мужчину кулаком в челюсть. Это не было неожиданно, но довольно сильно. Ниган соскользнул с края кровати, приземлился на бок и задел ногами тазик с водой. Теперь пол был не только холодным, но и мокрым. Рик не спеша встал со своего стула, чтобы опустится на одно колено, сжав волосы спасителя в кулак, заставил того запрокинуть голову вверх. Сопротивления не последовало, только тихое шипение, вызванное болью. Согнув колени, чтобы было удобнее, Ниган злостно сжал кулаки. Ему чертовски сильно захотелось выхватить нож из второй руки своего мучителя, отчего его взгляд остановился на остром лезвии. — Чем дольше ты сопротивляешься, тем сильнее мне хочется тебя ударить, — спокойно пояснил Рик. — В следующий раз это будет не кулак. Ниган заставил себя засмеяться, проигнорировав угрозу. Он не мог позволить страху взять над ним верх, так делают только слабаки, а он не был из их числа. — Ебаный стыд, какой грозный-то! Что же ты сделаешь? Изобьешь меня до полусмерти? А потом? Мне нечего терять, Рики, ты и так забрал у меня всё, что мог. Даже Люсиль, — последние два слова он произнёс со злостью, почти выплюнул их тому в лицо. — Но гордость-то у тебя осталась, — хмыкнул Рик. — И этот чёртов нрав, — он наклонился вниз, чтобы повторить свой поцелуй, властный, грубый и упорный. Почувствовать превосходство над другим человеком. Ему даже удалось раздвинуть чужие губы, укусить, но зубы всё ещё крепко сжимались, не пуская его язык внутрь. Из-за этого Рик не мог испытать удовлетворения, потому что ничего не достиг, до победы было далеко, Ниган продолжал сопротивляться. Последний даже сумел дёрнуться вперёд, осмелился махнуть кулаком по направлению к его лицу; поскольку руки Рика в этот момент были заняты: одна на волосах спасителя, а вторая сжимала рукоять ножа, то его челюсть получила удар. Довольно мощный, что его даже откинуло на спину. Ниган навалился сверху, перехватив запястье той руки, в которой находился нож, прижал к полу. Вторую руку он положил на горло александрийца, сдавив пальцы с такой силой, что Рик закашлял. — Ты далеко зашёл, Рик, — злостно прошипел он. Сил на длительный бой ему не хватит, поэтому всё должно было закончиться быстро. — Это…ещё…только начало, — прохрипел Рик. Перед глазами начало темнеть. Одна его рука всё ещё сжимала чужие волосы в кулаке, но от этого не было проку. С каждой секундой бездействия в его лёгких оставалось всё меньше воздуха. Ниган знал на какие точки давить, этот человек был способен задушить кого угодно даже одной рукой. Рику пришлось приложить усилие, чтобы двинуть бёдрами, скинуть ублюдка на пол, туда, где тому самое место. Было нелегко, но Ниган не владел своим телом в полной мере, слабость виднелась во всех его движениях. От Рика подобное не ускользало, он умел замечать мелочи, благодаря которым был способен выйти победителем. Сейчас как раз наступил такой момент. Когда спаситель завалился на бок, Рику не составило труда освободить руку с ножом, перекатиться и взобраться на мужчину сверху, чтобы в конечно итоге воткнуть лезвие в ладонь. Раздался хриплый крик, что принёс наслаждение той самой тёмной стороне его подсознания, которая взяла над ним верх. — Лежать! — приказал он, вновь схватив мужчину за подбородок. В этот раз поцелуй вышел ещё грубее, прервал крик, забрал последние силы, которые Ниган потратил, чтобы стерпеть боль. Именно поэтому Рику удалось проникнуть языком ему в рот и захватить власть над его телом, вжать бедро между ног, придавить пах. Руки Нигана оказались прижаты к каменной поверхности по обе стороны от головы, перед глазами помутнело, а во рту почувствовался привкус металла. Рик укусил его язык. Больной ублюдок, — мысленно ругнулся Ниган. Он устал, ему было больно, как морально, так и физически. Высокомерие и чувство собственного достоинства не позволяли сдаться, но выбившиеся из сил тело, находившееся долгое время без солнечного света, должного питания, а так же без возможности пройтись на расстояние больше, чем квадраты его клетки, предпочло не двигаться. В этот раз… Ему вдруг стало любопытно, как далеко сможет зайти Рик, насколько сильно тот испортился. Перспектива стать его партнёром в сексе Нигану не понравилась, но он был почти полностью уверен в том, что до этого не дойдёт. Граймс не был насильником. Кем угодно: плохим копом, недостаточно хорошим лидером, свихнувшимся надзирателем, что решил распробовать вкус неограниченной власти над другим человеком, но уж точно не насильником. Пока чужой язык хозяйничал у него во рту, отбирал контроль, а зубы царапали нижнюю губу, что уже начала кровоточить, Ниган издал что-то наподобие стона, когда Рик, то ли специально, то ли случайно задел нож, торчащий