И тебя вылечим, и меня вылечим.

«Если слышишь шептунов, То знай — близки они. Если слышишь шептунов, Ты ухо отверни. Не слушай этих шептунов, В любое время дня. Иначе замолчат они И взглянут на тебя…» Все началось так давно, что уже и не вспомнить, когда я первый раз его увидела. Тень в чёрном плаще с капюшоном. Безмолвна, но ей и не нужны слова. Возможно, это совесть или призрак. Но он совершенно не пугает. Скорее ты чувствуешь себя причастной. К чему? Да бог его знает. Будто часть тебя отделилась, и ты смотришь на себя его глазами. Почему Он? Кто бы поведал. Спустя пару месяцев безуспешного донесения всем близким, что ты, кажется, сошёл с ума… Не принесли ничего, кроме «все мы немного сумасшедшие». Ну и ладно. Видение молчит, особо не напрягает, покончить с собой не просит. Ну и бог бы с ним. Живи дальше. У меня никогда не было верных друзей. У каждого был кто-то ещё. Но был Тень. Всегда можно было поговорить с «собой». Оставим то как я пришла в ГП, но это стало спасением. Книги помогали скрасить учёбу, затем работу, выучить семь книг было слишком просто. Напарница на работе открыла мне великий кладезь знаний о любимых персонажах. Правда фэндомы были разными, но это мелочи жизни. Увидеть их чужими глазами было верхом наслаждения. А потом случилось то, на что уже никогда не рассчитывала. Он заговорил. Хотя «заговорил» — это громкое слово. Иногда думалось, что это мой уставший мозг гнал спать после смены на заботе, плюс более десяти часов на фикбуке. Хотя возможно просто спятила настолько, что разговор стал двухсторонний. Это все совершенно не мешало личной жизни. К двадцати годам вышла замуж. Правда как все в моей жизни не слишком удачно. И вновь любимые герои и Тень помогли отвлечься. К этому времени начала звать его Северусом, как ещё можно было звать самое верное «существо», прошедшее со мной пол жизни? Ну люблю я Снейпа. Наверное никто в мире не заслуживал такой верности. Особенно рыжая вертихвостка. Сколько бы ни читала фиков, как он её добился, да и попаданок было немерено. Ну не перевариваю подобных личностей. Наверное, слишком прямолинейна. Так вот это все замечательно и в принципе никого не трогает история сумасшедшей, если бы ни одно маленькое но… Эх. Ремонт — это стихийное бедствие, совершенное группой лиц, по предварительному сговору, в особо крупном размере. Только бюджетной русской семье этот сговор приходится нести на своих (то есть моих) плечах. Как же измельчал мужик. Нихрена не умеет. Ну да ладно, с криком души закончили. Как видимо и с браком. Столько ссор у нас ещё никогда не было. Так вот, я никого не трогая, сдирала тридцатый по всей видимости слой обоев, как вдруг моя Тень упала к ногам мешком картошки. Вот это поворот. Никогда не боялась ни крови, ни трупов. Хотела даже одно время в медицинский поступать, уж хорошо умела за ранами ухаживать. Матушка у меня делала столько операций, что их число далеко перевалило за мой возраст. Нет грудь и губы свои, просто тридцать три несчастья. Замена сустава, грыжа, рожа на ноге, образования в груди — далеко не полный список. Ну и несчастные случаи так же не обходили её стороной — переломы, кастрюля с кипятком на спину и так далее. И вот моя галлюцинация падает и корчится у моих ног. Субъект мужчина, белый, разорвана шея. Все не так уж плохо. Выглядит страшно, но многие царапины поверхностные. Будто кошка вцепилась и оторвала кусок. Быстро! Полотенце в рулон, руку за голову. Стуки стекла по линолиуму отвлекли от перевязки. Пациент в сознании, пытается говорить и дотянуться до рассыпавшихся флаконов тёмного стекла. Всё собрала. Повытаскивала пробки. Черт что, куда и главное в каких дозах. Показываю их по одному. Он открыл рот. Хорошо. Второй. — В рану? — Усиленно моргает. Хорошо. Третий тоже внутрь. А четвёртой оказался крем. Толстым слоем на (уже начавшую затягиваться!) рану. А потом этот нехороший человек просто отключился. Спустя пару минут шрам выглядел как после операции. Чисто сшитый, но края не до конца срослись. За созерцанием волшебной хрени пришёл откат. Руки по локоть в крови как и вся одежда моя и его. Хотя на чёрном не особо заметно. Обыск показал наличие карманов, в которые не смогла залезть. Правда палочка валялась рядом с телом. Женщина лёгкого поведения бьётся головой о стену. Тело! Живое! Хорошо муж на этой неделе в другом городе, было бы сложно объяснить раненого мужика в доме. Хотя может это вновь галюны накинулись? И что делать? Попросить кого-то глянуть, нет ли у меня в комнате тела?! Бывало разное, особенно, когда Он тогда заговорил. Но это всегда было похоже на ментальный диалог с собой, и коснуться его я не могла. И вот… Человек, чьё имя набито у меня на запястье, валяется (после битвы за Хогвартс? Которая между прочим была явно не в этом году!) у меня на полу. А если скопытится? Куда труп девать?! Так, стоп! Стянула через голову футболку в пакет со всей одеждой, что на мне, и в мусорку. Быстро в душ. Палку с собой на всякий. Спустя час тело все ещё на месте. — Северус. Глаза дернулись и открылись. А дальше всплыла главная проблема! Я не знаю языка. Темнокарие, цепкие даже в таком положении глаза обежали полуободранную комнату. Вместо голоса хрип и обреченность. — Кровать? — Моего словарного запаса хватит только на обозначения. — Встать? Кто нёс пьяного мужика (друга, брата, мужа) до кровати? Дело это далеко не лёгкое для человека метр с кепкой. С горем пополам доползли до соседей комнаты. — Одежда! — Раздевание прошло ещё хуже. Он уже был в одной рубашке, но воротник в крови. Битву я выиграла с большим трудом, пришлось переодеть его в одежду мужа. Но как только мой, можно сказать, гость лёг, сразу отключился. Время уже позднее. Завтра буду разбираться. Легла рядом. А что? Это мой дом. И я не первый раз сплю со своей галлюцинацией. Может я через чур утомилась и это бред, не спать же от этого на полу. В свете от окна рассматривала свою многолетнюю тень. Он ни капли не изменился. Те же чёрные ресницы. На вид лет тридцать, тридцать пять. Совсем молодой для смерти. — Спокойной ночи, Северус Снейп.