Предел мечтаний

Сознание постепенно возвращалось в реальность, улавливая шум ветра, что где-то вдали качал ветки деревьев. Глаза открываться не хотели, а голова изнывала от боли, будто его кто-то хорошенько приложил чем-то тяжелым по затылку. Откуда-то разносились голоса, из-за чего он подумал, что находится в лагере недалеко от моста. Его могли подобрать, когда он был без сознания, ведь ничего подобного он не помнил. В памяти всплывали только картинки из сарая, а именно всё то, что было между ним и Ниганом. Сие жаркое воспоминание заставило его резко распахнуть глаза и приподняться на локтях. Зря, конечно, он сделал второе, голова спасибо ему за это не сказала, поэтому он почти сразу рухнул обратно на подушку. Теперь, по крайней мере, его взору открылся серый купол палатки, а так же послышался незнакомый женский голос откуда-то слева: — Не вставай, будет только хуже. Скривившись от неприятных ощущений в висках, он повернул голову в сторону тёмноволосой незнакомки, которую уже где-то видел, но не запомнил. — Лучше бы ты не просыпался до утра, сон — первое лекарство. — Где я? — спросил он, пытаясь вспомнить какой общине принадлежит эта девушка. — В безопасности, — коротко ответила та перед тем, как встать и зашагать к выходу. — Эй! — вяло возмутился он, проводив её унылым взглядом. Его наглым образом проигнорировали, а поблизости никого больше не было, только две свечи слабо освещали противоположный угол палатки. Судя по всему, он проспал пару часов, раз его успели перенести сюда, наложить повязку на башку и укутать одеялом. Ах, да, он ещё нащупал новые швы под рёбрами, кто-то позаботился о его здоровье, за что он был благодарен, пускай даже пока не знал, кому. По времени на улице стояла либо глубокая ночь, либо поздний вечер, но в любом случае лежать в неведении он не собирался, да и спать уже не хотелось, сон быстро выпустил его из своих крепких объятий в которых он провёл и без того уйму времени. Ему необходимо было понять, где он, найти кого-то, кто объяснит, что с ним случилось, а так же узнать, где делся Ниган. Если кто прикоснулся к спасителю или посмел решить его судьбу, не говоря уже о том, чтобы убить, то Рик выбьет зубы этому наглецу и постарается сдержаться от выстрела в лоб. Кстати об этом, где его револьвер? Он осторожно повертел головой в поисках оружия, но нашёл только стакан воды и две таблетки, лежащие на небольшой деревяшке в метре от его подушки. Не зная, что это, он решил их не трогать, для начала следовало сделать вторую попытку подняться, чтобы выглянуть из палатки, осторожно, без резких движений, придерживая голову одной рукой, будто она могла отвалиться. Судя по ощущениям так точно! Стоило только вылезти из-под одеяла, как босых ног коснулся холодный сквозняк. Он невольно поёжился, вспоминая, что был обут в драные сапоги, которые, по-видимому, кто-то выбросил ибо их нигде не наблюдалось, хотя его рубашка уже высохшая висела на стуле в двух метрах от матраса. Что же касается остальной одежды, то на нём сейчас были надеты его брюки и чья-то чёрная футболка, что не подходила размером — слишком велика для его плеч. Пройдясь по холодному деревянному полу до простыни, служившей дверью, он наткнулся на входящего человека, едва не столкнувшись с ним лбами. Это оказался Ниган. — Эй-эй, осторожно! — воскликнул последний, поймав его за запястье, потому что Рик едва не рухнул на спину, когда резко отшатнулся назад. — Неужто я такой страшный? — спросил спаситель, дёрнув мужчину на себя. — Какого чёрта? — огрызнулся александриец. Он почти сразу вырвался из внезапных объятий и рухнул обратно на матрас. В голову будто засыпали кучу гвоздей, что отбивались от стенок черепа при каждой лёгкой тряске. Повязка не особо помогала. — Спокойно, Рики, тебе вредно бушевать, — с улыбкой протянул Ниган. Он мельком осмотрел палатку, задержав взгляд на стакане с таблетками. — Ты что здесь делаешь? — спросил Рик, недоверчиво поглядывая в щель между простынями, за которыми виднелся свет от костра. Что-то здесь было не так. Кто мог позволить Нигану свободно ходить по палаткам? — Я здесь, чтобы позаботиться о тебе, — усмехнулся последний. — Так что выпей эти таблетки сам или я запихну их тебе в задницу, — почти любезно добавил он, указав рукой на стакан с водой. Рик прошёлся взглядом от ног до головы спасителя, заметив, что тот всё ещё в его ботинках, а также новой синей футболке и чёрной косухе, что по размеру была ему великовата. Где он только успел её нарыть? — Где я? — с плохо скрываемым опасением спросил Рик, начиная догадываться. Встать во второй раз он не решался, пытаясь пока хотя бы усидеть ровно, чтобы голова перестала кружиться. Это нехорошо, его дерьмовое состояние и присутствие Нигана здесь, рядом с ним в одной палатке, да ещё с ножом, торчащим из-за пояса. Всё слишком плохо. — Это имеет значение? — спросил последний высокомерным и довольным голосом одновременно. Одна из его перебинтованных свежими повязками ладоней легла на рукоять ножа, откинув полы расстегнутой косухи в стороны. Этакий жест всевластия, показуха, чтобы без слов уточнить, кто здесь главный. — Да, чёрт возьми, какого лешего ты на свободе?! — рассерженно воскликнул Рик, не в состоянии смириться со своим положением, в котором он плохо себя чувствует и безоружен, когда Ниган возвышается над ним мрачнодовольной хитрожопой тучей, с ножом за поясом. Этого не должно было произойти, они не