Часть 8
13 октября 2019 г., 12:57
Он смотрел в её светлые глаза и никогда не понимал, что творится в этой маленькой голове. Весь смысл жизни однажды сузился до размеров одного человека. Женщины. И хуже всего - его предупреждали, но Арканн был слишком упрям, чтобы довериться судьбе, чтобы прислушиваться к своему сердцу. Он мог понимать решения Чужестранки, её поступки, стратегию, но остальное для него оставалось непостижимым и непонятным.
Когда тихие шаги раздавались за его спиной, он знал, что ведет этих людей на смерть. Знал, что отец, не знающий пощады, просто уничтожит всё на своем пути. Но в этот раз он смог решиться.
Темнота. Арканн помнит её лучше, чем что бы то ни было. Пустота. И её он познал после смерти брата. Кровь сгустками заливает пол, хотя её не должно быть; раны от светового меча иные. Чуть поодаль массивного тела Дарта Маара лежит она. Глаза закрыты, словно мирно спит, лицо повернуто в сторону, бледное и холодное. На щеке едва заметная грязь. Дыхания нет. Одеяние с непропорционально длинным шлейфом лежит в луже крови, окрашивая его в темный грязно-зеленый цвет до складок, которые утопают в луже. Медленно застывают потоки Силы внутри тела, словно остывающая лава.
И это не его кровь. На нем нет ран, а в отражении пола он видит себя, стоящего напротив. Приторно белая форма преломляет скудное освещение, делая его слегка люминесцентным. И рядом с собой, в этой отвратительной густой и огромной красной луже он видит отражение своего отца.
— Ты все сделал правильно, — одобрение? Насмешка? Едва ли в этом голосе вообще можно расслышать тень эмоций. Как всегда холодный, проницательный, от которого до омерзения захватывает дух.
Арканн бросает быстрый взгляд в сторону мужчины, оборачиваясь и спотыкаясь об тело своей матери. Его охватывает легкая паника: «Как… Как так, все это не может быть реальным, это должно быть часть его сна, ужасного кошмара.» Мысли путаются, бегут, несут разум в недры хаоса. Прежде чем он отчетливо начинает понимать, что это нереально.
— Идем сын, — Валкориан протягивает руку. Но принц знает, что если последует за этим — каждая жертва будет невыносима, с каждым разом все глубже погружаясь во тьму, гнев и отчаяние. Вот тело его сестры, застывшее, словно из последних сил она пыталась бежать, ползти прочь отсюда.
— У тебя нет сына, — цедит сквозь зубы мужчина, и глаза его наливаются ярким и беспощадным золотом, подобным солнцу над Шпилем. Скрежет собственного металлического протеза, сжимающего рукоять, отрезвляет и вселяет уверенность. Яркое желтое лезвие светового меча играет бликами в его глазах, делая их светлыми.
Но Арканн больше не может позволить себе слепую ярость, он знает, сколь дорого может обойтись ему это. Да и всегда обходилось, добавляло шрамов другим дорогим ему людям. Лана всегда такая правильная, казалось, готова была взорваться в такие моменты и снести её нерадивую голову с плеч бы. Агент Шан устало вздыхал и, слегка улыбаясь, успокаивал её, просил не рубить с плеча. Тогда Арканн начинал понимать сколь важен может быть человек, который скажет тебе «нет», несмотря ни на что.
Вид Рей, лежащей в луже крови, заставил его пересмотреть многие приоритеты в его жизни. И даже понимая, что это все лишь часть его сна, он тянется к холодному и безжизненному телу этой женщины и сжимает в своих объятиях, зарывается носом в её перепачканные кровью волосы. Даже мерзкий стальной запах не мог стереть её аромат с прядей. Он научился главному — принимать необратимость последствий за свои действия. И Валкориан, что приходил к нему в кошмарах, еще не знал этого. Да, чувство вины сжигало его, но и вместе с тем его энергия была направлена на устранение последствий и искупление того, что он совершил.
— Довольно, отец, чего ты добиваешься, показывая мне это? — прямо спросил Арканн.
— Доставлять тебе боль - единственная моя радость, — устало протянул Валкориан, обходя тело Рей.
— Она слишком хорошая для тебя, такая правильная. Сила для неё путеводная звезда, и скоро ты поймешь, что ваши пути разные, и тебе не суждено стоять с ней под одним началом. Она другая.
