Пламя и солнце

Как же уже надоела пустая болтовня этих стариков. Вроде собрались обсудить важное дело о подозрительных нападениях, а в итоге решают, чьи внуки самые благородные и уважаемые. Старейшины мудры, спору нет, но почему они не могут воздержаться от таких совершенно ненужных разговоров? Гаара подпёр подбородок рукой и прикрыл глаза, чувствуя, что уже не может терпеть шума, создаваемого ругающимися стариками. Казекаге смог бы примирить, успокоить, ну или даже насильно заставить замолкнуть пожилых жителей Деревни Песка, но уважение к их титулу давало о себе знать. Молодой каге узнал за сегодняшний вечер слишком много бесполезной информации, и голова уже ходила кругом от этого. Он оглянул присутствующих и незаметно ухмыльнулся тому, что вымотавшийся за день Канкуро уже, не стесняясь, спал, пуская слюни на стол заседаний. Да кто на него будет обращать внимание, когда все так вовлечены в разговор о том, что для выпечки хлеба лучше использовать яичную муку. - Такой хлеб быстро черствеет! – сразу же последовало возражение от низенькой, горбатой старушки, постоянно влезавшей во все спорные вопросы. Некоторые согласились с ней, другие начали убеждать её, что она ошибается… Пытаясь вникнуть в эти странные разговоры, у Гаары начинала болеть голова, он почувствовал, что может заснуть прямо на столе, как и его брат. Представив такую картину, казекаге понял, что потом не оберётся проблем. Он даже вздрогнул, представляя, как старейшины могли бы его отчитать за такой неуважительный поступок по отношению к ним. Ведь быть каге – такая ответственность… Сложив руки на груди, парень посмотрел наверх, в высокий потолок. Обычный одноцветный потолок, тянущийся по всему огромному залу… Ничего интересного. Но смотря на него, Гаара, хоть и немного, но чувствовал умиротворение, тишину и спокойствие, которого так сейчас не хватало. Парень пригладил растрепавшуюся алую чёлку и вспомнил о Темари. Она любит приглаживать волосы своему брату. Он молча позавидовал ей, т.к. она сумела отказаться от совещания, заявив, что у неё важные планы. Осмотрев ещё раз зал, его взгляд остановился на маленьком окошке, в котором, на тёмном ночном небе были видны маленькие, но пёстрые звёздочки. Они будто играли, весело сверкая и маня парня. Уже наверно за полночь, а старики всё болтают. Решив, что не выживет до конца «собеседования», Гаара поклонился старейшинам, сообщив, что ему необходимо уйти. Он подошёл к месту, где спал Канкуро, наклонился к нему и, прошептал брату на ухо приветственные слова: - Канкуро, пора вставать. – соня, проснувшись, резко повернул голову в сторону брата так, что они коснулись носами. - Гаара?! – заорал тот, явно не ожидая увидеть его. Казекаге сейчас очень хотелось сделать вид, что не знает этого сумасшедшего парня и спокойно уйти от жутко недовольных, пробирающих до костей взглядов старейшин. Но как можно отказаться от любимого брата. Гаара схватил Канкуро за рукав, поднимая того со стула, и поклонился. -Прошу прощения, мы удаляемся. Выведя брата за руку из зала, каге остановился и упрекающее посмотрел на всё ещё сонного шиноби. - Зачем же так кричать? Я даже не дёргал тебя, пытаясь разбудить. А просто назвал твоё имя. - Ну… понимаешь… просто мне снилось кое-что очень приятное. А точнее кое-кто… - Пронзающий взгляд Гаары заставил парня продолжать. Было видно, что такой ответ его не устраивал. - Мне снилась милая девушка. – признался Канкуро, отведя взгляд. - Понимаешь, она, кажется, пыталась соблазнить меня, завязав мне глаза. Я не хочу всё это описывать, но когда она встала за моей спиной, сняла повязку с глаз и прошептала мне на ухо моё имя, я обернулся посмотреть на неё. А там был ты! Знаешь, я очень испугался. – суровый и даже пугающий взгляд казекаге давал понять, что лучше бы ему было не слышать эту историю. - Ну… давай, до завтра. – не дожидаясь комментария брата, быстро, будто говоря скороговорку, попрощался Канкуро и поспешил в свою комнату. Уже подходя к своей двери, Гаара вновь усмехнулся, вспоминая сон брата. - Приснится же такое. Мне вот сны вообще не снятся… - устало вздохнув, казекаге вошёл в свои апартаменты и закрыл замок. Он стянул с себя головной убор, который принято носить казекаге, и бросил его на диван. Вдруг послышалось какое-то шебуршание. Гаара напрягся, приготовившись к нападению, и медленно повернулся в сторону дивана. На нём мирно лежал, посапывая парень, чьё лицо закрывал конусообразная шапка каге. Из-под неё торчали светлые, яркие даже в темноте волосы. Хозяину комнаты не потребовалось много времени, что бы понять, кто заснул на его собственном диване. Он присел на корточки возле лица Наруто и осторожно убрал головной убор. Блондин слега вздрогнул от чужих прикосновений, но не проснулся. - Прости, я не знал, что ты ждал меня… Пришёл бы раньше. – прошептал Гаара и, не устояв перед искушением, погладил парня по волосам. Приятные, шелковистые волосы издавали сладкий аромат. Казекаге коснулся носом макушки Наруто, наслаждаясь моментом. Как хорошо, что тот спал. Сделать такое откровенно каге явно бы постеснялся. Он немного отстранился от парня и стал его рассматривать. Густые тёмные ресницы малозаметно шевелились, на щёчках виднелся лёгкий румянец, рот был немного приоткрыт, а пухловатые губки так и манили парня. Они будто говорили: - Поцелуй, облежи, прикуси,… -нервно сглотнув и борясь с желанием впиться в эти губы страстным поцелуем, Гаара поднялся с колен, его взгляд упал на плюшевого мишку, которого так сильно обнимал Наруто. Щёки парня загорели, он выдернул медведя из рук блондина и убрал игрушку подальше, что бы она больше не попадалась на глаза. Какой стыд… теперь это спящее чудо знает, что многоуважаемый казекаге, отвечающий за многие жизни, с детства не расстается со своей игрушкой. Прислонив холодные ладони к щекам, парень попытался остудить пылающее лицо. Он сел в кресло, стоящее у дивана и почувствовал, как сильно захотелось спать. И не удивительно, ведь сегодня выдался не самый лёгкий день. Вытянув ноги, Гаара скрестил руки на груди и закрыл глаза. Он улыбнулся, подумав, что сегодня будет спать рядом с Наруто. Шиноби Деревни Листа был словно лучиком света в мрачные будни, вознаграждением каге за усердные труды, направленные на укрепление деревни. В голову приходили только хорошие, светлые мысли. Казалось, что блондин был талисманом и прогонял всё плохое. Но вскоре позднее время суток и накопившееся усталость дали о себе знать, и Гаара заснул, сидя на кресле.