могли снова поменяться местами, Рик этого не переживёт во второй раз, посему не сдастся так просто, что бы там не задумал этот ублюдок. — Тише-тише, на твой крик все мертвецы сбегутся, — улыбка Нигана тянулась чуть ли не до ушей. Он подошёл к стулу, на котором висела рубашка Рика, поставил его напротив единственного матраса в этой палатке и сел, опёрся локтями о колени, уставился на александрийца хищным взглядом. — Ты в лагере спасителей, — лукаво протянул он. Рик озадаченно моргнул, не веря своим ушам. Этого не могло произойти, не спустя столько трудов и отчаянных попыток объединить все общины, вывести людей на сотрудничество. Он думал, что со спасителями покончено, эти люди были ничем без Нигана… — Они снова приняли твоё лидерство? — У них не было выбора, — спаситель вальяжно махнул рукой, как бы откидывая в сторону бессмысленность вопроса, ответ на который очевиден. — Я — их надежда на лучшую жизнь. Твоя, кстати, тоже. Не делай глупостей, Рик, иначе я не смогу спасти тебя от гнева народа. Ты здесь нежеланный гость, — он достал из-за пояса свой нож, острое лезвие которого тянулось в длину сантиметров так на тридцать. Покрутил его в руках, сделав небольшую паузу, изучая взглядом остриё, после чего глянул на вражески настроенного Рика. — Оххх, как всё обернулось-то, а? Чувствуешь? — в артистизме ему не было равных, в том, как он втянул носом воздух, изображая наслаждение, будто вдохнул запах свежеиспеченного пирога, чтобы потом сказать: — Воздух переполнен ароматом мести. Будь я более злопамятен, тебе бы ох как тяжко пришлось бы, но к твоей радости я не настолько зол как ты…хозяин, — последнее слово было выделено медленным произношением, после чего он грубо добавил: — Пей чёртовы таблетки. Рик вернул взгляд на стакан с водой, подле которого лежали эти самые таблетки. Теперь ему совершенно точно не хотелось их принимать. — Что это? — злостно спросил он, имея только одно желание — вернуть Нигана в подвал, где ему самое место, но для начала следовало привести мысли в порядок, ибо пока в его голове царил хаос. По-видимому, его кто-то ну очень сильно стукнул по затылку, он даже подозревал кто мог это сделать, тот единственный, с кем он был в том чёртовом сарае. Ублюдок всё переиграл и теперь разыгрывал здесь дешёвый спектакль со своими извечно любимыми кривляньями. — Кажется, ты не понимаешь, что находишься не в том положении, чтобы спрашивать, — улыбка Нигана сменилась на оскал. — Пей, — приказал он. — Нет, — настойчиво ответил александриец, машинально отодвинувшись назад, к тканевой стенке палатки. — Ох, Рики, ну зачем ты так? — с наигранным разочарованием спросил спаситель. — Я же хочу быть добрым. — Почему ты так хочешь, чтобы я их принял? — Потому что здесь и сейчас я главный, Рик, а ты мой пленник, — он откинулся на спинку стула, расставив ноги шире и продолжая вертеть в руках нож. — Моя сучка, если тебе так понятней. Пей! После этих слов Рик резко вскочил с места, наплевав на головокружение, а также лёгкое покалывание от новых швов, и попытался наброситься на вооруженного спасителя. Глупо, конечно, в его-то состоянии, но Ниган тоже, помнится, должен был находиться не в лучшей своей форме. Можно было считать, что они на равных условиях, если отбросить в сторону нож, что Рик попытался сделать в первую очередь, однако Ниган оказался ловчее. Всего одно движение и александриец рухнул обратно на матрас. Пыхтя от злости, он из последних сил попытался вскочить на ноги ещё раз, что у него даже почти получилось, но спаситель и здесь был быстрее. Ниган успел взял в руку таблетки, перехватить чужой кулак, когда Рик попытался его ударить, а после навалился сверху. — Ох-хо! — весело воскликнул он, когда зажал запястье мужчины у того над головой одной рукой, а второй заткнул ему рот, пытаясь протиснуть сквозь крепко сжатые зубы таблетки. — Не в том ты положении чтобы кидаться на меня, малыш! Если я сказал, глотай таблетки, ты это сделаешь! — он сильнее надавил ладонью на рот, наплевав на свои чистые бинты, затем переместил колено к паху александрийца, используя грязный приём, который сработал, когда Рик замычал от боли, разжав челюсть. Как только таблетки попали в рот, Ниган закрыл ему нос, не давая возможности вдохнуть пока тот не проглотит. — Вот так, умничка. Когда его отпустили, Рик тут же закашлял. — Что это было? — в ужасе спросил он, перевернувшись на бок. Ниган расслабленно вернулся на свой стул, подняв с пола нож, который воткнул туда в момент нападения. — Ничего вредного, я же не садист, — пожал плечами он, пока Рик откашливался. — Я не люблю насилие, но зачастую без этого не обойтись, в особенности, если внутри что-то жжёт, — указательный палец постучал по груди, а лицо исказилось в гневе. — Что-то мерзкое и мрачное, что насыщалось болью, унижением, а так же любовью, Рики. Ты даже не представляешь, насколько сильно я хочу отомстить тебе, но по большей части просто отыметь. Последнее слово вызвало по телу Рика мелкую дрожь, плохо скрываемую за злобой. В голове крутилось множество мыслей, ему не следовало вывозить Нигана из Александрии. Возможно, не надо было его спасать из толпы ходячих, но тогда бы он жалел об этом ещё сильнее. Столько ошибок и все касаются одного ублюдка, это просто нечестно! Почему ему так не везёт? Что такого сделал Ниган, чтобы заслужить любовь судьбы, которая не перестаёт давать ему вторые шансы? Рик со злостью стукнул кулаком по