— Да, мы разные, но гораздо важнее, кто я с ней. А не то, что мы из себя представляем, — коротко ответил Арканн.
— Ты знал, что отпрыски Закуула предсказали с самого начала то, что вам суждено встретиться. То, что ты не уничтожил её, пока твои чувства не взяли над тобой вверх не просто так. Хескал — знал, и ты — решил казнить их всех, не веря в эту судьбу, — его голос как всегда был холоден. Казалось, не звучало в нем ничего кроме презрения к собственному сыну.
— Я был другим…
— ДРУГИМ, — презрительно выплюнул это слово Валкориан. — Ты был силен: разгромил обе армии, одолел Тексана и меня - твой триумф, сын мой, был в зените, пока мелкая мерзавка не вмешалась в твои планы, и ты как послушный ранкор не склонился у её ног! Подумать только, ты хотел обмануть судьбу, но сам охотно поддался ей.
— Не того я ожидал от своей семьи, — горько ответил Арканн. — Мое стремление добиться твоей похвалы сгубило Тексана, я ждал, что ты назовешь меня сыном, сделаешь равным тебе, больше всего мы хотели твоего одобрения, похвалы. Но я ошибался, ты ничто перед мощью уз, грубая сила померкнет перед глазами того, чья воля подкреплена балансом и единством с другими, схожими с ним.
Ему казалось, он сказал это во сне, и также быстро он отступил, как и сморил его. Арканн проснулся, но прекрасно помнил, что приснилось ему. Рей сидела за столом в углу комнаты, задумчиво рассматривая карту и набирая какое-то сообщение. Было еще довольно рано, не похоже, что его жена ложилась спать.
Он поднялся с постели, и одеяло небрежно сползло, открывая отвратительный протез на руке. Джедай же задумчиво, что-то искала на карте, она нашла это, и принялась набирать, что-то с новой силой. Она смотрела звездные карты и торговые маршруты.
— Сейчас довольно рано… — потянула она, не отрываясь от своего занятия. — Поспи еще немного, дел на сегодня куча, — он развернула голографическую таблицу, сверяя цифры.
— А ты не ложилась вовсе со вчерашнего дня? — на самом деле все вчерашнее не сильно повлияло на их отношения, словно свадебная церемония, появление Валкориана, и масса других событий были все лишь сном. Он понимал, что ничего не изменилось кроме того, что теперь у них официально одни покои, а неофициально — он по-прежнему будет просыпаться в своих покоях один.
— Я не могу спать пока что, нужно привезти материалы для торгового порта, кроме того, оппозиция должна быть подкреплена делами, иначе ничего так и не измениться здесь, — зевнула Рей.
— Ну, так переговоры с поставщиками или поиск строителей и проектировщиков? — девушка протянула два датапада, для нее это была увлекательная игра, был в этом какой-то азарт.
— Сегодня я пойду в сенат… — начал Арканн, — Я не хочу, что бы твои старания пропали напрасно, учитывая, что многое зависело от меня раньше, я хочу взять это на себя, переговоры с ними.
На секунду Рей окаменела, что бы Арканн да в сенате выступал? Это конечно было бы забавно, но кто из них был изначально консулом.
— Я не сомневаюсь в твоей компетенции, но не кажется ли тебе, что из нас двоих у меня больше опыта? — она старалась выбирать слова аккуратно.
— Я знаю о тебе больше, чем ты можешь себе представить, — начал Арканн, — Я знаю, за что ты получила титул от джедайского совета, и знаю — насколько ты преуспела, сохраняя мир и баланс между Республикой и Империей. Но доверься мне, я также знаю гораздо больше о тех, с кем мне придется говорить.
— Хм, хорошо, — кивнула Рей. Она никогда не доверяла никому на сто процентов. То, как старательно выбирала детали пазла, выкладывая дорогу для других — выдавало её. Было что — то похожее от его отца в этом. Это расстраивало его, он всегда искал одобрения, Рей же его давала, но ощущение, что это фальшивка было настолько же четким. Точно так как в первую брачную ночь сидеть за терминалом и прокладывать торговые маршруты, вместо того чтобы стать чуточку ближе.
