Принц преисподней

— Мы правда это сделаем? — спросил мягкий, нежный и бесконечно родной голос. — Да. Мы просто не можем поступить иначе, — ответил ему более грубый, но при этом не менее родной голос. — Так будет лучше для них.       На черепе ПаперДжема почувствовалось что-то лёгкое холодное, словно влага упала. — Прости меня, сыночек. Я так не хочу тебя оставлять, — ПиДжи почувствовал, что его лба что-то коснулось, и непроизвольно ухватился почему-то совсем маленькими ручками за это нечто, потянувшись к приятному прикосновению. — Давай его мне, — скелетика словно осторожно переложили с рук на руки и послышались громкие рыдания взрослого и плачь младенца. — Попрощайся с *****, ему будет намного тежелее, — Имя того с кем нужно попрощаться словно скрыли помехи, но рыдания прекратились, сменяясь грокими всхлипами, а детский крик остался, но тоже стал понемногу стихать.       Пи положили на что-то очень мягкое и рядом послышались довольно тяжелые шаги и легкое покачивание его небольшого тельца, словно на качелях. Неожиданно шаги сменились, словно поверхность по которой идёт родной незнакомец поменялась. Покачивание прекратились и скелетика снова взяли на руки. — Прости, мой маленький наследник. Но так будет лучше для вас обоих, — ПиДжи почувствал ещё одно прикосновение к своему лбу и попытался так-же ухватиться, но не смог. — Будь счастлив, ПаперДжем, — проговорил голос и Папера снова положили.       А дальше только темнота.       Противный звон будильника неприятно резал слух чёрного скелета-подростка со странным расплывающимся, словно пятно краски черепом. Он со злостью ударил по ненавистному предмету и попытался снова уснуть. — ПиДжи, просыпайся! Ты в школу опоздаешь! — кричала с кухни мама, прекрасно зная, что скелет от одного только будильника не встанет.       С тяжким стоном велико-мученика Джемми всё-же встал с кровати и, нащупав ногами тапочки по памяти, ведь глазницы совершенно отказывались открываться, поплелся в ванную. Кое-как умывшись, он смог разлепить глазницы и словно вареный овощь потопал на кухню, от куда шёл приятный запах. Пройдя на небольшую кухоньку, где уже во всю хлопотала мама, ПаперДжем сел за стол, где уже сидел отец семейства, попивая свой утренний кофе и читая газету. В общем это обычное утро обычной семьи. — Доброе утро… — угрюмо буркнул Джем, падая и ударяясь черепом о столешницу. — Доброе, — коротко ответил мужчина отпивая глоток кофе. — Доброе утро, ПиДжи, — бодро проговорила Саманта, а именно так зовут хранительницу очага данного семейства. — Как спалось? — вот откуда в ней столько энергии в шесть утра? — Как обычно, — всё также угрюмо ответил Пи, ну не любит он вставать по утрам.       Несколько минут семья провела в молчании. Затем Дилан, кормилец сия семейства, взглянул на часы и, отложив газету, пошёл собираться в офис. — Кстати, ПиДжи… — послышалось из соседней комнаты. — Ну началось, — раздраженно прошипел скелет, закатив зрачки. — Я вчера разговаривал с мис Ториэль, и она сказала, что ты просто утонул в долгах по английскому, географии, алгебре и истории. Если ты не поправишь свои оценки — то тебе придётся все каникулы ходить на дополнительные занятия, пока мы будем отдыхать на горно-лыжном курорте. Вы меня поняли, молодой человек? — продолжал вещать строгий голос отца. — Понял, — недовольно ответил Джем, скрестив руки на рёбрах. — И не человек я вовсе… — уже более тихо и грустно проговорил он.       Оба родителя на минуту застыли. Они прекрасно знали, что это не очень приятная для скелета тема, ведь он единственный монстр в семье. Пусть какого-то иного отношения к нему не было, ведь от человеческих детей он отличается лишь внешне, других существенных различий и не было. Но не смотря на это, ПиДжи чувствовал себя порой… Немного ущербно. — Пи, солнышко, мы же об этом уже говорили, – Саманта во мнгновение оказалась рядом с ПаперДжемом, сжимая его плечи в объятьях. — Нет ничего плохого в том что ты монстр. — Вот именно. Ты тоже личность и мало чем отличается от людей, — к «обнимашкам» присоеденился Дилан. — Спасибо, — ПиДжи слегка улыбнулся. — Вы лучшие. — Вот. Так что не кисни, не расстраивайся своих лучших предков, — мужчина отстранился и потрепал приёмного сына по черту.       