матрасу, ощутив лёгкий укол слабости. Что-то нехорошее было в этих таблетках. Он поднял гневный взгляд на спасителя, а тот подарил ему ухмылку победителя, наблюдая за его душевными страданиями. — Не зачем так убиваться, я не собираюсь тебя избивать, — Ниган пододвинул ему ногой стакан с водой. — Выпей водички, у тебя сотрясение. Рик послал ему исподлобья ненавистный взгляд, в котором читалось обещание обернуть всё вспять. Не сейчас, но завтра он обязательно попытается вернуть Нигана в Александрию, потому что его нельзя оставлять на свободе, не тогда, когда они почти достроили мост. — Я бы посидел с тобой пока ты не заснёшь, малыш, но у папочки дела, — издевательски протянул Ниган после пары минут молчания. Те две таблетки были обычным снотворным, чтобы Рик не бушевал до полудня. Он пододвинул ему стакан с водой почти под голову, видя, что александриец уже сонно моргал, не сводя с него убийственного взгляда. Нигана это забавляло, почти так же, как в былые времена, только теперь он ещё хотел позаботиться о нём. Да, он сказал правду про желание отомстить, но помимо этого он также испытывал к Рику неопределённые чувства, что всякий раз возвращали его к одной мысли, от которой хотелось трахнуть засранца. Его вины в этом не было, Рик сам напросился. Сколько бы раз Ниган не повторял это про себя, ему не хватало злости для настоящей, жестокой мести. В его голове образовался чёртов стоп сигнал, который разрывался от звона каждый раз, когда возникала мысль нанести вред александрийцу. Он не мог этого сделать, не хотел, потому что Рик тоже не сумел его убить. В том сарае его сердце едва не треснуло, когда ублюдок поскользнулся и начал падать в лапы ходячих. Что с ним не так?

***

Следующее его пробуждение было не лучшим, голова раскалывалась, хотелось пить и тёплого одеяла, ибо на улице шумели дождь с громом. Если до стакана с водой ему было рукой подать, то с прочими проблемами пришлось разбираться путём общения с новой девушкой, что сидела на стуле в противоположном углу палатки и чистила свой пистолет. — Эй! Как тебя зовут? — спросил он, потирая под одеялом ногу об ногу, чтобы согреться. Холодный ветер пробирал до дрожи. — Проснулся, — проигнорировав его вопрос, произнесла коротко стриженная блондинка, она даже не подняла на него взгляда. — Ты следишь, чтобы я не сбежал? Девушка издала что-то наподобие смешка, вновь проигнорировав его. — Мне холодно, — сказал он, осматривая почти пустую палатку, ничего полезного для него в ней не наблюдалось. — Пожалуешься Нигану, когда он вернётся, — мрачно произнесла она. — Вернётся? Где он? — в голосе послышалась тревога, потому что первая его мысль по этому поводу была не самая радужная, но в то же время весьма глупая. Ниган бы не стал нападать на общины в ближайшее время, у него даже людей не хватит, не говоря уже о том, чтобы столь быстро продумать план. Нужно время и ресурсы, а у спасителей даже оружия нет…вернее мало. — Заткнись, — равнодушно ответила ему девушка. — Вздумаешь встать — прострелю колено, — она натянуто улыбнулась, всё ещё не отрываясь от своего занятия. — Я хочу в туалет, — попробовал он двинуться другим путём. Девушка раздражённо фыркнула, подняла на него угрюмый взгляд, после чего со вздохом произнесла: — Вот, надевай, — она достала из заднего кармана наручники, чтобы бросить их ему на матрас. — А без этого никак? — Надевай или ходи под себя. Рик послал ей столь же хмурый взгляд, после чего потянулся за наручниками, защёлкнул их на запястьях и начал медленно вставать. Пол малость шатался, но только если смотреть вниз, посему Рик поднял взгляд на девушку, что достала из-за пояса его револьвер, чтобы направить дуло ему в голову. — Идём, — она кивнула в сторону выхода, приглашая ступить первым. — Мне нужна обувь, — он переступил с ноги на ногу, сквозняк беспощадно бил по стопам. — Нет, если поторопишься. Рик повёл плечами, разминая мышцы, после чего вздохнул и развернулся к выходу. Он не так сильно хотел в туалет, как осмотреть местность в округе, поискать пути отступления и подсчитать, сколько примерно этих спасителей. Не то чтобы с наручниками, под дождём и босиком у него был шанс убежать прямо сейчас, но кто знает, какой подвернется шанс. Возможно, никакого, потому что людей у Нигана оказалось больше, чем мог себе представить Рик. Лагерь с первого взгляда был довольно велик, повсюду ходили вооруженные ножами и топорами работники, рубили деревья даже под дождём, кто-то что-то чистил, переносил или следил за порядком. Рик понятия не имел, где находился этот лагерь, но количество людей, которые, по-видимому, вновь согласились с главенством Нигана, было невероятно велико. Это не есть хорошо, как и то, что ему не позволили далеко отходить, он успел рассмотреть немногое, но самое важное — лошадей, а когда возвращался обратно в палатку, уже почти полностью промокший, один из мимо проходящих работников заехал ему кулаком прямо в переносицу. Перед глазами заискрились звёзды, ноги потеряли устойчивость, в результате чего он рухнулся на мокрую покрытую гнилыми листьями землю. Теперь его одежда была не только мокрая, но и грязная, а из носа хлыстала кровь. Быть может, ему бы удалось увернуться, не будь его состояние настолько дерьмовое. — Какого чёрта? — гневно спросила девушка, оттолкнув от него внезапного агрессора. Рик согнулся пополам, прикрывая руками кровоточащий нос, будто это хоть как-то могло спасти его от нового