из его ладони. Затем александриец двинулся бёдрами вперёд, сымитировав толчок, что позволило Нигану почувствовать чужой, только зарождающийся интерес. Это выходило за все рамки. Какого чёрта у Граймса появился к нему интерес подобного рода? — Хорошо-хорошо, — сквозь зубы прошипел Ниган, когда Рик опустился к его шее, чтобы впиться зубами в кожу над ключицей. — Твоя взяла, малыш Рики, я буду молчать, — он прохрипел, когда александриец втянул губами кусок его кожи с явным намерением оставить свой след. Затем прошёлся языком по результату своей работы, поднялся к уху и шепнул:  — Я передумал. Теперь ты должен попросить меня остановиться. Ниган закрыл глаза, сдержав мелкую дрожь, то ли от злости, то ли от боли, что пульсировала в его кровоточащей руке. С отвращением на лице, он стерпел чужой язык на своей ушной раковине, после чего сдержанно попросил: — Оставь меня в покое…пожалуйста. Ему стало противно от того, насколько жалко прозвучал его голос. Это не было запланировано, просто боль забрала у него последние силы. Чёртов Рик, — подумал он перед тем, как тот вознаградил его за просьбу. Вот только это было больше похоже на наказание, потому что александриец резко вытащил из его ладони нож, чтобы потом вновь воткнуть во вторую. В этот раз Ниган закричал громче, дернувшись всем корпусом в тщетной попытке освободиться. Рик всё ещё придавливал его своим весом к каменному полу, ёрзая ногами между его колен. — Блять! Да пошёл ты! — прохрипел Ниган. Он был в бешенстве, хотел вырвать ублюдку кадык, всадить нож в печень или ударить лбом о переносицу. Да, чёрт возьми, именно это он сделал, когда дёрнул головой вперёд. В результате Рик вмиг оказался на полу рядом с ним, прикрывая ладонями своё лицо. Пускай сил у Нигана больше не осталось, но он был доволен этим своим ходом, даже мысленно засмеялся, не в силах сделать это вживую. Обе руки пульсировали от боли, что распространялась по всему телу. Он перевернулся на бок, игнорируя шипящего сквозь зубы александрийца, что откатился подальше, дабы встать на ноги. Ниган пару раз моргнул. Нож в его ладони был покрыт густой кровью с острия до рукояти, он не стал его вытаскивать, потому что и так находился в полусознательном состоянии. — Какого хуя, Рик? — злостно спросил он. — Ты сказал попросить. Что с тобой не так?! — он сорвался на крик, сердце бешено колотилось о ребра, а голова трещала от усталости. Когда Граймс поднялся на ноги, вытер рукавом кровь из носа, Ниган закрыл глаза, зная наперед, что сейчас будет. Из его горла вырвался новый крик, в этот раз, сорвавшийся на хрип, когда Рик наступил ногой на его запястье, чтобы вытащить нож. — Ты не правильно попросил, — ответил Граймс перед тем, как захлопнуть камеру с другой стороны. Он был в шоке от себя и своих действий. В груди засело мерзкое чувство отвращения. Какого чёрта это было? Что с ним не так? Почему ему нравилось делать то, что он сделал с Ниганом? От чего по его спине пробегала волна наслаждения, когда спаситель смирно лежал, пока он атаковал его рот грубым поцелуем? Не говоря уже о хриплом голосе мужчины, когда тот кричал, Рик до сих пор чувствовал слабое возбуждение от этого. — Рик! — окликнул его Ниган, когда он уже был на полпути к выходу. Ноги тут же застыли на месте, а в груди что-то кольнуло. Ему хотелось, чтобы следующие слова не были издевательством или угрозой. — Как я должен был это сделать? Вот оно! То, что он хотел услышать. Уголки его губ медленно растянулись в довольной ухмылке. Это была его первая победа. Маленькая, нечестная, мерзкая, но чертовски сладкая, приносящая отвращение к самому себе. Ему было плевать на слабое чувство вины, что терялось среди его мрачных мыслей. Во всяком случае, пока. — У тебя будет время подумать над этим, — грубо ответил он, изобразив разочарование. Ему понравилось выражение на лице Нигана, когда он это сказал. Там читалась слабость, что приближала мужчину к поражению. Хотя, скорее всего, это было от боли, спаситель, вероятно, был на грани потери сознания. Рик не надеялся, что ему удастся сломать того в ближайшее время. Ниган сильный и способен терпеть большее… Когда Граймс покинул подвал, оставив пленника одного, на холодном, мокром полу, с кровоточащими ранами, Ниган тихо засмеялся. Он не был в том положении, чтобы ликовать, но ему стало весело от мысли, что у Рика поехала крыша именно сейчас. Не тогда, когда тот был в полном дерьме под властью Нигана, а сейчас, когда выбрался на солнечный свет. Зациклился на своем враге до такой степени, что пробудил в себе скрытый потенциал. У него было с кого брать пример. — Хочешь поиграть, малыш Рики, — в тишине сказал он. — Будь по-твоему, я приму правила.