***
— Аксион будет стоять на своем, — начал Вин, — Ты уверен, что у тебя получится убедить совет, ты же никогда с ними не разговаривал раньше? — У нас всё еще есть технологии Иоката, это неплохая перспектива, если мы будем торговать с внешним миром, кроме того, даже если мои доводы не будут убедительны, я всегда смогу преградить им Зилдрогом, на Закууле никто добровольно не станет разведывать эти уголки — они опасны. — Ты уверен, что это сработает? — Я уверен только в одном, за всю истории республики, демократия никогда не была в чистом виде нигде. Стоило Вечному Альянсу помедлить как, сенат решил откусить руку, которая его кормила. То же случилось в Империи, стоило только Дарту Маару и моему отцу оставить империю, как Асина села на трон, и уже пытается кусаться, по крайней мере на Оссусе. — Разборки джедаев и ситов не должны касаться нас, — начал Вин. — А кто, по-твоему, будет следующим? Или ты считаешь, мы построим тойоры и дружно улетим на более дальние части неизведанных регионов? — И что же ты задумал? — Увидишь, — лукаво улыбнулся Арканн. Здание сената изрядно пустовало, гулкие шаги отражались от стен и потолка зала. Грубые вензеля золотого цвета с прямыми углами на черном, лакированном полу. По своей роскошности здание определенно не уступало корусантской резиденции. Зеленые, аккуратно стриженые кусты, гармонировали с серой отделкой здания, немного разбавляя его строгие черты. Принца сопровождали двое, не считая Вина. Никто не знал, почему Валкориан построил это здание, в свое время здесь находился штаб организации «Сыны закуула» — оракулов трона. Аксион презрительно посмотрел на Арканна, когда тот занял свою трибуну. Он вовсе не ожидал что появится прямой наследник императора, и явно не питал иллюзий на счет его. Заседание началось, выступали всего пятеро, и он был последним. Политики предлагали скучные и типичные решения проблем, правда, многие оживились, видя принца в зале. — Мы не поддерживаем Барсен`тор, или её решения. Она была агрессором изначально, поддержка её — означает одобрение того, что нас в буквальном смысле захватила вооруженная организация! — начал он, не давая сказать Арканну даже слова. — Вы знаете, что мы все живы до сих пор благодаря её воле? — грубо парировал он. — Все джедаи великодушны, они не устраивают войн. — Она — да, но её советники вполне могут. Вас не смущает, что Дарт Асина, и Республиканский флот поддерживают её, даже не смотря на то, что у альянса больше нет Вечного флота? А как насчет того: если бы не щит Вечного альянса, нашу планету и технологии уже растащили. Что вы задумали, отказываясь от её помощи, планируете выгодно продать Закуул? — Видимо вы не понимаете? Вы более не на поле боя, а людям надо что-то есть… — По этому, вы хотите продать нас по частям? — задохнулся от гнева Арканн. — Вам не кажется, что вы переходите границы? — начал Аксион. — Не от Вас я хочу это слышать, не я смотрю на то, как граждане закуула рубят друг друга на подпольных боях за несколько тысяч кредитов. Вы говорите, что наша новая императрица — агрессор, что ж, могу понять, — ухмыльнулся он, пристально смотря на чиновника. Тот кинул на него в ответ взгляд полный ненависти. Двери в ложу принца отворились, из проема показался силуэт Вейлин. — Мне уже можно начинать? — вполголоса спросила она. Нужно сказать принцессу боялись все, ну за исключением, пожалуй, её матери, брата и Рей. Для остальных она оставалась стихийным бедствием, которое ничем хорошим грозить не могло. Трибуны заметно загудели, увидев её черный силуэт. Арканн же пристально смотрел на Аксиона, не сводя с него глаз. — Еще рано, — констатировал он. Мужчина же, на которого, он смотрел, часто задышал и схватился за горло. Его лицо стало красным, а глаза заслезились. — Вы говорите, что джедай — агрессор, и это довольно занимательно, не находите? Вы боитесь нас, но не думаете о том, что бояться следует, её, — с этими словами еще несколько чиновников упали на колени и схватились за горло. — Её мощь в разы превышает мою, — в зале не осталось людей, которые не испытывали на себе, удушение Силой, за исключением Арканна и его свиты. Что-то невидимое схватило за горло каждого, из оппозиции, и их тела складывались вдвое под собственным весом. — И если я способен на что-то