удара, которого не последовало. Встать самостоятельно сейчас он вряд ли сможет, перспектива получить в нос дважды не радовала, в особенности его настрадавшуюся голову. — Давно мечтал это сделать, — довольно протянул напавший на него высокий широкоплечий мужик. — Тише-тише, уже ухожу, — добавил тот, когда девушка направила на него пистолет. — Нет, не уходишь, — раздался голос Нигана, приближение которого Рик не заметил, ибо прикрывал ладонями половину обзора. Это было неожиданно, а также свирепо. Спаситель схватил агрессора за грудки, ударил лопатками о вблизи стоящее дерево, после чего почти сразу заехал кулаком по челюсти и коленом в живот. — Что за вольности? — спросил он, когда мужчина опустился перед ним на колени, согнувшись пополам и пыхтя от боли. — Я разве позволял к нему прикасаться? — Прости, — сквозь зубы прошипел тот. Вокруг них тут же собралось пару зевак. Ниган цокнул языком, покачав головой в отрицании, после чего присел на корточки, схватил мужчину за волосы и сказал достаточно громко, чтобы услышали все: — В следующий раз я отрублю ту руку, которой ты посмеешь ударить ещё кого-либо только потому, что тебе этого захотелось, понял? — Да, прости, — униженно прошипел тот, держась руками за живот, куда Ниган хорошенько приложился своим коленом. — Замечательно, — хмыкнул последний, отпустив его волосы. — Спектакль окончен, господа, всем за работу! — прикрикнул он после того, как поднялся на ноги, а затем подошёл к лежащему на мокрой земле александрийцу и обратился к рядом стоящей девушке. — Можешь быть свободна, Арат, дальше я сам, — он протянул руку ладонью вверх, забрал ключи от наручников и присел на корточки перед Риком, чтобы спросить: — Встать можешь? Рик был немного поражён таким поведением Нигана, но решил не записывать это на свой счёт. Спаситель всегда отличался несдержанностью, если дело касалось непослушания его подчиненных, в подобном поведении не было ничего удивительного. — Да, — ответил он, хотя это было неправда. Во всяком случае, Ниган не стал проверять, а просто сказал держаться за него, когда потянулся, чтобы помочь встать на ноги. Что-то в этом жесте было неправильное, в его движениях и осторожности, Ниган ещё никогда не прикасался к нему таким образом, чтобы просто помочь, провести до палатки, придерживая за локоть, а затем так же аккуратно опустить на матрас. Не то чтобы Рик хотел иного отношения, грубости или издевательств, он был не в том состоянии, чтобы противостоять всему этому, но добрый Ниган казался ещё более устрашающим. Никогда не знаешь, чего от него ожидать, какого удара или ножа в спину. Хотя Рик не мог отрицать, что помощь со стороны этого человека была ему приятна. Сумасшествие, но они и без того живут не в самом радужном мире. — Держи, — Ниган кинул ему на ноги носовой платок. — Вытри лицо. Если кровь не остановится — схожу за врачом. Да уж, это совсем не похоже на то, как Рик обращался со своим пленником последний месяц. Что-то не смахивает на ужасающую месть в стиле Нигана. — С чего такая добросердечность? — спросил Рик, аккуратно опустив голову на подушку. Краем глаза он уловил всё ещё торчащий из-за пояса спасителя нож, параллельно просчитав в голове, как быстро его остановят, если он побежит к лошадям. Ночью будет легче, большинство людей уснёт, а если дождь не закончится, то его будет плохо видно, в особенности на чёрном коне. Ниган тяжко вздохнул. — Повторюсь, Рик, я не садист, ты в этом преуспел лучше меня, — он достал из кармана пластинку с таблетками, затем двинулся в дальний угол палатки за бутылкой воды и куском хлеба. — Зачем я тебе здесь? — спросил Рик, с кривой гримасой на лице вытирая кровь под носом и ощущая себя слабаком, которому врезали за то, что он оказался не в том месте и не в тот час. — Затем, что ты не в состоянии куда-либо идти сейчас, — размыто ответил Ниган, когда вернулся к матрасу. Рик машинально немного отодвинулся в сторону. — Это и есть твоя месть? Держать меня здесь, как я держал тебя в подвале? — он зашипел, когда спаситель перехватил его запястье, чтобы расстегнуть наручники. — Нет, — хмыкнул тот. — Пей, — он сунул ему под нос две таблетки, почти запихав в рот. Рик не стал сопротивляться. Помнится после прошлого приёма этих таблеток он просто уснул, что был не против сделать сейчас, ибо головная боль его добивала. Похоже побег откладывается на потом, ему требовалось ещё пару часов отдыха. В компании врага. Почему бы и нет? Отчего-то присутствие Нигана его ничуть не пугало, скорее успокаивало. Рик уже успел привыкнуть к этому ублюдку. Его ублюдку. Пусть даже тот теперь был главным, правила в их маленькой игре сменились только на время, это не навсегда. — Тогда что? — спросил он. — Как долго собираешься пичкать меня этими таблетками? Рано или поздно Мишонн начнёт его искать, ему нельзя было задерживаться здесь, он должен был вернуться в Александрию до того, как произойдёт что-то непоправимое. Его людям необходим лидер. — Пока не поправишься, — ответил последний, сунув тому в руки хлеб и бутылку с водой. — Ешь, а то скоро уснешь. Рик принял еду без подозрений, ибо захоти Ниган его отравить, то не стал бы тратить продукты и просто пристрелил бы. Это успокаивало, придавало уверенности в том, что его не убьют раньше времени. Бесспорно, Рику всё ещё хотелось вернуть ублюдка за решётку, Ниган заслуживал пожизненного заключения, но в то же время он понимал, что ему нужно было не