Драбблы Генма/Ино

Жанр: Романтика/Драма Рейтинг: PG-13 Пейринг: Генма/Ино, намек на Наруто/Сакура +++ — Ты попробуй, тебе понравится. Он улыбается – смущенно, весело, но с долей непонятной грусти. Она видит только его улыбку. Яркие лучи играют в его светлых волосах, делая из него мальчика-солнце. Ино нравится это сравнение и она пробует – мороженное тает на языке и приносит всему телу такую долгожданную, пусть и недолгую прохладу. — Мне больше нравится ванильное, так что можешь забрать, — он смешно морщится, и она застенчиво принимает «подарок». Она не видит его лица из-за яркого, режущего глаза солнца – но он высокий, наверное, ему около шестнадцати лет. Его зовет незнакомая темноволосая девушка – наверняка напарница из его команды. Ино становится грустно, потому что ей, в ее шесть до него еще расти и расти. — Почему ты плачешь? Невкусно? — Вкусно, — она мотает головой и смущенно отворачивается, зная, что наверняка они больше вот так не встретяться. Он убегает, и она опять не может разглядеть его лица. А вкусное шоколадное мороженное горчит на губах. *** — Ты попробуй. — Дурацкий совет, — Ино огрызается, но в душе противно, словно кто-то туда плюнул. Она уже даже не хочет пробовать – так больно, так жалко. Она не смогла спасти жизнь маленькому, наивному двенадцатилетнему генину, когда от нее так много зависело. Как она сможет теперь смотреть в глаза его родителям? Как сможет объяснить им, что нервничала, плакала и не смогла как следует сконцентрировать чакру? Как она сможет улыбаться, продолжать подшучивать над Сакурой и пытаться соревноваться с ней? — Если ты не попробуешь, то уже никогда не сможешь, — словно читая ее мысли, рассуждает джонин. Она поднимает на него мрачный взгляд, желая растерзать его кунаем на месте. Это неправильно, но что она может против своего желания? И Тсунаде заодно, потому что позволила ему взять на себя ответственность за ее «приведение в норму». Почему его?? — Я... я не могу. И не хочу пробовать. Для меня карьера медниндзя теперь закончилась. — Ты отпираешься, потому что потеряла уверенность в себе. Я думал, что ты была сильнее. Да что он знает? И что вообще в его таком небрежном отношении? Он спокойно разлегся на траве, натянул бандану до самых бровей и насвистывает, перегоняя сенбон из одного уголка рта в другой! Ей хочется сказать что-нибудь очень обидное. — Дурак. – Просто потому что других слов не находится. Генма усмехается и кидает на нее быстрый, озорной взгляд. Затем лениво переворачивается, чтобы лечь на живот, и сенбон выпадает из его губ. Прежде, чем Ино успевает отреагировать, стальная игла глубоко входит в ладонь джонина и Ширануи чертыхается, спешно извлекает оружие, впрочем, не меняя позы. Он так глубоко вошел, что Ино сначала не поверила – и только потом до нее дошло. Что Ширануи постоянно посылает небольшой поток чакры в свое оригинальное оружие. Прежде, чем она задумывается о своих действиях, Ино цепко захватывает его руку в свои маленькие ладони и спонтанная пульсация чакры залечивает порез в несколько секунд. — Ну, вот видишь, достаточно просто попробовать, — Генма довольно улыбается, и его яркая улыбка заслуживает ощутимый удар по голове. — Ну ты дурак, — уверенно повторяет Яманака, — такими средствами... — Важны не средства, а цель, — он прекращает смеяться, только уголок губ нерешительно подрагивает. – Пойдем лучше съедим по мороженому. *** — У меня еще никогда не было такого легкомысленного сенсея! Уверена, ты даже превосходишь Какаши, — она снова может улыбаться. Не смеяться беззаботно, как раньше, но искренне дарить ему улыбку. — А как же Асума? — Он другой, — ее улыбка становиться грустной, с оттенком ностальгии. – Ему всегда приходилось платить за Чеджи в ресторане, — не к месту вспоминает она. – Но