подобное, представьте то, на что способна она, — его золотые глаза наполнялись красными крапинками, а вытянутая рука сжимала в пустоте, сотни невидимых шей. — Довольно, — шикнул Винн, — Ты всех убьешь… — Не разочаровывайте меня больше, — он ухмыльнулся и опустил руку, мертвую тишину нарушили сотни тяжелых и частых вздохов. — Зря ты не убил их, все равно никакой пользы, — скучающий тон Вейлин, явно забавлял Арканна, он напугал совет настолько, что они явно вспомнили, кем он был до того как Вечный альянс взял под свое крыло Закуул. — Одного моего вида было бы достаточно, что бы они в панике сбежали, — продолжила его сестра. — Я не просил тебе прийти, но я благодарен тебе за поддержку, — пояснил Арканн улыбаясь. — Мой брат страшен в гневе, должен был кто-нибудь их героически спасти, если бы ситуация вышла из-под контроля, — с наигранным драматизмом хмыкнула девушка. — Тексан был бы горд за тебя… — Уверен, он гордился бы вами обоими, — Винн Атриус, шел за ними, держа дистанцию, даже на фоне принца он выглядел гораздо крупнее из-за своей брони. Они вышли из здания сената, медленно направляясь в сторону дворца.***
Чувство ностальгии застыло под ребрами, но было отравлено обидой. Взрослея в Ордене с семи лет, для Рей тогда не было другой семьи. Она часто наблюдала за советом в большом зале, Сатель Шан и мастеров возглавлявших его. Учитывая, что после чистки Вечного трона их осталось очень мало, в лицо она знала только Сатель и Юн, лица остальных ей были не знакомы. За спиной сидела Риса — рыцарь-джедай и герой республики. Учитывая её немалые заслуги перед галактикой, ей не составило труда занять должность посланника Ордена в Вечном Альянсе. Она, так же как и Рей, потеряла свою команду, во время штурма флагмана Дарта Маара, но ей повезло куда больше. Риса и некоторые члены операции спаслись, но в спасательную капсулу попал снаряд. Из-за многочисленных травм она долго не могла прийти в сознание, и числилась в списках погибших, пока однажды не пришла в себя и поняла, что прошло несколько лет. Ища своих спутников, рыцарь-джедай вышла на Одессен и Вечный Альянс. К тому же, она и командир были знакомы еще со времен Академии на планете Тайтон. Вернее сказать, они прибыли туда вместе. В глубине души Риса чувствовала ответственность, ей было стыдно за поведение Ордена. Они послали Барсен`тор выполнять грязную работу и благодаря ей, многим тогда удалось спастись, в том числе и ей. А сейчас они так же бессовестно просят её о помощи, словно ничего не произошло. — Ты уже была на Оссусе, мы думаем — ты идеально справишься с этой задачей, — синяя голограмма с искаженным оцифрованным голосом слегка улыбнулась. Надия молчала, у нее не было права голоса, она все еще оставалась членом Ордена, а её мастер нет, но даже ей было понятно, насколько это было неуместно. — Мастер Гаан, Вы — не считаете уместным просить Байсер`тор об этом? Орден ничего не сделал, для её спасения, ничем не помог в борьбе с Вечным Троном? — она даже не поняла, как подобное могло сорваться с её языка, наверное, это все дурное влияние Скорджа на нее. Он всегда твердил что Риса больше, чем джедай, и Орден для нее слишком мал. Тви`лека тяжело вздохнула, отступать уже было некуда. — Я не могу покинуть Закуул, пока здесь зреют беспорядки — результат отсутствия какой-либо власти мы наблюдаем сейчас, — начала Рей. Она знала, что происходит на Оссусе, но игнорировать очевидные проблемы и дальше было бы неразумно. Кроме того она едва не потеряла Терона и Лану, а это было бы большой ошибкой как для неё так и для Альянса. — Речь идет о возрождении джедайской культуры, нас и так осталось очень мало после захвата Вечного Трона. Мы понимаем, что не в нашем положении просить, но нам действительно необходима ваша помощь, — они словно были все одинаковы, джедаи которые занимали место ушедших мастеров. Лишь Сатель и Юн сидели, молча, они знали, что просто так Орден дал свое согласие на брак Рей в обход джедайским постулатам, они хотели распространить свое влияние на закуул раньше империи. — При всем уважении, думаю я и Надия сможем сдерживать империю, дождаться Барсен`тор, — стояла на своем Риса. Она понимала, если сейчас кто-то вынудит её оставить свое место, то выступление в храме будет иметь отрицательный эффект. Она