это, а присутствие спасителя рядом, контролировать каждый его шаг, держать на коротком поводке. Его больше злило то, что Ниган на свободе, а не свой статус пленника. Он был вынужден сидеть в этой палатке, промокший и дрожащий от холода, запивая сухой хлеб водой, когда Ниган расположился на стуле напротив, наблюдая за ним задумчивым взглядом. — Ты дрожишь, — сказал тот спустя минуту тишины. — Похолодало, — сонно буркнул Рик, не заметив смены интонации в голосе спасителя. — Да уж, — кивнул Ниган. Спустя ещё несколько минут молчания, Рик дожевал свой хлеб, после чего не думая вновь опустил голову на подушку, натянул тонкое, не справляющееся со своей работой одеяло до подбородка. Таблетки начали действовать, сон медленно забирал его в свои объятия, которым он неохотно сопротивлялся, ведь спаситель всё ещё находился в палатке, раздражал своим молчанием и смотрел прямо в глаза. Рик бы сказал что-то по этому поводу, будь у него силы, посему он просто лежал, свернувшись калачиком, и сонно моргал. Спустя ещё пару минут Ниган устало вздохнул. Теперь Рик усердно пытался оставаться в сознании, наблюдая за тем, как спаситель встаёт со своего стула, чтобы подойти к нему, по пути стягивая ботинки. Останавливается у самого матраса, садиться на корточки и говорит: — Снимай одежду. Рик не среагировал на это никак, просто сверлил мужчину неопределённым взглядом, пока тот не протянул свои руки, чтобы начать его раздевать насильно. — Одежда мокрая, — пояснил Ниган, ответив на молчаливый вопрос александрийца. Он довольно ловко стянул с него футболку и брюки, после чего заставил подняться на ноги, чтобы перевернуть матрас сухой стороной вверх. Рик в это время прикладывал все свои оставшиеся силы для того, чтобы устоять на ногах, в одних трусах, замёрший и мокрый. В голове была полная каша, он не понимал, какого чёрта Ниган ведёт себя так, заботится о нём, потому что иначе подобное поведение назвать нельзя. Почему? После всего, что было между ними в подвале, избиения и унижения, какого чёрта тот не поступает с ним так же? Тем более, когда Ниган уже дал понять, что жаждет мести. Рик понятия не имел, что тот задумал, отчего догадываться было куда страшнее. — Ч-что ты делаешь? — сонно пробормотал он, когда спаситель начал снимать свою косуху, а за ней и футболку. — Иди сюда, — сказал Ниган, проигнорировав вопрос. Он потянул александрийца за запястье, повалил на матрас и лёг рядом, перевернув его таким образом, чтобы прижиматься грудью к холодной спине. Затем накрыл их обоих одеялом, перекинул руку через талию Рика и уткнулся носом ему в затылок. Так определённо было теплее, а также уютно, не говоря уже о том, что ему насрать на всех тех, кто посмеет войти в палатку без разрешения. Он хотел это сделать потому, что он мог, и на этом можно было поставить точку. — Что ты задумал? — почти шепотом, наполовину провалившись в сон, спросил Рик, даже не попытавшись отодвинуться или скинуть с себя наглую руку, что крепко прижимала его к чужой горячей груди за спиной. Это было приятно, даже слишком. — Ничего, — прозвучал тихий ответ ему в самое ухо. В этом нет смысла, — подумал Рик перед тем, как заснуть.

***

Ниган проснулся, когда уже потемнело. Кто-то зажёг свечи в дальнем углу палатки, благодаря чему он мог рассмотреть лицо спящего рядом мужчины. Тот перевернулся во сне и теперь прикасался носом к его груди, а так же обнимал одной рукой его голый корпус. Ниган невольно улыбнулся, чувствуя себя как никогда хорошо, из-за чего в тоже время ему было плохо. Его разрывали противоположные чувства, которые не давали ему покоя последние два дня, если не три. Ещё с того самого ебанутого свидания, после которого всё пошло по склонной черте, в ловушку запретных желаний. Он опустил взгляд вниз, туда, где под одеялом на чужом оголённом бедре лежала его ладонь. В памяти всплыли недавние воспоминания, которые должны были вызывать в нём гнев, но вместо этого он только сильнее запутался. Рик унижал его, причинял боль, и вместо того, чтобы отплатить тем же, когда у него есть такой шанс, он предпочёл позаботиться о засранце. Назвать причину всего этого желания не было, ему хватало того, что он думал о Рике прямо сейчас и ещё десять минут после. Вставать он не собирался, пусть даже дел хватало с головой, как и планов на будущее, но конкретно сейчас его заботило только одно: ноги Рика и его переплелись между собой, будто щупальца осьминогов, он жалел о том, что не снял брюки, когда ложился рядом с почти полностью голым александрийцем. Если подумать, то они впервые касались друг друга, будучи наполовину раздетыми, эта мысль заставила Нигана ощутить прилив крови к низу живота. За последнюю неделю его вкусы резко изменились, чему свидетельствовал спящий рядом человек, тепло которого согревало его не только снаружи, но и внутри. Рик слишком глубоко засел в его мыслях, настолько, что отпускать не было желания, ни сейчас, никогда после. Помимо этого ему хотелось быть нежным, после всего насилия, что было между ними, в нём загорелся огонёк тепла. Ладонь медленно поднялась к выпирающей тазовой кости, поглаживая подушечками пальцев гладкую кожу. Это было приятно, касаться обнаженного тела, которое не сопротивлялось, ощущать себя главным, тем, кто контролировал ситуацию, задавал ритм и приносил нежность. Ему вспомнилась их последняя близость в том сраном сарае, где он был вынужден играть роль послушного пса. На губах