Лечение от панических атак №1

Твайлайт Спаркл — маленькая сирота. Сегодня решится ее будущее… Если девочка сможет пройти экзамен, то поступит в школу для одаренных магов принцессы Селестии… Она очень волнуется, руки трясутся, ноги не слушаются, но Твайлайт старается ровно зайти в кабинет. Она становится перед комиссией, с волнением смотря на взрослых. Молодая единорожка заламывает руки, ее глаза бегают. Вскоре после того, как привезли яйцо и ей дали задание, девочка понимает, что все забыла! Вдруг, она слышит шепоток: «Теперь ясно почему ее бросили родители. Такую-то бездарность» и скрип пера о бумагу. Тут же перед ее глазами проносятся родители в крови, лежащие в ее спальне, глаза застилает кровавый туман, вокруг чудятся убийцы с ножами в руках, мир ходит ходуном. Вдруг раздается звук взрыва и все вокруг освещается радугой. Девочка замирает, выпрямившись. Вокруг нее образовывается глициновая аура, Твайлайт парит над полом, волосы развеваются. Внезапно, она вскидывает руки, магический луч ломает скорлупу, оттуда показывается маленький дракончик, который вдруг начал стремительно расти. Поток магии не прекращается, а дракон уже ломает крышу башни. Это видит принцесса Селестия…

***

 — Прин…цесса… Там…мисс Спаркл…атака… — еле разборчиво произносит запыхавшийся человек, ворвавшийся в тронный зал, но принцесса Селестия моментально все понимает, быстро вылетает на улицу и стремительно летит к башне своей верной ученицы, подверженной паническим атакам. На самом деле многие лекари пытались понять в чем дело, но сила атаки всегда снижалась при приближении Селестии к девочке. Это было весьма странно…

***

«Принцесса Селестия! У Твайлайт паническая атака и она не проходит уже семь минут! Ничего не помогает. Вы срочно нужны в замке Дружбы! Спайк»

Почерк скакал, было видно, что верный помощник Твайлайт торопился и нервничал. Селестия стремительно вытащила из стола письмо от Зекоры, которое она велела открыть непосредственно во время панической атаки. Быстро сломав сургучную печать, изображавшую зебру, принцесса пробежалась глазами по письму и ее губы тронула улыбка. Зекора никогда не боялась обращаться к принцессам на ты. Селестия призвала магию и быстро переместилась к Твайлайт в замок.

***

Перед комнатой принцессы Дружбы материализовалась Селестия — принцесса Солнца. Она мягко попросила никого не входить и пошла к своей бывшей протеже. Присев на кровать рядом с сжавшимся, дрожащим и тяжело дышащим комочком, женщина протянула руку и огладила крылья девушки. Мягко развернув к себе постепенно успокаивающуюся Твайлайт, Селестия наклонилась, мягко убрала руки принцессы Дружбы от лица, а затем, поймав ее успокаивающийся взгляд, припала к ее губам. Девушка, еще находящаяся в шоковом состоянии, нерешительно ответила на поцелуй и окончательно расслабилась в руках наставницы. Разорвав прикосновение, Солнечная принцесса прилегла рядом со своей возлюбленной и, улыбнувшись, огладила ее щеку тыльной стороной ладони.  — Спи, я никуда не уйду.  — Н-но, принцесса С-селестия…  — Неверно. Селестия или Тия.  — Т-там же д-друзья…  — Я уже отправила импульс Рэрити. Они знают, что все прошло и я попросила их разойтись, — Тия мягко улыбнулась, поцеловала Твайлайт в уголок губы и магией призвала плед, накрывший их. Затем она так же магией сменила на себе и Спаркл одежду на ночные сорочки и, удовлетворенно кивнув, обвила талию принцессы Дружбы руками.  — Н-но…  — Тихо. Твайлайт, я знаю о твоих чувствах ко мне, — девушка в шоке посмотрела на бывшую наставницу и смущенно зарделась: — и я тебя люблю не меньше. Не только как бывшую ученицу, но и как девушку тоже. А теперь спи, милая, завтра рано вставать.

***

В эту ночь всем снились прекрасные сны, а Луна, погруженная в работу по избавлению от кошмаров, увидев сны двух аликорнов, находящиеся рядом с друг другом, прокричала в пустоту: «Йееес! Наконец-то!» И с радостной миной на лице вприпрыжку пошла даровать всем монаршую радость, облагораживая не только кошмары, но и все-все-все сны.

***

А в комнате правительницы всея Эквестрии на столе лежал конверт со сломанной сургучной печатью и рядом с ним письмо, последние строки оного гласили: «В руках любви она обмякнет, За поцелуем боль иссякнет. Иного нет пути, Ты уж меня прости.»