Один на двоих

Во всей этой вакханалией Сальваторе чувствовал, что ему чего-то не хватает, не смотря на безумный секс с древними, он чувствовал себя игрушкой. — Меня начинает напрягать эта вся обстановка, — Деймон заявил гибриду, поднявшись с кровати, на которой он лежал, позируя Никлаусу для завершения портрета, и его мало интересовала, что тот с ним мог сделать. — И чего же ты хочешь!? — обратился к своей модели гибрид. Отложив кисть, он смотрел на прекрасное обнаженное тело Сальваторе, а в душе у него негодование, что Деймон ему перечит. Он мог бы ему внушить все, что угодно, но это было бы скучно и не интересно. — Мы целыми днями в поместье, — Деймон накинул черную рубашку, взяв бутылку со стола, сделал из нее пару глотков, подойдя к окну с грустью в глазах, посмотрел на улицу. — Согласен, ты заслужил свободного пространства, можешь идти, — Ник, взял бутылку из рук молодого вампира и заглянул в его печальные голубые глаза. Майклсон понимал, что с каждым днем Деймон становился капризней, возможно в этом есть и часть его вины, любому наскучило бы сидеть в четырех стенах. — Ты это сейчас серьезно? — голубые глаза оживились, ожидая подвоха со стороны гибрида. — Если это тебе действительно необходимо - уходи, я не буду тебя задерживать, — Ник сделал еще глоток из бутылки, а затем вернулся к холсту. Сальваторе еще какое-то время помедлил, смотря на Ника, потом подняв брюки, натянул их, застегнул рубашку, обулся и покинул особняк. — Зачем ты это сделал? Зачем отпустил его? — влетел в комнату Кол, он видел, как Деймон покидал территорию поместья. Но его брат был на редкость спокоен, и продолжал, водить кистью по холсту. — Ты слышал, что я сказал? — выхватив кисть из рук брата, Кол бросил ее на пол. — Я тебя слышал, — Ник поднял кисть, и взглянул на сердитого брата. — Успокойся, он заслужил немного свободы, дай ему повеселиться. — Что если он не вернется? —Не беспокойся у меня все под контролем, — невозмутимо Ник вернулся к своему творению. Он смотрел на картину и любовался чертами несносного Сальваторе на холсте. *** Приходить в себя было сложно, в голове стоял чудовищный шум, рук я не чувствовал, попытался подняться, но тело совсем не слушалось меня, похоже меня накачали вербеной. Надо было скорее приходить в себя, ибо эта ситуация начинала сильно напрягать. Единственное, что я понимал, так это то, что я лежу на грязном полу в яме, а от запаха бензина и масла просто выворачивает наизнанку. Я замечаю цепь, свисающую вдоль стены, прохожусь по ней взглядом, конец ее закреплен на моей лодыжке, прилагаю усилия, чтобы разорвать ее, но у меня ничего не выходит. Больше чем эта ситуация, меня напрягало моё состояние и причина, по которой меня здесь держат. Это похоже на похищение. И я жертва!? Но кто и зачем меня похитил? Надо было срочно выбираться. Только вот, сказать легко, а как сделать? Я снова подёргал руками за цепь, уже сильнее. Нет - без вариантов, я слишком слаб. Сидя на полу, прислонившись к бетонной стене, закрываю глаза и пытаюсь вспомнить, как я тут оказался. После того, как я покинул особняк Майклсонов, отправился в бар, молоденькая барменша щедро наливала мне выпить, она была не против поделиться со мной своей кровью, когда мы спустились в подсобку. Подкрепившись кровью из нежной женской шейки, я вновь занял место за стойкой бара, звук биллиардных шаров привлек мое внимание, повернув голову, увидел как парочка миловалась возле биллиардного стола, играя в пирамиду. Держа бокал в руках, задумался и представил на месте этой парочки, как всего несколько дней назад, мы с Колом играли в биллиард, затем вошел Клаус, он схватил меня за ремень и жадно поцеловал, а потом занимались любовью на зеленом сукне. Доносившийся звук тяжелых шагов, что приближался ко мне, вырвал меня из моих воспоминаний, я открыл глаза, и поднялся на ноги, посмотрев вверх. На краю ямы стоял мужчина, на лице его был, неприятный ожег, в руках была пластиковая бутылка. Открутив крышку, он плеснул содержимое мне в лицо, от чего я издал пронзительное рычание, моя кожа покраснела, ее, словно жгли огнем. — Как ощущение кровосос? — хриплым голосом произнес мужчина, смотря вниз на пленника. — Ты моя наживка, для Никлауса Майклсона, сначала я разделаюсь с ним, а потом и с тобой. Мужчина включил на телефоне видеорежим, а затем открыл новую бутылку с водой, в которой была вербена, начал щедро поливать мечущегося по яме вампира. Закончив снимать, мужчина сел в машину и уехал. Через час, мужчина со шрамом встречался в баре с братьями Майклсон. — Я сделал, как вы просили, он в старом автосервисе, возле свалки металлолома, — сорвав с лица фальшивый ожег, продемонстрировал видео оборотень. — Теперь отпусти мою жену с ребенком. — Идем, я отвезу тебя к ним, — зловеще ухмыльнулся Ник, предложив оборотню последовать за ним. Как только они покинули бар, Клаус вырвал сердце, из груди оборотня бросив его теле в мусорный контейнер. — А, ты не слишком с ним суров? — обратился к брату Кол. — Что если он узнает? — Он же хотел приключений, вот и получил, да и кто ему скажет? Свидетелей нет, а мы с тобой ему ничего не скажем. — - Садись, поехали за нашим страдальцем, — ухмыльнулся Ник, предлагая брату, отправиться за своим любовником. *** На улице светила огромная голубая луна, когда автомобиль остановился возле свалки металлолома. — Деймон…— несколько раз братья позвали вампира, делая вид, что они пришли его спасти. — Я тут в яме, — отозвался тихим голосом Сальваторе, поднимаясь с грязного пола. — Господи, что он с тобой сделал, — оказавшись на краю ямы, Ник, смотрел на измученное лицо любовника. — Нет, не в порядке, — сердито прорычал Деймон, указывая на цепь. — Сейчас мы тебе поможем, — опустив лестницу на дно ямы, Клаус спустился вниз. Разорвав цепь, он снял куртку и накрыл ею плечи Деймона. Сальваторе не сдержал своего порыва, пригвоздив гибрида к стене, накрыл его губы страстным поцелуем. — Вы чего там застряли? — на краю ямы показался Кол. Поднявшись из ямы, Кол, жадно поцеловал Деймона. — А, где эта тварь, что поливала меня вербеной? Что ты ему такого сделал? И, как он узнал о нашей связи? — проворчал Деймон, идя вместе с братьями к машине. — Не беспокойся за него, он больше не потревожит тебя, — шлепнул по заднице Деймона Ник. — Нас, — обернувшись, Сальваторе, улыбнулся братьям своей фирменной улыбкой.