растянулась довольная улыбка, когда мысли пошли в грязном направлении. Сложно было понять, хотел ли он Рика просто потому, что тот крепко засел в его голове, или из-за желания мести, которое было поверхностным, ведь куда больше он жаждал трахнуть александрийца. Его ладонь опустилась на упругую ягодицу, прикрытую тонкой тканью трусов. В этот самый момент Рик зашевелился, промычав что-то невнятное — весьма милая картина, от которой хотелось быть медлительным, чтобы насладиться моментом. Нигана это позабавило, он коснулся губами открытой шеи, влажными поцелуями поднялся выше, после чего прошёлся языком по ушной раковине, вызывая теперь уже одобрительное мычание. Ему очень даже понравилось, в этот раз игра принадлежала ему и правила тоже, посему он решил не будить Рика, просто продолжил вылизывать его ухо. Пальцы крепче сжали ягодицу, а колено просунулось между ног выше, надавило на пах. Второй рукой он приподнялся на локте, наполовину нависая над мужчиной, чтобы было удобнее оставлять засосы на шее, кусать кожу над ключицей и опускаться к груди. Делать приятное, быть ласковым, просто потому, что хотел. Он не любил насилие, в особенности, когда можно обойтись без этого. Реакцией на его действия был тихий стон, отчего Ниган потёрся пахом о чужое бедро, чувствуя, что его член уже был в полной готовности, когда как Рик ещё даже не проснулся, что забавно, ведь у того тоже встал. — Ох, Рики, ты всё же меня испортил, — тихо прошептал он, затем облизал кадык александрийца с таким энтузиазмом, будто это было мороженное. — Обычно бывает наоборот, — рука, что сжимала ягодицу, поднялась выше, погладила живот и осторожно перевернула тело на спину, чтобы плавно переместиться на левый сосок, ущипнуть. Рик поморщился во сне, подогнув ноги в коленях. Снотворное всё ещё действовало, но Нигана это не останавливало, он намеревался идти вперёд до тех пор, пока Рик не проснётся, а после ещё дальше. Пальцы сильнее стиснули сосок, дорожка поцелуев поднялась к подбородку. Ему действительно это нравилось, обнажённое тело под ним, тихие стоны и ноль сопротивления, не говоря уже о заднице александрийца, по ощущениям она была тем ещё орешком. Ниган хотел его целиком и полностью, прямо сейчас, ему было плевать на согласие точно так же, как Рику два дня назад. Он осторожно опустился на него всем своим весом, прижался к оголённой груди своей и поцеловал в губы. Раздался томный стон, благодаря которому у него получилось просунуть язык внутрь. Штаны определённо мешали, сковывали в движениях, не давали возможности ощутить чужое желание, а Рик явно хотел его, даже на поцелуй ответил, позволил хозяйничать у себя во рту ровно до тех пор, пока не проснулся. Ситуация казалась забавной. Как только Рик распахнул глаза, в них отразились паника и удивление, на что Ниган прикусил его нижнюю губу, отдавая должок, а затем прижал оба запястья у того над головой. Тело под ним начало извиваться, в попытке вырваться, но после сна силы ещё не восстановились, посему у Нигана было преимущество. Это действие, вызванное испугом, принесло ему удовлетворение, в особенности, когда александриец отвернул голову в сторону. Подобная реакция не помешала ему перейти к уху, лизнуть завиток и довольно прошептать: — Испугался? Язык вновь прошёл по ушной раковине, из-за чего Рик тяжко выдохнул не в силах сказать хотя бы слово. Он всё ещё был сонный, только открыл глаза и даже не успел понять, что происходит. По ощущениям всё казалось приятным, в особенности сейчас, когда горячий язык вылизывал его ухо, немного щекотал и вызывал дрожь от ног до головы, а вот прижатые над головой руки и нависшее над ним тело, что лишало свободы действий, приносило дискомфорт. Ко всему прочему он ещё был возбуждён, не говоря о том, что почти полностью голый. Хотя Ниган тоже был по пояс обнажён, что даже приятно ощущалось на груди, когда тот прижимал его всем своим весом к матрасу, Рика не устраивала такая перспектива. Он мысленно заставил себя собраться, отогнать сон, чтобы расслабиться, сделать вид, что сдался, позволить Нигану думать, что он взял верх. Почему-то именно такая мысль посетила его голову в первую очередь, провести, поддаться, а после вернуть себе власть. — Нравится? — промурлыкал спаситель ему в самое ухо. Вместо ответа Рик толкнулся бёдрами вверх и повернул голову в обратную сторону, чтобы поймать чужие губы своими. Он легко отдал инициативу, раскрыл рот, позволив Нигану делать всё, что только тому заблагорассудится, отвечал на поцелуй нежно и осторожно, будто от этого зависело то, как будут обращаться с ним. На удивление, так и случилось, Ниган был ласков, целовал медленно, но страстно, оглаживал свободной рукой грудь, рёбра и бока, тёрся пахом о бедро, пока Рик не обхватил его корпус ногами, тогда-то из спасителя вырвалось одобрительное мычание, за которым последовал страстный рык. Это казалось удивительным, потому что у Нигана получалось быть одновременно нежным, жарким и настойчивым, что на мгновение даже вышибло Рика из колеи. Ему начинало это нравиться, он ненадолго забыл, что хотел вырваться, перехватить инициативу, пока Ниган не прихватил зубами его нижнюю губу, затем слегка оттянул, причинив немного боли, и почти сразу принялся зализывать, параллельно освободив его запястья, чтобы опустить руки вниз, проникнуть под ткань трусов, к упругим ягодицам. Казалось, они оба на мгновение забыли, чего можно ожидать друг от друга. Ниган