Не медля больше ни минуты, Дилан вышел с кухни. Через несколько минут послышался звук открывающейся двери. — Я ушёл, — послышалось с прихожей. — Удачного дня, — ответила мужу Саманта возвращаясь к готовке. — Не помри до вечера! — крикнул ПиДжи едко ухмыляясь.       Мать лишь с укором посмотрела на него, всё-же Джемми неисправим. С тяжёлым вздохом она поставила перед ним тарелку с завтраком.       Быстро всё прожевав, скелет направился в свою комнату дабы переодеться и собрать рюкзак, который он не удосужился собрать с вечера. Вот одевшись в любимую одежду и откопав в куче «нужного» хлама, что покоился на его столе, учебник биологии, что в руках то держал раз третий за год. Пи бросил взгляд на часы и пулей побежал к дверям: ещё немного и он точно опоздает. Обувшись, если не со скоростью света, то точно обогнав Флеша, Папер проверил наличие ключей и денег на обед в карманах и, кивнув сам себе, открыл дверь. — Мам, я пошёл! — крикнул скелет и выскочил на лестничную площадку, не став выслушивать пожеланий Саманты.       Спустившись по бетонной лестнице, ведь с третьего этажа быстрее спуститься так, чем ждать черепаший лифт, да и толпиться с, наверняка, не очень приятными личностями на маленькой площади не сильно хотелось. ПаперДжем выскочил в уже закрывающуюся дверь и помчался в сторону «любимого» места обучения. А пока наш герой бежит, окунёмся в прошлое и узнаем, почему супруги Николс решили усыновить маленького монстра-скелета. Дело в том, что Саманта бесплодна. Молодая пара узнала об этом за месяц до свадьбы и девушка даже хотела отменить женидьбу, думая, что Дилан достоин жены, что будет способна родить ему здорового ребёнка. Но Дилан оказался упёртым и верным, он безумно любил, и до сих пор любит, свою Саманту и знал, что если она не станет ему женой то не станет никто. Так любовь победила, и они всё-же связали друг-друга узами брака. Но проблема с бесплодием никуда не исчезла, а семья без ребёнка и не семья вовсе. Тогда супруги решили обратиться к услугам суррогатной матери, но эта роскошь оказалась им не по деньгам. Но они не унывали и всё таки решили усыновить малыша из дет-дома, это, конечно, не родной ребёнок, но тогда в мире станет на одну счастливую душу больше. Когда они пришли смотреть младенцев, то их взгляд сразу зацепился за маленького чёрного скелетика, что лежал и осматривал всё вокруг себя серьёзным взглядом. Он был настолько хрупкий и беззащитный, что о другой кандидатуре не могло быть и речи. Уже через месяц супруги забрали малютку ПаперДжема и стали полноценной семьёй.       ПиДжи всегда знал, что приёмный, да и это было, мягко говоря, с первого взгляда. Он был безгранично благодарен Саманте и Дилану за то, что вытащили его из детдома, и даже старался стать для них хорошим сыном, но что-то было в его душе такое, что буквально заставляло его вести себя подобно хулигану. Он конечно хотел узнать кто его биологические родители, но лишь для того что-бы взглянуть в их бестыжие глаза, узнать причину, почему они его бросили, но такие мысли довольно редко посещали его расплывающуюся черепушку.       Об этом можно рассказывать и рассказывать, но ПаперДжем уже прибежал в «Ад». Быстро скидав ненужные учебники и тетради в шкафчик, Джемми глянул на расписание, что висело возле входа, и на всех парах понёсся на третий этаж, в кабинет физики. — Нашёл… Я нашёл вас, мой принц… — донёсся до ПиДжи тихий шёпот, но скелет его проигнорировал, списав всё на «показалось».