Тысяча баксов и я твой.

      Хосок не был скромным мальчиком, он даже мальчиком давно не был. Многочисленные половые акты с фанатами и фанатками, секс и деньги. Деньги и секс. Немного музыки, сексуальные напевы в дешевых барах, и ты знаменит, а также относительно успешен. Хо знал, что ему нужно не так много работать между приемами доз. Лишь бы вовремя приходило вдохновение. Время текло сквозь пальцы быстрее, чем хотелось бы, зависимость росла, но шатену нравилось тонуть в дерьме этой жизни. Все получалось как нельзя хуже, чем планировалось, но парня это устраивало.       Подкаченное, слегка худощавое тело в очередной раз сексуально изогнулось, а кто-то тихо сказал:       — Закройте бар, я хочу его.       Хоуп лишь усмехнулся. Вот и очередной мальчишка, которого он покорил. Хотя это вполне может быть и мужчина. Кто знает эти смазливые мордашки.       Парень, что сидел в середине зала поднялся со своего места, его недавно перекрашенные черные волосы переливались в свете дерьмового освещения. Хосоку даже нравилось сейчас смотреть на парня. Но это было разово. Как и все в его жизни, кроме героина. Парень подошел к сцене и чуть улыбнулся. Что очень хорошо умел Чон, так это видеть искренность и желание в чужих глазах. И парень напротив смотрел снизу вверх, но даже в таком положении чувствовалось, что он привык получать то, что хотел. И от этого обломать сейчас его будет намного приятнее, чем обычно. Эта самоуверенность и строгость на лице сменится растерянностью, и Хосок снова выйдет победителем в такой простой, но приятной ситуации для его эго. Пусть он и дешевая шлюха, помешанная на наркотиках, почему бы не радоваться мелочам?..       Хоуп внимательно посмотрел на брюнета и коротко сообщил:       — Я стою дорого, хоть и выгляжу дешево. Тысяча баксов, и я твой.       Незнакомец передернул плечами, а после уточнил:       — А кроме денег тебя ничего не интересует?       — Интересует, но по тебе видно, что таким ты не балуешься, — Хосок усмехается, сдувая каштановую прядь волос с лица, а после наклоняется впритык к незнакомцу, сообщая: — Хороших послушных мальчиков я вижу издалека, господин… Как тебя зовут? К какой богатой семье этого дешевого города ты принадлежишь?       И эта манера говорить, всегда держать губы чуть приоткрытыми, словно он только и ждет, чтобы между ними что-нибудь вставили. Например, член незнакомца, что в штанах упорно напоминает о себе. Впрочем, Чон не ошибся.       Перед ним стоял сын богатых родителей — Мин Юнги. Красавец кореец с потрясающей родословной. Отличник, успешный человек, хоть и всего лишь студент. Шуга для друзей. Так вот, этот самый Шуга был воспитан так, что Хосоку было бы лучше уступить сразу, не вызывая гнев человека, что стоял перед ним в окружении пары друзей.       Юнги подошел ближе, склоняя голову в бок, слегка усмехаясь. Но внутри у него быстрее стучало сердце. Настолько быстрее, что его стук отдавался в ушах. Хосок этого не знает, но парень не первый раз в этом баре. И это не просто желание красивого сексуального тела, Шуга влюблен. Месяц как. Глупо, но безоговорочно.       А вот упертый мальчишка со сцены лишь усмехается ему в лицо и требует совсем небольшое вознаграждение.       За спиной Юнги стоят два его лучших друга — излишне спокойный Ким Намджун, что тихо выдает всего одну фразу:       — А я говорил, что это всего лишь шлюха. И тебя он не стоит, Шуга.       А вот второй — Ким Тэхен — в ответ пожал плечами, уточняя:       — Мне кажется, нам просто стоит рассказать мальчику, кто перед ним.       Но Юнги качает головой, усмехаясь:       — Разве не видно, его интересую не я.       Хоуп в ответ закатывает глаза и все же спрашивает:       — Разве не видно, меня интересуют три вещи: музыка, деньги и героин. А вы ни то, ни другое, ни третье.       