позволил Рику обхватить его за шею, пока он исследовал его гладкие полушария, а также демонстрировал свою виртуозность в поцелуе. Это не было похоже на их предыдущие сражения подобного рода, потому что раньше у Нигана не было иного выбора кроме как подчиняться, вечно проигрывать и унижаться, терпеть боль и подавлять вспышки страха. Сейчас он мог делать всё, что ему вздуматься, трогать везде, где захочет, быть нежным, в конце концов, поистине наслаждаться процессом, присвоить желанного человека себе, пускай даже ненадолго. У Рика тоже была свобода выбора, его больше не держали, он сам отвечал на поцелуи, ласки, а также плавными движениями рук спускался к пояснице спасителя, туда, где из-за пояса торчал нож. Сказать, что Ниган сделал глупость, когда дал Рику свободу действий, ничего не сказать, ибо он отвлёкся на это жаркое, извивающееся и желанное тело под собой, что забыл обо всём. Не говоря уже о том, насколько сильно Рик изменился за последнее время. Перетерпев все издевательства в подвале можно было запомнить, что Рики уже не тот слабак, коим был при их первой встрече, но Ниган этого не учёл. Он хотел засранца и думал только о том, как бы заполучить его всего, а в итоге заработал холодное лезвие на своей шее. — Блять, — выдохнул он, приподнявшись на локтях по обе стороны от головы александрийца. — Ты думал, я позволю себя трахнуть? — спросил Рик. Он опустил ноги обратно на матрас и поднял свободную руку к лицу спасителя, погладил ладонью по щеке в нахально собственническом жесте. — Была такая мысль, — с улыбкой ответил Ниган, повернув голову вбок так, чтобы подставиться под ласку. Эта мысль всё ещё сидела в его голове, посылая в пах импульсы возбуждения. Как он мог так облажаться? Всё было идеально, момент, страсть, место с приглушённым светом, Рик, стонущий от его ласк. Рик отвечающий на поцелуй и обнимающий его ногами. Рик приставляющий к его шее нож, а затем говорящий: — Не заслужил. Ниган грозно нахмурил брови, всё ещё нависая над неподвижным телом. Его обидели последние два слова. Не заслужил? Это он-то? После всего, что было в подвале, доме Рика, а после и в том грёбаном сарае? — Если кто чего не заслужил, Рики, так это ты… — он наклонился ниже, позволяя острому лезвию оцарапать кожу. — Ты не заслужил моей доброты, — его лицо исказилось в гримасе ярости, но только на мгновение, после которого он потянулся за поцелуем, наплевав на давление ножа, по лезвию которого потекла кровь. Рик позволил себя целовать, будучи напряжён от макушки до кончиков пальцев ног. В глазах Нигана горел адский огонь, который никак не вязался с той нежностью, с которой он атаковал его губы. Что за чёрт? — подумал Рик. Не то чтобы ему это не нравилось, просто он не мог себе представить причины, из-за которой спаситель будет вести себя так. Он не удержался от стона, когда Ниган одним движением стянул с него трусы почти до колен и накрыл вставший член своей ладонью. Это не совсем то, на что он рассчитывал когда вытащил у того из-за пояса нож. — Тебе нравится…хозяин? — издевательски промурлыкал Ниган между поцелуями. — Да, — жарко выдохнул Рик, толкаясь бёдрами в забинтованную ладонь, пальцы которой обхватили его член у основания. Лезвие ножа всё ещё было прижато к окровавленной шее, из-за чего он немного ослабил давление, ему бы не хотелось, чтобы Ниган потерял сознание в самый ответственный момент. Вторая его ладонь прошлась по голому корпусу спасителя, от мышц груди, по ребрам и к пояснице, протиснулась под ремень, брюки, трусы, чтобы в итоге стиснуть ягодицу. Он никогда не забудет, насколько хороша эта задница, будь у него время, он бы поборолся за то, чтобы трахнуть её ещё раз, но вот именно сейчас у него появился другой план. Ему нравился тот темп, с которым надрачивал ему Ниган, параллельно лаская своим губами его. Ему нравилась нежность Нигана, несмотря на разгневанный взгляд. Ему нравилось нависающее над ним тело, ощущения голой кожи, прикасающейся к его. Ему нравился Ниган таким, каким он был, в особенности сейчас: вроде бы контролировал ситуацию, но в тоже время и прогибался под него. Чёрт, эта мысль была жаркой, как и сам Ниган. Почему они не встретились раньше? До всех этих войн между общинами. Рик хотел бы видеть его в своём доме, в своей кровати, за своим столом во время завтрака, обеда и ужина, а также в своих объятиях. Всегда. Но этому никогда не быть… Ниган почувствовал, что рука александрийца прошлась по его заднице, выскользнула из брюк и задела карман. Совсем невесомо, почти незаметно, что можно было посчитать за случайное касание, если бы Ниган не знал, что там лежит. Он позволил себя перевернуть на спину, потому что предугадал следующие действия александрийца. Так даже лучше… Как только Рик оказался сверху, он стянул с себя трусы, чтобы не мешали, и полностью голый оседлал бёдра спасителя. Губы того растянулись в ухмылке, одна рука легла на обнажённую ягодицу, когда как лезвие ножа всё ещё касалось его запачканной кровью шеи. Рик наклонился, чтобы слизать рубиновую жидкость с покрытого колючей щетиной кадыка, подняться выше и накрыть крепко сомкнутые губы своими. Его остановила вторая рука спасителя, которую тот протиснул между их ртами. Как только глаза Нигана сузились, Рик сразу понял — тот знает. Знает, что он задумал, но почему-то не остановил, а только показал это, после чего отвёл руку в сторону и позволил себя поцеловать. Передать таким образом