дала им надежду — не это ли настоящее предназначение джедая, сеять свет там, где его нет? — Я полностью согласна! У нас все под контролем, кроме того, в учителе больше нуждаются здесь, — подтвердила Надия. Она была наивной, и не понимала какую игру затеял Орден, подсылая её, Сатель и Юн. — Я могу сопровождать их, — отозвался Феликс, отдаленно он понимал, что ничем хорошим это не кончится, но и здесь у Рей достаточно союзников для защиты. Зато джедай уж точно может поручить ему защиту своей ученицы — саркайки. — Вы думаете, этого будет достаточно для выполнения задачи? — спросил третий голографический силуэт. — Я не говорю что отказываюсь, но мне нужно некоторое количество времени, чтобы разобраться с проблемами здесь, кроме того Альянс окажет посильную помощь в этой задаче, — приплетать нейтральную организацию в противостояние с империей было не очень разумно. Дарт Асина наверняка не оставит это просто так и отзовет сторонних наблюдателей в лице Дарт Нокс и Гнева Императора, уже не говоря о том, что скажет Лана.***
Дарт Нокс не заставила ждать, эта краснокожая Тви`лекка с черными татуировками, медленно и даже немного лениво подкралась к командиру упорно сверля её взглядом, и что удивительно совершенно точно не испытывая проблем с навигацией, как ожидалось это не заставила себя ждать и Лана. — Ты хоть понимаешь, что ты наделала? — негодовала Бенико. Она явно была не рада услышать, что Барсен`тор поддержала Орден на Оссусе. — Мне придется немедленно отправиться и доложить Дарт Асине о произошедшем, — скучающе спокойным тоном произнесла хранитель сферы знаний. — Альянс дает помощь всем, кто её попросит, — ледяным тоном произнесла джедай. Её тоже не радовала перспектива, нарушать шаткое перемирие. — Я знаю, что это не твоя прихоть, однако для поддержания порядка, мне придется доложить этой высокомерной выскочке о твоем решении. Я так же не разделяю твоего рвения поддерживать Орден и Республику, — тихо проговорила она. — Я и не отправлюсь, поедут представители от моего имени, — продолжила Рей. — Я могу понять, почему ты поддерживаешь Орден, но в этот раз можешь на меня не рассчитывать. Валкориана больше нет, теперь ситы возьмутся за джедаев, как только залижут раны. Асина назвала себя императором, потому что ей некому было возразить, но это не значит, что я не служу ей, — коротко парировала она. — Рассчитывать на тебя я не собираюсь, но мне казалось, что у тебя другая цель, — она пристально смотрела на нее, ожидая услышать правильный ответ. Однако в случае Нокс «правильных» ответов было слишком много. — Кхем Валл уже найден, большего я и не ожидала, от тебя, однако… — Однако? — Наш император выбрал тебя не просто так, я всегда не могла этого понять. Почему ты? У его ног была целая империя, а он снова пытался построить её с нуля. Из нас всех, кто приклонялся перед ним, он выбрал ту, что не стала перед ним на колени, — Нокс устало вздохнула, видимо была еще какая-то причина по которой она присоединилась к ним. — Ты по-прежнему не разговариваешь с сестрой? — спросила в упор Рей. — У меня нет сестры, джедаи промыли ей мозги, навязывая свои истины, и от нее ничего не осталось. — Она отправляется на Оссус вместо меня и моя ученица. Я очень надеюсь, что ты не будешь вмешиваться, ради Рисы. Она по-прежнему считает тебя своей сестрой. — Она убила императора. — Я убила его снова. И еще если бы потребовалось. — Я не об этом. — Ты видела, что он сделал с Зиостом? С Нафемой? — Ах, я забыла, звучит так словно Валкориан один из тех, кого ты не смогла спасти. Вы джедаи всегда любите драматизировать, но со стороны ситского прагматизма ты поступила верно. Побеждает, Рей, не тот за кем правда. Побеждает тот, за кем сила. Мир — это ложь. Пока ты держишь их в страхе, они будут стелиться у твоих ног, но как только ты ослабишь хватку, да ты и сама видишь… Аксиону не нужно было особое приглашение встать у руля. Время славных битв прошло, Арканн забрал Атроксу, их всех. Темный совет прогнил, — она подошла довольно близко. — Послушай, Рей, Асина не будет с тобой церемониться, она знает все твои слабые места, и ужалит туда, куда больнее, — шепотом проговорила Нокс её на ухо. Её взгляд задержался на скуле, и она слегка усмехнулась, — Правда остался еще один, всего один…