Намджун самодовольно улыбается, приподнимая голову, чтобы лучше рассмотреть наглеца и кивает:       — Даже я слишком хорош для него, хотя чего только не пробовал. Но ты, Юнги-я, точно тут больше не появишься. Пусть дальше трахается по туалетам клубов и баров.       Юнги долго молчит, в его голове так много мыслей пролетело. Он согласен только с одной: не стоит тратить время на того, кто не ценит того, что имеет. Но уйти ему просто не дает много всего: слишком большое количество упорства в характере от отца, например. Или уязвленное эго, еще ни один человек в этой вселенной не смел отказываться от предложений Мина. Но только не Хосок, Хосоку было плевать на все, что его окружало.       — Идем, — кивает он и разворачивается к Хоупу спиной, а тот лишь смеется.       — Слабак, — шатен счастлив, что сентиментальные люди стали обходить его стороной. Это не так легко — видеть боль в их глазах, вспоминать о том, почему ты оказался здесь и почему не можешь уйти. А в одиночестве лучше. Никто не беспокоит, не придумывает поводов встретиться, крепче обнять и подарить тепло, требуя в ответ всего тебя.       Так легче. По крайней мере, Чон Хосоку.       Юнги вышел из бара в бешенстве. Вот ведь чертова блядь. Посмотрите на него, он отказывается от человека, который в состоянии вылечить его, спасти и сделать жизнь хоть немного лучше. Деньги, хорошее лечение, прекрасный уход. Да его любить и на руках носить будут. А этот дешевый наркоман поворачивается к нему своей великолепной жопой. Так бы трахал эту задницу прямо на этой сцене, чтобы на всю жизнь запомнил, кому пытается плюнуть в лицо, сука!       Брюнет шумно выдыхает, чувствуя руку Тэхена на своем плече. Намджун уже успел кого-то подцепить на выходе из бара и теперь где-то довольно далеко от своих друзей прекрасно проводит время за выпивкой и сексом. А зная Кима, этот секс его новая пассия забудет нескоро.       Тэхен приглаживает ярко-рыжие волосы на своей голове, а после смотрит на друга, задумчиво размышляя о чем-то.       — Хочешь, поехали ко мне. Выпьем, послушаем музыку. Отдохнешь хоть немного. Завтра тебе помогать отцу весь день. А времени…       Ким не успевает договорить, как Юнги хватает его за волосы и тянет на себя, начиная целовать. Мин выпил еще в баре для храбрости, и теперь, когда адреналин отпустил его, в голову ударил алкоголь. Перед глазами все плывет, а в паху горит от желания, что вызвал мальчишка на сцене, но сейчас у Шуги просто нет выбора, поэтому одежда Тэтэ летит в разные стороны, а красивое тело остается обнаженным.       Мин зажмуривается, представляя перед глазами нужную картину, после чего улыбается, и тихо выдыхает:       — Ты попался, малыш…       Юнги проводит грубо ладонями по бокам Тэ, обводя каждый изгиб подкаченного тела, представляя себе, что на его коленях сейчас сидит совершенно другой человек. А Тэхен — наивный мальчишка — сразу же выгибается, тяжело и томно выдыхает от касаний. Шуга совсем другой сейчас. Не тот, кем его привыкли видеть друзья. Но противиться ему от этого еще сложнее, чем в обычное время. Ким проводит короткими ногтями по рубашке брюнета, а после расстегивает ее, сразу же распахивая, чтобы прикоснуться к горячему желанному телу. Юнги издает довольный стон, чувствуя царапины, совсем легкие, но такие возбуждающие и дразнящие на коже. Он тут же начинает целовать шею и плечи своего разового любовника, кусая грубо, оставляя на бледной коже множество своих меток и следов, что сразу же начинают гореть. Тэхен несдержанно стонет, чувствуя, как неприятно сейчас жмут штаны, что все еще остаются на нем, чем безмерно раздражают. Но Мин не в состоянии остановиться, его отчаянный рык, смешанные со всего лишь одним именем Хоупа, заставляют только грубее хватать парня за волосы, притягивая к себе. Целовать чужие губы так, что они моментально распухают, пульсируют сжатые между острых зубов брюнета.       