целых три таблетки из пластинки, которую Рик вытащил у того из кармана брюк. — Блять, только не вздумай оставить меня в таком состоянии, — шепнул Ниган, как только Рик разорвал поцелуй, чтобы опустить к шее. — И в мыслях не было, — ответил он, убрав нож в сторону и зализывая свежую неглубокую ранку, образовавшуюся по его вине. У него закружилась голова от продолжительного стона, вырвавшегося из горла Нигана, когда он расстегнул его брюки. Возможно, это от сотрясения, а хриплый голос только усилил эффект. Он опустился поцелуями ниже, к ключицам, параллельно приспустив с бёдер спасителя брюки вместе с трусами. Они оба застонали в унисон, когда их члены соприкоснулись, после чего Рик обхватил их своей ладонью. — Оххх…ты ж блять, — выдохнул Ниган, вцепившись пальцами в чужие ягодицы. Ему определённо понравилась эта часть тела александрийца, он даже воспользовался моментом, пока Рик оставлял засосы на его шее, облизал свои два пальца и протиснул их меж ягодиц последнего. — Какого… — возмутился тот, после чего уткнулся лбом в углубление между шеей и плечом спасителя, на время приостановив движения рукой. Это было неожиданно, Ниган вогнал в него сразу два пальца до первой фаланги и медленно начал протискивать дальше. — Ебать ты тесный, — довольно прохрипел тот. — Сволочь, — выдохнул Рик, не в состоянии двигаться. Он чувствовал себя развратно, не говоря уже о том, что два пальца сразу — это перебор. — Вытащи, — потребовал он, когда пальцы стали двигаться быстрее. Лезвие ножа вернулось к шее спасителя, после чего тот криво улыбнулся. — Как скажешь, — расслабленно протянул Ниган, грубо выдернув пальцы. Рик удержался от вскрика, до скрипа стиснув зубы. Ему не понравилась подобная выходка, но чего ещё можно было ожидать от этого человека, когда он сам играл не по правилам? Его нечестной игре свидетельствовал размытый взгляд спасителя, которым тот смотрел ему прямо в глаза. Рик улыбнулся в ответ, возобновив движения рукой, наклонился за новым поцелуем, жарким, грубым и одновременно нежным. Чёрт, так умел только Ниган, Рик уже не впервой благодарил себя за то, что передумал убивать его. — Почему? — спросил он между поцелуями. — Почему ты позволяешь мне всё это? Этот вопрос не давал ему покоя ни сейчас, ни тогда в сарае. Ниган мог сопротивляться так же, как делал это в подвале, когда он избивал его, пытался подчинить. После каждого удара тот стремился встать, говорил гадости и усмехался, Рик не мог придумать причины, из-за которой Ниган бы отказался от мести. Почему он не захотел сделать с ним то же самое сейчас или пару часами ранее, когда был такой шанс, хотя сам говорил, что жаждет мести. Ниган улыбнулся шире, скорее даже оскалился, после чего резко дёрнулся вперёд, позволив лезвию ножа оцарапать кожу глубже. Он без труда перевернул Рика на спину, потому что тот этого не ожидал, убрал его руку в сторону, заменил своей и возобновил трение, что уже почти привело их обоих к финишной черте. Затем наклонился ниже, не обращая внимания на нож и хмурый взгляд Рика. — Потому что хочу, — ответил он, встретившись с ним взглядами. — Тебе просто повезло… Рики, — ему не удалось сдержать низкого стона. Пусть это не совсем то, чего он хотел, но так тоже было неплохо. По спине прошла волна дрожи, за которой следовал оргазм. Александрией простонал ему в ответ, убрав нож в сторону, чтобы одной рукой обхватить его за шею, а второй вцепиться пальцами в бедро. Они пересекли эту черту почти одновременно, тяжело дыша, держась друг за друга. Ниган опустил весь свой вес на Рика, положив голову тому на грудь, восстанавливая дыхание и прислушиваясь к чужому сердцебиению. Это успокаивало, вызывало глупую улыбку на лице, а также быстрее погружало в сон. Он не пытался сопротивляться, как-то удержать себя в сознании или успеть позвать кого-либо. Ни к чему ему это, потому что рано или поздно Рик бы вернулся в Александрию, он не собирался его держать здесь в заключении. В этом не было смысла, тот был нужен своим людям, когда как Ниган своим. Они находились по разные стороны баррикад, их пути могли лишь пересекаться, но не сходиться в один. Врагами они уже были, ничем хорошим это не закончилось, поэтому Ниган в этот раз собирался поступить иначе… Рик дождался момента, когда спаситель крепко заснул, после чего аккуратно перевернул того на бок и вылез. Как только голова оказалась на приличном расстоянии от пола, он почувствовал давление в висках. Это не помешало ему забрать нож, переодеться и накрыть Нигана одеялом. Сделав последнее, он замер, остановив взгляд на безэмоциональном лице. Как бы ему не хотелось забрать того с собой в Александрию, внутренний голос кричал ему не делать этого, не сейчас. Спаситель плохо на него влиял, даже будучи запертым за решёткой, зная, что тот рядом, в его власти, Рик не сможет себя остановить. В один столь же хмурый день он его в конечном итоге убьёт, а после будет жалеть, потому что не сможет иначе, не сумеет противостоять своим бесам, что пробуждались, когда этот человек находился вблизи. Он провёл ладонью по слегка отросшим волосам спасителя, пропустил пару прядей между пальцами. Это не прощание, они ещё увидятся, но уже не как пленник и надзиратель, а как старые враги, коим надоело воевать. Друзьями им не стать, не после всего, что было: кровопролития, войны и унижений… Рик поднялся обратно на ноги, затушил свечи, что горели в другом углу палатки и скрылся в тени.