ты знаешь, они были очень близки с Шикамару... Генма кивает – они тоже были с Сарутоби хорошими друзьями. Она украдкой разглядывает его – и ищет то, что нашла в нем Тсунаде, когда просила Ширануи стать ее сенсеем. Не находит, но ей все равно приятно. Потому что все его внимание пока обращено к ней. Пока он не уйдет. Она, кажется, только сейчас это поняла. Ино останавливается в шоке, но, ловя удивленный взгляд Генмы, снова прибавляет шагу – потому что ей кажется смущающим объяснять причину. И он не спрашивает. По дороге домой они встречают Сакуру – она улыбается Ино, пробегает мимо, чмокает подругу в щеку и исчезает, — потому что в отдалении ее зовет Наруто. Ино застенчиво прикасается пальцами к тому месту, где жгет ее щеку дружеский, такой теплый поцелуй. Она боялась, что ее не поймут – но Сакуре нечего понимать – она любит ее и любит Наруто, а значит эти двое для нее никогда не сделают ошибок. Генма прячет очередную улыбку в солнечных лучах. Ино надеется, что однажды ее тоже кто-нибудь позовет – тот, к кому она радостно побежит, не оглядываясь, не задумываясь. *** Эти две недели она упорно тренировалась, и Тсунаде с материнской опекой отчитывала ее за любые попытки сбежать с тренировки. Ино смеялась – потому что Генму отчитывали чаще – потому что это была его инициатива. В конце концов, Хокаге смирилась и только наказала Ширануи не особо бездельничать. — Вижу, ты снова стала сама собой, — задумчиво говорит он, после того, как Ино успешно залечивает его раны после очередной внеплановой миссии. На ней – ни одной царапины, потому что самолечение у нее доведено до автоматизма. — Не совсем, — Ино лукавит, потому что не хочет его терять. Она за эти две недели стала эгоисткой. Делить его с миссиями – пожалуйста. Делить его с кем-то другим, нет уж, увольте! Она улыбается своим мыслям и приходит в себя, только когда его лицо совсем близко. Ее сенсей... — Хитрюга, — он ловит ее цепкими пальцами за подбородок и Ино замирает, потому что его дыхание на ее щеке сбивает ее собственное. Она краснеет, а он кажется удивленным. Яманака закрывает глаза, делает неуверенное движение вперед, чуть поворачивая голову, и ее губы касаются его – сухих, тонких, но неожиданно мягких. Но поцелуй заканчивается также быстро – открывая глаза, Ино видит лишь его быстро удаляющийся силуэт. И смущенно горящее лицо. *** Она бежит к его дому – быстро, словно у нее за спиной выросли крылья. Ее улыбка сияет ярче любого солнца – она смогла, она успешно завершила эту миссию высшего ранга, она спасла жизнь трем сокомандникам, практически вытащила их с того света. Он будет ею гордиться! Сбивая с ног прохожих, пробегая между удивленными джонинами – туда, в мрачную дверь их общежития. За долю секунды взлететь на третий этаж... и упереться взглядом в распахнутую дверь. Здесь, несмотря на жару, закрыты наглухо окна, здесь пусто: только пыль скопилась на старой столешнице. — Он не вернулся с миссии, Ино. — Как же так, — она не оборачивается, она поднимает взгляд к белому, холодному потолку, — он же мой сенсей. Голос за ее спиной умолкает, пробуя разделить – но не разделяя ее боли. Потому что даже разделив ее на всю Коноху, оно разорвет ее быстро бьющееся сердце. — Это от быстрого бега, — убеждает Ино саму себя вслух, чувствуя, как губы снова пробуют что-то горькое и соленое, — это вкус моего поцелуя. Неудивительно, что он ушел... И она бежит дальше – к воротам Конохи, проклиная его здравый смысл, который приходит к нему только тогда, когда это не нужно. Останавливаясь перед дорогой, которую вдалеке заграждают деревья, она закрывает глаза и вслушывается в шепот ветра, пытаясь различить его голос. И слышит голос мальчика из ее детства – однажды покинувшего ее, но вернувшегося. А значит, способного вернуться еще.