Тэхен плавится, он даже не слышит, чьим именем его называют. Он лишь стонет раз за разом, переходя на более громкие вскрики. Прижимаясь к властному другу крепче, срывает с него чертову рубашку в узкой кабине машины. Все тело дрожит. Пальцы совсем не слушаются, но Ким все же дотягивается до чужой ширинки, расстегивая ее, принимаясь снимать чертовы штаны, ощущая горячий член Юнги, что дергается от касаний, обжигает руку, но вызывает невероятное желание. Кажется, что возбуждение накрывает с головой, все тело горит и пульсирует, напряжение буквально съедает изнутри, тут же отзываясь внизу живота, стягиваясь в тугой клубок.       Мин чувствует, как медленно, но уверенно сгорает от жара тел обоих, поэтому быстро помогает расправиться с одеждой и своей, и тэхеновской, а после проводит ладонью по чужой груди, явно наслаждаясь реакцией мальчишки. Сейчас перед глазами Хосок. Шатен кусает свои пухловатые губы, смотрит едва заметно из-под опущенных век, сгорая от ощущений, что переполняют его.       Реальность совершенно выпадает из сознания. Юнги лишь достает смазку, выдавливает ее на свои пальцы и облизывает пересохшие от предвкушения губы. Хосок перед ним усмехается, всплывая снова и снова в сознании, а Тэхен сгорает от желания, насаживаясь на чужие пальцы. Он чувствует боль, она пронзает, но моментально уходит на второй план. Слишком уж они увлечены процессом, совсем ничего не замечающие вокруг себя. Шуга разводит пальцами чужие упругие ягодицы и трется членом между ними, наслаждаясь ощущениями. Грубо целует тело, которое полностью открывает перед ним, отдается целиком без остатка, наслаждаясь процессом.       Мин входит торопливо, сходя с ума от того, как медленно стеночки расширяются, принимая в себя желанный член. Брюнет довольно стонет, но в голосе чувствуется болезненное желание, что внутри распирает его.       Тэхен лишь глухо выдыхает и принимается стонать, откидывая голову назад, сам насаживаясь на член друга. Короткими ногтями он игриво водит по чужим плечам, ощущая, что член вошел до основания, наполняя собой тело, заставляя вздрогнуть от ощущения, что никогда ранее Ким не испытывал.       Юнги прикрывает глаза, наслаждаясь моментом в полной мере, представляя в своей голове, как же Хоуп сходит с ума, чувствуя наполненность того, кого не так давно прогнал, отказал, но в итоге…       Тэхен плавно начинает двигаться на коленях друга, тут же вздрагивая всем телом, словно по нему бежит ток, пронизывает его, сводит с ума лишь сильнее.       Мин лишь стонет громче, ощущая странные волны во всем теле, которые совершенно не поддавались описанию. Настолько сейчас он возбужден, настолько его сейчас переполняет непонятное, слишком сильное желание, которое не отпускает ни на секунду, лишь сильнее сковывает все тело, заставляет желать большего, грубее, резче, глубже.       Движения Тэхена становятся все быстрее, но двигаться невероятно тяжело, все тело дрожит, его словно пронзают разряды электричества. Парень изнывает от удовольствия, что переполняет сейчас. Громкие стоны привлекают внимание прохожих, но сейчас совершенно не до них. Каждая клеточка тела слишком напряжена, слишком сильно требует разрядки. Сейчас весь мир «слишком».       Мысли в головах обоих окончательно исчезают. Остаются лишь инстинкты, что заставляют двигаться только сильнее, резче, грубее, окончательно срывая крышу. Оргазм накрывает обоих почти одновременно. Сначала Тэхен чувствует горячую сперму, что заполняет тело, а после Шуга крупно вздрагивает от того, как горячее семя обжигает кожу на животе, частично попадая на грудь.       Тэхен лишь громко стонет, без сил опускаясь на чужую грудь, сам не до конца понимая, что они только что натворили. Мин лишь хрипло дышит, а после тихо произносит:       — Прости… — и это «прости» разрывает и без того только что покалеченную реальность на части, только слабость во всем теле не дает полностью ощутить всю горечь этого простого и такого болезненного слова.